Часть 9

Сознание постепенно возвращается, я открываю глаза. Передо мной, в нескольких метрах, маячит какой-то силуэт. «Какое всё нечёткое…» Но затем зрение приходит в норму и я узнаю ту женщину. Новая вспышка злости возвращает силы, вскочив, я снова кидаюсь на неё. Но что-то ощутимо врезается в шею, натянувшись, и отбрасывает меня назад. «Что?» Опустив глаза, я понял, в чём дело. «Цепь!» Цепь прикована к стене, и выглядит прочной. — Очнулся, волк. — спокойно говорит женщина, поворачиваясь ко мне. Зарычав, я снова рванулся вперёд, щёлкнув зубами и снова был отброшен назад. «Чёрт!» — Это всё из-за той женщины и старухи? — продолжает говорить объект моей ненависти. — Волки ведь ненавидят людей и всё, за чем они готовы идти сейчас, это запах Лунных цветов. Так зачем тебе эти люди? Они тебе даже никто. — Что за чушь ты несёшь? — зарычал я. — Неужели ты правда веришь, что сыном людей может быть волк? — усмехается женщина. — Значит, к тебе вернулись ещё не все воспоминания, сбежавший волчонок. Я снова рычу в ответ, но резко замолкаю, поняв, что эти слова зацепили что-то. Какие-то воспоминания, возвращающиеся очень стремительно. «Я… Я ведь не всегда был человеком, как считал всё это время. Нет. И нас было… Четверо?» Мать, отец, старшая сестра и я. Волки. Остальные волчата, которых я почти не помню, погибли до того, как окрепли и получили имя. Самым слабым их не давали, пока не убедятся, что хватит сил жить дальше. А потом пришли люди. Отец был на охоте, когда они нашли наше логово. Мать сказала сестре присматривать за мной, сама же напала на врагов, отвлекая и уводя за собой. Больше я её не видел. Сестра тоже пыталась дать отпор, но неожиданно повалилась на землю, подняв за задние лапы её бросили в клетку. Когда человек сунулся в логово, протягивая руку ко мне, я зарычал, прижавшись к стене. Конечно, это не выглядело слишком серьёзной угрозой, но когда враг почти схватил меня, я всеми мелкими зубами вцепился в его руку, сжав их так сильно, как смог. — Тварь! — человек закричал и легко стряхнул меня. В этот момент из леса выскочила тень, стремительно метнувшись к этому человеку и сбив с ног. «Отец! Мы спасены!» Но даже он не смог справиться с этими людьми. Так мы и оказались в месте, где волков держали в клетках. Ужасное место, что пахло страхом, злостью и смертью. — Где мама? — спросил я, прижавшись через прутья клетки к боку отца. Старшая сестра была по другую сторону от него, тоже в клетке — нас разделили. — Она не вернётся, Флойд. — глухо ответил волк, опустив голову. Помню неверие, страх и боль, вызванную этими словами, как скулил и выл. «Не может быть, не может…» А потом я сбежал, став старше. Уже не помню как. С сестрой что-то сделали, она уже не была собой. Отец тоже не мог сбежать, но сказал спасаться мне. — Я не уйду один! — я попытался разгрызть то, что удерживало отца, но сил не хватало. — Уходи! — волк прижал уши, посмотрев мне за спину и оскалившись. Обернувшись, я увидел людей, которые попытались меня схватить, но я проворно проскочил мимо них. В этом здании я совершенно не ориентировался, поэтому единственным выходом стало окно. «Ты сможешь, Флойд. А даже если разобьюсь…» Зажмурившись, я прыгнул, разбив стекло, слыша позади крики, затихающие по мере того, как я убегал всё дальше. Если бы не человек, который разрешил мне остаться в своём доме, в который я забежал, не зная, куда деваться, и не его дети, которые уговорили оставить, то меня бы скорее всего поймали сразу. Долгое время я считал это ловушкой, но выбор был невелик. Там я и научился притворяться человеком впервые. Не выдавать себя, не расхаживать в истинном облике при всех было главным условием. Всё закончилось, когда на дом напали люди, судя по одежде те же, что обнаружили наше логово. Только их было больше. Помню огонь и разрушение, семья владельца дома погибла. — Убегай отсюда, волк. — сказал тот, перебив, когда я хотел возразить. — Сейчас же. И забудь всё. Не знаю, что произошло дальше, на том моменте воспоминания обрываются, перенося в реальность, где я подросток, живущий обычной жизнью. «Вот откуда это чувство ненависти, возникшее сразу, как я увидел эту женщину. Не впервые вижу её. Я просто забыл.» — Так это ты во всём виновата! — зарычал я, ощетинившись, хоть всё ещё потрясённый вернувшимися воспоминаниями. Столько времени я жил, ничего не помня о своём прошлом и том, кто я, о настоящей семье, и о человеке, который вместо того, чтобы прогнать, убить или вернуть обратно разрешил остаться, за что вся его семья и пострадала, когда всё раскрылось. А может, дело было ещё в чём-то, люди ведь и без волков часто воюют. И та, кого я считал матерью, кто она тогда? Всё это заставляет чувствовать растерянность, сбивает с толку, но сейчас не время и не место. Усмехнувшись, женщина отворачивается, отдавая кому-то приказ по рации. — Убейте их, они больше не нужны. «Нет! Люди или волки, родные или нет, они заботились обо мне!» Ярость охватила меня, заставив рвануться вперёд вновь, раздался скрежет, и я понял, что больше меня ничего не сдерживает. Женщина успела лишь частично обернуться, с выражением лица, говорившим о том, что она не была готова к такому развитию событий. Зарычав, я прыгнул, смыкая зубы на её горле, падая, она увлекла меня за собой, какой-то столик опрокинулся, осыпав осколками чего-то разбившегося. «Мертва.» Я отошёл в сторону и в этот момент прозвучали выстрелы. Похолодев от ужаса, на несколько мгновений я словно прирос к полу. «Нет… Нет!» Опомнившись, я сорвался с места, помчавшись туда, откуда донеслись эти звуки. «Если они посмели… Если… Убью. Всех, кого смогу. Неважно, чего мне это будет стоить.» Но всё же я надеялся, что каким-то чудом ещё не поздно. В следующее помещение я буквально влетел, проехавшись по полу и задев боком стену. Остановившись, я развернулся, готовый к драке. Но врагов не было, по крайней мере, живых. Двое мужчин лежали на полу и не подавали призраков жизни. Рядом с одним из них оружие. «Мертвы.» Кроме них на полу лежал серый волк, с раной в районе груди. Я решил, что он тоже мёртв, даже не проверил. Моё внимание было приковано к той, кого я считал матерью и соседке-старушке. — Вы живы! — я бросился было к ним, но замер, осознав, что нахожусь до сих пор в истинном виде. «Как они среагируют?» — Всё-таки ты вспомнил. — вздохнула мать, пусть не родная по крови, пусть человек, это неважно, для меня она всё ещё является той, кого я могу так назвать. — Он предупреждал, что это может случиться. — добавила пожилая женщина. — Вы знаете? — удивлённо спросил я. — Всегда знали. — последовал ответ. Как оказалось, тот человек, в доме которого я жил, знал и умел больше, чем обычные люди. Предполагая подобное развитие событий, этот человек имел несколько запасных планов, но, увы, семью спасти свою не успел из-за предательства кого-то из окружения. Заблокировав часть воспоминаний, вместе с этим он "запечатал" мою волчью суть, дав шанс выжить, без возможности хоть как-то выдать себя, ведь существование волков не должно прекратиться. Только эти две женщины знали всё. Выходит, затеяв эту игру, Рассел и Руди пробудили мои воспоминания о истинной сути, хоть я этого не осознавал до сегодняшнего дня. Но что насчёт них самих? Как вышло так? — Я знаю немного. — сказала старушка, отвечая на этот вопрос. — Возможно, они были волками до перерождения мира и возродились в этом как люди, но тоже не утратили воспоминаний полностью. — Этот мир замерзает… Всё правда. — неожиданно заговорил волк, которого я посчитал уже погибшим. — Откроется новый, лишь для волков… Только теперь я узнал его. — Айк? — я подошёл к полуволку. — Как ты здесь оказался? — Они пришли и убили всех… — вздохнул тот, но не стал вдаваться в подробности. — Времени мало, тебе нужно поспешить… Жаль, что у меня нет сил пройти этот путь… Да и не для меня он… — Вставай. — я подтолкнул его мордой. — Ты же всё-таки немного волк, кто знает, может, всё получится. — Что же… Может, ты и прав… — полукровка с трудом поднялся, оперевшись на меня. — Пойду, сколько смогу. — Всё действительно замерзает… — мать посмотрела куда-то на стену. Проследив за её взглядом, я увидел, что лёд проступает даже на стенах внутри здания. «Если так холодно здесь, то что же тогда снаружи?» — Пойдём с нами. — я повернулся к людям. — Вы же заботились обо мне, если кто-то из людей и достоин дойти туда, то это вы. Лунные цветы действительно были в этом помещении, с очень слабым запахом, увядающие. Но… Они какие-то неправильные. Словно неудачная попытка создать настоящие. Чем, чёрт возьми, эти люди здесь занимались? Приманиванивали сюда волков всеми возможными способами? Уже неважно.

*******

Я иду впереди по снегу, прокладывая путь людям, которые нашли в том же помещении более тёплую одежду, и для Айка, который медленно плетётся рядом с ними. «Так же, как Рассел тогда…» Я стискиваю зубы. Не нужно об этом думать. Рассел сказал, что делать, возможно, всё можно исправить. Это всё, что сейчас важно. Я бы предпочел избавиться от обрывка цепи, до сих пор висевшего на шее, но даже он пригодился сейчас — за другой конец цепи держалась мать, чтобы не потеряться во вновь начавшейся метели. Холод пробирает, кажется, до костей, морда снова замёрзла. И это несмотря на весьма тёплую шерсть. Затем метель резко улеглась и на тёмном небе появилась луна. Зловещего красного цвета. Чувство направления, тянущее вперёд, усиливалось, вместе с запахом настоящего Лунного цветка. Я неосознанно ускорил шаг, все остальные мысли словно исчезали, как не имеющие значения. «Скорее, скорее, вперёд…» Внезапно я почувствовал, как цепь натянулась. Инстинктивно я рванулся вперёд и та легко скользнула следом, больше не удерживая. «Что?» Обернувшись, я увидел, как пожилая женщина осела в снег, мать и Айк стояли рядом, лапы полуволка дрожали, казалось, он из последних сил старается не упасть. — Нельзя останавливаться! — я подбежал к ним. — Нужно идти! — Она потеряла сознание, Флойд. — мать садится рядом со старушкой и пытается привести в чувство. — Ну же, вставай! — я ткнулся носом в холодную щеку, но всё тщетно, никакой реакции. — Кажется, я тоже не могу больше идти… — Айк лёг, хрипло выдохнув облако пара и прижавшись боком к той, что находилась без сознания. Я осмотрелся и заметил пещеру в нескольких метрах отсюда. — Там пещера. — сказал я, толкая мордой полуволка вновь. — Доберёмся и сможем согреться. Нельзя сдаваться. — А ты упорный… — вздохнул Айк, открывая глаза. Мать с трудом подняла старушку-соседку, так и не пришедшую в себя, и медленно потащила в указанном направлении. Шатаясь, Айк брёл ещё медленнее, я тоже замедлил шаг, чтобы он мог опираться на меня. Сейчас я особенно жалел, что не могу быть человеком физически, помог бы тащить старушку… Спустя метра три мать всё-таки упала, не предпринимая попыток встать. Оставив Айка, я бросился к ним. Старушка-соседка уже не дышит. Не сдержавшись, я заскулил, чего, кажется, не делал ни разу за время всего путешествия. — Вставай, вставай! — я потянул мать за одежду, затем отпустил и ткнулся носом в её лицо. — Пожалуйста, осталось немного… — Иди… — та слабо подняла руку и провела ею по моей шерсти. — Нет. — ответил я и подлез под эту руку, одновременно схватив зубами за рукав, потянул вверх. — Вставай! Реакции не последовало. — Айк, помоги! — нет ответа. Я обернулся. Полуволк неподвижно лежал на снегу, дыхания не было заметно. — Айк...? Ненадолго отбежав к нему, я понял, что того больше нет. Прижав уши, я вернулся к матери, которая впала в состояние, похожее на сон. «Нет, не бывать этому!» Зарычав от тревоги и растущего отчаяния, я схватил её за одежду и медленно поволок по снегу в сторону пещеры. Добившись своего, я также перетащил в пещеру тела соседки-старушки и Айка, после чего на дрожащих от напряжения лапах подошел к матери и лёг рядом, пытаясь поделиться своим теплом. «Такое слабое дыхание…» — Только ты не уходи, прошу. Снова нет ответа. А спустя несколько минут… Звук дыхания прекратился, как и слабые движения, указывающие на его наличие. — Мам? — я резко вскочил, толкнув её сначала мордой, затем лапой. Бесполезно, я знаю, но не верю. — Очнись! Да как же так?! Почему?! Зарычав, я выскочил из пещеры, вскинув голову к висевшему в небе багровому диску луны. «Почему?!» Вой вырвался сам собой, выражающий всю боль, тоску и отчаяние, затем я опустился на снег. Я больше не хочу никуда идти, лучше лежать здесь и вот так же просто замёрзнуть. В этот момент вспыхнуло, переливаясь, северное сияние, занявшее, казалось, пол-неба. Снова вернулось чувство притяжения, зовущее вперёд. И запах Лунного цветка, на который я почти перестал обращать внимание. А затем оттуда донёсся волчий вой, в котором так же слышался зов. «Что я делаю? Я же обещал. В конце концов, есть шанс, что в новом мире все будут живы. И... Вдруг Рай выглядит так, как хочет его видеть нашедший? Тогда даже люди, даже полуволк... Я должен дойти. Нельзя сдаваться!» Я поднялся, стряхнув с себя снег, и, повернувшись в ту сторону, откуда донёсся вой, сорвался с места.