Лебеннин

Я научусь тебя любить

Мне без тебя не жить

Твой голос — мой ориентир

Я сам себя казнил

— Так вам разные комнаты или одну? — прищурился хозяин постоялого двора. — Разные, — раздражаясь, ответил Гимли. Похоже, гном устал не меньше Алисы, которая тоже больше не могла выносить вопросов старикашки. — И вам, молодые люди? — хозяин имел ввиду Алису и Леголаса. Ха, молодые люди! Мало того, что одному — две тысячи с лишним, другой — девяносто лет, так их ещё и людьми не назовёшь. Старик помимо того, что глуп, похоже, был и слеп. Хотя женщина тоже назвала бы эльфа молодым… — Да, и нам тоже, — Леголас бросил взгляд на Алису. — Ну хорошо, хорошо… — хозяин медленно вышел из своей каморки и повёл друзей в комнаты. Оказалось, что осталось всего два свободных помещения, в каждом по две кровати. Гимли с Леголасом поселились вместе. На самом деле Алиса не была уверена, что они действительно спали в комнате в тот день. Кто-то из посетителей очень нахвалил Гимли хозяйское пиво, и гном уговорил Леголаса выпить по кружке. Однако пили они намного больше. А дальше всё, как обычно: гном напивается до посинения, а эльф только «чувствует покалывание в кончиках пальцев». Алиса посидела с мужчинами недолго, выпила одну кружку пива (что, на самом деле, было для неё многовато) и ушла спать. Ибо не могла больше смотреть на сумасшествие, которое вытворял пьяный гном и мужчины, с которыми он только сегодня познакомился. Леголас поймал женщину у входа в комнату и удостоверился, что она хорошо себя чувствует. Алиса заверила друга, что для полного счастья ей нужно только поспать. И в уборную. Но этого женщина, конечно же, не сказала. Она была рада заботе эльфа, но знала, что он делает всё это из дружеских чувств. Леголас поклялся её защищать, да. Однако этого для Алисы мало. Ей не нужна клятва. Ей нужна любовь. С этими мыслями и слезами на глазах женщина провалилась в сон. Сколько можно страдать? Сколько можно ждать? Сколько можно не быть счастливой, потому что тебя кто-то не любит?

***

— Мои друзья! — сказал Арагорн, когда троица зашла в замок. Король по очереди обнял эльфа и гнома. — Вам повезло застать меня в Минас Тирите, я собирался вскоре покинуть город. — Я вижу, столицу начали отстраивать, — сказал Леголас. — Да. Нам не хватает железа для Ворот… но это так, мелочи. Я вижу, вы пришли сюда не просто узнать, как идут дела. Кто ваша спутница? Алиса, которая всё это время неловко стояла в стороне, наконец, показалась. Она не знала, как поприветствовать короля, и совсем испугалась. Когда Элессар спросил о женщине, она вышла вперёд и опустила голову, боясь пошевелиться. Алиса думала, что надо преклонить колено, но опасалась сделать и это. Вдруг в обновлённом королевстве нет таких обычаев? — Это Алиса, моя подруга. Мы направились в Гондор, чтобы помочь ей отыскать родителей, — ответил эльф. — Для друзей моих друзей я тоже друг. Так ты родом из Гондора, Алиса? — Элессар внимательно оглядывал женщину. — Да, Ваше Величество, — Алиса кивнула. Ей было очень неловко перед статной фигурой короля, облачённой в красивые одежды. — О, — Арагорн хохотнул. — Можешь звать меня Элессар. Женщина не ответила. Она подняла глаза и встретилась с весёлым взглядом сурового мужчины. На лице короля уже было несколько морщинок, но он не выглядел старым, скорее наоборот, расцветающим. — Можем ли мы одолжить у тебя коней, Арагорн? — спросил Леголас. Гимли недовольно сморщил нос. — Да, я прикажу отдать вам лучших скакунов Гондора. Ну, и пони для тебя, Гимли. — улыбнулся король. В приёмную зашла Арвен. Алиса даже сказала бы, что эльфийка не шла, а летела над землёй, плыла по воздуху! Так она была прекрасна, что почти затмила любовь колдуньи к Леголасу. — Леголас, Гимли! Я рада нашей встрече. — И мы счастливы Вас видеть, королева, — промолвил гном. Арвен посмотрела на Алису, и что-то странное промелькнуло в её взгляде. В этот раз Алиса представилась сама, однако эльфийка не спешила исправить её обращение «Ваше величество», хотя и предложила свою помощь, если она понадобится. Алиса никогда не ездила на коне. Она думала, что это не так уж и сложно. Главное — не упасть. Леголас помог ей взобраться. Хотя лошадь женщине подобрали под рост, невысокую. В Минас Тирите путники пополнили запасы. С новыми силами они отправились в Лебеннин. — Ты же будешь мне хорошим другом, верно? — прошептала Алиса коню. Он заржал в ответ. Да, женщина была уверена, что они поладят. Она всегда чувствовала животных, и даже думала, что понимала их. Впрочем, доказать это никто бы не смог. — Алиса, — мягко улыбнулся Леголас. — мы будем ехать медленно. Я надеюсь, ты скоро освоишься. В отличие от Гимли, который всегда падал с лошади, Алиса ни разу не свалилась. Однако она заметила, что нужно очень крепко зажать бока коня ногами, а на это уходили силы. Да, ехать было быстрее, чем идти, но не то чтобы легче. А ещё лошадей нужно было кормить. Путники объехали Белые горы, добрались до реки Эруи, и сделали привал. — Здесь начинается территория Лебеннина, — сказала Алиса, прожевав хлеб. За всё путешествие она наконец-то точно знала, куда идти. Если земли остались прежними… — А чуть дальше Пеларгир, который тоже принадлежит ей. Леголас заинтересованно посмотрел на женщину. Впервые она делилась чем-то, в чём была уверена, что знала хорошо. Алисе понравилось внимание, и она решила продолжить. — Лебеннин называют ещё «Пятиречье», потому что таков перевод с синдарина. Я думаю, ты и сам знаешь, Леголас, — Алиса лукаво посмотрела на друга. — Имеется в виду пять рек, протекающих на территории равнины: Эруи, Сирит, Келос, Серни и Гильраин. Пеларгир является центром провинции, но нам не нужно идти в город, моя семья всегда жила поодаль. И я надеюсь, находится там до сих пор, — Алиса сникла и помолчала. Гимли бросал на неё сочувствующие взгляды. Он знал, что значит терять родных. Женщина взяла себя в руки и продолжила: — Наша провинция самая плодородная и густонаселённая в королевстве. Изменения были уже видны. Вместо широкой равнины располагались прорастающие поля, и точки-домики в далеке. Алиса ощущала себя частью этих земель, она уже чувствовала себя дома. Осталось чуть-чуть, совсем немного, и она найдёт родителей. Женщина дежурила последней и поэтому ей повезло увидеть рассвет в горах. Как же давно Алиса не любовалась им! Иногда она испытывала смешанные чувства по поводу своего приезда. С одной стороны, женщина наконец-то будет с семьёй (надеялась, что будет), с другой — ей придётся распрощаться с Леголасом. Может быть, это и хорошо? Может, если Алиса не будет видеть эльфа, то и не будет его любить? Проблема в том, что она не знала. Она вообще не знала, чем ей заниматься дальше. В детстве Алиса занималась огородом, сеяла семена. Она росла как обычный ребёнок, не быстрее, не медленнее. Но потом… вдруг стала ведьмой. Почему? Она тоже не знала. Может быть именно это незнание своих желаний подействовало на её влюблённость в эльфа. Может, ей нужна была хоть какая-то цель, хоть какое-то занятие. И Алиса влюбилась. От скуки ли? Низкое место на реке отыскалось почти сразу, и путники переплыли воду на конях. Вещи и припасы почти не замочились, так что всё было в порядке. Во время привала подкрепились и кони, и наездники. Алиса удивлялась, как пони не уставал носить тяжёлого из-за доспехов Гимли. Путники добрались до второй реки — Сирит — к ночи. Отсюда Пеларгир стал виден ещё более отчетливо. Он стоял близ устья Андуин. Укреплённый город-порт был построен нуменорскими колонистами в 2350 В.Э., и в последствии перешёл под власть королевства Гондор, превратившись в его главный порт, штаб королевского флота и столицу провинции Лебеннин.

***

За Белыми горами пятнадцать орков готовились к нападению. С самого Лихолесья следили они за странной троицей путников, провожали их глазами в Минас Тирит и надеялись, что вскоре те отправятся дальше. Так и оказалось. Эльф, гном и женщина перешли реку Эруи, пока орки пытались перебраться через горы. Наконец-то цель была перед ними. Эльф и гном спали, а женщина стояла на стороже. Она ничего не могла против них сделать. Нужно просто хорошо прицелиться и задача будет выполнена. Сумеречье останется без принца, а Эребор — без лорда. Но мало было оркам убить врагов: созданиям мрака нужно было позлорадствовать. Тогда пятеро из них спустились вниз и схватили дежурившую женщину, которая к тому времени почти уснула. Она успела что-то возмущённо промычать перед тем, как её вырубили. Эльф и гном выглядели крепко спящими. Урук-хайи подошли к ним, желая связать, но не успели и моргнуть, как враги вскочили и отрубили головы двоим из них. Оставшиеся трое поняли, что с двумя опытными воинами им не справиться, и ринулись на утёк. Стоит отметить, что далеко они не удалились, получив по стреле в спину.

***

— Алиса! — позвал Леголас, но женщина не отозвалась. Он тут же кинулся к ней и сжал хрупкое девчачье запястье, нащупывая пульс. Она была жива. — Всё хорошо? — спросил Гимли, очищая тряпкой свой топор. Эльф устало кивнул. Гном подошёл к нему и взглянул на бесчувственную Алису: — Принести воды? Леголас помотал головой, тяжело дыша. У него никогда раньше не сбивалось дыхание во время боя. — Нужно подождать, — эльф аккуратно подложил женщине под голову свою сумку. — Она сама скоро очнётся. — Угу. Тогда я пока покормлю лошадей, — сказал Гимли и пошёл к дереву, к которому они привязали животных. Он хотел поскорее оставить эльфа одного. Солнце вскоре оказалось в зените. Снег на Белых горах искрился и отражал лучи. Было жарко. Алиса так и не очнулась. Пора было отправляться в путь. В голове эльфа мелькали мысли о том, чтобы понести женщину на руках, но они тут же отпадали. Леголас сидел на земле и смотрел в одну точку. Куда-то в подножие горы. Гимли толкнул его в спину, привлекая внимание. — Нам пора будить её, друг. — Да, наверное, ты прав. — Эльф даже не поднял взгляда, перед тем как направиться к реке. Леголас набрал в руки воды и брызнул её на лицо Алисы. Ресницы на закрытых глазах женщины затрепетали, а затем она резко поднялась, закашлявшись. Леголас положил ей руку на плечо, пытаясь успокоить. Со слезами на глазах Алиса посмотрела на эльфа и вдруг приникла к нему. — Всё хорошо, — Леголас обнял женщину в ответ. Она не знала, утверждение это или вопрос, поэтому сказала: — Да. — Алиса отстранилась, вытирая слёзы с глаз, понимая одно: теперь она ещё больше боится потерять эльфа. Гимли наблюдал со стороны, улыбаясь. — Я рад, что всё обошлось. Похоже, орки преследовали нас всё это время. — О, — женщина прикрыла лицо руками. — простите, я так виновата. Я должна была сторожить нас, а в итоге… Леголас нахмурился. Он, как обычно, был не согласен. — Алиса, — эльф с укором посмотрел на неё. — Прости, Леголас! — Алиса восприняла его взгляд по-своему. — Алиса! Я хочу сказать, что ты не должна извиняться из-за такой ерунды. — А, да… — женщина поджала губы. Он снова чуть не потерял её. Какая-то глупая злость, совершенно не свойственная эльфу, появлялась в нём. Алиса важна ему. Она для Леголаса — не просто смертная. И он боится её потерять. Но почему? Почему так получилось? Его чувства больше не были похожи на долг или вину. Они были дружескими? Если да, то точно не такими, как к Гимли. — Я что, спала так долго? — Алиса посмотрела на солнце и поспешила подняться с земли. — Нам пора идти. В этот раз на реке не оказалось мели, и путники замочились почти полностью, поднимая сумы с припасами над головой. Алиса вся продрогла. Остались ли родители жить в том же домике? Многое ли изменилось с тех пор? Живы ли они вообще? Лошадь несла Алису вперёд, оббегая деревья и топча траву. Волосы женщины развевались, ветер забирался под одежду, вызывая мурашки. Алиса попыталась сконцентрироваться на своих ощущениях, прогоняя тревожные мысли. — Как красиво… — прошептала она. Закат переливался всеми оттенками красного, последние солнечные лучи напоминали о красных от загара щёках. Женщина вдохнула полной грудью. Такие моменты стоят того, чтобы их помнить. Когда катаешься на лошади с друзьями, и знаешь, что ты им нужна, что ради тебя они отправились в это путешествие. Алиса заулыбалась, смотря на скачущих гнома и эльфа. Внезапно из её рта вырвался весёлый звонкий смех. Гимли и Леголас удивлённо воззрились на женщину, а она продолжала хохотать. Эльф и гном переглянулись и тоже заулыбались. Странная она, эта колдунья! — Это он… — потрясённо проговорила Алиса. — Вот он! — громче добавила она и указала вперёд пальцем. Не сразу приятели догадались, что женщина имела ввиду. Деревянный высокий домишка почти ничем не выделялся среди других. Казалось, все сооружения в том поселении были одинаковыми. Но не для Алисы. Этот дом она видела во снах, к нему стремилась, в нём ждала встречи. Женщина попросила коня ехать медленнее. С каждым его шагом она неминуемо приближалась к волнующему событию. В голове Алиса лихорадочно перебирала варианты их встречи. Что, если о женщине вообще забыли? Конь резко остановился. Алиса не заметила, как подъехала к забору и чуть не сломала хлипкие колышки. Она почувствовала, что от страха тряслись не только руки, но и вообще всё тело. Алиса спрыгнула с коня, и привязала того за часть забора, хотя и так знала, что он не убежит. Леголас и Гимли остановились и последовали её примеру. Женщина взглянула на эльфа, ища поддержки. — Ты хочешь, чтобы мы пошли с тобой? — уточнил Леголас. Алиса подумала с секунду. — Н-нет, — сказала она дрожащим голосом. Так точно не будет лучше. Женщина без проблем отодвинула старую деревянную калитку и вошла во двор. Никто в деревне, видимо, уже не закрывался на замок. Люди были спокойны за свои жизни. Алиса постучалась в дверь, перед этим поднявшись по небольшой лестнице на крыльцо. Никто не открывал. Женщина будто впервые оглядела неровные брёвна и наспех сколоченные окна с двух сторон от двери. В некоторых местах на строении выделялись новые балки, например, в укреплении для навеса над крыльцом. Изменилось и окружение: добавились кусты малины и деревья. Грядка была засажена цветами, как и всегда в летнюю пору. Алиса постучалась ещё раз, но настойчивее. Стоит ли вообще ждать? В конце концов, это её дом! Шестнадцать лет женщина жила здесь и, если бы захотела, могла бы просто войти в него. Наконец, дверь открыл пожилой мужчина в ночной рубахе и удивлённо воззрился на Алису. Его глаза расширились ещё больше, когда он увидел её друзей у забора. Женщина видела этого человека впервые. Конечно, ведь если дом не изменился, его жители всё равно могли поменяться! Алисе захотелось хлопнуть себя по лбу. Что теперь делать? — Вам чего? — спросил незнакомец. — Добрый вечер, ммм…. извините, не подскажите, раньше в этом доме жили женщина и мужчина, их звали Фималис и Ангон… — Фималис и Ангон? — мужчина нахмурился, морщин на его лбу стало ещё больше. — Да, я бы хотела узнать, если вы слышали о них… — А зачем они Вам? Вопрос застал врасплох, Алиса замешкалась. Она думала, как будет лучше сказать, не вдаваясь в объяснения. — Я их дочь. Старик ахнул. — Подождите здесь, — он закрыл дверь перед её носом. Пока женщина ждала, она попыталась выровнять дыхание и усмирить дрожь в теле. Алиса обернулась посмотреть на друзей, и в ответ на их вопрошающие взгляды лишь пожала плечами. Темнело быстро, а Алиса даже не знала, где путникам ночевать. И почему старик так удивился тому, что она — дочь Фималисы и Ангона? Выходит, он всё же был с ними знаком? Дверь вновь со скрипом открылась. — Вам лучше войти, — сказал мужчина. Когда Алиса перешагнула порог, первой в глаза ей бросилась пожилая женщина, сидящая на кресле у дивана. В этой комнате лежал большой вязаный ковёр, прямо у камина. За диваном была лестница, ведущая на второй этаж, напротив которой находился вход в кухню. По крайней мере, так было раньше. Из нового для Алисы были только ковёр и диван, но она ещё не всё успела разглядеть. — Вы можете сесть, — сказал старик, и гостья-своего-же-дома послушалась. Старушка не произнесла ни слова. — Скажите, если Вы — дочь Фималисы, то почему так молоды? — мужчина так и остался стоять. Алиса боялась этого вопроса. Она снова не знала, что ответить. Поведать правду — значило довериться, но можно ли было это сделать? — Как я поняла, Вы знакомы с моими родителями. Тогда можете просто сказать, где они находятся? — Перед этим мне нужно узнать ответы на свои вопросы, — упёрся в своё старик. — Я не могу рассказать Вам, потому что даже не знаю, кто Вы! — чуть громче сказала Алиса. — Тише! — внезапно шикнула на неё старушка. Девушка возмущённо на неё взглянула. — Хорошо, я скажу, — решил мужчина. — Я являюсь сыном Фималисы и Ангона. Пришла очередь Алисы удивляться. Ну конечно, у них мог быть ещё один ребёнок! Или даже больше. Вот о чём женщина точно не думала. — То есть, вы — мой брат? — Был бы им. Однако мне шестьдесят лет, а вам от силы тридцать. — Всё дело в том, что… — Алиса снова не знала, стоит ли говорить об этом. Ну, если это условие для ответа, то будь что будет, — в том, что мне девяносто шесть лет. — Краем глаза девушка заметила, что даже старушка нахмурилась. — А выгляжу молодо, потому что я колдунья. — Кто?! — пожилая женщина сама вскрикнула, и тут же закрыла ладонью рот. — Говорила я тебе, Алеронд, закрывай дверь на ночь! Вот, теперь кого ты впустил? — Моя магия светлая, и я никому не причиню вреда, — заявила Алиса. — Мы, конечно, слышали о колдунах, но не в нашей семье! Откуда в Вас, простите меня, магия?! — Алеронд, очевидно, не верил её словам. — Я не знаю, — девушка начинала выходить из себя. Мало того, что ей не дают ответа, так теперь ещё и не верят. — Слушайте, Алеронд, так Вы скажите мне, что произошло с моими родителями? Старик прищурился на неё своими тёмными глазками. — Фималис живёт с нами, — наконец, сказал он, — но сейчас она спит. — То есть нужно подождать утра? — Желательно, — проворчала старушка и заёрзала на кресле. Алиса поджала губы. Ей нужно было хотя бы попробовать: — Не могли бы вы… разрешить мне и моим друзьям остаться у вас на ночь? — девушка спрашивала это одновременно у обоих. — Они никого не обидят. Эти эльф и гном участвовали в Битве с Сауроном. Старик помолчал. — Хорошо. Мы постелем вам здесь, на полу. — Спасибо. Я пойду позову их.

***

Гимли и Леголас покормили коней едой из припасов, и зашли в дом. Около старого дивана лежало три покрывала и столько же подушек. Старик был слегка напуган нахождением других существ в своём доме, хотя вполне вежливо обменялся с ними приветствиями. Алеронд удостоверился, что гости пока не представляют опасности, и ушёл на кухню. Алиса подозревала, что там находилась кровать (как бы неуместно ни было). — На диване нам спать не разрешили… — сказала женщина и села на него. Свет, лившийся из кухни, вдруг погас и стало совсем темно. — Леголас! — шепнула Алиса эльфу, стоявшему у окна. — Что? — Подай свечу, она возле тебя должна быть. Леголас протянул ей подсвечник, но вместо него женщина случайно схватила эльфа за запястье. По телу Алисы словно пробежали искринки. Кожа у него была гладкая и холодная. Женщина взяла подсвечник и нашептала свече. Стало немного ярче. Алиса отставила источник света в сторону и взбила подушку. Вдруг в комнате что-то громко забурчало, и женщина обернулась на звук. — Мы давно не ели… — сказал Гимли и погладил живот. Алиса прыснула. — Посмотри, что осталось, — Леголас кинул гному мешок с припасами. Гимли нашёл там немного вяленого мяса, и принялся жевать, закусывая хлебом. Алиса не хотела есть, но всё равно проглотила кусок баранины. Половина её дела была выполнена, но женщина всё равно волновалась. — О чём вы говорили? — спросил Леголас, когда друзья ложились. — Этот мужчина — мой брат, — ответила Алиса. — А с виду не скажешь, — прокомментировал Гимли. — Да, но всё же я его старше. Гном выпучил глаза. — И она не намного младше тебя, дорогой Гимли, — улыбнулся Леголас. Алиса задула свечу и легла на бок. Эльф оказался между гномом и Алисой. Он, уже лежа на полу, повернулся к подруге. — И это всё? — Не всё. Алеронд сказал, что нужно дождаться утра, чтобы поговорить с мамой. Не знаю, почему я согласилась… но нам хотя бы есть, где ночевать. — Так твоя мама здесь? — уточнил эльф. — Да, а про отца он ничего не сказал. Знаете, я так переволновалась, что чудом смогла выговорить что-то связное… — Утром всё будет лучше, — подбодрил Леголас. Послышался храп. — Гимли уже спит. — Вот бы и мне засыпать так быстро! — прошептала Алиса перед тем как отвернуться от сияющих голубых глаз эльфа. В голове всё равно застрял образ его растрёпанных белых волос.

***

— Можно было хотя бы предупредить! — Прости, мы не хотели тебя будить. — Я хочу есть, долго ещё до завтрака? — Может, сделать яичницу с беконом? — Я не против. Алиса глухо застонала и разлепила глаза. Спать на полу с подушкой было лучше, чем на земле, но всё равно недостаточно. Спина и шея за это «спасибо» не скажут. Женщина потянулась и пальцами расчесала волосы. Только сейчас она заметила, что Леголаса рядом не было, хотя Гимли до сих пор дремал. Давно ли эльф проснулся? Алиса рискнула зайти на кухню, где обнаружила женщину, которую видела вчера, и молодого незнакомого ей мужчину. — Доброе утро, — сказала Алиса и оглянула помещение. Всё было также: печь и столешница у входа, далее маленький стол с тремя стульями и куча сундуков с хламом. Появилась только кровать в самом конце прямоугольной комнаты, видимо, на ней вчера спал Алеронд. Старушка недовольно взглянула на девушку, и не ответила. — Доброе. Я — Ангон, — протянул руку мужчина. Его звали, как и отца Алисы! — Алиса, — она пожала руку. — Так вы сын Алеронда? — Верно, — Ангон выглядел слегка удивлённым. У него было приятное лицо, обрамлённое короткими каштановыми волосами. Девушке он очень напоминал отца. Даже глаза были те же, зелёные. — Скажите, когда я могу увидеть Фималис? — Алиса повернулась к старушке. — Я проверю, спит ли она, и потом позову Вас, — сказала пожилая женщина, но не торопилась уходить. Алиса вернулась в помещение с диваном. Старушка тем временем решила наложить яичницу Ангону. — Мам, кто она? — прошептал сын так, чтобы Алиса не услышала. — Твоя тётя. Ешь, — поставив тарелку на стол, женщина ушла наверх. Ангон в изумлении раскрыл рот.

***

Было облачно. Дул прохладный ветерок. В деревне началась работа. Тут и там раздавались разговоры соседей, мычала корова и кудахтали куры. Странно, но в доме родителей Алисы животных не держалось. — У эльфов бывает такое, что всё тело болит после неудобного сна? — девушка попыталась размять пальцами ноющую шею. — Думаю, нет, — ответил Леголас, погладив гриву лошади. — У нас быстрая регенерация. — Эх, везёт! — вздохнула Алиса. Эльф отвлёкся от коня, но девушка не сразу это заметила, наблюдая за жизнью деревни. Он приблизился к девушке сзади, перекинул вперёд её темные волосы и нажал на какую-то точку в районе спины. Алиса вздрогнула. — Расслабься, — посоветовал Леголас. Он выпрямил спину девушки, надавив на плечи, затем ощутимо провёл пальцами по шее. Всё это время Алиса стояла, не шелохнувшись. — Ну как? — эльф взглянул девушке в лицо. Ей пришлось закрыть рот, чтобы не выглядеть совсем уж влюблённой дурочкой. — Легче, — Алиса ещё раз ощупала мышцы и покрутила головой из стороны в сторону. — Спасибо, принц-целитель, — насмешливо добавила она. Леголас стрельнул глазами в сторону девушки и повернулся обратно к лошади. — Алиса, пойдёмте! — крикнул Ангон из дома, и Алиса поспешила внутрь. Пожилая женщина провела её по лестнице и узкому коридору на втором этаже. Алиса открыла дверь в последнюю из двух комнат, в ней она раньше жила. Теперь тут было почти пусто, хотя кровать осталась на том же месте вместе с тумбой. На стульчике сидела ссохшаяся маленькая старушка, сложно было узнать в ней прежнюю Фималис. Алиса ужаснулась тому, как изменило время её мать. — Мирабель, — прохрипела Фималис, обращаясь к женщине, которую Алиса впервые увидела вчера. Мирабель осталась стоять в дверях. — Мама, — позвала Алиса, и старушка посмотрела на неё покрасневшими от возраста глазами. — Уходи… — сказала Фималис дочери. — Что? Это я, мам, Алиса. Я вернулась! — попыталась объяснить девушка. — Нет, нет… — старуха замотала головой. — Уходи! Моя дочь давно ушла, моей Алисы больше нет. Перестань здесь появляться… — Нет… — прошептала Алиса в отчаянии. Фималис не верит, что дочь вернулась! — Послушай, мама, пожалуйста! Я выгляжу молодо, но на самом деле мне девяносто с лишним лет. Всё потому, что оказалось, в моей крови течёт магия. Я колдунья, я не старею так быстро, понимаешь? Это правда… — Бред… бред, бред, бред… — бормотала старушка, отмахиваясь от дочери, как от назойливой мухи. — Мирабель, принеси мой отвар, опять голова разболелась, — Фималис устало прикрыла глаза. Глаза Алисы наполнились слезами. Мать подняла голову на короткой старческой шее и заговорила: — Скоро я буду с тобой, милый Ангон. Недолго осталось… Девушка резко вдохнула воздух, захлебываясь слезами. — П-папа… Алиса подошла ближе к матери, хотела дотронуться до её руки, но та дёрнулась и зло прошептала: — Уходи, сказано! И не возвращайся больше! — Вдруг Фималис сникла и жалобно пролепетала: — И так скоро на тот свет уйду, зачем ты мучаешь меня?.. Старушка думала, что дочь — это лишь видение. Фималис считала, что сошла с ума. Алиса, всхлипывая, выбежала из комнаты, не в силах больше смотреть на это. Её отец был мёртв, а мать не верила своим глазам и ушам. Девушка выбежала из дому. Гимли, который только что проснулся, недоуменно проводил её взглядом. Алиса остановилась на крыльце. Предательские слёзы всё никак не хотели останавливаться. Она пошла вперёд, и оказалась за калиткой. Краем глаза девушка заметила Леголаса, наблюдавшего за ней со стороны. Нет, Алиса хочет побыть одна. Хотя какая разница? Всё равно не выйдет. На улице слишком много людей, которым, конечно, нет дела до девушки, но она чувствовала досаду, стоя посреди дороги красная и сопливая. Кулаком Алиса вытерла слёзы, беспрестанно шмыгая носом. Она почувствовала, что он стоит за спиной. И как ему удаётся понимать, что Алисе нужно, когда даже она не знает? Стоило эльфу дотронуться до хрупкого плеча девушки, как она резко обернулась, сжимая эльфа в объятиях. Леголас обхватил её обеими руками, поглаживая волосы. От него пахло листвой и туманным лесом. От него пахло покоем. Рядом с ним Алиса чувствовала себя защищённой. Почти всегда.