Королевская свадьба

Как Эндимион и предполагал, весть о его женитьбе произвела эффект разорвавшейся бомбы. Столица кипела, на площадях, рынках и в тавернах люди до хрипоты судачили о странном выборе короля. - Что ему, земных принцесс мало? Издавна у нас заповедано, чтоб с лунными бабами не связываться, не то беда будет, – ярился мясник, свирепо обрушивая топор на ни в чем не повинную коровью тушу. - Говорят, уж очень она добрая и хорошенькая, - мечтательно протянул покупатель – дородный краснолицый мужчина средних лет. – И свадьбу какую пышную обещают: будто бы фонтаны с вином на всех площадях поставят, мясо будут для народа жарить и золото раздавать. На неделю праздников – за королем-то следом еще четыре его лорда женятся. Ты, главное, не прозевай во дворец скотину продать – тебе ого-го прибыток будет. - Подкупить нас хотят, - буркнул мясник, но уже потише. – А ты и уши развесил. - Ну и развесил, - благодушно согласился клиент. – Король у нас всё о народе печётся, если решил запрет нарушить, так уж знает, почему. Да и бабкины сказки, небось, эти пророчества. Слышь, болтают, что кристалл какой-то у той принцессы есть. Мертвых поднимает, больных лечит, порушенное отстраивает. С таким и любая беда не беда. - Врут, поди, - мясник плюхнул шмат мяса на весы. – Но, ежели оно правда, так, конечно, полезно такую штуку в хозяйстве иметь. Ну, поглядим тогда, что там за принцесса с кристаллом. На три фунта потянуло – берешь? - Заворачивай, - мужчина отсчитал хозяину положенные серебрушки и, забрав свёрток, вышел на площадь. Похожая сцена повторялась у зеленщиков, пекарей, ювелиров, торговцев вином, шелком и обувью. Люди Эндимиона под видом покупателей как можно лестнее отзывались о принцессе, намекали на крупные заказы к свадьбе со стороны дворца и живописали предстоящие торжества. План короля принес свои плоды – ко дню бракосочетания народное негодование успело слегка рассеяться, и толпа бурлила уже скорее от любопытства и предвкушения предстоящих гуляний.         Люди с ночи занимали места возле собора и вдоль дороги к нему, чтобы не пропустить событие, которое вряд ли застанешь два раза в жизни – свадьбу их правителя с иноземной принцессой. - Едут, едут, - завопил какой-то мальчишка, сидевший на плечах у отца. Вдали, в облаке пыли, показалась шестерка белых лошадей, запряженная в карету, обитую белой кожей с золотым тиснением. Карету сопровождали четыре лорда верхом на белых же скакунах - телохранители короля, и с десяток солдат. Принцесса, скрытая длинной вуалью, приветливо махала из окна собравшемуся поглазеть на церемонию люду. За ее каретой ехала вторая, чуть поскромнее, из которой выглядывали четыре хорошенькие девушки в одинаковых платьях – подружки невесты. Экипаж остановился у ступеней собора. Лорды спешились, и Нефрит, которому единогласно доверили вести невесту к алтарю, открыл дверцу, помогая принцессе выйти. И в этом тоже был тонкий расчет Эндимиона – рядом с мощной высокой фигурой лорда Серенити казалась особенно воздушной и хрупкой, вызывая инстинктивное желание ее защитить. Люди восхищенно ахнули при виде свадебного платья. Затканный серебряными нитями белый атлас был сверху донизу унизан мелкими бриллиантами, которые при каждом шаге невесты рассыпали вокруг целые снопы радужных лучей - казалось, принцессу окружает искрящаяся морозная дымка. В руках Серенити держала букет из белых роз с серебристо-перламутровыми монетками лунарии как напоминание о том, кто она и откуда. Медленно и торжественно невеста начала подниматься по ступеням, чутко прислушиваясь к гулу толпы за спиной. Внезапно мерный рокот прорезало презрительное улюлюканье и крики «Чужачка!». Их подхватили в одном месте, в другом, они то затухали, то вспыхивали вновь в разных концах улицы, ведущей к собору. Кровь бросилась принцессе в лицо, на глазах выступили слёзы, но она продолжала идти с гордо поднятой головой. Нефрит ободряюще сжал ее руку и ввел в прохладный полумрак собора, где у алтаря в парадном мундире, улыбаясь синими глазами, ее ждал жених.    «Я не позволю испортить мне этот день», - решительно тряхнула головой Серенити. «Мне важно только то, что думает Эндимион. А люди … Они еще не привыкли, но я буду им хорошей госпожой, и со временем всё уляжется». Когда новобрачные вышли из церкви, толпа всколыхнулась, напирая на цепь стражников. Каждому хотелось поближе рассмотреть новую королеву, уже не скрытую фатой, чтобы потом долго смаковать подробности в вечерних разговорах за кружечкой вина. - Ишь, а глазищи-то синие, что море, - восхищенно крякнул какой-то матрос. - А волосы чисто золотой шелк, - причмокнул губами цирюльник. – Правду говорили, что красавица, - он поморщился, получив от ревнивой жены ощутимый тычок под рёбра. - Молоденькая совсем, девочка еще. Как она там своим кристаллом управляется? Моща в ём, говорят, неземная, - глубокомысленно ввернула торговка рыбой. - Главное, чтоб у короля с чем надо управлялась, - похабно заржал корчмарь и ойкнул: рядом началась потасовка за золотые монетки, которые из увесистых мешочков щедро швыряли направо и налево пажи в парадных костюмах. Эндимион действительно не пожалел расходов на свадьбу: на перекрестках дымились котелки с подогретым вином, рядом на вертелах крутились бараньи и свиные туши, куры и гуси. Каждый желающий мог на дармовщину выпить за здоровье молодых и получить на закуску изрядный кусок мяса и полкраюхи хлеба. На улицах до утра горели костры, кривлялись комедианты, народ пел, плясал и веселился, прославляя щедрость государя и красоту его молодой жены. Через три дня в том же соборе играли свадьбу друзей короля. - А вообще неплохо, что мы все в один день женимся. Если я забуду про годовщину свадьбы, то хоть кто-то из вас да напомнит, - хохотнул Джедайт. - Если забудешь про годовщину свадьбы, то с темпераментом твоей жены в эту дату тебя и прикопают, - сострил Зойсайт и хлопнул Кунсайта по плечу. – А, Кунсайт? Тот вяло улыбнулся. Он словно в тумане смотрел, как к алтарю приближаются четыре фигуры в белом, одну из которых подвели к нему и вложили в его ладонь тонкие девичьи пальчики. Он совершенно не слушал священника, машинально повторяя слова и действия за стоящими рядом друзьями. Сказать «да», взять руку невесты, надеть кольцо, поднять фату и коснуться губами сухих дрожащих губ девушки... «Хорошо, что Берилл этого не видит», - даже сейчас Кунсайт не мог перестать о ней думать. Он несколько раз после того вечера посылал к особняку слуг с дарственной на одно из своих поместий и внушительной суммой, но те возвращались с одним и тем же известием: ворота заперты, ставни в доме заколочены, соседям ничего не известно. От тяжелого сладкого запаха ладана, тусклого блеска позолоченной церковной утвари, монотонного речитатива архиепископа у Кунсайта заломило в висках, но впереди ждал торжественный банкет. Лорд понял, что единственный способ пережить собственную свадьбу – хорошенько надраться как можно скорее.