Арка 4- Академия (часть 9- Мечники тумана)

— М-может, договоримся? Мой дрожащий голос прервал импульс молнии, пролетевший в миллиметре от моей головы. Воздух вокруг противно зашипел, волосы на затылке встали дыбом от статического электричества, а в носу защипало озоном. Запах грозы смешался с запахом страха, который, кажется, сочился из каждой моей поры. «Б-блядь... если бы я дёрнулась не туда хоть на миллиметр — уже была бы углём. Что это нахрен было?!» Сердце колотилось где-то в горле, пульс отдавал в висках с такой силой, что казалось — ещё немного, и они просто лопнут. Я никогда не была так близка к смерти. Даже в прошлой жизни, даже когда болела, даже когда... Медленно, очень медленно поворачиваю голову. Даже вскрикнуть не успеваю — перед глазами вспыхивают обезумевшие глаза, жаждущие крови. Зрачки расширены, в них пляшет безумный огонёк, от которого внутри всё леденеет. Этот взгляд не принадлежал человеку. Он принадлежал чудовищу, которое давно перешагнуло черту и танцует на костях своих жертв. Ки, к которому я уже почти привыкла за эти минуты, становится невыносимым. Давит на плечи, ломает рёбра, высасывает воздух из лёгких. Кажется, ещё немного — и мои кости просто превратятся в труху под этим давлением. Нет. Не становится. Они просто решили прекратить игры и быстро расправиться со зверьком, который посмел их удивить. Игрушки надоели, пора убивать. — И что ты только что сделала, малявка? — улыбаясь, произносит этот... этот маньяк. Голос у него был почти ласковый. Таким тоном разговаривают с любимыми котятами... перед тем как свернуть им шею. Голова работает в тысячу раз быстрее обычного, лихорадочно перебирая варианты. Как бы помедленнее сдохнуть? Как выиграть время? Как... «На систему не рассчитываем. Только что произошла попытка убийства, и она осталась попыткой только благодаря милосердию обладателя мечей Кибы — того самого двуручного меча, что испускает электричество. Если бы он целился чуть точнее... если бы ветер дул иначе... если бы я чихнула...» Мысли неслись в голове табуном обезумевших лошадей. «Тогда что? Что делать? Слава Ками, хоть ребят удалось отправить в мир призыва. Только на это я потратила всю чакру и, какого-то хрена, очки — потому что чакры не хватало даже на моё перемещение, а для четырёх я бы просто сдохла, если бы попыталась. Пришлось преобразовать системные очки в чакру, и то хватило только на команду. А сейчас я не могу использовать ни единой техники: из-за полного опустошения запасов чакры даже разговариваю с огромным трудом. Каждое слово даётся так, будто я поднимаю штангу. Но ребята в безопасности. Это главное. Я как-нибудь выкручусь». Я повторяла это как мантру, пытаясь убедить саму себя. «Я как-нибудь выкручусь». Звучало жалко даже в собственной голове. Пока мечники ждали последних слов своей добычи, эта добыча заставила работать все извилины на пределе. Но, кажется, у них были другие планы. Терпение монстров не бесконечно. — Не расскажешь — умрёшь медленно и мучительно, — ласково, почти нежно произнёс Джузо. Он говорил так, будто предлагал чай с печеньем. — Полагаю, ты знаешь, что мы можем это устроить. А если расскажешь... Мои глаза на последних словах наполнились надеждой, которая, к несчастью, слишком быстро покинула чат. — ...умрёшь менее болезненно. «Чёртовы садисты. Им просто нравится смотреть, как жертва мечется между страхом и надеждой. Как кошки с мышью». Проклиная всё и вся, я понимаю: заставлять их ждать ещё немного — значит подписать себе смертный приговор. Эти твари не отличаются терпением. Пытаясь не грохнуться в обморок прямо здесь (а организм настойчиво намекал, что это отличная идея), я выдавливаю из себя ангельский голосок: — Р-расскажу. Из-за ки голос всё ещё дрожит, но терпимо. Можно было дать более уверенный ответ, но сейчас каждое слово — риск. Да что там слово! Если я вдохну неправильно — моя голова может упасть с плеч. Приходится играть по их правилам. Выживание — лучшая мотивация для актёрского мастерства. — И? — Джузо склонил голову набок, явно наслаждаясь моментом. Его глаза блестели в лунном свете, как у кота, дорвавшегося до сметаны. — Мы слушаем. «Нельзя открывать все карты. Как только получат, что хотят — тут же убьют. Но я не настолько искусна во лжи, чтобы пытаться обмануть этих монстров. Они учуют фальшь за версту. Слишком много врали сами, слишком многих обманывали». Краем глаза замечаю бабочку на ветке — они её не видят. Маленькое чудо, оставшееся от моих запасов. Пытаюсь оценить положение. Двое сидят на дереве, скучающе наблюдая, как коллега мучает семилетнюю девочку. Им плевать. Для них это рутина. Очередная жертва, очередная смерть. — Эй, Джузо, — лениво протянул один из них, спрыгивая с ветки. — Наверняка какая-нибудь клановая техника. Зачем тебе? Грохни малявку побыстрее, у нас дела поважнее есть. Он направился к тому самому дереву, в которое врезались мечи с электричеством, едва меня не убившие. Походка у него была расслабленная, почти ленивая — так ходят люди, уверенные в своей силе настолько, что могут позволить себе не торопиться даже на охоте. «Так вот кому они принадлежат. Райга. Мечник с молниями». Стараюсь лишний раз не дышать, косясь на мечника перед собой. Может, не послушается? Может, захочет поиграть подольше? — Эх, ты прав, Райга, — вздохнул Джузо. — А я хотел подольше поиграть с жертвой. Всё-таки с Конохой у нас отдельные счёты. Да, Фугуки? Он обернулся к третьему, и тот кивнул, доставая свой чудовищный меч. Тот блеснул в свете луны, и мне показалось, что я вижу, как он вибрирует в предвкушении крови. Пока они переглядывались, я лихорадочно открыла системное окно. Имя: Мия Яманака Уровень: 7 (500/40000) Чакра: 12/2000 (восстанавливается) Здоровье: 450/1600 Интеллект: 49 Сила: 12 Ловкость: 13 Контроль чакры: 50 (МАХ) Красота: 37 Удача: -75 «Ну же, хоть что-нибудь! Хоть каплю!» Бесполезно. Двенадцать единиц чакры. Этого даже на самую примитивную технику не хватит. Навыки... всё те же. Бесполезные против трёх матёрых убийц. «Контроль чакры? Какой смысл, если чакры нет? Соблазнение? — я чуть не рассмеялась вслух от абсурдности этой мысли. — Против тридцатилетних убийц, для которых я максимум перекус? Бабочки? Опять нужна чакра. Тогда что? ЧТО?» Злость на собственную беспомощность захлестнула с головой. Я столько лет готовилась, столько планировала, столько вкладывала в отношения с целями — и всё ради того, чтобы погибнуть вот так? В глухом лесу, от руки психопата с мечом? Краем глаза замечаю, как меч приближается к моей шее. Холодное лезвие почти касается кожи. Оно пахнет железом и старой кровью. Джузо даже не спешит — наслаждается моментом. «Видимо, это всё. А я так хотела увидеть всех остальных... Какаши, Итачи, Шисуи... даже этого придурка Обито. И Рио... мой маленький братик...» Закрываю глаза, готовясь принять смерть с тяжёлым сердцем. В голове проносятся картинки: мама, папа, Рио, Итачи с его вечно серьёзным лицом, Какаши с книгой, Шисуи с его тёплой улыбкой, Кабуто с его вечной маской спокойствия... И вдруг в голове что-то щёлкает. Словно затвор камеры. Словно система наконец включает режим «СПАСЕНИЕ». — Джузо Бива!!! Эти два слова, выкрикнутые чуть ли не в истерике, останавливают меч в миллиметре от сонной артерии. Я чувствую холод металла на коже, чувствую, как лезвие вибрирует от напряжения — Джузо замер на полуслове․ Лезвие замирает, повинуясь воле хозяина. Но воля эта сейчас в полной растерянности. Вижу, что произвела эффект, и продолжаю — медленно, с дрожащим, но набирающим уверенность голосом, глядя прямо в безумные глаза: — Бывший джонин Скрытого Тумана, член Семи Мечников. Пол мужской, возраст тридцать один год. Известен своей бесчеловечной жестокостью. Вне сражений — достаточно расслабленный тип, иногда даже травит шутки товарищам. После битвы с Майто Даем едва выжил, стал ниндзя-отступником и вступил в организацию Акацуки в Стране Дождя. Как и все члены команды, обладает высокими навыками кендзюцу. Владеет Кубикирибочо — мечом, восстанавливающимся благодаря железу из крови жертв. Достаточно силён, чтобы окрашивать поля боя в алый цвет. Тишина. Абсолютная, оглушительная тишина. Даже ветер перестал шелестеть листвой. Даже птицы, которые до этого отчаянно пытались улететь подальше от этого места, замерли. Трое легендарных убийц смотрят на меня с приоткрытыми ртами. У Джузо меч медленно опускается. Он смотрит на меня так, будто у меня выросла вторая голова. Или третья. «Информация! Почему я сразу не подумала? Чёрт возьми, Мия, ты идиотка! У тебя же в голове целая база данных по вселенной Наруто!» Не веря, что отсрочила смерть, нахожу взглядом владельца Кибы и продолжаю уже увереннее. Голос перестаёт дрожать, когда я понимаю, что это работает: — Райга Куросуки. Джонин Киригакуре, бывший член Анбу Кири. Сбежал из деревни после разгрома от Майто Дая — тогда погибли четверо из семи. Занимается продажей ниндзя. В неизвестное время, сам того не ведая, обзавёлся дочерью Бунтан, чья мать его презирает. Владеет мечами Кибой — два клинка, наделённых силой молнии. Говорят, это самые острые мечи из когда-либо кованных, способные пронзить что угодно и испускать мощные электрические разряды. Райга, который уже почти дошёл до дерева, застывает как вкопанный. Медленно, очень медленно поворачивается. Его лицо... я никогда не видела, чтобы лица убийц так вытягивались. Лес снова погружается в тишину. Но я не собираюсь останавливаться. Раз уж начала, надо добивать. Перевожу взгляд на третьего, самого молчаливого, и чувствую, как внутри разгорается азарт: — Фугуки Суйказан. Пол мужской, дата рождения двадцать второе февраля. Один из сильнейших мечников. Верит, что защита деревни важнее жизней товарищей. После проигрыша Майто Даю начал сливать данные врагам. Обладатель Самехады — самого устрашающего из семи клинков. Меч поглощает чакру противников. Закончив монолог, пытаюсь вдохнуть — и воздух застревает в горле. Сердце колотится где-то в ушах. В следующую секунду меня окружают три высокие фигуры. Они двигаются так быстро, что я даже не успеваю моргнуть. На их лицах — не прежняя скука и превосходство, а смесь шока, ярости и... страха? Да, это страх. Я видела его достаточно раз в своей жизни, чтобы узнать. Страх в глазах людей, которые только что поняли, что их самые тёмные секреты больше не секреты. «Испугались? Ещё бы! Вступление в Акацуки, битва с Майто Даем, дочь, продажа информации, торговля шиноби... Если это вскроется, они не отделаются простой смертью. Их будут пытать. Долго и со вкусом. И никакая Акацуки не спасёт, если пять великих деревень решат объединиться против них. Тупая ты башка, нужно было раньше додуматься!» Коря себя за запоздалую сообразительность, добавляю для верности. Голос звучит твёрдо, хотя внутри всё дрожит: — В случае моей гибели вся эта информация — не только о вас, но и о вашей деревне, и о ваших мечах — попадёт на стол к пяти великим каге. Пусть решают, что с вами делать. И поверьте, я позабочусь, чтобы мы сидели за одним столом на небесах. Фирменная улыбка. Самая милая, самая невинная. Та, от которой тают сердца и подкашиваются колени. Сейчас она должна сыграть роль спокойной уверенности. — Кто ты? — выдыхает Райга. Голос у него сел. Представляю, каково это — узнать, что какая-то мелкая девчонка знает о тебе всё. Абсолютно всё. «Йухуу! Информация рулит! Когда в следующий раз спросят, какое самое сильное оружие, я буду знать, что ответить. Не зря в моём мире информация была основой всего. Не зря я заучивала эти чёртовы википедии по ночам!» От недавней испуганности не осталось и следа. Я готова расцеловать себя за то, что когда-то заучила досье на всех персонажей Наруто. Даже на второстепенных. Даже на тех, кто появлялся всего на пару глав. «Мия, ты гений. Рисковый, сумасшедший, но гений». — Я Мия. Яманака Мия, генин Конохи, — гордо вскидываю подбородок, насколько позволяют связанные руки. — А вы, собственно, уже представлены. Они сверлят меня взглядами, но ничего не могут поделать. Я вижу, как в их глазах происходит внутренняя борьба. Убить? Не убить? Рискнуть? Не рискнуть? Понимают: даже если угроза про обнародование информации — блеф (а это, скажем честно, чистый блеф — никаких писем каге я не отправляла), всё остальное чистая правда. Рисковать своими шкурами ради убийства какой-то девчонки? Не по Сеньке шапка. Фугуки не выдерживает первым. Он всегда был самым умным из этой троицы, если верить канону. — Откуда обычный генин знает то, что известно только нам? — голос звучит угрожающе, но я слышу в нём нотки неуверенности. — Во-первых, — я поправляю растрепавшиеся волосы, пытаясь придать себе более презентабельный вид, — я не обычный генин. Во-вторых, вы не слышали? Я из клана Яманака, специалисты по сбору информации. И, как верно заметил ваш друг, это просто клановая техника. С каждым моим словом их челюсти сжимаются всё сильнее. Джузо нервно перебирает пальцами на рукояти меча, Райга скрестил руки на груди, Фугуки буравит меня взглядом. — И много людей обладают этой информацией? — допытывается Фугуки. — Вот этого я не скажу, прошу прощения, Фугуки-сан, — я улыбаюсь ещё шире. — Я, в отличие от вас, свою деревню не продаю. Фугуки дёргается как от пощёчины. Его глаза вспыхивают яростью, но он сдерживается. Молодец, мальчик, учись контролировать эмоции. Райга наконец подаёт голос. Спокойный, рассудительный: — Как мы можем быть уверены, что, отпустив тебя, ты не разгласишь всё? «Наконец умный человек. Сразу к делу, без эмоций». — Полагаю, никак? — пожимаю плечами. — С чего мне щадить тех, кто чуть не убил меня и моих друзей? В ту же секунду ки Джузо взрывается с новой силой. Давление становится почти физическим, мне кажется, что ещё немного — и меня просто расплющит. — Раз эта информация всё равно вскроется, — рычит он, и в его голосе звучит неприкрытая угроза, — с чего бы нам не прихватить тебя с собой на тот свет? «Упс. Видимо, даже у такого идиота многолетний опыт прорезает мозги. Он прав. Если информация всё равно утечёт, какой смысл меня отпускать?» — Эм... — тяну я, лихорадочно соображая. Нужно что-то придумать, и быстро. — Не знаю? Звучит жалко. Даже для меня самой. Надеюсь, что до радикальных мер не дойдёт. Но судя по тому, как Джузо сжимает меч... И тут снова вмешивается Фугуки. Спасибо тебе, умный мечник, спасибо: — Заключим контракт на чакре. «Блядь. Всё-таки дошло, мать вашу. А я так надеялась этого избежать!» — Наконец дельное предложение, — кивает Райга. — Похоже, нам всем ещё рано на тот свет, — усмехается Джузо, и его безумные глаза на мгновение становятся почти нормальными. Все трое убирают мечи в ножны. Медленно, почти синхронно. И требовательно смотрят на меня. «Это опасно. Слишком опасно». Я прекрасно знаю, что такое контракт на чакре. Что-то вроде обещания на мизинчиках, только в тысячу раз серьёзнее. Стороны договариваются об условиях, с помощью особого свитка связывают чакру, и за невыполнение — смерть от разрыва чакроканалов. Медленная, мучительная смерть. Но самое паршивое: даже если ты соблюдаешь всё идеально, всегда найдётся какой-нибудь менталист или клановый с особыми техниками, который покопается у тебя в мозгу. И тогда — даже без твоего нарушения — ты труп. Так что придётся ещё и следить, чтобы в голову не лезли. А учитывая, что я из клана Яманака и постоянно трусь среди Учих... это будет крайне сложно. Итачи с его шаринганом, Шисуи с его котовари... Они могут случайно увидеть что-то, что активирует контракт. Вот почему я до последнего не хотела этого варианта. Но если смотреть правде в глаза, выбора нет. Либо контракт и шанс выжить, либо смерть прямо сейчас. Стиснув зубы так, что аж скулы заломило, киваю: — Давайте свиток. На их лицах мелькает облегчение. Даже у Джузо спадает напряжение с плеч. Они вытаскивают из пространственного свитка (и зачем они его таскают с собой? предусмотрительные, ничего не скажешь) пергамент. Старый, пожелтевший, исписанный непонятными символами. — От тебя об этой информации не должен узнать никто. — голос Фугуки звучит как приговор. — Ни живое, ни неживое существо, ни в каком виде. Ты не должна допустить даже копания в мозгу — для предотвращения утечки. Одно единственное условие: никто не должен узнать о нас от тебя. Согласна? «Вот же мудак. Ни одной лазейки. Ни единой щёлочки. Ладно, посмотрим, кто кого». — Вы не должны причинять мне и моим близким вреда. — загибаю пальцы, стараясь ничего не упустить. — Убивать, грабить, пытать, насиловать, стирать память, клеветать, позорить, оскорблять, унижать, калечить. Согласны? Довольная собой — кажется, учла всё, что могла — смотрю на них с гордостью. Пусть знают, с кем связались. — А кто входит в твоих близких? — уточняет Райга. Практичный вопрос. — Все коноховцы? — предлагаю наугад, понимая, что это слишком жирно. — Так не пойдёт, — качает головой Фугуки. — Это будет ненападение на всех наших врагов. Чёрт. Чёрт-чёрт-чёрт. Быстро перебираю варианты. Как обозначить своих, чтобы не подставить всех под удар, но и защитить тех, кто дорог? — Если увидите на человеке символ бабочки — не трогайте. — выпаливаю я. — Согласны? Бабочка Химитсу. Мой личный знак. Тот, кто его носит — под моей защитой. Уверенная, что на этот раз ничего не упустила, снова вскидываю подбородок. И не замечаю их скрытых улыбок. Мелькнули и исчезли, но я была слишком занята самодовольством, чтобы обратить внимание. — Согласна. — Согласны. Мы произносим это одновременно. Фугуки прикладывает свиток к моему лбу, потом к своим, и я чувствую, как по чакроканалам разливается тёплая энергия. Приятная, почти ласковая. Свиток вспыхивает ярким светом и рассыпается пеплом, который тут же развеивается ветром. Всё. Контракт заключён. Открываю глаза — и вижу три ухмылки. Широкие, довольные, полные предвкушения. И жажды крови. «Ч-что они задумали? Они же не могут мне навредить... Я всё предусмотрела!» Не успеваю додумать — перед глазами всё темнеет. В следующую секунду моё падающее тело подхватывают чьи-то руки. Сильные, грубые, безжалостные. Последнее, что слышу перед тем, как сознание окончательно уплывает в спасительную темноту: — Ты забыла добавить «похитить и продать», мелюзга. — голос Джузо звучит ехидно и довольно.