Арка 5- Вдали от дома (часть 8- Акасуна Сасори)

— Это была комната собраний, — Конан шла чуть впереди, её шаги почти не звучали на каменном полу. — В конце каждого месяца у нас проходят регулярные собрания. В случае необходимости по приказу лидера могут быть экстренные. Присутствие на каждом из них обязательно. Исключения — только по приказу лидера. Я кивала, стараясь запомнить каждое слово, хотя голова уже шла кругом от обилия информации. Пещера оказалась огромным лабиринтом, и без проводницы я бы точно заблудилась в первую же минуту. — Вон там, слева от зала собраний, находится кухня с столовой, — Конан указала рукой в сторону тёмного коридора. — Но так как никто готовить не умеет, она обычно пустует. — В её голосе послышалась лёгкая ирония. — Ещё есть общие для всех комнаты: лазарет и тренировочные полигоны. Всё остальное — личные помещения членов организации. В чужие комнаты заходить без приглашения не рекомендуется. «Это всё-таки мой новый дом», — подумала я, и от этой мысли по телу разлилось странное тепло. Дом среди террористов. Звучит как название дешёвого сериала. Ухмыльнувшись, я чуть не пропустила последние слова Конан. — Там твоя комната, — она остановилась у неприметной двери в каменной стене. — Можешь начинать обустройство. Кстати, на привыкание к новой среде у тебя есть неделя. Потом присоединишься к деятельности организации. Я открыла рот, чтобы поблагодарить, но она продолжила: — На этом всё. Можешь отдохнуть и... — она на секунду замялась, окинув меня взглядом. — В лазарете есть лекарства и бинты. Воспользуйся. От последнего предложения у меня чуть слёзы на глаза не навернулись. «Конан-сан, — мысленно взмолилась я, — не зря вас ангелом считали! Как вы вообще заметили мои раны?» Уже чувствуя, как становлюсь её фанаткой навеки, я кивнула и вошла в указанную дверь. Комната оказалась... вполне ничего. Маленькая, но уютная. Совмещённый санузел, аккуратная кровать с бельём, рабочий стол и два стула, вместительный гардероб и даже маленький зелёный коврик у кровати. Минималистично, но со вкусом. Я представила, как Нагато лично выбирал интерьер для комнат новых членов. От этой картины я не смогла сдержать смешка. И тут же тело пронзило острой болью — напоминание о том, что шутить с травмами не стоит. «С этими ранами надо что-то делать», — подумала я, морщась. На секунду задумалась о перемещении в мир призыва. Там бы обо мне позаботились, Рей точно организовала бы лучших лекарей... «Нельзя, — одёрнула я себя. — Мой мучитель наверняка приставил Зецу следить за мной. Даже учитывая, что это он меня похитил и из-за него я вступила в Акацуки, не удивлюсь, если он до сих пор считает меня шпионкой, которая пытается выведать секреты организации». Нельзя показывать, что я владею обратным призывом. И уж тем более нельзя светить тем, что я вообще-то королева целого мира. «Это мои единственные козыри, — напомнила я себе. — Спрятать поглубже и не доставать до нужного момента». Так что, кряхтя и постанывая, я поплелась искать лазарет. Нашла его только с третьей попытки (лабиринт, мать его), и худо-бедно оказала себе первую помощь. Бинты, мази, обезболивающее — спасибо Конан-сан, век не забуду. «Ну почему я не выучила Шосен раньше? — ругала я себя, накладывая очередной слой бинтов на разбитую руку. — Было бы всё намного легче». Закончив с перевязками, я вернулась в комнату и рухнула на кровать. «Итак, что мне де...» *** Мда. Ложиться в кровать с такой усталостью и ещё пытаться о чём-то думать — занятие бесполезное. Неудивительно, что я отключилась, как только голова коснулась подушки. Сны, вопреки ожиданиям, оказались не кошмарными. Даже наоборот. «Если Пейн узнает, какое не самое скромное участие он принимал в моём сне, — подумала я, просыпаясь, — точно отправит меня на все четыре стороны». И почему мне снилось такое с тем, кто меня чуть не задушил? Хотя... возможно, именно из-за этого. «Может, в душе я и правда мазохистка?» — эта мысль не вызвала отторжения. Скорее даже наоборот. Впервые за последние полтора месяца я чувствовала себя отдохнувшей. Тело ныло, но уже не так отчаянно. Желудок, воспользовавшись моментом, напомнил о своём существовании громким урчанием. — Ладно-ладно, — пробормотала я, натягивая единственный комплект одежды, который у меня был. — Иду я, иду. Выйдя в коридор, я бодро зашагала в сторону, где, по моим расчётам, должна была находиться кухня. Ключевое слово — «по расчётам». Через полчаса блужданий я поняла, что безнадёжно заблудилась. «Да почему эта пещера такая огромная?! — возмущалась я, сворачивая в очередной одинаковый коридор. — Свернёшь не туда хоть раз — и назад уже не вернёшься!» Ещё через час я сдалась. Села на какой-то камень посреди очередного тоннеля и уставилась в стену. «По закону жанра, если красавица (то есть я) потерялась, то поблизости обязательно появится какой-нибудь красавец, который будет копить рыцарский опыт на спасении таких, как я», — философски рассудила я. Приняв максимально беззаботный вид, будто меня безумно интересуют камешки на полу, я принялась ждать. И заодно игнорировать забастовку, которую устроил мой желудок. Прошёл час. Два. Три. «Да где этот чёртов принц?!» — в тысячный раз задала я себе вопрос, пытаясь не обращать внимания на таракана, который только что прошёл сквозь стену. И на мысли о том, что если представить его не таким вкусным... Внимание! Вы отравлены. Любой, кто увидел бы, как я радуюсь этому сообщению, согласился бы с системой насчёт моего мазохизма. Я счастливо подняла взгляд и ожидаемо увидела ходячую матрёшку, в которой скрывался красноволосый красавчик. — Сасори-сан! — воскликнула я с неподдельной радостью. — Если бы вы знали, насколько сильно я вас сейчас люблю, вы бы... Внимание! В вашем теле обнаружен ещё один яд. — ...понял, принял, помогите! — закончила я, падая ниц. Стальной хвост, угрожающе замерший у моего горла, ясно дал понять: мои акробатические этюды он не оценил. — Мелкая, — голос из куклы звучал глухо, — ты смеешь просить меня о чём-то после вчерашнего? — Сасори-сан, — затараторила я, чувствуя, как остриё касается кожи, — мы же культурные люди! Кха... больно, больно! Ладно, некультурные... кха, ладно, нелюди! Но нельзя же убивать человека, который разделяет ваши взгляды на искусство! Я сама не верила в тот бред, что несла. Но хвост неожиданно убрался. — Видите ли, — быстро заговорила я, пользуясь моментом, — я заблудилась. Тишина. — И я отравлена. Хотя вы и так знаете. Всё ещё тишина. — И я очень голодна. Сасори развернулся и собрался уходить. — Стойте-стойте-стойте! — завопила я, вскакивая. — Давайте сделку! Он остановился. «Чувствую себя обезьяной в цирке, — подумала я. — Я говорю, он это слышит, но не удостаивает меня честью услышать его голос». — Кхм, — я прочистила горло. — Вы даёте мне противоядие и сопровождаете до кухни. Взамен я дам вам яд, о котором вы понятия не имеете. Договор? Кукла медленно повернулась ко мне лицом. — Ты? — в его голосе прорезалось что-то похожее на интерес. — Яд? — Если не верите, могу дать авансом, — я пожала плечами. Он молча поднял бровь. Опять пантомима. — Вы сейчас даёте мне противоядие, я его принимаю, — терпеливо объяснила я. — Как только мне становится лучше, я отдаю половину яда. Потом вы сопровождаете меня на кухню, а я отдаю вторую половину. — Даже сломанные часы два раза в сутки показывают точное время, — задумчиво произнёс он. — Что? — Говорю, даже идиоткам иногда приходят в голову дельные мысли. «Это он так соглашается? — мысленно возмутилась я. — За идиотку я ещё отомщу!» Внимание! Введено противоядие. — Ого, быстро вы, — удивилась я, чувствуя, как боль отступает. — Болтай меньше и давай половину, — оборвал он. — Зачем так грубо? — я прижала руку к сердцу. — Моё хрупкое сердечко может не выдержать. Я достала из подпространства флакон с фиолетовой жидкостью. «В мире бабочек не только Химитсу, — подумала я, протягивая флакон. — Там есть самые разные виды с разными способностями. Я позже узнала, что если приобрёл один вид — это на всю жизнь. Так что другими я пользоваться не могу. Но я попросила ядовитых бабочек дать мне яда на всякий случай. Ну как попросила — королева всё-таки. Правда, использовать его мне было не суждено. Второй раз они свой ограниченный яд уже не дадут. Но что не сделаешь ради хавальника». Акасуна Сасори. Безразличие +1 Сасори Акасуна (Безразличие 3/100) Уведомление показало, что он уже оценил подлинность яда. И то, что за такой поступок я получила всего одно очко, немного обижало. Но ладно. — Идём, — бросил он и быстро зашагал по коридору. Я еле поспевала за ним, но старалась не отставать. Вскоре он остановился у деревянной двери. «А вот и кухня», — обрадовалась я и уже хотела попрощаться, как Сасори толкнул дверь и вошёл внутрь. «Он же кукла, — удивилась я. — Зачем ему на кухню?» Пожав плечами, я вошла следом. — Блядь, — выдохнула я. — Хидан, ты ли это? — пробормотала я, оглядываясь. Комната. Комната Сасори, мать её. Как я сделала этот неутешительный вывод? Слева — марионетки, справа — марионетки, в центре — Сасори, сидящий на стуле за столом, заваленным какими-то инструментами и заготовками. — П-почему я в вашей обители? — пискнула я, чувствуя, как инстинкт самосохранения бьёт тревогу. — Здесь можно спокойно поговорить, — его голос звучал ровно. — Лидер до слежки за мной ещё не добрался. — А мы рецепты обсуждать будем? — я попыталась пошутить, но голос предательски дрожал. — А то не вижу здесь кухни. — Рецепт под названием «торт для удлинения жизни» подойдёт? — в его тоне прорезалась издёвка. — Вполне, — я, не дожидаясь приглашения, плюхнулась на его кровать. Он нахмурился. Кукольное лицо, конечно, не слишком выразительно, но я уловила недовольство. — Итак, — начал он, — если у тебя осталась хоть капля сообразительности, что была пять минут назад, ты понимаешь, зачем мы здесь. — Полагаю, обсуждать вчерашнее, — кивнула я, стараясь не ёрзать на чужой постели. — Хм, — он активировал ки на полную мощность. — Даже боюсь момента, когда вернётся глупая версия тебя. А теперь... — давление стало невыносимым. — Не расскажешь, откуда у тебя такая подробная информация обо мне? — Ик! — только и смогла выдавить я. *** — Моя жизнь для меня дорога, — выдохнула я, когда допрос наконец закончился. — Поэтому о полученной информации никто не узнает. Тем более мы теперь коллеги, Сасори-сан. Допрос, который был подозрительно похож на допрос моего лидера, завершился. На протяжении всей «милой беседы» на бедную меня давило такое ки, что потолок уже почти обрушился. Все ответы — кстати, абсолютно те же, что я давала Пейну — приходилось выдавливать дрожащим голосом, включив навыки лжи на максимум. — Ну раз контракт составить не удастся, — задумчиво произнёс Сасори, — придётся тебе поставить жизнь на кон. Любое сказанное слово обо мне может стать последним для тебя. Ясно выражаюсь? — Так точно, сэр! — выпалила я, вскинув руку к виску. — А теперь освободи мою комнату от своего присутствия, — он махнул рукой в сторону двери. — Эмм... — я замялась. — Что ещё? — в его голосе послышалось раздражение. — Вы же должны были указать, где кухня, — напомнила я. — Слева, сто метров вперёд, — бросил он. «Меня так далеко занесло», — ужаснулась я. Перед уходом я оставила на столе обещанный остаток яда. — Спасибо, Сасори-сан! — крикнула я уже от двери. — Я буду частенько к вам захаживать! И пока иглы с ядом не врезались мне в спину со словами «не смей сметь», я пулей вылетела из комнаты. Идя в указанном направлении, я молилась всем богам, чтобы Сасори не соврал. Ноги гудели, желудок урчал так, что, казалось, его слышно во всей пещере. «И всё-таки я очень хочу увидеть настоящее лицо Сасори, — мечтательно думала я на ходу. — А то он постоянно в этой черепахе сидит»․ Мои мысли прервала металлическая дверь с табличкой «Кухня». — Наконец-то! — мой крик души, надеюсь, не услышало всё логово. Хотя, честно говоря, мне сейчас было абсолютно всё равно, кроме еды. Я уже протянула руку к ручке, как сзади раздался голос, появившийся так не вовремя: — Эй, ёбанутая, ты что здесь делаешь? — ДАЙТЕ МНЕ ПОЕСТЬ, А! — заорала я, разворачиваясь.