21. Это проросло насквозь

      Надо же было Нотту ляпнуть вслух про их возможную свадьбу… Дафна видела, как Невилл едва уловимо вздрогнул и все внутри нее сжалось, и она бы догнала его и все объяснила, но рядом была Панси, и Тео тоже ничего не знал про странный роман подруги, поэтому Дафна в который раз сдержалась, ответила что-то вроде «ага, подумаем об этом» и постаралась не смотреть Невиллу вслед.       Но поговорить им было необходимо, хотя Дафна и не представляла, что скажет. Что не любит Нотта — и что тогда, Невилл предложит ей замужество? Она не сможет согласиться, зная, что чувствует Астория; в любом случае, как ни поверни, кому-то она причиняла боль. Кроме Нотта — насчет отсутствия у Тео чувств Дафна была уверена. Он считал ее только подругой и так было немного легче. Он бы принял ее отказ от помолвки и выбор Невилла. И родители бы приняли, они бы разрешили Дафне выйти замуж даже за маггла, если по любви — для потомков Туата-де-Дананн статус крови не имел значения, дети Даф все равно стали бы волшебниками, и даже фамилия рода была не так важна. Исчезнут Гринграссы, появятся другие — имя вторично. Важнее не это.       Ей нужно было поговорить с Невиллом — в первую очередь. Как-то дать ему знать, что она его зовет; вряд ли что-то случится от одной встречи после отбоя, но как дать ему знать… Она решила подумать потом.

***

      Библиотека оставалась почти такой же, как всегда, несмотря на присутствие Кэрроу. Мадам Пинс ревностно берегла свои владения, здесь все так же делали домашние задания ученики со всех факультетов, это был будто островок нейтралитета, где все становились равны — главное только соблюдать тишину и не портить книги.       Невилл пошел в библиотеку, просто чтобы чем-то заняться, да и эссе по Гербологии, заданное Спраут на прошлой неделе, он еще не начинал. Взяв нужные для этого книги, осмотрелся и увидел в читальном зале Асторию.       Если бы он сделал вид, что не видит ее, это было бы очень грубо. Немного подумав, Невилл подошел и сказал:       — Привет.       — Привет, — голос у Астории был тихий, но улыбнулась она не вымученно. — Садись.       Сев напротив нее, он положил перед собой книги и спросил:       — Делаешь домашнее задание?       — Да, я ужасно отстала, пока болела, и надо догонять, — она продемонстрировала учебник по Трансфигурации. — В этом году С.О.В.       — Как ты себя чувствуешь?       — Лучше, — Астория снова заулыбалась. — А ты?       — Я? — удивился Невилл.       — Я слышала, тебя наказывали, — она понизила голос, хотя в библиотеке больше никого не было. Невилл повел плечом.       — Ерунда, все в порядке.       — А еще, — сказала Астория, — тебе грустно.       — Да нет, — растерялся он. Хотя грустно было, но откуда ей знать… а, ну да. Она же тоже была потомком детей Дану, и, может, как и Дафна, замечала больше, чем обычные люди.       — Сейчас самой природе грустно, — Астория печально посмотрела в окно на серое небо. — Из-за того, что много дементоров. Они выпивают радость у всех, даже у деревьев и облаков.       — Да, — согласился Невилл, чувствуя себя ужасно неловко — что ей говорить? О чем с ней говорить? Зачем он вообще сел с ней рядом?       — Много получил валентинок? — продолжила Астория.       — Не очень, — на самом деле вообще не одной, но если бы он так сказал, прозвучало бы, будто жалуется.       — Я тоже. Только одну, — она коротко усмехнулась. — И ту от Даф. Она всегда рисует для меня валентинки, и всегда такие красивые. Ей обычно присылают много открыток. В этот раз пришла одна анонимная.       Невилл напрягся.       — Тебе нравится Даф? — спросила Астория. Звучал ее голос безразлично, но пальцы крепче сжали перо. Невилл запаниковал: врать не хотелось и он не умел, тем более, если она могла определять ложь — не было смысла, а его ложь вычислил бы даже совсем не проницательный человек, но и сказать правду было… нехорошо. Он не был из тех парней, которые умеют морочить голову сразу двум девушкам, и не понимал, как такое удавалось Рону, когда тот постоянно целовался с Лавандой, чтобы позлить Гермиону — и зачем, если нравилась ему не Лаванда. Сам Невилл никогда не представлял себя в центре подобного треугольника, и никогда бы такого не хотел, но…       — Нравится, — ответила вместо него Астория. — Не бойся, я не собираюсь тебя выдавать.       — Дафна красивая, но между нами ничего… такого, — Невилл растрепал волосы на затылке. Астория медленно кивнула.       — Я пойду, — она закрыла тетрадь. — На сегодня закончила.       Соврала, не закончила, но проще было продолжить в другом месте, чем чувствовать его неловкость буквально кожей. Это злило — то, что ее жалеют, то, что он подошел к ней только поэтому, то, что не может хотя бы кивнуть, подтверждая, что любит Даф, он же ее любит, это было видно. Астории — видно. Она бы рассердилась, но не умела сердиться вслух, и какой смысл? Только привлекать ненужное внимание.       Он любит Даф, а Даф, насколько видела Астория, любит его, и у них было много препятствий, но одним из этих препятствий была она — оба не хотели ее обижать. Оба не хотели ее ранить. Оба знали, что она обречена.       И она, и другие в ее роду, и никакого способа прекратить это не было… так Астория думала. А потом подумала — что, если выход все-таки есть?       Тяжелый, сложный, для нее в любом случае — приговор, но — есть?

***

      Как связаться с Дафной — Невилл не знал, что сказать ей — тоже, и потому не решался послать записку или попросить Серую Леди передать ей пару слов, но поговорить с ней было необходимо, и решение вдруг нашлось само — близилось февральское полнолуние, и, так как на улице было холодно, Невилл был почти уверен, что Дафна проведет свой ритуал в Выручай-Комнате, и если Комната пустит его (в январе же впустила) у них наконец-то будет повод остаться наедине, и тогда они точно найдут, что сказать друг другу, и все прояснится — или запутается еще больше, но лучше так, чем ощущать себя подвешенным в воздухе. То ли между ними что-то есть, то ли нет ничего, то ли у них есть шанс, то ли никакой надежды — лучше знать, чем мучиться, ломаясь изнутри.       Комендантский час ужесточили, но патрулировать все коридоры Кэрроу не могли — их было только двое. После всеобщего протеста старосты лишились былых прав и были точно так же обязаны оставаться в гостиных своих факультетов после отбоя — все остальное стало обязанностями Инквизиторов, включая патрули, но в основном патрульные выполняли свою работу лениво и нехотя, даже Крэбб и Гойл; Круциатусами они бросались с удовольствием, но выискивать нарушителей вместо того, чтобы валяться в уютной постели, им было лень. Другие слизеринцы — а среди Инквизиторов были только они — тоже лишь создавали имитацию бурной деятельности, так что Невилл сравнительно легко прошел к восьмому этажу.       Что, если Дафна не здесь? Что, если Комната его не пропустит? Он шагал мимо стены, нервно кусая губы, и чуть не вскрикнул от радости, увидев, что в стене появилась дверь. Открыл…       …и будто попал в замок Снежной Королевы.       Выручай-Комната казалась обителью самой зимы: стены стали словно изо льда, отражая льющийся откуда-то сверху серебристый свет, пол покрывал тонкий слой снега, и пахло здесь снегом, хотя не было холодно — а в центре комнаты возвышалась ледяная платформа, у которой стояла Дафна.       Она не пела и не танцевала — сначала Невиллу почудилось, что и она создана изо льда, настолько была неподвижной, но медленно подняла руки вверх и заговорила — это было явно заклинание или молитва, только на незнакомом языке. Прислушавшись, Невилл разобрал некоторые слова: Дану, Калех, мать — значит, она обращалась к богине, которая была прародительницей ее народа. Либо не богине, а могущественной ведьме из фейри, но какая разница? Невилл никогда не был религиозен и не задумывался об истинном происхождении богов.       Лунный луч протянулся к Дафне, коснулся ее протянутых ладоней — ласково, по-матерински — скользнул бликом по золоту волос и растаял.       Дафна обернулась. Моргнула, возвращаясь в реальность, и комната стала меняться — лед исчез, появились мягкие кресла, камин, все, как обычно в Выручай-Комнате.       — Привет, — сказал Невилл.       — Привет, — она не улыбнулась. Снегом уже не пахло, но ему показалось, что стало холодно.       — Я… черт, — Невилл нервно хохотнул, растрепав волосы. — Я не знаю, что сказать. Все это… Ты и Нотт…       — Я не влюблена в Нотта, — сказала Дафна. — Мы друзья. Прости, ты не должен был это слышать, и я думаю, что отменю помолвку.       — Если твои родители рассердятся…       — Они не рассердятся.       — Тогда, — Невилл вдруг расхрабрился, — может… выйдешь замуж за меня?.. — и мысленно застонал: это было худшее предложение руки, ужасно неловкое, и с чего бы ей соглашаться, и что он может ей дать, а если все продолжится так, как сейчас — тем более…       — Понимаешь, — тихо сказала Дафна, — не все так просто.       — Да, конечно, я понимаю…       — Нет, — Дафна качнула головой. — Во-первых, Тори. Но даже если она поймет… я все еще из Туата-де-Дананн. У меня обязательно родятся дети…       — И хорошо, я люблю детей, — быстро сказал Невилл.       — …и второй ребенок обязательно будет жертвой, как Тори. А если не будет второго — им станет первый. Сейчас это может казаться чем-то далеким, мне тоже кажется — ерунда, но потом вряд ли будет так же.       Невилл широко распахнул глаза — про это он действительно не подумал.       — А еще я проклята, и это тоже не шутка, — продолжила Дафна. — Это не зависит от Астории, это случилось потому, что порчу наложили на моего отца. Он женился на той, кого полюбил, а его хотела в мужья другая. Она очень сильно разозлилась, и теперь Гринграссы исчезнут, а первенец моего отца — то есть, я — принесет гибель тому, кого любит.       — Да и плевать, — не выдержал Невилл. — Я все равно не смогу перестать тебя любить. Это не пройдет. Это проросло слишком глубоко. Даже понимая все, я… я не могу сделать вид, что ничего не было, неважно, кто ты, проклята или нет, даже если ты выйдешь замуж за Нотта, все равно… как бы это ни звучало…       — Я не выйду замуж за Нотта, — сказала Дафна. — И я… я тоже… не могу сделать вид, что ничего не было. И не хочу… — совсем тихо добавила она.       За один шаг Невилл сократил расстояние между ними и обнял ее, осторожно привлекая к себе. Дафна уткнулась носом ему в шею.       — Давай… продолжать видеться, — сказала она. — Это ужасно эгоистично с моей стороны… но…       — С моей тоже, — Невилл поцеловал ее в висок. — Но…       — Прости, что я тебя избегала, — шепнула Дафна. — Я больше не буду так делать.       Вместо ответа он наклонился и накрыл поцелуем ее губы.