X

Счет в серии финала был 2:2, обе команды ждала финальная игра. Из-за какой-то накладки на льду медведей, было принято решение перенести игру в Москву. Я меньше стала заниматься делами клуба и помогать Максиму, сбросив абсолютно все на Красницкого. Пополнение в нашей семье ожидалось осенью, поэтому я бросила все свои силы на ремонт детской для сына. Финальную игру я конечно же не могла пропустить. Смотрела игру вместе с Красницким и всей делегацией из федерации. Матч были интересным, до последней минуты не было понятно, кто же все-таки заберет кубок Харламова. В упорной борьбе сражались Медведи против Ледявые Короли, Макеев против Стрельцова.

МАТЧ ОКОНЧЕН СО СЧЕТОМ 3:2, ПОБЕДУ ОДЕРЖАЛА КОМАНДА ЛЕДЯНЫЕ КОРОЛИ.

Я решила найти брата и выйдя с трибуны спустилась к раздевалкам и тренерским. — Ты как? — Спросила я, замечая брата с коридоре. — Расстроился? — Нормально, не первый и не последний финал в моей жизни. — Сказал Сергей, слабо улыбнувшись мне. — Слушай, а давай сегодня поужинаешь с нами? — Спросила я, пытаясь растормошить брата. — Анют, извини, но давай в другой раз. — Сказал Сергей смотря куда-то мне за спину. — Серега, — Сказал Макс подходя ближе к нам, успевая чмокнуть меня в щеку и тут же протягивая руку Сергею. — Спасибо за финал. — И вам спасибо, Макс. — Слушай, я реально не знаю нога там была или… — Я даже обсуждать это не хочу. — Ну я должен был это сказать. — Сказал Максим, взглянув на меня и вновь поворачиваясь к Сергею. — Хороший ты тренер. — Ты тоже. — Сказал Макеев улыбнувшись. — Извините, мне к команде надо. — Конечно, Сереж, мы понимаем. — Хороший сезон получился, согласись. — Соглашусь. Я обняла мужчину и прижалась к его груди, пока она смотрел уходящему Сергею в след. — Есть у меня одна мысля… — Ты о чем? — А что если я на должность второго тренера сборной предложу твоего брата? — Ну мысль конечно хорошая, но тут проблема в другом. — Сказала я, смотря на заинтересованное лицо мужа. — Локтев. — Придумаем что нибудь.

***

Я ждала пока Максима переоденется у тренерской бронируя параллельно столик в ресторане. Мы решили что тихо, вдвоем ответим победу в кубке Харламова. — О, Анна Петровна, а Максим Эдуардович у себя? — Спросил Антон подходя ко мне. — У себя, — Ответил мужчина за меня, выходя из тренерской и закрывая дверь на ключ. — Че мне теперь делать то? — В каком смысле что делать? — Ну вы мне сказали же на одну игру, а дальше посмотрим. Мне домой ехать или как? — Ну все верно, сезон то окончен. Игр больше не будет, — Сказал Максим и замечая как парень расстроился улыбнулся и добавил. — А вот тренировки еще никто не отменял, так что завтра утром в десять без опозданий. Все ясно? — Ясно. — Сказал Антон улыбнувшись тренеру. — И кстати, спасибо тебе за победную шайбу. — Да я сам рад, только не понял, как она там залетела. — Какая разница как, главное что залетела. — Сказала я, убирая телефон и присоединяясь к разговору мужчин. — Нам пора, Макс. — До завтра, Антон.

***

На следующий день я приехала в Лужники, опоздав на награждение. Максим уже успел провести тренировку, получить награду и ждал меня у центрального входа. Его глаза светились от радости, а на щеках играл здоровый румянец после тренировки. — Привет, — сказала я, целуя мужа в щеку. — Прости, пожалуйста, Москва стоит. — Привет, родная, — ответил Максим, нежно обнимая меня. — Ничего страшного, главное, что доехала в целости. Пойдем сфоткаемся. — Дай посмотреть, — попросила я, забирая награду из его рук. Статуэтка была тяжелой и холодной, словно кусочек льда. — Ну горжусь! — Максим Эдуардович, можно сделать фото с супругой? — спросил парень с камерой, и к нам тут же подошли несколько журналистов, щелкая затворами фотоаппаратов. — Конечно, давайте, — сказал Максим, улыбаясь и кладя руку мне на спину. — Держи, твое же, — сказала я, протягивая мужу статуэтку. — Это наша награда, — возразил мужчина, отказываясь забирать её. — Пусть будет в твоих руках. — Ну хорошо, — улыбнулась я, поворачиваясь к камерам. Фотографы явно не хотели останавливаться, делая десятки снимков за пару минут. Я заметила за спинами журналистов выходящего в холл Серёжу. — Всё, спасибо, — сказал Максим, и, взяв его за руку, мы двинулись в сторону брата. — Ну что, Макс, разреши пожать руку главному тренеру лиги, — сказал Серёжа, протягивая руку. — Серёжа, привет, — сказала я, когда мужчины обменялись рукопожатиями. — Привет, — ответил брат, улыбаясь. — Да ладно, Серёга, перестань меня смущать, — сказал Максим, поправляя галстук. — Нет, ну а что? Всё объективно, — ответил Серёжа, глядя на меня. — Если бы тебе дали, я бы вообще не удивился, — сказал Максим, и Серёжа рассмеялся. — Макс, а тебе не кажется, что последнее время мы очень часто говорим друг другу комплименты? — спросил брат, поправляя воротник рубашки. — Да, а тебя что это напрягает? — спросил Максим, глядя на брата. — Нет, — ответил Серёжа, качая головой. — Ну и меня не напрягает, — сказал Максим, взглянув на меня. — Мы всё-таки родственники, да, родная? — Именно, — сказала я, улыбнувшись брату. Неожиданно из-за спины Серёжи появился Казанцев с ехидной улыбкой на лице, глядя на моего мужа. — Ну что, ледяные халявщики, нахватали призов? — спросил он, скрестив руки на груди. — Да, Вадим Юрьевич, — ответил Максим, сохраняя улыбку. — Только почему халявщики-то? — Ну а кто вы? Или ты хочешь сказать, что матч с нашей арены в Москву, — сказал Казанцев, поднимая серьёзный взгляд на моего мужа, — просто так перенесли? — Вадим Юрьевич, вы о чём? — спросила я, серьёзно смотря на мужчину. — А я о том, Анна Петровна, что некий человек от клуба «Ледяные Короли» вышел на нашего инженера по холодильным установкам, и они резко почему-то вышли из строя, — сказал мужчина, глядя на меня. — Диверсия. — Че за бред-то? — спросил Максим, мгновенно теряя улыбку и становясь серьёзным. — Бред? Это не бред, Максим Эдуардович. Это как минимум скандал, грандиозный скандал. А фамилию человека я вам узнаю, будьте уверены. Так что вы пока празднуйте, веселитесь, отмечайте… А потом мы праздничек немножко подпортим, уж извините, — сказал Казанцев, разворачиваясь и уходя. Максим с каменным лицом тут же направился куда-то быстрым шагом, оставляя меня стоять с братом. — Ты что-то поняла? Он куда пошёл? — спросил Серёжа, глядя вслед брату. — Сама ничего не знаю, — сказала я, наблюдая, как Максим удаляется всё дальше. — Пойду догоню его, не прощаюсь. Я поспешила за мужем, чувствуя, как внутри нарастает тревога. Что-то явно пошло не так, и это “что-то” могло испортить не только сегодняшний праздник, но и всю нашу карьеру. *** Через панорамные окна ледового дворца я увидела Максима на балконе с видом на Лужники. Он стоял, устремив взгляд вдаль, его силуэт четко вырисовывался на фоне закатного неба. Тихонько выйдя к мужу, я встала рядом, опираясь спиной на прохладные перила. — Максим? — спросила я, внимательно взглянув на мужа. — Ты чего? — Да я, кажется, понял, кто это все затеял, — сказал Максим, не отрывая взгляда от горизонта. — Красницкий и Романенко постарались. — Что? — спросила я, серьезно смотря на мужа. — Ты знал про это? — Нет, Ань, сейчас пазл сложился, — ответил он, поправляя галстук. — Боже, если это всплывет, будет реально грандиозный скандал, — прошептала я, чувствуя, как внутри все сжимается от тревоги. — Пошли со мной, — решительно сказал Максим, беря меня за руку. Мы быстрым шагом направились обратно в здание ледового дворца. Пройдя по всем коридорам, мы оказались у дверей тренерской. Перед тем как зайти внутрь, Максим забрал у меня свою награду. — Простите, — сказал Максим, открывая дверь и замечая там Романенко с Красницким. — Не помешали? — Да что вы, это я тут казачек пришлый, — сказал Семен Валерьевич, натянуто улыбаясь нам с Максимом. Я быстро прошла в тренерскую и устроилась на диване, пока Максим аккуратно ставил свою награду на полку. — Ну что, Юрий Михайлович, я вашу просьбу услышал, — говорил в этот момент Красницкий, обращаясь к Романенко. — Постараюсь улучшить ваши жилищные условия, а то что это такое? Тренер “Ледяных Королей”, а живет в общежитии. Завтра же поставлю этот вопрос, — и, взглянув на нас с Максимом, добавил: — Всего доброго. — Семен Валерьевич, можно вас на секундочку? — сказал Максим, преграждая путь Красницкому. — Слушайте, я так тороплюсь, — ответил тот, нервно поглядывая на часы. — Я вас не задержу, — сказал Максим, присаживаясь на свой рабочий стол. — А вы знали о том, что перенос с арены “Медведей” был подстроен? — Кем подстроен? — спросил Красницкий, нахмурившись. — Ну вот я тоже хотел бы узнать, — ответил Максим, скрестив руки на груди. — Я первый раз слышу, а откуда такая информация? — спросил Красницкий, поправляя галстук. — Все кругом говорят… — Знаете, когда все вокруг языком чешут, это называется — слухи. Вот появятся факты, тогда поговорим, — резко ответил Красницкий. — Вы же мне сами намекали, — настаивал Максим. — О чем? — спросил Красницкий, делая удивленное лицо. — О том, чтобы пятый матч с “Медведями” лучше бы провести дома, — сказал Максим, пристально глядя на собеседника. — Максим Эдуардович, вы знаете, любой болельщик просто мечтает о том, чтобы решающий матч его команда сыграла бы дома. А я и являюсь болельщиком “Ледяных Королей”, так что извините. Вы бы лучше мне спасибо сказали, — ответил Красницкий, направляясь к выходу. — За что? — спросил Максим, поднимаясь со стола. — Как за что? А кто предложил Антипова в команду вернуть? А он, между прочим, решающий гол вколотил. Вот так вот. Извините, пора, — сказал Красницкий, выходя из тренерской. — Ну а вы, Юрий Михайлович? — спросила я, внимательно наблюдая за вторым тренером. — Че я? — буркнул Романенко, отводя взгляд. — К “Медведям” ездили гостиницей заниматься? — спросила я, приподняв бровь. — Ну да, а что? — ответил он, нервно теребя манжет рубашки. — Да нет, ничего, вовремя, я смотрю, свесила дела на Красницкого, — сказала я, ухмыльнувшись и вставая с дивана. — Всего доброго, Юрий Михайлович. Максим подошел к двери и, не прощаясь, вышел из тренерской, я последовала за ним, чувствуя, как внутри все кипит от негодования.