Часть 1.

Императрица Саньлэ была известна не только своей красотой, но и добротой и милосердием. Будучи старшей дочерью министра, она ценила свою семью и заботилась о ней. Даже глубокой ночью, когда небо над дворцом было затянуто грозовыми тучами и освещалось вспышками молний, она, как и полагается супруге правителя, шла с прямой и гордой осанкой. Её уверенные, но быстрые шаги вели её в зал, где, по донесениям подданных, находился её дорогой человек. Слуга тут же открыл двери, и она увидела свою младшую сестру. В тусклом свете свечей женщина держала на руках маленького ребёнка, который был намного младше её сына. Она выглядела бледной и уставшей после долгой и утомительной поездки. Её глаза, потухшие от усталости, смотрели на старшую сестру с вопросом и мольбой. Сухие губы приоткрылись. — Сестра... — это слово вырвалось у обеих женщин одновременно. Старшая сестра почувствовала боль, но её статус не позволял ей просто подойти и обнять родного человека. С досадой она могла только взволнованно спросить сестру. — А-Фэн, как же долго я не видела тебя! Что с тобой случилось? На глазах сестры выступили слёзы. Прижимая к груди спящего малыша, она заговорила: — Сестра, прошу тебя! Укрой нас! Я больше не могу, не после всего… Мой ребёнок… Он чуть не умер! Младшая сестра покачала головой, глядя на тёмную макушку. Сердце матери сжималось каждый раз, когда её муж поднимал руку на ребёнка. О, как же Куифэн ненавидела себя за свою наивность! Почему она поверила сладким речам незнакомца, полным любви? Почему сбежала от семьи? Почему её собственный ребёнок страдает от необдуманных решений молодости своей матери? Но прошлое не изменить, а ошибки дорого обходятся. Куифэн родилась в богатой и знатной семье, и отец решил выдать её замуж за одного из родственников правителя. Но телохранитель, приставленный для защиты дочери, не смог отвести жадного взгляда от красивой молодой девушки. Уговорив её, он бежал с ней на границу с Юнань, откуда был родом. Там через год родился их сын — Ци Жун. Между государствами Саньлэ и Юнань разгорелась война. Народы не могли прийти к согласию, ни их правители, ни другие люди не соглашались на условия. И хотя войн и восстаний не было, отношения между государствами и их народами обострились, и это коснулось Куифэн и её сына. На границе в основном жили юнанцы, которые не любили носителей крови Саньлэ. Их преследовали, продавали по высокой цене, мужа выгнали со службы, и начался кошмар. Тот, кого она любила, приходил домой пьяным и агрессивным. Сначала он повышал голос, кричал, а потом всё пошло не так. Ругань переходила в насилие. Испуганная женщина молча терпела невзгоды, как и полагается хорошей жене, но со временем муж начал избивать их сына, обвиняя её и ребёнка во всех бедах. В один день всё изменилось. Её маленький Ци Жун смотрел на неё странно, задумчиво. В груди Куифэн появилось нехорошее предчувствие. Она только вышла из дома, чтобы постирать вещи в речке, но когда вернулась, увидела мужа с ножом и ребёнка, лежащего на полу. Всё было в крови. Ужас охватил женщину, она с деревянным ведром набросилась на мужчину, пытаясь защитить ребёнка. Но что могла сделать хрупкая женщина против сильного мужчины? Он отбросил её, как надоедливого жука. Куифэн ударилась об угол стены рядом с входной дверью, в глазах потемнело. Пытаясь встать, она повернула голову. Её тёмно-зелёные глаза увидели, как над ребёнком, словно демон, склонился мужчина. Кажется, в тот момент она перестала дышать, широко раскрыв глаза. Сердце ушло в пятки. Звук разрываемой плоти, как взмах острого ножа, пронзал маленькое тело, отдаваясь болью в ушах. Кажется, она кричала, горло охрипло. Не моргая, Куифэн, любящая мать, смотрела, как на её глазах убивали её ребёнка. Их крошечного сына, которому не было и пяти лет. Невозможно передать словами, какие чувства испытала Куифэн. Ци Тао не знал меры и, словно одержимый злыми духами, снова и снова вонзал нож в окровавленное тело. Она опустила голову, не в силах больше смотреть на это. Только безмолвный плач и боль от потери ребёнка сопровождали бедную женщину. Почему? Почему всё так? За что небеса послали ей все эти страдания? На некоторое время в доме воцарилась тишина, только сумасшедший смех Ци Тао разрывал дрожащее сердце уставшей от жизни Куифэн. В её голове мелькнула мысль, что дальнейшее существование бессмысленно, и пора со всем покончить, даже если после этого её душа отправится в Диюй или она станет неупокоенной душой, которая будет тревожить смертных. Вдруг раздался хрип мужчины. Испугавшись, Куифэн подняла голову, но то, что она увидела, привело её в оцепенение. Ци Тао, держась за кровоточащую рану на шее, упал на грязный пол. Своим телом он разбросал в разные стороны бутылки, но, не обращая внимания, пытался остановить кровь, которая не думала останавливаться. Затем раздался булькающий звук. Рядом с лежащим мужчиной с безразличным лицом стоял… Ци Жун! Куифеэн неверяще смотрела на, казалось, мёртвого мальчика. Нет, он был жив! Что происходит? Это чудо? Не разобравшись, что к чему, женщина, хромая, видимо, подвернув ногу, подошла к сыну и обняла его. Её сердце снова забилось быстро-быстро, чувствуя живое тепло. Почему-то ей было всё равно, если бы Ци Жун восстал из мёртвых и набросился на своего отца в порыве гнева, а потом добрался до неё. Она бы не винила сына за их убийство, ведь сама виновата, что всё так получилось. Это были их с Ци Тао ошибки, и их сын не должен за них расплачиваться. — Матушка, — тихий, слабый голос наконец привёл женщину в себя. Вздрогнув, она вспомнила о недавних смертельных ранах, нанесённых мужем, и, всё ещё держа сына за костлявые плечи, осмотрела его худощавое тело. Вся рубаха превратилась в сплошное дырявое и кровавое тряпьё, на которое просто страшно смотреть, но Куифэн, не обращая внимания, отодвинула лоскуток в сторону. Она морально подготовилась, хотя какая теперь разница после случившегося, и увидела не то, что ожидала увидеть. Места, где были нанесены ножом, уже затягивались, покрывшись нежной корочкой. Повернув Ци Жуна туда-сюда, она увидела, что самое страшное моментально заживает. Единственное, что пугало, — это кровь, но и она начала высыхать, стягиваясь. Сняв с сына тряпьё и отбросив вещь в сторону, она велела Ци Жуну отмыться в речке, благо на улице уже темнело и погода стояла довольно жаркая, так что бояться соседей нечего. А сама женщина начала собирать немногочисленные пожитки, которых было не так много, и она сомневалась, что этого будет достаточно, чтобы добраться до Сяньлэ. И тут Куифэн вспомнила о мёртвом муже. Уняв дрожь, она отбросила моральные устои и начала обыскивать мужчину, и тут ей повезло. Ци Тао куда-то ходил и не успел потратить деньги на выпивку и бордель. Держа в руках ценный мешочек с монетами и мысленно подсчитывая содержимое, она решила, что этих денег должно хватить. Затем она вместе с сыном отправилась в ближайшее поселение, где заплатила конюху, и они уехали на повозке. Расставаться с дорогими сердцу серёжками из коралла было грустно, ведь это был последний подарок матери, но жизнь Ци Жуна была важнее. Путь был долгим, но больше всего мать беспокоило молчание сына. За всё время он не произнёс ни слова, сидел тихо и неподвижно, казалось, даже не дышал. Неужели её сын стал нечистью? Но Куифэн гнала эти мысли прочь. Сейчас самое главное — добраться до дома, а там посмотрим, как сложится жизнь. Она хотела обеспечить Ци Жуну богатое будущее, зная, что сама будет нести позор до конца своих дней. Ей было всё равно! Куифэн было безразлично, она это заслужила. Но её сын должен получить самое лучшее, и она сделает всё, что в её силах. Постепенно до неё начало доходить всё произошедшее. Подступала истерика. Куифеэн было страшно. Дождавшись Сяньлэ и поговорив со стражей, она показала фамильный знак Мин из спрятанного медальона и вместе со спящим сыном отправилась во дворец. Вспоминая последние моменты жизни в качестве второй дочери семьи Мин, Куифэн знала о нынешней Государыне, которая теперь была её единственным близким человеком. Первая дочь господина Мин, её старшая сестра, которая вышла замуж за государя и стала Государыней Сяньлэ. В воспоминаниях о старшей сестре она всегда казалась обманчиво хрупкой, красивой и необыкновенно светлой, полной тепла и аромата пионов. И от этого Куифэн боялась встретиться с сестрой. Хотя они были рождены от главной жены министра и получали одинаковую любовь родителей, судьба старшей сестры была связана узами брака с государем Саньлэ. Как только состоялась помолвка между ними, отношения между ними дали трещину. А вскоре Мин Лань перестала искать встреч с ней, обращать на неё внимание, будто её не существовало, и Куифэн обиделась на старшую сестру. Может быть, именно поэтому она сбежала с телохранителем? Она пыталась заполнить пустоту в своём сердце? Хоть как-то привлечь внимание Мин Лань? Наивная и глупая девочка. Государыня, несмотря на потрясение от просьбы сестры, сохраняла спокойствие. Но в её голове уже крутились мысли о том, как поступить. Если она оставит сестру во дворце под своим покровительством, это может вызвать недовольство и слухи среди знати. Подумать только! Младшая сестра государыни сбежала с ребёнком от кого! От грязного юнаньца! Отношения между государствами и так были напряжёнными, а тут ещё младшая сестра государыни родила ребёнка, да ещё и приближённой к императорской семье! Ведь, кроме наследного принца, у государя больше нет родственников, а у государыни из семьи остался только отец и… единственная сестра, которая сейчас держала на руках племянника, и он вот-вот мог начать плакать. Нет, так нельзя было оставлять.