Часть 5. Падение.

      Один ответ может ответить на все вопросы.

Декабрь подходил к концу, а вместе с ним и восемьсот сорок седьмой год. Последняя неделя выдалась снежной и очень холодной; северные ветра беспощадно кусали за щёки и норовились залезть под одежду; солнце вставало поздно и рано пряталось за снежными вершинами, зато днём оно изо всех сил светило ярко и искрилось в хрусталиках снега, искрилось так ярко, что на глазах выступали слёзы. Армин не очень любил зиму, но это не мешало ему находить в ней особое очарование.       Его утро началось с чистки снега, с нежно-розового неба и свиста снегирей. Вдалеке Армин заметил Энни, чистящую свой участок от снега. Она ловко и быстро орудовала большой лопатой, видимо, стремясь как можно скорее закончить работу. Совсем недавно кто-то сказал, что Энни Леонхарт ужасно ленива и пассивна, что со стороны походило на правду, но за то время, что Армину удалось провести вместе с ней, он мог с уверенностью сказать — это не так.       Дело было в интересе.       Которого у неё не было.       Армин остановился, упираясь лопатой в землю, и призадумался. Пожалуй, единственное, что вызывало интерес в Энни Леонхарт, — тренировки. И то при условии, если её ставили в пару с сильным соперником. Возможно, тогда в ней и просыпался азарт и что-то вроде желания доказать себе, что она сильнейшая в рукопашном бою, а может быть и нет.       Энни Леонхарт было почти невозможно прочитать. Она была тайной, спрятанной за холодным взглядом и ледяной бронёй. Она была той самой тайной, которые Армин так обожал. Может, именно поэтому его так влекло к этой девушке.       Спустя час дорожки были полностью очищены от снега. Армин отнёс лопату на склад и медленным, уставшим шагом поплёлся в столовую, мечтая о горячем чая и тепле камина. У ступенек он столкнулся с Энни и даже воспрял духом, на короткий миг тяжесть в мышцах отступила, появилась лёгкость и уверенность.       — Привет, Энни!       И даже голос его не дрогнул, что можно было считать успехом.       — Привет, Арлерт, — чуть поморщившись, произнесла девушка в ответ.       — Почему ты без шапки? Тебе разве не холодно?       — Нет.       Хоть у них было несколько длинных диалогов, слова с её губ продолжали срываться с большой неохотой. Сначала это наводило на определённые мысли, но теперь Армин в какой-то мере смирился с этим. Просто Энни была не из тех людей, кто любит пустую болтовню.       Над головой послышался громкий треск, а в следующий миг Армин лежал на земле, снова придавленный Энни Леонхарт.       И… у него точно сработало дежавю. Только теперь вместо редких капель дождя с неба срывались маленькие хлопья снега, кружащиеся на ветру. Энни приоткрыла потрескавшиеся губы, явно сухие, если к ним прикоснуться…       — …живой? — спросила она сквозь толщу воды.       Армин глупо моргнул, продолжая пялиться на её губы, на её сердито шевелящиеся губы.       — Ч-что?       Энни раздражённо выдохнула, но отчего-то слезать с него не торопилась. Она посмотрела вбок, и Армин осторожно проследил за её взглядом. Совсем рядом с его головой валялась разбившаяся сосулька. При неудачном стечении обстоятельств, она могла бы проломить ему голову.       — Оу.       Но если честно, то сейчас все его мысли были заняты Энни, её губами и приятной тяжестью её тела. Армин повернул обратно голову и столкнулся с пристальным взглядом девушки. Очень-очень пристальным. Наверное, она ждала благодарностей, только вот его язык категорически отказывался шевелиться, в отличие от раскрывшихся губ.       — Ты забавный, Арлерт, — наконец, ответила Энни и уже собралась встать, как над их головами раздался удивлённый вопль.       — Вы чем тут занимаетесь?       Судя по голосу, это была Саша. Хуже и быть и не может… Что ж через час об этом будут знать все. Армин тяжело сглотнул и с опаской посмотрел на Энни, но её выражение лица осталось пустым, абсолютно безучастным. Она медленно и лениво слезла с него, обернулась, чтобы посмотреть на Сашу, жаль он не смог увидеть её взгляд, и молча поднялась по скользким ступенькам.       — Это не то, о чём ты подумала, — прокряхтел Армин, с трудом поднимаясь. Спина болела от удара, да и голова тоже.       — Конечно-конечно, — затараторила Саша и быстро проскочила мимо него.       Что ж…       Наверное, ему стоит беспокоиться, наверное, стоит обдумать ситуацию и решить, как избежать волны сплетен, но… Если честно, то Армин не может думать ни о чём, кроме своей глупой улыбки, прицепившейся к лицу. Энни спасла его, значит она беспокоится о нём, значит, возможно, ей не всё равно. Конечно, глубоко внутри Армин понимал, что его предположения высосаны из пальца, ведь он на её месте поступил бы точно также, если бы кому-нибудь из товарищей угрожала опасность.       И всё же…       …всё же ему хотелось думать, что её поступок что-нибудь да значил.       В круговороте мыслей Армин так и не заметил одну — самую важную. Причину, по которой Энни Леонхарт не выходила у него из головы.