Часть 17

Его Величество имел привычку, которая появилась со времен восшествия на престол: наблюдать за теми, кто на первый взгляд выглядит не подозрительно и безобидно. С последним он чаще сталкивался из-за выходок бывших наложниц его погибшего старшего брата. Разбирательство, с которым должна была справляться супруга, он взял на себя по причине отсутствия на тот момент наследника и самого положения государыни во дворце. Женщины на самом деле страшные существа, когда они что-то захотят. А положение государыни лакомый кусочек для всех. Оборачиваясь назад мужчина мог вздохнуть спокойно, что все это в прошлом. Все таки ему повезло с Мин Лань — она бы не стала залезать в постель растеряв всякий стыд. Нет, ему очень повезло с женой на которую он готов молиться. Ее светлый образ унаследовал их сын: такие же медовые, светящиеся добротой глаза, радостная улыбка и смех. Глядя на наследника государь не мог нарадоваться возможности побаловать своего ребенка. Покатать в карете, пофехтовать с ним, да поиграть в догонялки в саду. Сейчас, узнав от дражайшей супруги о способностях племянника, его любопытство взяло верх. Для Се Ляня еще рановато иметь друзей, приближенных к нему до самого конца, но вот родственника, думается для игр с принцем в самый раз. Тем более, насколько мужчина знал, Мин Куифен разорвала связи с поместьем Мин и своим отцом, господин Мин же в свою очередь отрекся от дочери и внука. С другими знатными семьями Куифен дел не имела. Что касается ее сына, Ци Жуна, то государь хочет проверить насколько талантлив и умен ребенок. Если ожидания оправдаются, он не видел причин не дать титул князя и заиметь будущего союзника для его наследника. К тому же, лишний запасной вариант тоже не помешает. Трагедия не должна повториться. В кабинете был только советник Ян, остальным было запрещено навещать его пока государь не проведет проверку своему племяннику. Мысли, что посещали его голову были неутешительны: все-таки ребенку не меньше четырех весен, а уже лишился отца и старого дома. Но с другой стороны — нынешнее положение, статус и будущее Ци Жуну обеспечено, несмотря на слухи, что ходят вокруг Куифен. — Ваше Величество, Его Высочество наследный принц и молодой господин Ци прибыли. — подал ровный четкий голос советник. — Пусть входят. Охрана и сопровождающий пропустили двух детей: старший шел с легкой улыбкой, так как не раз навещал государя и своего отца, чтобы посидеть на его коленях и просто послушать донесения чиновников, а младший — с поднятой головой, прямой осанкой и острым, пронзающим взглядом, которым он бросал вызов, при этом сохранял границу дозволенного. Как сохранять честь и достоинство, не имея за собой ничего кроме собственной жизни и души? Что нужно такое пережить, чтобы дитя смотрело на всех, будто они враги отнявшие все дорогое? Для государя это стало обыденным с тех пор, как сел на трон вместо погибшего брата. Ему пришлось изменить старые мнения и пережить пару покушений, чтобы смотреть на людей и приближенных с подозрением. В конце концов от жизни государя зависит целое государство. Границы ослаблены, народ негодует. Юнань — главная проблема еще со времен предыдущего правителя, но разгребать проблемы придется ему. — Отец! — принц подбежал к мужчине, протягивая руки, с нетерпением ожидая, как его поднимут и усадят на колени. Не став расстраивать сына, он сделал так, как хотело дитя. — Отец, зачем вы позвали нас? Звонкий, не переставающий щебет Се Ляна рассеивал атмосферу, принеся в эти стены свет и радость уже не молодому отцу, который не смог сдержать улыбку. Стоило ребенку войти, и сердце обрело покой. Вот оно - простое счастье. Такое маленькое, что ему нужно, но очень дорогое для отца, а не государя. Отец и сын. Шэнь Цзю, наблюдая за этим воссоединением семьи, лишь сжал губы, чувствуя противный вкус во рту со смесью горечи и давней, похороненной мечты в прошлом. Когда-то он тоже хотел прижаться к матери, забыть рабское прошлое, как плохой сон, вдохнуть и радоваться жизни, а не подохнуть где-нибудь в канаве за кражу буханки хлеба. Желал, чтобы был отец — опора семьи. Научил какому-нибудь мастерству ремесленника, охоте, искусству и много чему еще, чтобы его сын стал достойным человеком. К сожалению, мы не выбираем кем родиться. Закончив ворковать с ребенком, Его Величество обратил внимание на племянника. Это заметил Шэнь Цзю, стоически выдерживая взгляд государя. — Я наслышан о вашей успеваемости и хотел проверить так ли это. — кивнув советнику тот протянул отчет наставника Вэня. Он был честным человеком и полностью верен своему делу. — А также тот инцидент в лазарете и заинтересованости знати к твоей персоне. То что знать знает о нем, Шэнь Цзю знал от Мэй Нянциня, и, конечно, не удивительно, что государь не упустил момент припомнить не хороший момент его жизни. — Твоя мать опозорена тем, что связалась с представителем Юнани и сбежала с ним на границу, а спустя несколько лет принесла тебя в столицу. Что можешь сказать за себя и свою мать? Куифэн по меркам этого мира была прокаженной только из-за факта связи с отцом из Юнани, и причиной послужила тогдашняя наивность женщины и сложные отношения между принцами государств. Последняя династия еле как держалась перед порогом полного исчезновения, и война с Саньлэ была тогда для них единственным выходом из положения. Но! Шэнь Цзю изучал историю и несостыковку , которая ставила его в тупик: зачем государству война, если она на грани краха? Не став размышлять о прошлом Юнани, для Шэнь Цзю сейчас в приоритете найти достаточно весомое оправдание, которое устроит их обоих. Ни наивно детское, ни слишком взрослое, чтобы перейти из потенциального товарища принца в амбициозного противника. Только кое-что ускользнуло из его мыслей, нечто важное. Государь выслушал мальчика, не оценив оправдание за действительность в том, что попросту там одна сплошная вода. Но и отрицать очевидность некоторых вещей он был в не силах. Се Лянь сидел на коленях, вертел головой, пытаясь уловить суть разговора, который ему не нравился. Смотреть на него и ощущать непонимание вводило мужчину в тоску, поэтому пора было закругляться с этим. Когда дети ушли, государь задумчиво глядел им вслед, сложив руки перед собой. Советник успел принести документы на осмотрение, что были из министерства и которые требовали дополнительного отчета. — Ян, ты оставался здесь и слушал моего племянника. Какое мнение сложилось о нем? Что думаешь? — Все его слова о тиране-отце и слабохарактерной матери стоят внимания, чтобы примерно составить трагедию, по причине которой вторая госпожа покинула с ребенком границу с Юнань. Но с наблюдений наших шпионов, госпожа Куифэн все реже зовет к себе сына. Сам молодой господин Ци показывает большие успехи в учебе, и это не смотря на то, что учителя у него самые строгие и дисциплинированные из столичной школы. — Значит притворяется. — подтвердил государь, хмыкнув. — Настоятель храма Хуанцзы хочет забрать его к себе. А зная хорошие отношения государыни с Мэй Нянцином, скорее всего этот вопрос уже решен. Сам я не против, но единственное, что меня беспокоит — это неуловимый шпион во дворце государыни. За последние три года оттуда унесли много информации. — Мне стоит усилить охрану? — с серьезным лицом спросил советник. Государь взглянул на него и вспомнил кое-что. — Погоди. Во дворце тогда поднимется шумиха и шпион затихнит. Лучше попросить … М-Мэй Нянцина поставить печати. Тем более он часто навещает государыню и наследного принца и вызвать подозрения не должно. — На этом все? — Пока да. Время покажет, как они поведут себя дальше. Советник Ян покинул государя, оставив мужчину в тяжелых раздумьях о безопасности супруги и ребенка … детей. Не стоит забывать о новом члене семьи и непростой судьбе Ци Жуна, которому придется жить во дворце еще долгое время, пока его не заберут в храм. Интересный мальчик, со своими заскоками конечно, но вряд ли такой человек как он станет предавать родню.