Арка 6- Акацуки (Часть 3- Путь домой)

Слова Пейна прозвучали как гром среди ясного неба. Я даже моргнуть не успела, а в голове уже пронеслась тысяча мыслей, одна страшнее другой. — Коноха? — мой голос предательски дрогнул. — Зачем? Почему? Стараясь не подавать виду, что внутри всё переворачивается (всё-таки обладатель Риннегана не знает о моих, скажем так, близких отношениях с жителями этого места), я пытаюсь правильно сформулировать вопрос. — Нахера? — вылетает у меня. — Общение с Хиданом, смотрю, плохо на тебе сказывается, — в голосе Пейна проскользнула едва уловимая насмешка. Я сделала глубокий вдох, поправила несуществующую юбку (пижама с лягушками — не лучший наряд для разговора с главой террористической организации, но кто ж знал, что меня вызовут?) и выдала максимально елейным тоном: — О господин великий и всесильный, не снизойдёте ли до уровня маленького планктона вроде меня и не объясните ли причину вашего, несомненно, блистательного решения? Сарказм не заметил бы разве что глухой. Усиление ки вокруг меня не стало неожиданностью — воздух загустел, стало трудно дышать. Но и мой пыл это остудило. Я прикусила язык, напоминая себе, что разговариваю не с Хиданом, а с человеком, который может стереть меня в порошок одним щелчком пальцев. — А это, видимо, влияние уже моё? — он приподнял бровь. «Он что, специально говорит обо всём, кроме ответа на мой вопрос? — промелькнуло в голове. — Издевается?» Я попыталась взглянуть на него требовательно, но, судя по его расслабленной позе, ему было глубоко плевать на мои потуги выглядеть серьёзной. Не получив ответа на своё замечание, он, устав от моих кривляний, наконец перешёл к моему «философскому» вопросу. — Ты же умоляла меня о прибыльной миссии. — он выделил голосом слово «умоляла». — Так что не так? «Твоё желание слушать мои мольбы...» — мысленно огрызнулась я, но вслух, конечно, ничего не сказала. Я лихорадочно соображала, как сформулировать вопрос, чтобы не выдать свою связь с Конохой, но при этом понять, что происходит. Пальцы непроизвольно теребили край пижамы. — Не думаю, что моё вчерашнее поведение повлияло на ваше решение, — осторожно начала я, глядя ему прямо в глаза. — Так почему? И, видимо, лучше бы я промолчала. По крайней мере, умерла бы менее болезненно. Но, к моему огромному удивлению, попыток лишить меня головы не последовало. Нагато с какой-то странной, пугающей ухмылкой смотрел на дрожащую от страха меня. Наверное, вид у меня был жалкий: маленькая фигурка в пижаме с лягушками, трясущиеся коленки, расширенные от ужаса глаза. И это при моих-то смелых высказываниях. «Почему такие полезные умения достались именно этой нахалке? Конечно, у меня есть Зецу, который собирает информацию куда лучше, чем она сейчас, но тому растению я уж слишком не доверяю. А вот если она улучшит свои навыки, то сможет стать страшным оружием. Оружием, которое я непременно должен использовать...» В комнате на несколько томительных секунд воцарилось молчание. Я уже начала подумывать, не пора ли прощаться с жизнью, как вдруг мой голос, предательски звонкий от напряжения, разрезал тишину: — Так... можно ли узнать причину резкой смены вашего решения, сэ-э-эр? Последнее слово я растянула, пытаясь добавить в голос побольше вежливости. Получилось, наверное, жалко. Пейн, видимо, решив, что наигрался, наконец перешёл к делу. — Именно твоё нахальство в свете случившегося вчера и стало причиной. Я захлопала глазами, пытаясь понять, о чём он. Нахальство? Вчера? Красные трусы? Эта мысль была настолько абсурдной, что я, наверное, выглядела полной дурой с открытым ртом. Заметив моё непонимание, он устало вздохнул. Таким тоном объясняют что-то умственно отсталому ребёнку. — Если ты смогла добыть, кхм, — он слегка запнулся, — такую информацию, так, что я этого даже не почувствовал, значит, с тебя может быть толк. До меня дошло. Медленно, но верно. «Неужели моё сиюминутное желание отомстить этому чурбану за отказ наконец-то принесло хоть какие-то положительные результаты? — изумилась я. — А не просто боязнь за свою жизнь каждый раз, когда Нагато появляется в поле зрения?» Я постаралась не выдать облегчения, хотя внутри всё ликовало. Но расслабляться было рано. — Насчёт миссии, — продолжил Пейн. — Её уровень и зарплата настолько высоки, потому что это не заказ со стороны, а поручение самой организации. Надеюсь, ты понимаешь, что это значит. Он вопросительно посмотрел на меня. Я замерла, лихорадочно соображая. Что он хочет услышать? Что я понимаю всю серьёзность? Что если провалю — умру? — Что... — мой голос сел, пришлось откашляться. — Что даже если на кону будет моя жизнь, миссия должна быть выполнена. Иначе эта жизнь окажется в ваших руках. — Наконец-то хоть что-то в твоём мозгу заработало, — одобрительно кивнул он. Я открыла рот, чтобы возмутиться, но он уже продолжал: — Цель миссии, согласно твоему профилю, — сбор информации. — О чём или о ком? — уточнила я, хотя уже начинала догадываться. — Обо всём. Ответ повис в воздухе, тяжёлый и многозначительный. — После Третьей мировой войны о внутренней политике и силе Конохи мало что известно, — пояснил Пейн. — Очевидно, что они хранят эту информацию в строжайшем секрете, а потому получить её на расстоянии практически невозможно. — Почему бы вам не отправить Зецу, раз это так важно? — вырвалось у меня. Вопрос был рискованным, но мне действительно стало любопытно. Пейн ничего не ответил, но его взгляд... Этот взгляд сказал больше любых слов. «Он явно Зецу не доверяет, — осознала я. — Не то чтобы он мне доверял, но, по крайней мере, похищенная семилетка с детскими повадками, в которых он убедился за время моего пребывания здесь, выглядит надёжнее непонятно откуда появившегося растения с очевидно не милыми намерениями...» Повисла пауза. Пейн давал мне время осмыслить информацию. — Во время миссии тебе нужно добыть информацию не только о состоянии деревни, конфликтах и боевой мощи, — продолжил он, — но и о конкретных целях, которые нас интересуют или представляют для нас угрозу. Масштаб задания впечатлял. Но следующие слова заставили меня всерьёз занервничать. Он взял со стола лист бумаги. — Это — Хирузен Сарутоби, Шимура Данзо, главы кланов Хьюга, Ино-Шика-Чо, Учих... трое джонинов деревни, чьи имена я дам тебе позже... и... Он пробежал глазами по списку. — Учиха Итачи, Хатаке Какаши, Учиха Шисуи, Наруто Узумаки. У меня перехватило дыхание. Я сглотнула вязкий ком в горле. — Они же дети... — выдавила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Не думал, что ты задашь такой глупый вопрос. — Пейн даже не поднял глаз. — Итачи Учиха — наследник клана, и у нас на него есть планы. Какаши недавно получил известность как Копирующий Ниндзя, и в свои годы он уже стал опасен для организации, как и Мерцающий Шисуи. А Наруто Узумаки — джинчурики Девятихвостого. — Всё... логично... — прошептала я, стараясь не выдать эмоций. Руки дрожали, и я спрятала их за спину. — После миссии ты должна предоставить полную информацию о них, — жёстко сказал Пейн. — Надеюсь, ты понимаешь, что это сверхсекретное задание, и никто в Конохе не должен узнать о твоей принадлежности к организации. Всё остальное, включая маскировку, оставляю на твоё усмотрение. Понятно? — Да, сэр. Я развернулась, чтобы уйти, чувствуя, что ещё минута — и сорвусь. Ноги уже сделали шаг к двери, как вдруг голос Пейна остановил меня: — Я ещё не закончил. Я замерла, не оборачиваясь. По спине пробежал холодок. — На этой миссии у тебя будет напарник. — Разве я не с Хиданом? — удивилась я, обернувшись. — Ты думаешь, я отправлю двух семилеток на такую важную миссию? — в его голосе послышалась ирония. — Значит, Какузу? — предположила я. — Он для тебя единственный взрослый? — Пейн покачал головой. — Ты — бомба замедленного действия. Мне нужен тот, кто будет тебя контролировать. Я открыла рот, чтобы возразить, но он меня перебил: — Напарника встретишь у моего кабинета перед отправкой. И прежде чем я успела спросить, кто же это, меня буквально вынесли из кабинета потоком воздуха. Я оказалась в тёмном коридоре, прижимая к груди оторванную ручку двери (надо будет вернуть, но потом) и пытаясь переварить информацию. *** Вернувшись в комнату, я рухнула на кровать и уставилась в потолок. И только тогда меня накрыло осознание. «Я возвращаюсь домой». Честно говоря, я не планировала этого делать ещё как минимум лет пять-семь. Я уже смирилась с мыслью, что Рио, маму, тётю с дядей, моих друзей (а точнее, парней) я не увижу ещё очень долго. Настроилась на долгую осаду, на выжидание, на медленное, но верное завоевание симпатий этих тёмных личностей. А теперь меня просто отправляют обратно. Чувства были настолько смешанными, что в голове творилось настоящее цунами. С одной стороны — дикая, выматывающая тоска по ним. Я скучала по улыбке Итачи, по ленивому голосу Какаши, по тёплому взгляду Шисуи. Я хотела увидеть, как подрос Рио, как мама, поправилась ли она. Я даже по Неджи скучала, хотя видела его всего пару раз. С другой стороны — миссия. Слишком важная, слишком опасная. Встреча с ними может выбить меня из колеи. А после нового расставания тоска станет ещё сильнее. Я устало вздохнула и плюхнулась в кресло рядом с кроватью, уставившись на зелёный коврик. «Может, отправить вместо себя клона? — мелькнула мысль. — Так я не увижу их... в смысле, оригинал не увидит. И риск, что меня узнают, будет минимальным». Но как только мысль оформилась, я тут же её отогнала. Чтобы создать клона из бабочек, расходуется не чакра, а воспоминания. Чем больше воспоминаний отдано, тем более человечным кажется клон. Я вложила в него 49%. Целых 49% себя. Хорошо хоть, настроила систему так, чтобы воспоминания, связанные с моей миссией, оставались в тех 51%, которые принадлежат мне. Их система удалить не может. Но эти 49% — это всё мои знания, моя учёба, большая часть воспоминаний о прошлой жизни. Я даже лица своих настоящих родителей теперь почти не помню. По сути, сейчас я умею лишь читать, считать... и всё. Мой клон умнее меня. Меня делает «оригиналом» только три процента оставшихся воспоминаний из прошлой жизни. Но если честно... я уже не уверена, я ли это вообще. «Стоп-стоп-стоп, — приказала я себе, чувствуя, как в душу закрадывается липкий страх. — Эти вопросы слишком опасны. Так недолго и в депрессию скатиться, а потом и до суицидальных мыслей недалеко. Буду думать об этом, когда закончу с этим миром. Сейчас есть дела поважнее». Теперь я понимала, что вкладывать столько в клона было поспешным решением. Учитывая, что это лишь первый мир, впереди ещё много испытаний. Но что сделано — то сделано. Теперь его нужно беречь, как зеницу ока. Если он умрёт мои воспоминания будут утеряны навсегда. Лучший вариант для меня - после завершения великой миссии айдола снова слится с клоном и вернуть воспоминания․ Сражаться он не умеет — чакры у него нет. Но по остальным параметрам он даже человечнее, чем сами люди. Отправлять такого ценного клона на опасную миссию — глупая идея. «Моим напарником, скорее всего, будет Сасори — в Акацуки он лучше всех знает Коноху. Это хороший шанс поднять его симпатию. А с ним можно договориться». Что касается моего возвращения... нужно свести общение с родными и знакомыми к минимуму. Сосредоточиться на задании, не отвлекаться на эмоции. Провалить миссию нельзя ни в коем случае. Это не только отличная возможность заработать деньги перед началом карьеры айдола, но и шанс доказать Пейну свою ценность. Учитывая его недоверие к Зецу, я могу стать для него основным поставщиком информации. А это — доступ к самым важным делам, к самым тёмным тайнам, а значит — к самым высоким уровням симпатии. С этими мыслями моя мотивация укрепилась, цели стали чёткими. Я переоделась в пижаму с лягушками (да, она у меня есть, и она прекрасна), забралась под одеяло и, закрывая глаза, подумала только одно: «Завтра. Завтра я пойду домой». *** Следующим утром я проснулась в настолько прекрасном настроении, что готова была расцеловать первого, кто попадётся мне на пути. К счастью или к несчастью, этим первым оказался Хидан. Он как раз выходил из-за угла, сонный, лохматый, с косой наперевес (он даже спит с ней, кажется). Увидев меня с распростёртыми объятиями и сияющей улыбкой, он замер на месте. — Доброе утро, Хии! — пропела я и, недолго думая, чмокнула его в щёку. Реакция была мгновенной. Он вспыхнул так, что даже седые волосы, кажется, порозовели. — Ты... ты... ебанулась?! — заорал он, отскакивая на три метра. — Совсем с катушек слетела, мелкая истеричка?! — А что такого? — я невинно захлопала глазами. — Просто хорошее настроение. — Настроение у неё! — он продолжал пятиться, прижимая руку к щеке, будто я его укусила. — Да чтоб тебя... да я тебя... тьфу! С трёхэтажным матом, от которого покраснели бы даже видавшие виды грузчики, он развернулся и удрал в противоположном направлении, старательно скрывая смущение. А я, получив уведомление о повышении его симпатии, довольно ухмыльнулась и в припрыжку направилась к кабинету Пейна. Настроение было просто космическим. Несмотря на вчерашние сомнения, сегодня я понимала — не всё так плохо. Я вернусь домой. Увижу, как там все поживают. Узнаю, скучают ли по мне. Может, даже смогу поговорить с ними под хенге, если получится незаметно. От этих мыслей у меня чуть ли не крылья выросли за спиной. Дойдя до двери, я вспомнила, что напарник должен ждать меня здесь. Наверное, Сасори уже заждался. С широкой улыбкой я распахнула дверь и, даже не глядя внутрь, радостно воскликнула: — Сасори-сан, готовы к миссии? Тишина. Ни ответа. Ни привычных язвительных комментариев. Ни даже намёка на отравление. Я моргнула и огляделась. В кабинете только Пейн. Он сидел за столом и смотрел куда-то за мою спину. — Босс, а где... — начала я, но не договорила. По спине табуном пробежали ледяные мурашки. Тело застыло, не в силах пошевелиться. Я чувствовала, как на меня впивается чей-то взгляд. Тяжёлый, липкий, пронизывающий до костей. А затем — что-то холодное и скользкое скользнуло по моей шее. Я готова была поклясться, что это язык. — Знакомься, это твой напарник, — спокойно произнёс Пейн, даже не меняясь в лице. Кровь застыла в жилах. Воздух кончился. Сердце пропустило удар. И вдруг — голос. Шипящий, тягучий, с противными интонациями. Я слышала его всего один раз в жизни. Но никогда не забуду. — Тссс... и эта пташка будет моим напарником, Нагато? Тссс... Медленно, словно в кошмарном сне, я повернула голову. Передо мной стоял высокий бледный мужчина с длинными чёрными волосами и жёлтыми, змеиными глазами. На его лице застыла мерзкая улыбка, а из-за воротника высунулась маленькая змейка, которая, видимо, только что лизнула мою шею. В голове пронеслось только одно: «Ёбаный в рот... Ты-то тут что забыл, Орочимару?!»