Глава 147

"Когда мир вокруг рушится, а предательство проникает в самое сердце, именно тогда мы осознаем: сила — это иллюзия. Сражаясь с монстрами внешними и внутренними, мы лишь создаём новый путь из пепла старого, где нет спасения."

      Глаза Якумо распахнулись. Тяжело дыша, она сползла по стволу дерева к земле. Шатенка схватилась за своё сердце, которое бешено колотилось. Она пыталась успокоиться и прийти в себя. Изумрудная Луна в её глазах пульсировала в такт сердцебиению, будто проклятие пожирало не только чакру, но и саму волю. Каждый вздох обжигал горло пеплом проваленного плана. Однако стоило ей опомниться, как внутри зародилось странное беспокойство. Она ещё не успела осознать причину, а уже чувствовала себя некомфортно.       — Я всё ещё рядом с Конохой. — Кураме сложно было поверить в такое развитие событий, но это была правда. В нескольких сотнях метрах виднелся вход в деревню Скрытого Листа.       Мастер гендзюцу не могла понять, что происходит, однако, повернув голову, она смогла лицезреть Карин. Узумаки так и не пришла в себя, будучи насаженной на ледяную стрелу Эш. Все процессы в теле красноволосой остановились, так что даже опытный ниндзя-медик мог случайно ошибиться и сказать, что она умерла, хотя это было не так. Просто с таким ещё никто не сталкивался, поэтому проще было заявить, что девушка умерла. Такова была жестокая неизвестность…       — Что же произошло? Мне удалось разбить ледяные оковы Эш? Нет! Её сила на несколько порядков превосходит мою! Тогда… — Якумо начала размышлять над причинами произошедшего, однако тут её взору предстал алый купол неподалёку. Эта штука двигалась, будто бы была живой. Она пульсировала, создавая впечатления дыхания. Но от этой штуки веяло кровью и смертью. Курама пошатнулась, не желая даже приближаться к месту битвы Джашина и АНБУ — слишком уж зловещая аура царила над тем местом.       — Рядом кто-то есть. — голос Идо, разлетевшийся по сознанию девушки, был наполнен серьёзностью. Якумо тут же напряглась. Её Проклятье невольно активировалось. Изумрудная Луна завращалась, анализируя окружающую обстановку.       Шатенка не знала, что произошло, однако сейчас для неё стало очевидно одно — весь план Наруто пошёл по наклонной. Они с Карин должны были находиться на грани между жизнью и смертью до самого конца этого безобразия, и, как только медики идентифицировали их смерти, они бы смогли покинуть Коноху под чуткими наставлениями Эш. Именно Тоору должна была сопроводить их к пепельноволосому, когда всё закончится, однако всё пошло по одному месту.       — Вот же паскудство! Кто-то вмешался в наши планы и разбудил меня. На такое не способен ни один ниндзя-медик, тогда выходит… — Якумо не успела закончить свою мысль, ибо на деревьях появились АНБУ. Члены специального подразделения деревни Скрытого Листа обычного были спокойными и безмолвными, однако сейчас всё было иначе. Их глаза округлились, а выражения лиц под масками вытянулись от неверия.       — Командир, как я и говорил, девушка пришла в себя. — к одному из группы подошёл товарищ в маске змеи и заговорил решительным тоном. Это был молодой парень. Ему было не больше двадцати пяти лет, однако Курама нахмурилась, когда посмотрела на этого шиноби. Её глаза уловили ненормальный резонанс, а всё тело АНБУ окружала странная энергия. Если это и можно было как-то описать, то энергия будто бы вилась вокруг него чёрными змеями, создавая впечатление использования какой-то запретной технике, да вот только чакра при этом совсем не использовалась...       — Это… Проклятый… — не нужно быть гением, чтобы догадаться до таких вещей. Якумо нахмурилась, смотря на всё происходящее с более и более серьёзным взглядом. Её специально разбудили — эта личность хотела, чтобы Курама угодила в их лапы.       — Командир, будьте осторожны. С её глазами что-то не так. Мне кажется, что она одержима. — добавил всё тот же АНБУ, пока лидер группы внимательно анализировал сложившуюся обстановку. Прошло ещё несколько секунд, прежде чем он всё же осмелился заговорить.       — Принцесса, вы понимаете, что я говорю? — спокойным голосом уточнил опытный ниндзя, пристальным взглядом вцепившись в Проклятые глаза шатенки. Последняя же едва заметно кивнула, тем самым показывая, что прекрасно осознает происходящее. — Тогда прошу, пройдёмте с нами в Коноху. Мы обеспечим вашу безопасность. — попросил без капли эмоций в голосе лидер отряда.       — Паршиво. — подметила про себя Якумо, прекрасно понимая, что всё это будет значить. Вытащить её из деревни Скрытого Листа после подобного инцидента будет практически невозможно. К ней приставят слежку и будут охранять, как зеницу ока. О побеге можно даже не заикаться будет в таком случае. — Хах, так вот, чего ты добиваешься… — пробубнила себе под нос Курама, в голове которой всё наконец-то срослось.       Она не знала, кто именно подстроил всё это, однако есть парочка вещей, которая очевидна. Эта личность хочет насолить Наруто. При этом она готова рискнуть своей жизнью, ради этого. Но почему же тогда Якумо всё ещё жива? Потому что над Курамой стоит Тоору Эш — без сомнений, одна из сильнейших Проклятых. Человек, устроивший всё это, не хочет связываться с хозяйкой игрального дома, а это значит, что он сто процентов слабее Эш, причем намного слабее.       — Видимо, у меня не остается иного выбора… — Якумо печально усмехнулась и выпрямилась. Её рука медленно поднялась, из-за чего все АНБУ напряглись. — Иллюзия: восстание десяти тысяч монстров. — холодным и монотонным голосом объявила девушка. На её лбу образовали капельки пота от давления, а из глаз хлынула кровь.       Тень под ногами мастера гендзюцу стала увеличиваться в размерах. Все АНБУ схватились за оружие, готовясь к неожиданной атаке. Они сидели на деревьях и готовились к неожиданной атаке. Когда тень настигла их, то ниндзя показалось, что даже Солнце поблёкло под давлением от той тьмы, что излучала тень.       — Ааа! — первый крик огласил начало кровавому пиршеству.

***

      В это время Джашин вышел из-под кровавого барьера, громко цокнув от досады. Всё-таки один из ниндзя смог сбежать. Как ему удалось это? Обычными способами пробить барьер было невозможно, однако эти засранцы использовали странные пилюли, благодаря которым выходили на новый уровень силы. Чакра, циркулирующая по их телам, уплотнялась в разы, однако и цена этому была соответствующая. Время их жизни многократно сокращалось, ибо их тела не были готовы к чему-то подобному.       — Эх, а они были не так уж плохи. — печально выдавил Бог Крови, прикрывая глаза на пару мгновений. В следующую секунду его божественная жопа закричала об опасности. Несколько десятков техник всех пяти стихий, смешавшись в единый поток, обрушились на Джашина.       — Он умер? — нервно поинтересовался Асума, пытаясь перевести дух. Он не съел ту пилюлю, потому что, глядя на побочные эффекты от этой силы, становилось дурно. Несколько его товарищей взорвались от переполняющей их энергии, лидер группы же выиграл много времени, однако его порубили в кровавый фарш. Участь остальных была не лучше.       — Нет. — Микото Учиха взирала своим шаринганом на поднявшиеся облако пыли и дыма. Концентрация чакры в этом месте была запредельной, а о силе комбинированного ниндзюцу практически всех джоунинов и чунинов Конохи и говорить не нужно было. Такую атаку не был в состоянии пережить ни один из каге. Разве что, Боги шиноби могли выдержать столь разрушительную мощь.       — Интересно… Очень интересно… Женщина руководит всем этим сбором мусора. Неудивительно, что вы так слабы! Ахахах! — в завесе зажглось два огня, после чего по округе разошёлся насмешливый голос мясника. Джашин смеялся, наблюдая за перекосившимся лицом Учиха. Матриах клана Учиха смотрела на этого монстра с яростью.       — Кто ты такой? — из глаз Микото брызнула кровь. Шаринган с тремя томоэ бешено завращался, сливаясь в узор Мангекьё Шарингана. Импульс жажды крови, который вышел из девушки, заставил Бога Крови перестать смеяться.       Джашин приложил руку к груди и поклонился, как актёр перед аплодисментами.       — Я? — его голос раскололся на тысячи шёпотов, эхом отражающихся в костях каждого ниндзя. — Я — последний кошмар, в который вы верили в детстве. Я — кровь, что кричит в ваших жилах, когда вы проигрываете.       Он шагнул вперёд, и земля взвыла под его ногой. Чунины рухнули, как подкошенные колосья, а в глазах Микото лопнули капилляры.       — Чудовище! — Микото с ужасом взирала на это существо, ведь никакое другое определение не приходило ей на ум. Она не являлась гением, однако уже давно достигла своего предела. Каждое использование Мангекьё Шарингана было слишком дорогим, но сейчас без этой силы она бы не смогла даже сопротивляться ауре Божества — такова была разница между смертными и бессмертными.       — Я не могу навредить ей. — сделав шаг, глаза Джашина зажглись ещё ярче, а лицо стало очень хмурым. Он не был мастером в печатях, однако увидеть уникальную печать на теле девушки было не так уж и сложно. — Эта чакра… Она сильно изменилась, но я узнаю её! Если трону эту девушку, то потом будет очень плохо. — Бог Крови буквально впился в тело Микото, чувствуя, что её система циркуляции чакры работает необычно.       Это никак не вредило Учихе, ведь печать просто собирала немного чакры, однако создатель печати был очень искусен в фуиндзюцу, ибо даже Богу Крови не удавалось понять весь функционал этой сложной вязи фуин-символов. На такое были способны единицы во всем мире ниндзя.       — Несокрушимые запечатывающие цепи! — вместе с женским голосом, раздавшемся за спиной, Джашин впервые за всё время боя почувствовал реальную опасность. Из земли вырвалось несколько золотистых цепей, объятым плотным потоком энергии.       — Нехорошо. — отбившись от парочки острых наконечников, так и норовивших пробить его тело, Бог Крови напряжённо посмотрел на вторую фигуру, которая представляла реальную угрозу, и тут-то его глаз не выдержал, нервно дёрнувшись.       — Как же я рада… — Микото знала, кому принадлежали эти цепи, однако, найдя взглядом нужного человека, улыбка тут же спала с её лица. За спиной особы развивались длинные алые локоны, но вовсе не это портило абсолютно всё. На лице девушки была маска кицуне, а вместо красивых нарядов на ней покоился чёрный плащ с алыми облаками.       — Ахахаха, а это так забавно! — Джашин рассмеялся, наконец-то понимая, что тут происходит. Его смех был единственным источником звука в повисшей тишине. Две подруги же не обращали на Бога Крови никакого внимания, смотря друг другу в глаза.       — Ты действительно уходишь? — Микото прошептала, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони. Капли крови упали на землю, смешавшись с пеплом. — После всего… после того, как мы… — Голос её сорвался. В памяти всплыли лица: маленький Итачи, цепляющийся за плащ Кушины, Шисуи, смеющийся над её шутками… Теперь всё это превращалось в пепел.       Кушина отвернулась, но даже сквозь маску-кицуне было видно, как дрогнули её губы.       — Я не ухожу. Я просто перестала врать себе. Разве ты не видишь? Деревня, ради которой умерло столько шиноби… столько хороших людей, больше не ценит это. Она изменилась! — громко выдала Узумаки. Это была самый настоящий крик души.       — Ясно. В таком случае, я лишь надеюсь, что ты сможешь найти своё счастье там. — Учиха выдавила из себя улыбку, однако это была настолько неестественная улыбка, что лицо Кушины помрачнело. По щеке Микото скатилась одинокая слеза.       Она не хотела отпускать ещё одного близкого человека, ведь она была последней… последним близким человеком. Сыновья покинули деревню Скрытого Листа. Муж, пусть Микото и не была с ним очень близка, погиб. И оставалась лишь близкая подруга — Кушина, но теперь и последняя решила уйти из Конохи.

***

      Кулаки джинчурики и Проклятого столкнулись. Ударная мощь от противостояния двух сил не только прогнула камень под ногами двух подростков, но и вырывала ближайшие деревья прямо с корнями из земли.       — Эта чёрная энергия блокирует ядовитый эффект от демонической чакры? — пепельноволосый, не снижая давления, пытался проанализировать ситуацию. Их натиск увеличивался с каждым мгновением. Конечно, парень раньше использовал демоническую чакру, и его тело привыкло к ней, однако его сила могла лишь сравниться с истинной мощью хвостатого зверя. На самом деле, ядовитость демонической чакры Девятихвостого была на порядок сильнее, чем простой демонической чакры.       Причина этому была очевидна. Курама был сущностью со своей личностью и эмоциями, а это напрямую влияло на чакру. Чем более сильной была ярость хвостатого зверя, тем более ядовитой была его чакра. Пусть Наруто и имел частичный иммунитет к этой силе, но ситуация была бы намного хуже, если бы не чёрный защитный покров.       — Что будем делать? — за несколькими камнями неподалеку спряталась команда Майто Гая, нервно наблюдая за начавшей набирать обороты битвой. Тентен, не обладающая какими-то выдающимися способностями, ужасалась силе своих ровесников — это было нечто аномальное.       — Подождем. Сейчас мы ничем не сможем помочь Айке-тян. — как ни странно, ответ на вопрос куноичи дал Ли. Парень с прической под горшок был настроен очень серьёзно и говорил очень мало. Это серьёзность была совершенно несвойственна Року, и это ещё сильнее пугала Тентен.       — Эта сила… Как они могут быть настолько сильными? — вены вокруг глаз Неджи вздулись, а сам Хьюга с напряжённостью взирал на невероятную битву, выходящую за грань его воображения. Если бы Неджи принял хотя бы один удар подобной мощи, то вряд ли смог остаться в живых, а брат и сестра продолжали сталкиваться.       — Я не смогу одолеть её. — неожиданно Наруто сделал весьма неутешительный вывод. Быстрый мозговой штурм привёл к тому, что он осознал, что, пусть и не на много, но все же уступает этому монстру в физической силе. Его постепенно теснили, заставляя шаг за шагом отступать.       Но всё было не так плохо. Его сила не наносила ему вред, а сам пепельноволосый прекрасно знал, что сейчас его сестра находится под таким безумным давлением, от которого большинство джоунинов превратится в кровавый фарш уже в течение первой минуты. В общем и целом, вряд ли Айка сможет поддерживать такую форму долго — скоро она должна была выдохнуться.       Но проблема состояла в том, что Наруто не хотел принимать такую победу. Битва на истощение — это одно, а так он лишь воспользуется временным нюансом в силе Намикадзе. Парень же хотел одолеть этого монстра своими силами — это был единственный способ доказать самому себе, что он справился со своим прошлым.       — Что? — пепельноволосый неожиданно заметил изменения в течение боя. Монстр перестал атаковать его лапами. На парня обрушился мощным шквал из атак четырьмя хвостами.       Сама же Айка вытянулась и раскрыла пасть, начав концентрировать какую-то уж совсем дикое количество энергии. Наруто мог лишь мельком наблюдать за этим процессом, потому что давление, оказываемое на него хвостами, было многократно больше. Чем то давление, что было до этого.       — Что это такое? — на самом деле, пусть пепельноволосый и чувствовал опасность, однако в нём также проснулось любопытство. Он никогда прежде не видел подобной техники. Мощный всплеск энергии образовал в воздухе небольшие шарики. Они были чёрного и белого цветов. После этого, тварь раскрылась пасть пошире, начав собирать эти шарики в единый шар.       — Шар Хвостатого Зверя? Уходим! — как только Неджи осознал, что происходит, он тут же ринулся подальше от места концентрации энергии. Как один из гениев клана Хьюга, парню были доверены книги с секретными сведениями.       В одной из таких книг описывался Шар Хвостатого Зверя и единственный метод противодействия ему — бегство. Мощь этой техники стояла на пике мира ниндзя. Её было достаточно, чтобы решить исход боя практически в любой битве. Именно из-за этой техники джинчурики и считались идеальным оружием любой деревни ниндзя.       — Шар Хвостатого Зверя? Интересно! Давай же испытаем мою силу! — на лице парня появилась жестокая улыбка. Хвосты перестали атаковать парня и вернулись к джинчурики. Время на болтовню подошло к концу. Сильнейшая техника хвостатого была сформирована.       Тварь раскрыла пошире пасть и проглотила плотной шар энергии. От тела существа сразу же повалил плотный пар, а тело под чудовищным весом припало к земле.       — Сосредоточься, у тебя всё получится. — Наруто же не обращал на это внимание. Он прикрыл глаза и вытянул руки в разные стороны. Это выглядело глупо, ведь чакра всё ещё не восстановилась, однако парень кое-что узнал от Эш.       “Если Проклятый достигнет определенного уровня совершенствования, то сможет подчинить себе саму природу.” — это были слова Тоору, которые буквально въелись в память пепельноволосого.       Не прошло и секунды, как ветер вокруг парня закружился, а по округе стали расходиться мощные волны энергии. Когда он открыл глаза, то Проклятье сияло ещё ярче, чем когда-либо раньше. На одной из его ладоней появился сплюснутый до минимально-возможных размеров изумрудный диск. Даже не используя его, Наруто чувствовал, что его острота просто зашкаливает, разрезая воздух.       — Ррр! — в этот момент по округе разошелся дикий рёв, вместе с которым из пасти монстра вырвался плотный сгусток энергии в сторону парня. Последний же выставил диск вперёд и влил в него огромные объёмы энергии. За время одного вдоха диск превратился в огромный изумрудный щит, вращающийся на безумной скорости.       Изумрудный щит взвыл, как пила, рассекая поток энергии. Наруто чувствовал, как его кости трещат под давлением, а кожа обугливается от жара. В глазах помутнело — он видел лишь оранжевый ад, пожирающий его щит.       — Не сдамся… — сквозь зубы, полные крови, прошептал он.       Но Айка не останавливалась. Её хвосты вонзились в землю, создавая новые жерла, откуда вырывались вторые волны энергии. По щиту стали расходиться трещины.       Парень впился пальцами в свою защиту, прикладывая невероятные усилия для того, чтобы выдержать эту атаку. Его ноги скользили, а челюсти сжались так сильно, что из десен хлынула кровь.       — Я недооценил мощь этой техники… — мысленно признался Наруто, тело которого подрагивало от чрезмерных нагрузок.       Через несколько секунд луч разрушительной энергии полностью исчез. Джинчурики опустила морду, пытаясь рассмотреть хоть что-то в поднявшемся облаке дыма и пыли. Монстр не спешил входить в завесу, чувствуя исходящую с той стороны угрозу.       — Неплохая попытка, животное! — раздался из дыма насмешливый голос. Когда густые клубы рассеялись, перед Айкой предстал Наруто — его обугленные руки дрожали, а на изумрудном щите зияла трещина, сквозь которую пульсировала энергия Проклятья. Пар валил с его тела, повышая температуру вокруг на десятки градусов; ноги подрагивали, но в глазах... в глазах не было ни усталости, ни страха. Лишь холодная ясность, будто сквозь дым битвы он наконец увидел истину.       Теперь он понимал. Понимал так же отчётливо, как видел оскал чудовища перед собой. Все эти годы тренировок, вся боль и жертвы — они привели его сюда, к этому моменту. До пика мира ниндзя оставался один шаг. И этот шаг он сделает через поверженного врага.