Глава 167

"Боль отделения души — это напоминание о том, что даже самые могущественные существа не могут избежать уязвимости, и именно в этом заключается наша общая человечность."

      Разговор с Богом нельзя было назвать удачным. По крайней мере, Хамура ничего от этого не получил. Он надеялся выбить хотя бы какое-то подобие согласия от парня, однако его слова ввели Ооцуцуки в ступор. Проклятый вёл себя слишком высокомерно. Хамуре это не нравилось, однако Наруто же считал свои действия обыденными. Бессмертный не в силах был помешать предстоящему сражению, а его слова лишь сильнее взбудоражили парня.       — Ребёнок, чьё прошлое было уничтожено… Какое может быть его будущее? — в поле зрения Хамуры попадала вся Луна. Он мог отследить всё происходящее на ней, однако сейчас его интересовал лишь один человек — Проклятый, явившийся без приглашения.       — Наруто, всё хорошо? — Карин кое-как могла поспеть за темпом пепельноволосого, который, к тому же, неосознанно ускорялся. Наруто ничего не сказал и даже не попрощался со стариком, просто двинулся куда-то.       — Теперь тебе не скрыться от меня. — подумал парень, взгляд которого не желал уходить от горизонта. Там уже виднелись очертания дворца Ооцуцуки, в котором и проживал его противник. — Всё просто замечательно! Скоро начнётся самая весёлая часть нашего путешествия! — радостно оповестил пепельноволосый.       — Что с ним? — Узумаки не была удовлетворена таким ответом. По её телу пробежались мурашки. Пусть она и не видела его лица в эти мгновения, однако отчётливо ощущала, как аура товарища рвётся на свободу. Он всё ещё сдерживал её, однако девушке уже стало понятно, что грядёт нечто страшное.       — Ооо! — на лице Наруто всё время царил оскал. Жажда крови, дремавшая долгие годы, наконец-то вышла из спячки. Внутри молодого человека вот-вот было готово вспыхнуть пламя. Хамура, используя свою силу, мог подавить восприятие любого живого существа на Луне. Именно из-за этого Наруто не удалось обнаружить храм Ооцуцуки.       Как только, Божество впустило Проклятого в свою обитель, из которой тот следил за всем, Наруто не преминул возможностью использовать это в своё благо. Во время разговора с Богом, он выпустил своё восприятие и на короткий промежуток времени перехватил контроль над подавляющей способностью — это была способность не самого Бога, а того храма, где тот основался.       Пары мгновений было вполне достаточно, чтобы обнаружить огромный дворец Ооцуцуки и три сигнатуры чакры, прячущиеся в нём. Конечно, парень не узнал ни одного из обладателей чакры, но в этом не было чего-то удивительного. Он не встречался с Ханаби лично. Младшая сестра Хинаты находилась под опекой Хиаши всё время, ибо считалась главной наследницей клана Хьюга.       — У нас гости. Не вмешивайся. Мне надо размяться. — скомандовал Наруто и в мгновении ока набрал скорость, стрелой отправившись вперед — навстречу хозяевам. — У них разные объёмы чакры, однако сама чакра идентична. Это марионетки? Или же что-то ещё? — пронеслось в голове Наруто, которому становилось всё любопытнее и любопытнее.       — Быстро, даже слишком… Но как? — пробубнила с неверием девушка. Глаза Карин расширились от удивления. Она думала, что прекрасно знала пределы своего товарища — как-никак, они ни один раз тренировались вместе, однако всё это было лишь фикция. На тренировках с Узумаки пепельноволосый не выкладывался и на пятьдесят процентов от своей истинной силы.       Уже через минуту Наруто столкнулся с противниками. На него направили странные жёлтые сферы, наполненные энергией. Чем-то эта техника была похожа на Расенган, однако всё же являлось отдельным от него ниндзюцу.       Проклятые глаза видели каждую атаку, подмечали малейшие изменения и позволяли заранее просчитать свои дальнейшие действия. Наруто без проблем ушёл ото всех атак, после чего перешёл в наступление. Ему не нужны были никакие особые способности, чтобы разобраться с такими противниками.       — Они слишком слабые. — разломав тела трёх марионеток с одного удара, Наруто пришёл к неутешительному выводу. Остальные набросились на него без капли колебаний. Их тайдзюцу было неплохим, а действия в команде смогли занять Наруто на целую минуту.       — Наруто! — прокричала Карин, которая добралась до места событий. Пепельноволосый же, разорвав последнюю марионетку на части, бросил тяжёлый взгляд на Узумаки.       — Останься здесь. — потребовал Наруто, после чего, не дав девушке возразить, двинулся к дворцу Ооцуцуки. У него не оставалось времени на бессмысленную болтовню. Его сенсорные способности начали вопить о безумных объёмах чакры, которые сосредотачивались внутри дворца.       — Засранец. — не сдержавшись, Карин выругалась. Её лицо скривилось в недовольной физиономии. Она хотела встать на один уровень с Наруто и думала, что уже на полпути к своей цели. Однако сейчас, когда они оказались в опасности, выяснилось, что всё это лишь влажные фантазии. Как и три года назад, Узумаки Карин чувствовала себя бесполезной.       — Эм? — спустя несколько секунд, Наруто остановился и с капелькой непонимания уставился на фигуру, парящую в небе. Она была окутана золотистым свечением, а объёмы её чакры выходили далеко за пределы уровня каге. Золотистые глаза сияли, подобно двум Солнцам.       — Проклятый значит. Теперь понятно, у кого хватило смелости появиться на Луне. — мужчина с белой кожей заговорил задумчивым тоном. Изумрудная Луна, пылающая в очах Наруто, не могла скрыться от взора Тансейгана.       — Ты — Наоко? — пепельноволосый пристально наблюдал за действиями оппонента, не спеша предпринимать что-либо. — Он — хозяин тех марионеток. — подметил парень сходство чакры между творениями и их создателем.       — Смертный знает моё имя? — Ооцуцуки нахмурился, а с его уст невольно слетел вопрос. В золотистых очах появилась напряжённость, и это было вовсе не удивительно. Он очень редко представлялся, называя своё имя, так что простой смертный просто не мог знать его.       — Значит это ты… — под маской проявился ещё более широкий оскал. Имена совпали, а вкупе с внушительными объёмами чакры и невероятным высокомерием Наруто был уверен, что перед ним находится именно тот Полубог, о котором и говорил Хамура. Вначале он сомневался, потому что в дворце росла чакра совершенно другого Полубога, но теперь его сомнения окончательно были развеяны.       Взгляды Наруто и Наоко соприкоснулись. Без лишних слов оба поняли одну простую вещь — они оба желали битвы. Пепельноволосый желал отомстить за Канзецу и его жителей, а Наоко хотел проверить, насколько сильны на самом деле Проклятые.       Ему уже выпадала честь сразиться с одним из них около трёх десятков лет назад. В той битве один из Ооцуцуки пожертвовал своей жизнью, чтобы Наоко смог стать сильнее и победить Проклятого. Это была очень непростая битва. И вот сейчас, глядя на парня с пепельными волосами, он ощущал странное покалывание в груди.       — Стихия Ян, Пламя Солнечной Ловушки! — это чувство так сильно не понравилось Полубогу, что он решил первым начать сражение. Мощная золотистая чакра хлынула во все стороны, заключая Наруто вместе с Наоко в некое подобие тюрьмы. — Я не могу позволить этой букашке навредить Тонери. Он всё ещё не пробудил полноценный Тансейган. — пронеслось в мыслях Ооцуцуки.       — Интересно. Стихия Ян значит… — Наруто внимательно наблюдал за процессом формирования техники врага. Пять базовых природных преобразований были широко известны в мире шиноби. Мощных техник для них хватало. Проблемы доставляли лишь способы их получения.       А вот техники стихий Инь и Ян — это были утерянные ниндзюцу. Да, некоторые кланы использовали в своих хидзюцу стихию Инь и Ян. К примеру, клан Акимичи использовал стихию Ян, чтобы преобразовать жир в своём теле в чакру и увеличить свой рост, а клан Нара вливал в свою тень стихию Инь, чтобы получить власть над ней. Но Наруто не мог отнести подобные техники к стихиям Инь и Ян. Они использовали какую-то особенность редких стихий, однако не являлись истинным воплощением Инь и Ян.       — Ого! Так он использует свою жизненную силу для техник? Это сколько же жизненной силы надо иметь, чтобы свободно использовать стихию Ян? — Изумрудная Луна яростно вращалась, не упуская даже малейших деталей. — Это будет намного сложнее, чем я предполагал. — подметил про себя Наруто, который впервые за все время похода осознал, что к стихии Ян нельзя относиться спустя рукава.       — Стихия Ян, Солнечный Удар Восьмидесяти Лучей! — Наоко же не стал медлить. Вытянув обе руки вперёд, он выпустил плотный поток энергии в сторону противника.       — Опасно. — интуиция Наруто сразу заработала. Руки покрылись плотным слоем, а коса, возникшая по мановению мысли, засияла от переизбытка чакры футона. Золотистый луч приближался на безумной скорости. Возможности уклониться не было, так что оставалось встретить атаку лоб в лоб. Наруто замахнулся, после чего нанёс удар.       Две атаки соприкоснулись, вызвав страшную ударную волну. Земля стала покрываться паутиной трещин, а воздух потяжелел от переизбытка энергии. Мышцы на руках и ногах вздулись от чудовищного давления. Сердце радостно застрекотало, а кровь забурлила. Именно этого он и хотел.       — Аааа! — приложив ещё больше усилий, Наруто разрубил золотистый луч на две части, полностью развеяв атаку врага. — И это все? — раскинув руки в разные стороны, пепельноволосый задал очень провокационный вопрос.       — Смертный отразил мой удар? — Наоко на несколько мгновений замер, наблюдая за фигурой противника. Тот был цел и невредим. — Разве такой силой могут обладать букашки? — Ооцуцуки нахмурился, чувствуя, как из тела врага вырывается подавляющая жажда крови.       — Моя очередь. — отметив, что противник находится в замешательстве, Наруто решил сделать свой ход. Выставив ногу вперёд, парень использовал её для упора, чтобы начать вращение на одном месте. Ветер начал взвывать от его движений. — Стихия ветра, Подавляющие Вакуумное Превосходство! — слетело с уст пепельноволосого название техники.       Его вращение достигло пика через полторы секунды, образовав изумрудный кокон, который источал чудовищные объемы энергии. Ооцуцуки напрягся. Он прекрасно был знаком с концепцией пяти стихий, однако он никогда прежде не сталкивался с такой мощной техникой Футона.       Как только название техники слетело с уст Наруто, кокон сжался, будто бы стрела, которую натянули на тетиву лука, после чего сорвался со своего места, выпрямившись в плотный сгусток энергии.       — Циклонический удар стихии Ян! — Ооцуцуки накрыло неминуемое чувство кризиса. Он понял, что, если проигнорирует эту атаку, простыми синяками и порезами не отделается, поэтому Наоко сразу же применил ответную технику.       Вытянув руку вперёд, Полубог выпустил огромные объёмы чакры. Вихрь энергии закружился в форме конуса, сметая всё на своём пути. Пожалуй, если бы битва этих двух происходила бы на Земле, то небольшая деревушка уже бы точно была разрушена от первых столкновений.       — Ничто не устоит перед моей силой. — заметив давление на окружающее пространство, Ооцуцуки подавил панику, начавшую зарождаться в его сердце. Кем он был? Полубогом, способным уничтожать целые горы взмахом руки. Как атака какого-то смертного может нанести ему вред? Это же смешно!       Но вопреки уверенности Наоко, изумрудная стрела, в которой была заложена не только чакра, но и энергия Проклятого, пронзила золотистый вихрь. Полубог лишь ухмыльнулся на это. Сила гравитации внутри вихря была слишком чудовищной, чтобы внутри могло выжить хоть что-то.       И вправду, через мгновение, техника Наруто замедлилась, однако она не переставала двигаться. Гравитационная сила вихря усиливалась по мере приближения к истоку, которым и управлял Наоко. Пролетев ещё некоторое расстояние, мощная техника полностью остановилось.       — Ничтожество. — на лице Ооцуцуки появилась жестокая улыбка, но, стоило ему поднять надменный взгляд на Наруто и встретиться с ним взглядом, Полубогу стало не по себе. Глаза парня источали насмешку над бессмертным, так и не демонстрируя, что это лишь он тут заблуждается.       И в эту же секунду, когда давление на изумрудную стрелу достигло своего пика, последовал страшный взрыв. Подавляющие Вакуумное Превосходство не выдержало такого давления и сработало раньше положенного.       — Вот черт! — Ооцуцуки попытался сдержать взрыв при помощи гравитации, но было слишком поздно. Ударная волна отбросила его, однако на этом всё не закончилось. Наоко с неверием наблюдал, как пространство в небольшой области полностью изменилось.       В радиусе нескольких десятков метров от него бушевали изумрудные лезвия. Они хаотично двигались, сталкиваясь друг с другом, тем самым внося ещё больше непредсказуемости. Полубог не был в эпицентре этого взрыва, поэтому количество лезвий, добравшихся до него, было не столь высоким, однако ужасало вовсе не это. Лезвия стихии ветра, которые при обычном раскладе, не должны были оказывать никакого воздействия на Ооцуцуки, резали, кромсали, уничтожали его плоть, вгрызаясь чуть ли не до костей.       — Хех… — Наоко тяжело дышал. Белую поверхность Луны окропили капли крови Полубога. Чудовищная регенерация залечивала раны. Будь на месте Ооцуцуки простым смертным, он вряд ли бы смог пережить эту атаку, но пугало Наоко вовсе не это. — Если бы эта стрела добралась до меня… Я не уверен, что смог бы выжить в эпицентре этого взрыва. — пронеслось в мыслях Полубога.       Его Тансейган, который не прекращал наблюдать за окружением, отчётливо видел, как в центре взрыва рвалась сама ткань пространства и времени. Сами молекулы разрезали на субатомном уровне — такую мощь не мог продемонстрировать даже он. Уничтожение на молекулярном уровне — не каждый Бог сможет пережить такое.       — Я должен убить этого Проклятого. С такой опасной техникой, если дать ему ещё несколько лет на развитие, все бессмертные окажутся в опасности. — подчеркнул про себя Ооцуцуки. Он поднял взгляд и сосредоточил своё внимание на месте, где несколько секунд назад был противник. — Чего? — глаза Полубога расширились, когда он не обнаружил оппонента на месте.       Он уже давно не участвовал в таких серьёзных сражениях. Битва с Проклятыми всегда давалась ему нелегко. Обычно именно он нападал, навязывая свои условия битвы, а сейчас всё было в точности да наоборот. Наруто вторгся в его дом. Нагло, самоуверенно, не пытаясь скрыться, а его поведение было настолько обезбашенным, что Ооцуцуки забыл главную свою идиому — с Проклятыми нельзя расслабляться ни на секунду.       Выпустив своё восприятие, Полубог начал сканировать местность, чтобы найти врага. Тансейган обладал удивительными способностями к обнаружению, так что найти противника не стало проблемой, но было слишком поздно.       — Кто бы мог подумать, что даже бессмертные совершают детские ошибки. — за спиной Ооцуцуки раздался властный голос Наруто. Наоко поспешил обернуться. В его руке уже сиял золотистый клинок, которым он собирался заблокировать атаку парня, да вот только никто не собирался давать ему поблажек.       Нанося удар вполоборота, Полубог и не думал, что ситуация окажется настолько критичной. Вместо отрубленный головы он увидел, как его рука вместе с оружием из чакры стихии Ян отделяется от туловища.       — Аааа! — громко заорал бессмертный, каждой клеточной своего тела ощущая боль. Ему и до этого приходилось сталкиваться с серьёзными ранами, однако мощная регенерация позволяла не только справиться с болью, но и в кратчайшие сроки вернуть боеспособность.       — Каково тебе? Ты можешь отрастить свою руку, однако, что насчёт души? Сможешь восстановить её? — древко косы впилось в висок Полубога. Наоко потерял концентрацию, а мир перед его глазами померк на несколько секунд. Падение с большой высоты не было таким уж болезненным.       Наруто медленно спустился с небес на землю. В его Проклятых глазах больше не было интереса к этой персоне. Победа оказалась не таким достижением, каким он желал видеть его. Эта битва была похожа на избиение младшего старшим.       Но тут стоит признать, что в этом столкновении не последнюю роль сыграл Рааст. Наруто ещё не достиг того уровня, на котором мог нанести вред душе такого сильного существа, как Полубог, но вот с Даркином всё было иначе. Если бы у бессмертных была своя пищевая цепочка, то Даркин бы в ней стоял явно на порядок выше, чем Полубог.       — Не знал, что отделение частички души настолько болезненно. — видя то, как Наоко корчится на земле, Наруто сделал себе мысленную заметку, что ему стоит избегать ранений своей души. У него не было сомнений. Наоко Ооцуцуки обладал невероятной регенерацией, которую он умел использовать. Его болевой порог в любом случае будет выше, чем у любого ниндзя. Однако даже для такого воина ранение души оказалось столь болезненным — это было ярким показателем важности души для любого живого существа.       — Зачем ты напал на Канзецу? — приставив к горлу Ооцуцуки лезвие косы, Наруто задал интересующий его вопрос. Он в любом случае убьёт этого Полубога — ему оставалось сделать последний шаг, — а вот информацию от трупа получить невозможно.       — А? Канзецу? Что это такое? — Наоко уставился на Проклятого с непониманием. Его тело, нет, сама его душа всё ещё испытывала ужасающую боль, однако постепенно он привыкал к этой боли.       — Ясно. — выдавил из себя Наруто. Не став более медлить, он отделил голову от тела Ооцуцуки. Информация Скади подтвердилась — Канзецу случайно попала под удар во время битвы двух мастодонтов, так что более не имело смысла вести беседы с Полубогом. — А кто же тогда внутри дворца? — сделав несколько шагов, Наруто устремил свой взор на парящий в небе дворец.       Он ощущал присутствие двух существ в нём — двух обладателей чакры. В этот момент, когда Наруто собирался проверить дворец Ооцуцуки, он пошатнулся. Он печально ухмыльнулся. Пусть битва и была короткой, но парень успел истратить восемьдесят процентов от запасов своей чакры.       — Ты идиот! Добей его! — в голове раздался звериный возглас Рааста. Наруто сразу же напрягся, не совсем понимая, о чём идёт речь. В следующий миг чувство опасности парня завыло, подобно раненому зверю.