Глава вторая. Талгейский лес.

Даже ранним утром июльская жара свинцом давила на толстые каменные стены замка, будто раскаляя их докрасна. Но ничто не могло проникнуть сквозь холодный сырой булыжник, никакое солнце не могло осквернить привычную вязкую прохладу, обитающую внутри серых коридоров. Оттого Северусу Снейпу такая погода была не страшна. Уже больше недели тот безвылазно скитался по подземельям Хогвартса, даже не задумываясь, что же там происходит наверху, а тем более его не волновали дела наружные, где-то за пределами замка.  Летние каникулы – любимая пора профессоров школы, и Северус не исключение. Хотя, к Дамблдору этот принцип был неприменим, поскольку тот каждый год дождаться не мог возвращения маленьких спиногрызов, чего тот же мистер Снейп совсем не мог понять. Он же наслаждался каждой секундой отсутствия учеников – скорее в той степени, на что только было способно его каменное сердце, такое же как и стены его подземелий – часто расхаживал, раздумывая о том, да о сем, в тишине и спокойствии. Кабинеты и коридоры были совсем безлюдными, давно никто не нарушал их смиренное молчание и сонное безвременье. Да, время словно застыло на том моменте, когда последний ученик закрыл за собой двери, оставив помещения пустовать. Только миссис Норрис – треклятая кошка – изредка посещала комнаты на подземных этажах, чем очень раздражала Северуса, который хотел скорее закончить свою работу с зельями и вернуться в свой столько же треклятый и ненавистный дом на окраине Лондона, в одиночестве прожив до конца месяца и ещё чуть-чуть, чтобы вновь воротиться в этот замок, встречая старых и новых недотеп, которых отчего-то принято называть учениками. Но сегодняшний день отличался от прошлого и позапрошлого – и явился очередным разочарованием. Спозаранку к Северусу в кабинет пожаловала сова с сообщением от Дамблодора, в котором говорилось, что тот ждет своего товарища в своем кабинете немедленно. Старик любил обременять Северуса нескончаемыми просьбами, и преподаватель заранее настроился на неугодный ему разговор. Несмотря на то, что профессор мог воспользоваться камином в своем кабинете и попасть к директору в мгновение ока, тот предпочел прогулку, потому оказался в назначенном месте не многим через добрых пятнадцать минут. Хотя, общее время, необходимое для того, чтобы пройти достаточно емкое расстояние, сильно сократилось, благодаря широкому быстрому шагу мужчины. Прогремев своим холодным голосом пароль, который так же предоставлялся в записке, и от которого Северуса скривило как никогда прежде, он оказался в секретном проходе, защищенным каменной гаргульей. «Перечные упырики…это же надо такое придумать» - с раздражением думал Северус, пока поднимался по лестнице, не сомневаясь в том, что директор придумывает такие глупые пароли лишь для того, чтобы позлить его. В кабинете никого не оказалось. Мужчина даже немного опешил, ведь ожидал увидеть приевшуюся ему физиономию директора, оттого даже достал из кармана мантии ту самую записку и еще раз внимательно оглядел. Нет, он понял все правильно. В кабинете. Сейчас. Так, где же сам Дамблдор? Только мужчина задал про себя этот чрезмерно интересующий его вопрос, как за его спиной по другую сторону двери послышались шаги. Северус мгновенно обернулся, тогда же в кабинет уже входили Дамблдор со своей гостьей, которую профессор ранее в обществе директора не наблюдал. — Северус, мой мальчик, ты уже здесь… - хитро улыбнулся старый волшебник, одновременно позволяя молодой девице пройти вперед. — Как ты и просил, Альбус, - строго ответил тот. - Что за дело, которое не может ждать? — Дело? – лукаво нахмурил брови старик и посмотрел на мужчину поверх очков, — Нет…скорее…новости. Хорошие новости, - уточнил директор. — Познакомься, это мисс Гвендолин Роуз, - важно представил волшебник свою спутницу. Девушка едва склонила голову и дежурно улыбнулась. Но мистер Снейп даже на секунду не задержал на ней взгляда и уперся непонимающими глазами в директора. — Мисс Роуз окончила седьмой курс нашей дружеской колдовской академии Шармбатон. Невероятно смышленая юная леди, к тому же до беспамятства влюблена в Зельеварение… — Причем здесь я? – Ядовито произнес Снейп. — В прошлом году ни один я заметил, что ты, мой мальчик, навалил на себя работы больше, чем позволяют тебе часы в сутках. Даже мадам Помфри все уши мне прожужжала, причем совсем недавно. Я хорошенько поразмыслил и решил, что тебе просто необходим помощник… а точнее…помощница… - он подарил, готовому возражать Северусу, плутовскую улыбку и прежде, чем тот успел очнуться, продолжил, — Ох, поверь мне, Северус, Гвендолин невероятно талантлива, знал бы ты, как о её способностях отзывалась мадам Максим… — Мне глубоко плевать на способности девчонки, - стиснув челюсть проскрежетал профессор, — Я не нуждаюсь ни в какой помощи, тем более мне не нужна в помощницы только окончившая академию, совершенно неопытная и неоперившаяся… - тут неожиданно мужчина перевел взгляд на посетительницу кабинета и почему-то решил не кончать свою тираду. А девушка лишь приподняла брови, мол, ну продолжайте, чего же вы замолчали. — Вопрос решенный, - отрезал директор и прошелся к своему письменному столу. — Гвендолин предстояло обучение еще на восьмом и девятом курсах Шармбатона для обуздания наивысшей ступени образования, но мы с мадам Максим решили, что идеальной альтернативой станет настоящая практика. Я предложил нашей хорошей знакомой провести этот невероятный и новый для всего магического сообщества эксперимент в стенах нашего замка. Это прекрасная возможность сдружить наши школы. К тому же тебе действительно не помешают ещё одни руки. — Я ни в каких экспериментах участвовать не собираюсь, директор, - строго вымолвил мужчина, — Найдите для девчонки другую подопытную крысу. — Мисс Роуз начнет с первого сентября, когда ученики вернуться к своим занятием, - не обращая внимания на замечания профессора продолжал старик, — У тебя есть время поразмыслить, где найдется наилучшее применение способностей нашей гостьи. — Её способности могут найти свое применения за стенами моей лаборатории, Альбус. — А пока что Гвендолин поживет в замке, - Дамблдор снова взглянул на девушку и блеснул половинками очков, на что Гвендолин сухо улыбнулась, — Ей нужно освоиться и привыкнуть. — Просто какой-то абсурд, - прыснул Северус, — Не могу поверить, что вы не оставляете мне выбора, Дамблдор. — Пребывание мисс Роуз в Хогвартсе пойдет на пользу всей школы, вот увидишь, мой мальчик…вот увидишь. Снейп вновь направил взор на свою новую подопечную и в течение минуты пялился ненавистным взглядом, вообще-то девушка ничуть ему не уступала и держалась, не отводя глаз, до последнего. — Чтобы раньше первого учебного дня я вас не видел, мисс… Роуз, - ледяным тоном прошипел мистер Снейп и выскочил из кабинета, как ошпаренный. Стоило черной летящей мантии исчезнуть за дверьми, девушка не сдержалась и прыснула от смеха. — Он просто душка, - улыбнулась она, — Именно таким я его и запомнила. — Дайте ему время, дитя мое, - выдохнул Дамблдор и уселся за свой стол. — Хотите засахаренную лимонную дольку? – тут же вопросил он и протянул небольшую тарелочку с угощениями. — Разумеется… - ещё шире улыбнулась девушка, приняв сладкую любезность. — Вообще-то вы не говорили, что мне придется брать практику у мистера Северуса Снейпа, профессор Дамблдор… - через время прибавила она. — Он вас не узнал, - заметил директор, — Можно считать, вам двоим выпал шанс познакомиться заново. И еще кое-что – я бы предпочел, чтобы вы не слишком распространялись о том, кто вы есть. — В таком случае, для чего я вообще вам понадобилась здесь, профессор? – Девушка сильно помрачнела и от любезной улыбки не осталось ни следа. — И не нужно вновь повторять небыль о том, что вы хотели сблизить меня с тетушкой. Я уже совершеннолетняя в магическом мире, а через пару месяцев достигну совершеннолетия в магловском. Я вдоволь разумна и могла бы позаботиться о себе сама. Но все же вы настояли, не оставляя права выбора. — Разве ты не скучаешь по дому, дитя мое? — Мой дом – Шармбатон… Вы сами поспособствовали этому, помните? — Стало быть… - Гвендолин показалось, что голубые глаза директора чуть потемнели, — Возможно…я мог ошибаться. — Я не сидела на месте и проводила исследования. Достаточно емкие, чтобы вычислить – Альбус Дамблдор ничего не делает просто так. – Девушка склонилась над столом и одними губами прошептала, — Я выясню, что вы задумали, а затем вернусь домой, директор.  Воцарилась мертвая тишина. Гвендолин, не отрывая взгляда, прожигала глазами директора. Вокруг слышалось только бормотание настенных портретов и необычное шипение, похожее на мелодию, но откуда звук берет свое начало, девушке выяснить не удавалось. В кабинет вновь пожаловали гости. От внезапно распахнувшейся двери, Гвендолин вздрогнула и порывисто обернулась. — Здравствуй, моя дорогая, - воскликнула профессор МакГонагалл и бросилась к девушке, не забыв подобрать полы своей длинной изумрудной мантии, чтобы ненароком не запутаться в ней каблуками. — Здравствуйте, тетушка, - широко улыбнулась шармбатонка, возможно впервые за сегодняшний день она сделала это искренне. — Я счастлива Вас снова видеть. — Я так хотела быть радом с тобой в тот несчастный день, но все старания пожаловать в Дижон не оправдались успехом. Как…как все прошло? — Женщина удрученно свела брови и сложила ладони перед собой, сострадательно глядя на свою подопечную. — Как и положено проходить похоронам – скорбно. — Вы с Корнелией были намного ближе, чем… - женщина запнулась, а затем чуть строже добавила, — Мне никогда не удавалось найти с ней общий язык. — Она любила Вас, тетушка, просто по-своему. — Что ж… - напомнил о своем присутствии директор, — Полагаю Вам хотелось бы отдохнуть после дороги, правда ведь, мисс Роуз? Мистер Филч ожидает в коридоре, он проводит вас в вашу новую комнату, она в крыле коридора ЗОТИ на третьем этаже, не далеко от покоев профессора МакГонагалл. Пароль придумаете сами. — В таком случае, зачем нам Аргус, верно, дорогая? – Улыбнулась профессор МакГонагал и от нахлынувшего воодушевления, дернула плечами. — Я сама провожу тебя. Дорогу Гвендолин и профессор Макгонагалл от начала и до конца скрасили разговором. Беседа казалась Гвендолин легкой и непринужденной несмотря на то, что профессор частенько показывала личину педантичного преподавателя – что отражалось в сердито сомкнутых в ровную линию губах – неприемлющего всякого рода вольности, которые Гвендолин редко, но все же позволяла себе проявлять, особенно, если разговор касался сущей на её взгляд несправедливости. На протяжении тех десяти лет, которые она провела у Корнелии Урхарт, профессор МакГонагал проведывала свою подопечную по паре раз в каждом году. Чаще всего они встречались на летних каникулах, потому что на Рождество девушка предпочитала оставаться в Шармбатоне, а мадам Максим – директриса школы – только больше изумлялась стремлениям своей ученицы преуспеть в учебе. Хотя она не подозревала, что исследования мисс Роуз далеко выходили за рамки школьной программы. Все, ради чего девушка засиживалась в хранилище книг – это желание найти как можно больше ответов на вопросы, которые все добавлялись по мере её взросления. Минерва МакГонагалл хоть и редко появлялась лицом к лицу с принятой на попечение девочкой, внесла огромное, на взгляд самой девочки, влияние. Может маленькая Гвенди поначалу и побаивалась этой чересчур строгой дамы, но взрослую Гвендолин образ мудрой и твердой «тетушки» (так Гвенди однажды, будучи еще совсем юной, назвала женщину невзначай, но по смиренной реакции поняла, что это обращение вполне приемлемо для их дальнейшего общения) вдохновлял. Так даже Корнелия ни раз помыкала Гвендолин тем, что она берет на себя повадки её родственницы, что ей совсем было не в угоду из-за их натянутых отношений. Не удивительно, ведь Минерва МакГонагалл и Корнелия Урхарт были полными противоположностями друг друга, и последней было неприятно замечать, как девочка предпочитает общение с её дальней родней больше, чем с той, кто растит её и лелеет. — Вероятно, это и есть твоя спальня, Гвендолин, - оборвав свою томную речь на полуслове вставила профессор. Перед ними взмостилась стена, около которой проживали свое бремя старые потертые рыцарские доспехи. Как только стражник комнаты завидел хозяйку, двинулся в сторону, а вместе с ним отъехала, пребывающая за ним стена. — Располагайся, отдохни, а затем спускайся на обед в Большой зал. Если заблудишься, проси помощи у Филча, он всегда ходит поблизости, когда в Хогвартс пребывают новые гости. А если спускаться будет невмоготу, можешь распорядиться, чтобы домовики принесли еду сразу в твою комнату, хотя ты бы очень порадовала нас всех своим присутствием в Большом зале. – На этих словах Минерва ободряюще коснулась девичьего плеча и быстрым звонким шагом ушла прочь. Новая спальня оказалась просторная, а её убранства где-то и аляповатые на лад романского стиля, но довольно уютные, хотя чересчур отличались от прежней комнаты девушки. Да и сам замок сильно разнился с замком Академии Шармбатон, которому присущ был истинный романтизм. Гвендолин больше всего на свете любила прогуливаться по коридорам прежней школы, проходить сквозь резные арки, оплетенные свежими цветами – чаще всего это были розы, – ей нравилось наблюдать, как стены год за годом все больше поглощает мох, маленькие деревца прямо посреди помещений расцветают по весне и угасают по осени, а самым любимым местом девушки за все годы оставался огромнейший фонтан во внутреннем дворе школы с великолепнейшими мраморными скульптурами в его самой сердцевине. Все это Гвендолин несла в своем сердце, когда однажды мадам Максим вызвала её в свой кабинет, чтобы объявить – пора возвращаться.  Тот злосчастный день стал трагедией для девушки, и она долго упиралась. До тех пор, пока сам Дамблдор не явился за ней. И вот она здесь… Конечно же, Хогвартс ничуть не хуже замка Шармбатон, но Гвендолин с первой секунды пребывания в его стенах стала уверена в том, что еще долго не сможет привыкнуть к вечной сырости и постоянному полумраку. А ещё её никак не покидало ощущение, что стены замка буквально шепчут о его тайнах, запертых в щелях между валунами и за множеством дверей. Захватив свой чемодан, предусмотрительно оставленный кем-то около двери, девушка спешно разложила по шкафам и комодам вещи и обувь; вынула все книги, оставив их лежать высокой стопкой на прикроватной тумбе; а тяжелую шкатулку с женскими штучками поставила на изящный туалетный столик из темного лакированного дерева. Пока что это все, что девушка решила взять с собой на первое время, ведь не планировала долго задерживаться, а если вдруг что-то в её планах изменится, она всегда может навестить свой домик в городке Дижон, оставленный ей в наследство не так давно скончавшейся Корнелией, ставшей очередной раной для души Гвендолин – хотя не сказать, чтобы для девушки этот исход стал неожиданностью. Закончив с распределением своих вещей, шармбатонка подошла к единственному окну в комнате. На счастье девушки, оно оказалось высоченное и довольно громоздкое, отчего света в комнате оказывалось вполне предостаточно. Чем Шармбатон не мог тягаться с Хогвартсом, так это величественные виды на необыкновенную природу, окружающую вторую школу. Французская академия магии стояла на распростертом на тысячи миль лугу, и только вдалеке можно было распознать блестящие на солнце вершины скалистых гор. Панорама Хогвартса же оказалась более разнообразной. Из окна спальни Гвендолин можно было полюбоваться протяженным озером, уходящим куда-то в неизвестность. С одной стороны озеро упиралось в нескончаемые утесы и скалы, на которых и стоял замок, а с другой девушка приметила мрачный лес, с ветвями взгромоздившимися до самого неба, и с чего-то вдруг решила, что ей обязательно необходимо там побродить. Ну а сама водная гладь блестела, точно волшебством, переливалась под натиском пылающих лучей летнего солнца, оставляя на стенах комнаты шармбатонки пятна света, отраженные от водного зеркала.

***

Профессор МакГонагалл оказалась права, и Аргус Филч правда ошивался поблизости спальни новой посетительницы замка. И это сыграло девушке на руку, потому как та совсем заблудилась в первом же примыкающем коридоре. Шармбатонка обошла пару громоздких аудиторий, надеясь, что за дверью хотя бы одной обнаружит проход, что проведет её в пункт назначения, или хотя бы натолкнется на дорогу, которой её вела Минерва, показывая путь к спальне. Но ничего похожего девушке завидеть не удавалось, будто бы помещения замка принимали другой облик, стоило путнику увести взгляд. А новые двери возникали словно по волшебству в совершенно непредсказуемых местах, даже на потолке. Словно Хогвартс отказывается принимать нового жильца, - с горечью думала девушка, - Вдруг он чувствует, что и сам жилец не шибко счастлив пребывать в его стенах… Девушка даже решила просить помощи у болтливых портретов, прежде чем наткнулась на угрожающий взор Аргуса Филча. Первым её порывом оказалось достать волшебную палочку и защититься, ведь тот выскочил из-за угла, как разбойник, а завопил так, словно поймал девушку с поличным за какими-то проказами. Даже портрет худощавой дамы с острым подбородком, находившийся на свое горе поблизости, завизжал, а затем в мгновение ока опустел. «Крайне неприятный господин» - думала Гвендолин, как только закончила объясняться со смотрителем, и тот все же великодушно предложил показать путь до Большого зала, впрочем, девушка была уверена, что делает он это не ради налаживания отношений, а скорее, чтобы проследить, как бы та и дальше не совала свой любопытный нос в пустующие комнаты. А вот кошка мистера Филча – тот обращался к ней как к миссис Норрис – оказалась вполне сносной собеседницей, уж получше своего хозяина. Всю дорогу она безустанно мяукала и терлась о ноги шармбатонки. У Гвендолин с детства были особые отношения с живностью, а те будто чувствовали её благорасположение и всегда отличались отзывчивостью. Оставив гостью у громадных массивных дверей трапезной, Филч чуть ли не в припрыжку умотал куда-то вдаль коридора, а секундой спустя испарился среди пустоты. «Неужто он ходит сквозь стены?» - нахмурилась Гвендолин, но слишком задумываться о такой возможности не стала и поспешила войти внутрь зала. Большой зал не зря назвали большим, здесь бы с лихвой уместился дирижабль, если бы тому вдруг захотелось приземлиться в Хогвартсе. Стены помещения состояли из сплошных слепых аркатур*, и на каждой декоративной аркаде восседали вполне дружелюбные гаргульи, несшие в своей пасти по металлической посудине, в которой клацал своими пламенными языками огнище. Самым невероятным показался потолок, на котором отражалось небо точь-в-точь, какое сейчас распласталось над замком. Можно было даже подумать, что крыша в этом зале вовсе отсутствует, но яркое голубое небо с белесыми кучными облаками вовсе не слепило глаз, а насыщенное солнце совсем не пекло, будто бы не доставало до низов помещения. Вдоль зала тянулись четыре продолговатых стола, а в самой дальней точке от входа располагался пятый стол – перпендикулярно остальным. Именно за этим столом восседал Дамблдор на своем позолоченном резном троне. Остальные места – будучи многим скромнее директорского – пустовали. Только Минерва МакГонагалл скрашивала одиночество своего давнего друга, пребывая на соседнем сиденье, пока прочий преподавательский состав отсутствовал по воле летних каникул и обещал вернуться лишь за пару недель до прибытия самих учеников. Очарованная парящими над потолком тысячами свечами, Гвендолин, задрав голову к верху, прошлась к незначительно возвышающемуся над остальной частью зала подиуму с преподавательским столом. — По какому случаю вы зажигаете их, директор? – Поинтересовалась Гвендолин. Она уже представляла, какая потрясающая картина откроется на зажженные фитильки в полумраке ночного колдовского неба. — По обыкновению они сами взгорают, стоит ученикам ступить на порог замка, - ответил Дамблдор. — Мы Вас ждали. Профессор МакГонагалл настаивала на том, что вы все же решите составить нам компанию. — Профессор МакГонагалл никогда не ошибается, - улыбнулась девушка. — Я подумала, что освоиться получится быстрее, если я не стану сидеть в четырех стенах, хотя моя новая комната пришлась мне по душе, за это благодарю Вас, профессор Дамблдор. Директор принял благодарность почтительно склонив голову, затем привстал и указал на свободный стул рядом с Минервой МакГонагалл. — Прошу, присаживайтесь. Дабы не заставлять присутствующих слишком долго ждать, Гвендолин парочкой быстрых шагов оказалась около предоставленного ей местечка. Её пустые, в отличие от своих сестер, блюда сами собой заполнились кушаньем, стоило девушке присесть за стол. Около тарелок и приборов стояла пара бронзовых кубков разных размеров. В том, что побольше девушка обнаружила сок, по запаху напомнивший тыкву, а в кубке поменьше оказалась обыкновенная вода. Перед приездом в Хогвартс Гвендолин успела пообедать, потому к горячему даже не притронулась, и сразу принялась за десерт, который на вкус оказался куда лучше, чем на вид – традиционный Баноффи. — Домовики Хогвартса прекрасно готовят, директор, - искренне проговорила Гвендолин. Дамблдор высказал свое согласие и благодарность за высокую оценку стараний его работников, а Минерва поделилась с девушкой списком её любимых угощений, которые когда-либо ей удалось застать в школе. Во время трапезы беседа лилась сама по себе и на удивление напряжение, сопровождающее Гвендолин с первых секунд пребывания в замке, чуть поубавилось, даже в какой-то момент разговор с директором и с тетушкой стал ей в удовольствие. С Минервой по большей части они обсуждали Корнелию и дом, который остался в Дижоне, потому сошлись во мнении, что пока Гвендолин пребывает в Хогвартсе, дому необходим присмотр. — Жаль, что домовики мне не по карману, но я бы могла найти временных жильцов, - придумала шармбатонка. Профессор МакГонагалл сначала выявила протест, но спустя пятиминутные дискуссии все же сдала позиции и даже согласилась помочь с поисками жителя. А следом и вовсе заявила, что у неё уже есть потрясающая кандидатура, но не успела раскрыть её личность – двери с жутким воем отворились (Гвендолин даже подумалось, почему бы не держать их открытыми всегда, ведь едва ли ей хотелось бы переносить подобные звуки каждый день) и меж столами вслед за сквозняком – а может именно от него повеял этот ветер – последовал Он – Северус Снейп собственной персоной. Черная раскидистая мантия развивалась за его спиной, будто волны темнейших вод или может крылья… - Гвендолин так и не смогла решить для себя, на что одежды мужчины походили больше. Миновав весь зал, он остановился около места, где сидела шармбатонка, недовольно поджав губы. — Надеюсь ты не против, Северус, - начал директор, в своем обычае лукаво ухмыльнувшись, - Мисс Роуз давняя знакомая профессора МакГонагалл, и я взял на себя наглость распорядиться в сооружении еще одного обеденного места перед твоим, чтобы они вдоволь обсудили то, что принято обсуждать знакомым прошлого. Ведь такие перестановки не вызовут неудобства, правда? Северус ничего не ответил и даже не повел бровью. Бросив кроткий взгляд на девушку, он присел на стул рядом. И пока Гвендолин думала, что копилка ненависти у профессора к ней пополнилась по случаю того, что она в незнании украла место мужчины за столом, тот, наоборот, выдохнул с облегчением, ведь ему не придется поддерживать очередную светскую болтовню с МакГонагалл, а тем более с самим Дамблдором от которого его теперь отделяют целых два человека. Отчего-то по приходу мистера Снейпа все умолкли. МакГонагалл доедала свое жаркое, Дамблдор почмокивал тыквенным соком – немногим реже с его стороны доносились звуки наслаждения напитком, – а Гвендолин, которая успела справиться с десертом, просто продолжала с места осматривать зал, подмечая все новые и новые диковинки. До прихода профессора она уже собиралась вернуться в свою спальню, но теперь такой скорый уход мог показаться сущей невежественностью по отношению к только пришедшему мистеру Снейпу, потому она смиренно выжидала, когда же разойдутся все остальные. — Профессор МакГонагалл, письма первокурсникам уже подписаны? – Неожиданно поинтересовался директор рабочим вопросом. — Уже отправлены, директор, - промокнув губы салфеткой ответила женщина. — Как насчет нашего особого письма? Оно доставлено? — Доставлено, директор, но так и не получено, - чуть нахмурилась Минерва. - Эта семейка просто невыносима! – Голос женщины сорвался от возмущения, чем обратил на себя внимание шармбатонки. – Они не дают мальчику даже коснуться конверта. — О ком вы, тёту… - начала Гвендолин, но быстро спохватилась и исправилась, - …профессор МакГонагалл? Стоило девушке заговорить, как Северуса Снейпа неожиданно заинтересовал разговор присутствующих зала, ведь мужчина был уверен, что его новая подопечная прибыла из Академии Шармбатон, но в её речи он не услышал ни намека на какой-либо акцент. Потому профессор стал изредка прислушиваться, хотя виду не подавал. — Конечно же о… - попыталась объяснить МакГонагалл.  — Мисс Роуз, - директор оборвал свою коллегу на полуслове, - Вы ведь никогда не видели ежегодную церемонию распределения учеников… какая потеря. — Так и есть, но я многое о ней слышала, - пожала плечами девушка. – Правда, что факультет для ученика выбирает говорящая шляпа, директор? — Абсолютная правда, - подмигнул старик. – И не просто говорящая, шляпа вполне разумна. В свое время эта шляпа принадлежала великому волшебнику – одному из основателей самого Хогвартса – Годрику Гриффиндору, в честь которого и назван один из выдающихся факультетов. — Выдающийся? – Не сдержавшись прыснул Снейп, - Но факультетом, выигрывавшим кубок школы шесть лет подряд остается Слизерин, директор. Да и посмотрим, как команда Гриффиндора справится с игрой в Квиддич без любимчика школы – Чарли Уизли. — Мы найдем нового ловца! – Заверила профессора МакГонагалл. — Выходит, слухи о войне факультетов тоже правдивы… - усмехнулась Гвендолин. — У каждого факультета Хогвартса найдутся сильные стороны, - ответил директор, - но и совершать ошибки ученики горазды, потому соперничества не избежать. Но это только к лучшему, ведь это прекрасный способ поднять командный дух. — В Шармбатоне никогда не было вражды между домами, - парировала мисс Роуз, - командный дух и без того прекрасно устоялся. — Для нашего Пуффендуя тоже не существует никакого соперничества, - с ироний проговорил Снейп. – Ручаюсь, что ваш факультет, простите, "дом", как Вы выразились, в Шармбатоне был столь же недалекий, вот вы ничего и не заметили, мисс. Гвендолин зыркнула на профессора самым забористым взглядом, но тот даже не повернулся, продолжал поглощать свою пищу. «Какое невежество» - подумала девушка и отпила из большого кубка, лишь бы занять свой рот и не ответить профессору такой же грубостью. — Ну а мне тоже придется проходить распределение, профессор Дамблдор? – Натянув улыбку спросила Гвендолин. — В этом нет нужды, вы ведь не одна из учеников, - снисходительно объяснил старик. — Жаль, - усмехнулась девушка, - Было бы забавно поболтать с вашей шляпой, директор. — Она будет чрезмерно польщена вашим интересом, дитя мое. — Так может стоит предложить услуги мисс Роуз именно ей, - с нажимом проговорил Северус, — Ей помощь нашей гостьи пригодится больше. — Это какая же помощь, по-вашему, нужна шляпе, сэр? – С улыбкой вопросила шармбатонка. — Будете утирать сопли первокурсникам, которые попали на нежеланный факультет. — Северус… - воскликнула Минерва, но начать свою назревающую тираду так и не успела… — Вы встали не с той ноги, профессор? – Обратилась Гвендолин к своему соседу, - Так прилягте еще раз и повторите попытку. — Гвендолин! – В очередной раз воскликнула Минерва. А со стороны директора до девушки донесся глухой смех. Мистер Снейп в это же мгновение со звоном уместил столовые приборы на полупустую тарелку и, наконец-то, взглянул на девушку. От этого ледяного взгляда по спине Гвендолин пробежали мурашки. За десять лет мужчина практически не изменился – думала Гвендолин, пока тот безмолвно испепелял её взглядом. – Может, разве что, новые морщинки на лице, будто бы он вечно хмурится, да круги под глазами, словно практически не спит. А вот большой крючковатый нос, угольные космы и темные непроницаемые глаза остались точь-в-точь такими, какими Гвендолин их запомнила. Впрочем, девушка сделала вывод, что возраст ему к лицу. Пока она так рьяно не упускала возможности рассмотреть нового наставника, сосем позабыла о недавнем диалоге и о том, что вроде как должна остерегаться возможности проявления его гнева. А сам профессор, пользуясь случаем, тоже не смог удержаться от изучения оказавшейся перед ним девушки, хотя дальше глаз уйти у него так и не получилось. Два лазурных омута могли пленить каждого, кто однажды в них взглянул. Но Северус вовсе не задумывался об их красоте, он со всей прытью скитался по чертогам разума, пытаясь припомнить, где однажды уже видел их. — Кто вы? – Наконец произнес он и почти опешил от теплоты той улыбки, которую подарила ему девушка напротив. Он до последнего не хотел признавать, но кажется, у него даже перехватило дыхание, ведь он и не помнил, когда ему в последний раз вообще кто-то так улыбался. — Моё имя Гвендолин Роуз, - склонив голову набок, лукаво произнесла она. — Директор представлял нас сегодня. Я ваша новая помощница, мистер Северус Снейп. Профессор не был удовлетворен ответом своей подопечной, потому и продолжать диалог не стал. Несколькими глотками осушив кубок поменьше, он поднялся из-за стола со скрипом отодвинув свой стул, и не произнося больше ни слова, покинул Большой зал. «Это будут самые долгие два года моей жизни» - подумала Гвендолин и глубоко вздохнула.

***

С тех пор в Большом зале профессор Снейп не появлялся. Гвендолин все никак не покидало чувство, что именно она стала причиной объявленной мужчиной голодовки, хотя Минерва продолжала успокаивать девушку, утверждая, что Северус Снейп не частый посетить трапезной на каникулах. Обычно он не выходит из подземелий и перебивается чем-то в своих покоях. Вопреки тому скучать за завтраками, обедами и ужинами не приходилось. В один из таких ужинов Гвендолин довелось познакомиться с очередным обитателем замка – лесничим Рубеусом Хагридом. Когда тот заявился в Большой зал посреди трапезы, девушка едва не спутала его с настоящим медведем. Хагрид правда выглядел угрожающе: мужчина довольно крупной комплекции – как выяснилось позже, урожденный полувеликан – его курчавые спутанные волосы и клочковатая борода скрывали лицо и спускались далеко ниже плеч, а потасканная льняная рубаха медового цвета походила на медвежью оболочку. Гвендолин уже доводилось видеть и даже общаться с представителями рода великанов, директриса её школы – мадам Максим – являлась наполовину великаншей, но эта женщина никогда не внушала такое беспокойство, какое последовало от появления этого человека. Гвендолин всерьез задумалась о разумности нахождения полувеликана среди детей. Но затем Хагрид приблизился к столу и тогда-то девушке достаточно было отыскать его маленькие темные глазки, чтобы проникнуться той добротой и теплом, которые отражались в них ярким блеском. С каждым вдохом она все больше убеждалась, что от полувеликана веет лишь отзывчивостью и таким открытым простодушием, что на лице девушки сама по себе появлялась ответная улыбка. Дамблдор пригласил лесничего присоединиться и отужинать в их компании, на что тот согласился с большим удовольствием и с трудом втиснулся в пространство между столом и стулом (все-таки его рост на первый взгляд составлял не меньше десяти футов). Хагрид и Гвендолин нашли общий язык в тот же момент. Лесничему польстило такое любопытство шармбатонки разнообразием его зверья. А когда их разговор коснулся темы Запретного леса, того самого, на который выходят окна комнаты девушки, - Хагрида было не остановить. Так Гвендолин узнала, что в Запретном лесу водится столько всевозможной живности, сколько та не видела за всю жизнь, а о некоторых только в книжках читала, например единороги, которых необычайно трудно застать, ведь те привыкли скрываться от волшебников, потому как они только и норовят их поймать в свои сети и использовать по кусочкам для магических отваров, еще чаще – для изготовления магических атрибутов. С того самого момента желание Гвендолин побродить по лесу увеличилось десятикратно. И как только подвернулся удачный момент, девушка ускользнула из-под острых глаз своей тётушки и наконец оказалась прямо на зеленой опушке, упирающейся в плотную стену из размашистых деревьев. Чем дальше девушка входила вглубь чащи, тем холоднее и темнее становилось. Вокруг было протоптано множество тропинок, но ни одного указателя застать не удавалось. — Еще бы… сказали бы они тебе «Единороги по дорожке справа, Фестралы – по левой». Это же не Талгейский лес, Гвендолин, - бубнила себе под нос шармбатонка. Девушка вышагивала вперед в неизвестном направлении, отчего-то совсем не сомневаясь, что при необходимости сможет найти дорогу назад. Вокруг все сильнее сгущалась тьма и начали сочиться сгустки тумана. Девушка добрела до просторной полянки, по границе которой были тесно вымощены пышные кусты с мелкими белыми цветочками. Бутоны мерцали и сияли, оттого на поляне казалось намного светлее, чем в остальной части леса. По нахлынувшему предчувствию Гвендолин приказала огоньку на конце палочки смолкнуть. В этот же момент тихое перешептывание куполом накрыло шармбатонку, вызвав у той сущее недоумение. Звуки исходили одновременно отовсюду и неоткуда, будто бы совсем близко, но в то же время сильно далеко. Хмурясь, девушка вертелась кругом, пытаясь уловить источник, но поблизости совершенно никого не было, лишь голоса, которые становились все звонче и отчетливее, пока, наконец, один из белых бутонов не шевельнулся и не взметнулся вверх, подлетев к лицу девушки почти вплотную. — Фея… - широко улыбнулась девушка, глядя на маленькое порхающее тельце. Нутро Гвендолин вновь заговорило, и она в удивлении распахнула и без того большие глаза, — Нет, не феи… Неужели я наткнулась на поселение Незаблудок? Яркий светлячок взлетел еще выше и пару раз радостно перевернулся в воздухе. Другие феи тоже принялись соскакивать со своих мест и через пару секунд на кустарниках не осталось ни одного цветка. Сотни светлячков окружили девушку, подлетая то ближе, то вновь отскакивая подальше, все еще сомневались в ней, но продолжали с любопытством изучать. Неразборчивый шепот превратился в долгий звучный гул, будто зацикленная музыкальная шкатулка. Одна из фей пролетела сквозь локоны девушки, подхватив увесистую прядь, другая её сестрица схватила оставшиеся волосы, а затем принялись кружить, соединяя их в длинный жгут, спускающийся ниже талии. — Я рада, что мои волосы вам угодили, - засмеялась Гвендолин. У шармбатонки сложилось впечатление, что Незаблудки давным-давно не видели никого из рода людского, потому все никак не хотели отпускать её. Да и не сказать, чтобы сама девушка имела нестерпимое желание уйти, скорее наоборот она с восторгом наблюдала за маленькими волшебными созданиями, очутившимися в Запретном лесу. Она не верила своим глазам, ушам и чувствам. Улыбка все никак не хотела сходить с лица. — Незаблудки показывают путь, правда? – скорее утверждая произнесла девушка, — Но я знаю дорогу, зато я хочу просить вас о другом. Все Незаблудки как одна замерли в воздухе, а затем слетелись в кучку, остановившись напротив своей гостьи, внимательно ожидая просьбы. Гвендолин усмехнулась, сравнив скопище фей с мерцающим облаком. — Я обязательно вернусь, - начала шармбатонка, — И я прошу вас не исчезать. Покажитесь мне снова. Договорились? Облако фей разлетелись по всей поляне, весело кружа. Гвендолин приняла такой задор за согласие. — Мне пора, милые Незаблудки, - прошептала Гвендолин, но не успела ни шага ступить к выходу, как светлячки перегородили ей дорогу. — Ну конечно, как там в песенки поется? «Но не забудь про поднесенья, но не забудь про благодать…» Девушка пошерудила по потайным кармашкам платья, но, как и ожидала, ничего в них не обнаружила. Тогда она призадумалась о том, что могла бы вернуться в школу и принесли что-нибудь для своих новых знакомых оттуда. — Что вы хотите? – поинтересовалась шармбатонка. Снова подлететь к девушке осмелились только две феи, те же, что раньше играли с её волосами. Незаблудки закатали шелковый рукав на её правой руке, открывая вид на не слишком приятную картину, точнее довольно болезненную. Предплечье девушки как змея обвивала металлическая золотая тесьма, будто впаянный в кожу браслет. На участках, где металл входил под кожу, её рука сильно краснела и образовывала неприятные припухлости. — Я не могу вам отдать его, - грустно проговорила Гвендолин, — Я бы и сама рада, но, боюсь, что это не в моих силах. Феи отпустили рукав платья девушки, позволяя ей оттянуть его на место и продолжали парить в воздухе поблизости. — Но раз вас привлекают украшения… - лукаво улыбнулась та и потянулась к позолоченной подвеске на своей шее, декорированной десятками мелких сверкающих камушков, — то берите это… - она протянула побрякушку Незаблудкам, и они озорно ухватились за неё маленькими ручками. Довольные своим подарком, все остальные феи расступились, пропуская свою гостью к выходу из полянки. На прощание Гвендолин еще раз пообещала вернуться, а затем устремилась по той же тропинке, но уже в обратную сторону. «Нужно возвращаться, пока я всерьез не заблудилась» - думала она, хотя слишком на этот счет не переживала, ведь все, что нужно для спасения у неё есть: волшебная палочка и Незаблудки. Все деревья и кустарники, которые проходила Гвендолин выглядели абсолютно одинаково, и если бы та не была так хороша в Травологии, то со стопроцентной вероятностью запуталась в опознавательных знаках первые несколько минут пути. На одной из развилок, на которой девушка была уверена, что ей нужно выбрать дорогу левее, она намеренно ступила на неверный путь, просто, чтобы унять свой интерес и проверить, не найдет ли и здесь что-то неординарное даже для волшебного мира. И кое-кого нашла, но совсем не того, кого ей бы хотелось. Средь кустов Аморфы и Бузины в полусогнутом состоянии Гвендолин застала Северуса Снейпа, который неохотно что-то выискивал под цветущими ветками. — Скажите, что моя спина ошибается, и вы всего лишь случайно забредший в лес фантом, - проговорил тот своим металлическим голосом, не отвлекаясь от занятия. — Как вы поняли, что это я, мистер Снейп? – поинтересовалась Гвендолин. — У меня нюх на надоедливых девиц, - отчеканил Снейп, наконец поднялся и обернулся.  Он показался Гвендолин крайне недовольным. — Вы глупее, чем я думал, если решили самовольно скитаться по Запретному лесу. Его название для вас пустой звук, мисс Роуз? — Его называют запретным, потому что в чащу непозволительно входить ученикам, - справедливо заметила девушка, — А я не ученица, помните? — Посмотрим, что на это скажет ваша давняя знакомая – профессор МакГонагалл, - самодовольно процедил мужчина. — Вы не посмеете… - огорошено прошептала девушка. — Вы плохо осведомлены обо мне, если правда так считаете. И если вы не забыли, я сказал, что не горю желанием наблюдать вас до начала занятий. — Искать вас намеренно и случайно встретить в лесу – не одно и тоже, вы не находите? — Я думаю, что оба варианта меня раздражают, поэтому не путайтесь под ногами, - ответил профессор и вернулся к ранее начатому делу. — Манжетка или Фенхель? – спросила Гвендолин, с любопытством заглядываясь за плечо профессору. — Вы еще здесь? – бросил тот. — Я просто подумала, что под Аморфой чаще всего встречаются Манжетка и Фенхель. Профессор ничего не ответил. Глубоко вздохнув, Гвендолин решила все же продолжить свой путь, подарив мужчине его желанное одиночество. — Стоять. – Приказал он, стоило сухой ветке треснуть под ногами девушки, — Мне вдобавок не хватало выслушивать от директора тираду о том, что я потерял вас в лесу. Мы пойдем в школу вместе, когда я закончу, поэтому стойте в стороне и… - Снейп стремительно замолчал и навострил свое внимание на окружение. — И не путаться под ногами, я поняла… - закончила за него Гвендолин. Тот шикнул на нее, приставив палец к губам. С секунду никто из них не шевелился. Девушка совсем не понимала, что такого мог услышать профессор, что так сильно растревожился. Она всего лишь повернула голову, но очередная ветка под её туфлями треснула. Снейп успел выругаться, прежде чем ринулся к своей подопечной, мгновенно ухватил её за руку и потянул на себя. В этот же момент стрела, со свистом разрывающая воздух, угодила в дерево позади неё, чуть не задев ухо. Гвендолин оступилась и практически навалилась на разъяренного мужчину, тот оттолкнул её, отчего она едва не угодила в куст Аморфы. — Придется уходить, - заявил профессор и быстрым шагом устремился к месту, откуда нагрянула Гвендолин. — Это кентавры… - объяснил он, завидев непонимающий взгляд нагнавшей его девушки. — В таком случае мы можем просто поговорить с ними. — Не можем, - отрезал Снейп, - у нас натянутые отношения. — Вас послушать, так у вас со всем миром натянутые отношения, сэр, - прыснула шармбатонка. Прежде, чем профессор и его подопечная полубегом добрались до последней развилке троп, одна из которых вела к опушке, где начинался лес, они успели заслышать за своими спинами не меньше трех стрел, но, к счастью, ни одна не задела своей цели. Хотя, зная кентавров, Северус был уверен, что они намеренно стремились попадать в ближайшие деревья и пни, ведь давно поняли, что это именно он в очередной раз забрел на их территорию, и решили просто попугать. Правда девушке рядом с ним он своей убежденности в их безопасности не высказал. «Пусть боится, чтобы меньше шастала, куда не следует» - думал он. Но судя по её хохоту – страхом даже не пахло. Она всю дорогу заливисто смеялась, чем раздражала и одновременно заставляла недоумевать Северуса, а затем и вовсе попросила вернуться и все же поговорить с ними. Заявила, что сможет сгладить образовавшийся конфликт, на что Снейп скептически фыркнул и едва не удержался, чтобы не сорваться на наглую особу криком. А сдержался лишь потому, что ему показалось – та начнет смеяться еще звонче. — Дайте мне свои кусачки, мистер Снейп, - попросила девушка, неожиданно остановившись посреди дороги. — Еще что? – Грубо ответил профессор и продолжил путь. Но Гвендолин это совсем не смутило, она успела ухватиться за развивающуюся мантию мужчины и заставила его замереть на месте. Северус Снейп давно ничему не удивлялся за свою ненавистную жизнь, но эта дамочка умудрилась огорошить его целых три раза за один вечер. — Немедленно прекратите свои выходки! – Поставив под удар каждое слово сквозь зубы прошипел мистер Снейп, затем вырвал свою мантию из рук попутчицы и нагнетающе шагнул ей навстречу. А та будто этого и ждала, об этом Северусу сказала её широкая улыбка. И как только профессор оказался достаточно близко, она проворно отняла кусачки, которые тот держал в руке и скрылась среди деревьев. — Я не намерен дожидаться, пока вы закончите со своими идиотскими идеями, - достаточно громко крикнул тот, чтобы могла расслышать она, но достаточно тихо, чтобы его слова ушли от ушей ему неугодных. — Я ухожу, вы слышали? – еще через пару секунд удостоверил он свою помощницу, но все еще оставался на месте. А когда все же решился уйти, убедив себя, что её смерть от лесных обитателей не его забота (а может даже шанс избавиться от ненужной обузы), она вновь показалась на тропе, а в своих руках держала пару срезанных веток Фенхеля. — Держите, профессор, - Гвендолин протянула растение мужчине, с удовольствием отметив, что тот даже слегка растерялся. — Это мои извинения за то, что своим появлением сорвала ваши планы. Ведь вы так и не нашли Фенхель, а я точно помнила, что проходила мимо него, когда прогуливалась здесь. — Как же вы все-таки пришли к выводу, что мне необходимо именно это растение? – Вопросил мистер Снейп, заранее прекрасно зная ответ. — Не обижайтесь, но вы вовсе не похожи на человека, питающего любовь к травничеству, потому я осмелилась предположить, что если бы вам пришло в голову собирать дары Манжетки, то ваш выбор пал не на само растение, а на его волшебную составляющую – «небесную воду»**, - девушка на мгновение умолкла, продолжая путь к выходу из Запретного леса. — Но такое решение оказалось бы пустой тратой времени, ведь сбор воды происходит на рассвете, а уже давно заполдень. Когда они проходили громоздкий пень, обросший мхом так, что напоминал мягкую постель какого-нибудь гнома, мистер Снейп на долю секунды задержался, чтобы выбросить растение, которое срезала для него шармбатонка. — В чем дело? – неудовлетворенно воскликнула она, — Я ошиблась? — Будь в Вас хоть толика логики, мисс, вы бы додумались своей пустой головой, что этот лес изучен мной вдоль и поперек, потому я прекрасно осведомлен о местах произрастания двухмесячного Фенхеля, - ровным тоном сообщил профессор, — Поэтому умерьте свое самодовольство. — Вы искали росток… - сконфужено произнесла девушка, скорее озвучив свои мысли, чем обращаясь к мужчине, — Ну конечно… В очередной раз профессор нарушил тишину, когда они уже подходили к громоздким дверям главного входа замка. — На что вы надеялись, когда в одиночку решили исследовать лес, о котором ничего раньше не слышали? – спросил он, — Это сумасшествие чистой воды. — Я понадеялась, что, когда мне понадобится помощь – я её обязательно отыщу, - пожав плечами ответила девушка. — Неужели, - усмехнулся Снейп, — И от кого вы надеялись её получить? Неужто от Акромантулов? — А может я надеялась на встречу с Чеширским котом? - Снова улыбнулась Гвендолин, пронзив своими блестящими глазами спутника, — Правда, вместо кота я нашла Вас, мистер Снейп. — В следующий раз предупреждайте заранее, когда соберетесь посетить Запретный лес снова. Я постараюсь не попадаться на вашем пути, не хватало из-за вас получить стрелу в спину. — Вы прекрасно знаете, что от кентавров нам ничего не грозило, они просто пытались спугнуть незваных гостей. — Вопрос, откуда об этом знаете вы, мисс Роуз? – Нахмурившись поинтересовался мужчина, остановившись около лестницы ведущей в подземелья Хогвартса – единственного места из всего замка, которое Гвендолин все еще не удалось посетить. — Я просто знаю, - ответила она, — А от этих существ веет отзывчивостью. – На этих словах девушка направилась в противоположную сторону от подземелий, но не удержалась и на прощание выкрикнула, — До встречи, когда под потолком запылают свечи, мистер Северус Снейп.