Глава 184

"Свобода — это не только право выбора, но и бремя ответственности. Каждый шаг, который мы делаем в поисках абсолютной независимости, может оставить след на сердцах тех, кто рядом."

      — Я вот, чего не понимаю. — Наруто сидел на небольшом камне и глядел на тучи вдалеке. Они были уже близко к стране Дождя. Парень размышлял об одном важном факторе, как Орочимару прервал поток его мыслей. — Почему бы тебе просто не признаться? Это же избавит от стольких проблем вас. — уточнил Змеиный Саннин, перегородив вид на тучи.       — А ты что, решил стать моим советчиком? — резко ответил Наруто, не отводя взгляда от горизонта. — У тебя есть свои дела, так займись ими. — добавил он раздражённым тоном. Конечно же, парень не мог стать товарищем с таким человеком, как Орочимару. Это было невозможно, по крайней мере, за такое короткое путешествие.       Они путешествовали уже несколько дней. За это время Наруто и Карин не обменялись ни единым словом. Порыв эмоций со стороны Узумаки сыграл в этом ключевую роль.       — Ты действительно думаешь, что это так просто? — продолжал Орочимару. — Все эти молчаливые взгляды только усугубляют ситуацию. — Саннин же решил настоять на своём. Он умел выводить людей на разговор, однако с Наруто — с человеком, который изначально не идёт на контакт — всё было на порядок сложнее.       — Заткнись, Орочимару. Ты не в праве учить меня жизни. Если Карин хочет что-то сказать, она сама это сделает. Я не собираюсь играть в твои игры. — пусть эти слова и были резкими, однако пепельноволосый выдал их без единой эмоции в голосе.       Орочимару покачал головой, но Наруто уже не собирался его слушать. Он понимал, что тот лишь пытается его провоцировать.       — Ты думаешь, что это поможет? — снова настаивал Орочимару. Он будто бы издевался над психикой парня. Безусловно, Наруто не был дураком. Он видел, как Карин испытывает тоску и печаль. Как-никак, она напрямую заявила ему о своих чувствах, а он в какой-то степени отверг её.       — Может, если бы ты меньше болтал и больше думал о своих делах, то не выглядел бы таким жалким, — бросил Наруто с презрением. Взгляд парня был враждебным, однако это была фальшь. — Эти волны… Их источник точно находится в стране Дождя. — думал пепельноволосый совершенно о других вещах.       Несколько часов назад Наруто ощутил, будто бы некто зовёт его. Он далеко не сразу понял, кто или что это было. Неприятное, навязчивое чувство поселилось где-то в сердце, и тогда парень выпустил своё восприятие на полную, охватив несколько десятков, если не сотен, километров.       — Смееерть, кровь… Хочу крови… — безумные голоса буквально били по ушам, и Наруто невольно скорчился в лице. Это точно был он — оружие, ради которого он и отправился в страну Дождя. Оружие со своей душой, у которой есть своя воля и сознание.       Наруто закрыл глаза, сосредоточившись на голосах, которые словно пробирались сквозь завесу реальности. Они были полны ненависти и жажды разрушения, и это чувство заставляло его сердце биться быстрее.       — Человек? Смертный? Слабак? — эти слова уже были обращены к Наруто. Он наладил странный контакт, однако оскорбления звучали, как не самое лучшее начало разговора. — Не-ет, ты Бог? Высшее Существо? — существо продолжало шептать, а невидимые щупальца изучали душу Наруто со всех сторон.       Если бы парень хотел, он бы мог попытаться дать отпор, однако он не стал это делать. На то была причина. Это был его первый контакт с неизвестным созданием и, как предполагал парень, это был Даркин — один из сородичей Рааста. Как Наруто пришёл к такому выводу? Энергетика Рааста и неизвестного существа во многом были похожи. Более того, в этом шепоте Наруто услышал те же нотки безумия и кровожадности, что овладевали и Раастом.       Таким образом, от их первого контакта многое будет зависеть. Да, чтобы воспользоваться силой Рааста раньше, Наруто использовал Шион для защиты своей души, однако в данном случае такой способ был неуместен. Конечно, было не совсем правильно полагаться исключительно на интуицию, однако, учитывая ауру существа, его жажду крови и приблизительное расстояние, на котором тот смог мгновенно выйти на контакт, он был сильнее Рааста… Намного сильнее.       — Метка… Проклятый? Да-да, Проклятый! — казалось, что существо разговаривает с самим собой. Это поставило Наруто в тупик. Он был бы рад вмешаться, да вот только не знал, как лучше всего это сделать. — Что-то не так… Эта печать… Аномальная энергия! Что это такое? Монстр! Монстр! — на этом телепатический контакт прервался.       Существо насильно разорвало его, что вызвало у Наруто ещё больше вопросов. Поэтому, последние несколько дней в пути, он прокручивал в голове весь монолог этого существа, но каждый раз приходил к одному и тому же выводу — именно пепельноволосого назвали монстром.       Это было странно, ведь один монстр называл другое существо монстром… В плане силы и боевых навыков, Даркины были страшными противниками. Их можно даже было назвать монстрами, однако у них было сознание, были свои цели и стремления. Так что в этом плане они были ближе к людям, чем к монстрам.       Наруто шёл по извивающейся тропе, его мысли были полны мрачных размышлений. Он чувствовал, как тьма вокруг него сгущается, словно сама природа отражала его внутренние терзания. Почему это существо называло себя монстром? Что привело его к такой ненависти к самому себе?       Он вспомнил о собственных страданиях, о том, как долго он был изгоем, как его отвергали и презирали. Ненависть — это чувство, которое легко укореняется в сердце. Оно может поглотить, превратить в нечто иное, в тень, лишённую света. Наруто знал это слишком хорошо. Он сам боролся с тьмой внутри себя, с желанием отомстить всем, кто причинял боль.       Почему? Потому что знал, во что всё это выльется в конечном итоге. Он убил немало шиноби Конохи, и в какой-то степени отомстил. Его внутренняя жажда справедливости по угасла, однако что осталось после этого? Пустота… Глубокая Бездна Тьмы. И нет, Наруто не сожалел о содеянном. Дело было в опустошённости, ведь он заплатил высокую цену за свою месть.       Якумо не была святым человеком. Она тоже жаждала отомстить. Ну, по крайней мере, так казалось на первый взгляд, однако самое страшное заключалось в том, что именно Наруто навязал эти эмоции Кураме. Они вместе с Идо исказили правду, чтобы дать девушке шанс раскрыться, как личность, но было ли это правильно? Наруто не знал и до смерти Якумо даже не задумывался об этом.       А вот после её смерти что-то в голове пепельноволосого щёлкнуло. К нему пришло озарение, что он сделал с близким человеком. Да, Наруто убил много людей — кто-то умер без мучений, а кто-то страдал перед смертью. Но то, как парень обошёлся с Якумо — намного хуже смерти. Это он направил её на кривую дорожку. Это он заставил её из кожи вон лезть, чтобы стать сильнее. И именно Наруто навязал девушке свои идеалы и стремления.       По факту, с момента их знакомства и до самой смерти Курамы парень манипулировал её желаниями, чувствами и эмоциями, сам того не осознавая. Говорят, что Проклятые — полностью свободны, однако у абсолютной свободы оказались и свои недостатки, на осознание которых потребовалось много времени.       Может быть, оно просто боится? — мелькнула мысль в голове парня. Страх — это мощный враг, он может сломать даже самых сильных. Наруто чувствовал, как страх этого существа переплетался с его собственными переживаниями, создавая неразрывную связь между ними. Они оба были пленниками своих эмоций.       Но как помочь? Как достучаться до того, кто потерял себя в бездне ненависти? Он вспомнил о своих товарищах — об Эш, Ките, Кушине, Карин и даже об Якумо — все эти люди, так или иначе, повлияли на мировоззрение парня. Каждый из них поддерживал его в самые трудные времена. Надежда всегда была там, даже когда всё казалось безнадёжным. "Мы можем изменить свою судьбу", — думал он. Но как убедить это существо в этом? Как показать ему свет в конце туннеля?       Каждый шаг давался тяжело, и Наруто чувствовал, как его собственные демоны поднимают голову. "Я не монстр", — шептал он себе, но уверенности становилось всё меньше. Что если он тоже был частью этой тьмы? Что если его попытки помочь приведут лишь к ещё большему разрушению?       Я не должен позволять страху овладеть мной — решил он, но сомнения продолжали терзать его душу. С каждым мгновением тьма вокруг него становилась всё более ощутимой, и он понимал, что этот путь не будет лёгким. Но он также знал: если он не сделает шаг навстречу, то потеряет не только себя, но и шанс на спасение для этого существа.

***

      В это время Пейн, находившийся у статуи Гедо Мазо, почувствовал присутствие ещё кого-то поблизости. Пять тел ожили по велению Нагато и начали исследовать местность.       — Никого нет? — Узумаки нахмурился. Риннеган обладал поразительными способностями в сенсорике, поэтому приблизиться к обладателю данного додзюцу незамеченным было задачей из разряда невыполнимых. — Быть может, я слишком устал? — Нагато потёр переносицу, прикрыв сонные глаза.       Они уже несколько дней подряд запечатывали хвостатых в статую Гедо Маза. На это требовалось немало сил и концентрации. Но проблема заключалась вовсе не в этом. Именно Нагато поддерживал связь с другими членами Акацуки, позволяя им помогать с запечатыванием. Если кого-то другого можно было заменить, то вот обладателя Риннегана, управляющего всем процессом, подменить было попросту невозможно.       Прямо сейчас происходило запечатывание четырёххвостого. Да-да, за последние несколько дней было запечатано уже три хвостатых зверя — Шукаку, Мататаби и Исобу, а ещё два были пойманы. Зверь с четырьмя хвостами сейчас запечатывался.       Нагато планировал сделать перерыв после его запечатывания — это была необходимость, ведь Хану — джинчурики пятихвостого — удалось сбежать от Кролика и Лисицы. Шиноби Камня прорвался через фронт и спрятался на территории страны Огня — где-то между страной Дождя и страной Земли.       Именно поэтому Конан и Итачи в срочном порядке были отправлены в страну Огня. Их основная задача — поимка Хана, ведь запечатывать хвостатых надо в порядке увеличения их хвостов. Акацуки также захватили Фуу — джинчурики семихвостого биджу. На самом деле, это была самая лёгкая цель, ведь данный биджу находился в руках маленькой деревни ниндзя — деревни Скрытого Водопада. Забуза вместе с Кисаме без каких-либо проблем выкрали хвостатого прямо из деревни.       Таким образом, Акацуки осталось поймать всего четырёх хвостатых зверей. Учитывая то, что Хану никто не будет помогать — вероятнее всего, Коноха восприняла его действия как план Ооноки, то оставались лишь шестихвостый, восьмихвостый и девятихвостый.       Джинчурики Гьюки являлся совершенным. Он мог в полной мере использовать силу своего зверя. Кроме того, как и Айка, он являлся близким человеком к лидеру деревни. Таким образом, восьмихвостый и девятихвостый — это были две самые сложные цели.       А что до шестихвостого… Тут были свои проблемы. Сам джинчурики был не особо силён, однако после похищения Ягуры — этим занимался Обито, который захотел продемонстрировать искренность своих намерений — к нему приставили Амеюри Ринго, которая стала правой рукой Теруми Мей — Пятой Мизукаге.       Однако Нагато так и не доверился Мадаре (Обито). Дело было в том, что Ягура был доставлен без каких-либо признаков сопротивления к столу Акацуки. Ни одной раны, ни одного синяка на теле джинчурики не было. Это озадачило Пейна. Да, джинчурики обладали удивительной регенерацией, однако ни одному из членов Акацуки не удавалось привести джинчурики целым и невредимым. Это было слишком аномально, а на задаваемые вопросы масочник отказался отвечать, начав косить под дурачка.       Всё шло очень гладко, потому что Акацуки действовали быстро и решительно. План, придуманный Данзо, был очень даже неплох, и сейчас главным аспектом являлось время — оно играло против них. Как только остальные Скрытые Деревни прознают о ситуации, то прибегнут к контрмерам — попытаются защитить своих джинчурики. Тогда захват хвостатых будет осложнён ещё сильнее. Благо, сейчас война была в самом разгаре, из-за чего информацию о джинчурики тщательно скрывали.       — И почему эти двое всё ещё не вышли на связь? — Нагато совершенно не нравилась текущая ситуация. Два ветерана — Шимура Данзо и Ханзо Саламандра — не выходили на связь несколько дней. Изначально Пейн посчитал, что те отдыхают после запечатывания однохвостого и битвы с ниндзя деревни Скрытого Песка, однако уже прошло слишком много времени с тех событий.       Тут Пейн вздрогнул. По его спине пробежался холодок от появившихся ощущений. Тёмная, омерзительная энергия начала сочиться из соседнего помещения. На его лице не отражалось никаких эмоций, однако душа ушла в пятки.       Он прекрасно знал, что находится в том помещении — такое создание даже монстром язык не поворачивался назвать. Это было что-то более страшное и зловещее. Именно это создание не от мира людского практически уничтожило Амегакуре несколько лет назад. Если бы не жертва Яхико тогда, деревни Скрытого Дождя не существовало бы сейчас.       Нагато искренне ненавидел это существо, однако ничего не мог поделать с ним. Сила Риннегана, власть над всеми стихиями и шестью Путями — всё это было бесполезно против него, но сейчас вовсе не это было важно. Отвратительная аура, появившаяся в том помещении, была даже более тёмной, чем аура монстра, заточённого в оружии.

***

      — Так это был лишь фантом? — выслушав рассказ Мито, Катарина задумчиво посмотрела на неё. Всё складывалось совсем не в пользу Проклятых, и это удручало.       — Жалкая копия, которая в лучшем случае обладает половиной от силы оригинала. — высказалась Узумаки. Всё её тело было перевязано бинтами.       Прошло слишком мало времени после битвы с тем монстром, чтобы Мито могла полностью излечиться. Её раны зажили, однако для восстановления потерянной руки потребуется энергия, которая слишком медленно накапливалась из-за внутренних повреждений организма и души.       — Его зовут Астарис, и он является одним из Всадников Рагнарека. Истинное воплощение голода… — лидер Чёрной Руки говорила медленно, будто бы переживала ту тяжёлую битву вновь и вновь. — Он способен поглотить всё что угодно. Энергия, материя, душа — ему плевать, что перед ним. Если он захочет, то поглотит. Более того, он способен использовать принципы времени и пространства без каких-либо ограничений. — выдавила с напряжением в голосе Мито, которой становилось дурно от самого наличия такой способности в Мироздании.       — Неужели нет способа остановить его? — уточнила Дю Кюто, которая старалась сохранять спокойствие, однако в глазах промелькнули нотки сомнения. Сейчас, как никогда прежде, она понимала, что Проклятье не делает их всесильными.       — Есть, — Мито сделала паузу, собирая мысли, прежде чем продолжить. — Но это будет стоить нам всего. Астарис не просто враг — он олицетворение разрушения. Чтобы остановить его, нужно использовать силу, которая сопоставима с его собственными возможностями. — подчеркнула она.       — Ты говоришь о… — Дю Кюто замерла, осознавая, к чему ведёт разговор. — О жертве? — механический глаз девушки завращался, начав анализировать с ещё большей производительностью.       — Да, — подтвердила Мито, её голос стал тише, словно она боялась произнести это вслух. — Нам нужно будет объединить наши силы и пожертвовать чем-то важным. Это может быть нечто материальное или даже… наши собственные силы. — лидер Чёрной Руки посмотрела на своих союзников, и в её глазах читалось беспокойство. Каждое слово было пропитано тяжестью выбора, который им предстояло сделать.       Их осталось не так много. Когда только образовалась Чёрная Рука, их было около десяти, а сейчас, помимо Катарины и Мито, в комнате находилось ещё две проекции.       — Но это может не сработать, — вмешался Экко, которому была совсем не по душе такая задумка. — Мы можем потерять всё, и тогда Астарис останется безнаказанным. — подметил он важную деталь.       — Я знаю, — ответила Мито, её глаза блестели решимостью. — Но мы не можем позволить ему попасть в этот мир, ведь, если он поглотит достаточно законов нашего мира, то станет неуязвимым. Мы должны начать подготовку сейчас, пока он не добрался до нас и не разрушил барьер. — высказала свою точку зрения Узумаки.       Дю Кюто кивнула, но её сердце сжималось от тревоги. Она понимала, что выбор был сделан не только за них, но и за всех тех, кто полагался на их защиту — все люди в этом мире не знали о том, что творится за кулисами, однако именно здесь, во тьме мира, вершилась судьба всех живых созданий.       — Как мы можем объединить наши силы? — спросила Катарина, стараясь найти хоть какую-то надежду в этой мрачной ситуации. Да, они могут покинуть этот мир и отправиться в путешествие, да вот только тогда весь их план пойдёт коту под хвост.       — В Шуриме был древний ритуал, — Эш решила не оставаться в стороне, её голос был спокойным и размеренным. — Он позволяет нескольким людям объединить свои силы для преобразования в Высшее Существо. Так когда-то рождались Вознесённые, позже ставшие Даркинами. — её слова улучшили атмосферу на собрании, ведь появился проблеск надежды.       — И что нам для этого нужно? — спросила Мито. Она не была знакома ни с Шуримой, ни с этим древним ритуалом. Более того, в этой области они были слишком малы по сравнению со знаниями Тоору.       — Ритуал проводится в особом месте. К сожалению, оно не в этом мире. — Эш замолчала, обдумывая свои дальнейшие слова. Она тщательно вспоминала важные детали, чтобы ничего не упустить. — Но, так как у нас есть оружие Даркинов, я думаю, что, используя их энергию в качестве медиума, мы можем обойтись без этого места. Правда говоря, есть один нюанс. — Тоору вновь сделала паузу, обводя всех присутствовавших тяжёлым взглядом.       — Выкладывай уже. Не надо тянуть. — потребовала Узумаки, на которую неприятно давила эта атмосфера.       — Для стабилизации духовного массива участников, по меньшей мере, должно быть пять. — проговорила Эш с весьма мрачным выражением на лице.