Т/И и ночное рандеву: часть 3 (Кащей/Т/И/Вадим Жёлтый)

— Зита! Зита, это я, открывай, — Кащей со всей дури барабанил в дверь. Ты еле стояла на ногах, придерживаемая Вадимом, облокотившимся на дверной косяк. — Да открывай, твою мать, — щёлкнул замок и через щеколду высунулась невысокая круглолицая девушка с ярко-рыжими волосами. — Никита, какого хера, сейчас четыре часа утра. Все нормальные люди спят, — рыжеволосая была сонной и не заметила ни тебя, ни Вадима, обращаясь лишь к Кащею. — Мне нужна твоя помощь, — заявил брюнет, пытаясь снять щеколду. Зита закатила глаза, распахнула дверь и охнула. Ты пробормотала что-то про вечеринку и рыжая впустила вас в дом. — Благодарю, — прошипел Никита, закрывая за всеми дверь.

***

По всей видимости, рыжая была нормальной медсестрой и вколола тебе что-то, от чего потянуло в сон. С пробуждением ты почувствовала себя гораздо лучше — вернулся нормальный звук, свет и исчезла пелена перед глазами. Ты попыталась встать с дивана и найти в комнате часы, чтобы понять, сколько была в отключке. — Ты как? — по-соседству на кресле дремал Кащей, привставший на ноги, едва заметив, что ты очнулась. — Лучше, — пожала ты плечами, — пить хочу. Никита кивнул и отправился за водой. В комнату зашёл шатен. — Т/И-шка, извини меня, пожалуйста, — пробормотал Вадим, опуская перед тобой на корточки. Он взял твою руку в свои и заглянул в глаза. Сожаление. А оно сейчас нужно? — Что за девчонка меня убить пыталась… — протянула ты, поправляя волосы выдернутой рукой. Нахрен такие нежности, из-за Жёлтого ты едва не передознулась, до сих пор страх, что начнёшь терять сознание, задыхаться или сразу забросит в сон, от которого уже не очнешься. — Я никому ничего плохого же не сделала. Вадим некоторое время помолчал. — Скорее всего, это была Лиза. Она из ревности творит всякую херню, извини, — парень попытался дотянуться до твоих губ. Ну нет, какого хера. «Совсем охренел. Сначала, его поклонница гадит, теперь он за неё извиняется» — проносится у тебя в голове. — Давай не сейчас, — отмахиваешься, пытаясь сохранять все остатки дружелюбия, — уйди, пожалуйста, — шатен замирает. На лице мелькает страдальческое выражение. — Съеби уже, Вад, — Кащей возвращается, протягивая кружку с водой, — без тебя тошно. Ты хмыкаешь и переводишь взгляд на Никиту. Зеленоглазый смотрит на тебя, не отрываясь. — Извини меня, если захочешь поговорить, позвони, — добавляет Жёлтый, и, вернувшись в вертикальное положение, одаривает Кащея пронзительным взглядом. Никита ухмыляется и отвечает знаком на среднем пальце. Вадим уходит и за ним, по-видимому, закрывается Зита. Плохие мысли не шли из головы. Кащей, в попытках приободрить, садиться на диван возле твоих ног. Никита проводит руками по одеялу, которым ты накрыта. Ты внимательно наблюдаешь за брюнетом. На лице Кащеева расслабленное выражение, давно ты не видела его таким спокойным. Он помог тебе, когда это необходимо, но больше ничего не говорит. Дружит хочет, ты так предполагаешь. — Может на свидание сходим? — ты аж закашливаешься. Ну и ну, додумался. — Конечно, как тебе лучше станет, — на лице возникает улыбка. — Ник, — в комнату заходит Зита, нарушая возникшую идиллию, — мне уходить пора. Закинь девчонку к себе, разберёшься же? — рыжая вскидывает брови. Кащеев кивает, помогая тебе встать. — Есть одна идея, — усмехается брюнет и подхватывает тебя на руки, — как свою невесту понесу. Ты же будешь ей, верно? Вот и славно, — не услышав возражений, Никита доносит тебя до своей машины на руках, аккуратно помогает сесть на переднее сидение, пристегивает и садится на водительское рядом, — а теперь, домой, — автомобиль с шумом отъезжает с места. Этот эмоциональный брюнет умеет заботиться о тех, кого действительно любит.