Часть 14

В конце августа, когда уборка была в самом разгаре, Герберт начал собираться в дорогу. Сборы эти были гораздо более тщательными, чем обычно: по просьбе Гедеона Спилета он собирался остаться в Чикаго на два года, чтобы скопировать несколько книг, очень ему нужных. — Нам стоит завести свою библиотеку, — сказал ему журналист. — Без этого наша колония не сможет так успешно развиваться, как было до этого. Быт устроен, и человеческим умам нужна духовная пища. — Я понимаю вас, мистер Спилет, — Герберт серьёзно кивнул. — Мне кажется, можно попросить мистера Смита выделить несколько десятков долларов на покупку книг. И, например, я мог бы покупать какие-нибудь научные журналы. — Хорошая мысль пришла тебе. Я поговорю с Сайресом на этот счёт. И нужно закупить несколько учебников по грамматике, естественным наукам и арифметике для нашей школы. Герберт ещё раз кивнул и сделал пометку у себя в блокноте. Таких пометок у него скопилось за неделю немало — миссис Бетси и миссис Келси просили купить несколько рулонов хлопчатобумажной ткани синего, серого и белого цвета, отрез вуали, несколько журналов с модными нарядами, кружева и немного бархата. Мистеру Смиту требовались некоторые химикаты и приборы. Ещё нужно было купить гвозди для обуви, чернила, перья и бумагу в редакцию газеты и пеньки или верёвок для лодки, которую построил Айртон с помощниками. В середине последней недели августа Герберт уехал в сопровождении Френка, Джеральда и Спилета. К их возвращению уборка уже почти закончилась, и инженер задумал валить лес — очистить место посредине посёлка и заготовить дерева для постройки библиотеки. — Заодно перенесём туда редакцию газеты и сделаем три или четыре учебных класса, — пояснил свою задумку Сайрес Смит. — Детей со временем станет все больше, а в учителях недостатка никогда не будет. Спилет, Пенкроф и мистер Хенсли согласились с планами. Редакция «Нью-Линкольн Геральд» занимала почти весь кабинет в доме Смитов, не позволяя инженеру полностью обустроить химическую лабораторию и чертёжный стол. А дети хорошо учились только летом, когда можно было собрать их всех в одном месте. В холодное время они могли лишь перенимать опыт родителей, и только старшие заходили иногда к Смитам изучить что-нибудь в энциклопедии. Кроме постройки библиотеки Смит задумал перенести хозяйственные постройки в другое место. Птичник разбить на несколько построек — тогда у каждого дома появятся свои курицы и индейки. Сараи для скота стоило разделить так, чтобы главная улица и площадь перед церковью и будущей библиотекой стали полностью свободны. Огород тоже нужно было разбить на несколько — так у каждого дома появятся свои грядки с нужной зеленью, а кукурузу и картофель можно перенести ближе к лесу, за церковь. Кроме того, стоило позаботиться о домах для Джерома и Френка, а это означало — провести водопровод через улицу. — Думаю, можно сделать мостик через насыпь, — предложил Гарри Клифтон. — Или вести трубы в обход, за домом мистера Хенсли. — Мы поступим немного проще. Для этого поднимем дорогу на полтора фута и заставим течь воду вверх. Для этого установим с одной стороны улицы высокие бочки и проведём трубы под дорогой. Давление заставит подняться воду до нужного нам уровня с другой стороны. Но в первую очередь занялись библиотекой. Пока инженер готовил чертежи, колонисты привозили глыбы песчаника, известняк и валили лес в указанном месте. Заодно смастерили птичники и перегнали скот в другое место. До зимы Сайрес Смит рассчитывал закончить кладку фундамента, чтобы с наступлением тепла поставить каркас и начать кладку стен.

***

Оставим ненадолго колонистов и перенесёмся в Чикаго. Герберт понемногу собирал материалы для библиотеки. Кое-какие книги он переписывал в университете, что-то покупал. Отдельно лежали уже купленные учебники арифметики, грамматики, естественных наук, истории и, для старших мальчиков, латыни, французскому, физики и химии. Купил он и карты. Лекции господина Паганеля, с некоторыми поправками, могли служить отдельным учебником по всему на свете. Надо сказать, за учёбу Герберт в этом году взялся с удвоенной силой, дважды в неделю посещая больницу и едва ли не каждый вечер задерживаясь в анатомичке. Не забывал он и о лекциях, тщательно конспектируя каждую. К господину Паганелю на занятия он ходил в свободное время, поскольку иногда лекции совпадали с другими предметами или практикой. Однако, и того, что он успел услышать, заставило поверить в гениальность профессора и убедиться в его фантастической рассеянности. Эта рассеянность проявлялась то в абсолютно невинных вещах вроде пятиминутного опоздания, то в том, где ошибка грозила стать причиной неверных знаний. Одна из лекций вообще едва не привела к катастрофе: господин Паганель запутался в очередной карте, которыми часто пользовался, не удержался и скатился с кафедры к студентам. К счастью, обошлось всего лишь ушибами и порванной картой. За ежедневной суетой Герберт не заметил, как подкралась зима. Календарь показывал десятое декабря, а список покупок — незачёркнутые строки. Пересчитав оставшиеся деньги, Герберт отправился за писчими принадлежностями для редакции, некоторыми журналами и синей тканью, которую не удалось купить осенью.