Глава 205

"Время — это не просто поток мгновений; это огонь, который сжигает наши годы, оставляя лишь пепел воспоминаний. Но иногда, чтобы исправить ошибку, мы должны быть готовы отдать всё, что у нас есть, даже если это означает сжечь свои собственные дни."

      Айка стояла на коленях перед небольшим, но изысканным столиком, который был украшен поминальными свечами, мерцающими в полумраке, словно звезды, потерянные в бескрайних просторах ночного неба. По её щекам, как дождевые капли, скатывались слезы, а внутри всё сжималось от ужаса, словно в тисках невидимого страха. Острые коготки, как коварные шипы, впились в её бледную кожу, оставляя глубокие, кровоточащие раны, которые напоминали о боли и предательстве.       За спиной, в хаотичном танце, двигались девять пушистых оранжевых хвостов, каждый из которых был полон энергии и силы, но в данный момент они лишь подчеркивали её уязвимость. Хвосты колыхались, как флаги, развевающиеся на ветру, но не приносили ей утешения.       — И долго ты будешь здесь сидеть? — неожиданно раздался женский голос, как холодный ветер, проникающий в самую душу. Бывшей джинчурики не нужно было оборачиваться, чтобы распознать обладателя этого голоса. Она стиснула острые клыки, и по помещению раздался скрежет, словно металл о металл, вызывая мурашки по коже.       — Ты ведь знала, что так случится, да? Ты использовала всех нас! — налитые кровью зрачки, полные гнева и боли, впились в фигуру Эш, которая оставалась полностью спокойной, как неподвижная скала, не переставая курить свою трубку. Дым, поднимающийся в воздух, создавал иллюзию таинственности, окутывая её вуалью загадки.       — Даже если и так, то выбор сделала ты, а я лишь создала необходимые условия, чтобы этот выбор появился, — хладнокровно подметила Тоору, её голос звучал, как ледяной ручей, текущий среди камней. Взгляд её скользнул на столик, где поверхность была украшена несколькими поминальными свечами, а в центре стола расположилась картина с девятихвостым, изображение которого было полным силы и величия.       — Я не только это имела в виду. Вы — Проклятые, специально запечатали воспоминания Курамы, чтобы я не узнала о вашем Повелителе! Да и Наруто… Я не прощу вам этого, — заявила с решительным блеском в глазах Айка.       Когда девушка вернулась в реальный мир, случилось то, к чему она была не готова. Её душа, получившая божественную силу, не могла уместиться в столь слабом теле, и поэтому произошло кое-что еще… Заключенный пакт с Творцом предусматривал такое развитие событий — это было естественным в порядке вещей, как смена дня и ночи, как дыхание жизни, которое не может быть остановлено.       Оказалось, что для формирования божественного сосуда для души, по таинственной договоренности, необходимо было поглотить бессмертное существо… А ближайшей целью поглощения для преобразования смертного тела стал Девятихвостый, который всегда был с ней, как тень, следовавшая за светом. Печать Бога Смерти была уничтожена с удивительной легкостью, словно хрупкая скорлупа яйца, разбивающаяся о твердую поверхность. Кровь, плоть и бессмертие сильнейшего в мире биджу были переданы Намикадзе, как дар, обремененный тяжестью судьбы. Вместе с этим Айка получила и огромный пласт воспоминаний Курамы — это была адская смесь боли, разочарования и ненависти, словно буря, разразившаяся в её сознании, оставляя за собой лишь опустошение.       — Это так. Мито запечатала его воспоминания, чтобы вернуть судьбы всех живых существ на места свои. — Эш одобрительно кивнула, даже не отрицая того, что случилось ранее. Она не видела в этом смысла. — Но ты ведь понимаешь, что грядет? Ты не можешь просто взять и напасть на меня, — подчеркнула Тоору безразличным голосом.       — Как вы назвали это событие? Рагнарек? — Айка скривилась, вспоминая те мучительные ощущения, что испытывал Курама, когда впервые почувствовал приближение конца света. Её сердце сжалось, и ей стало дурно, как будто она оказалась в центре урагана, где все вокруг рушится. — Но, когда все закончится, я не буду жалеть ни сил, ни ресурсов, чтобы убить вас всех, — с яростью высказалась Намикадзе, сжимая кулаки.       — Хех, это девчонка говорит так, будто бы это так просто… — на устах Эш заиграла печальная ухмылка. Они готовились к этому событию долгие двадцать лет и до сих пор были не уверены, что все выживут, а Айка смела говорить такие вещи с такой решительностью, что даже по спине вечно холодной Тоору забегали мурашки. — Да мы и не против. Если тебе, конечно, хватит силенок… — заявила с едва уловимыми нотками в голосе Эш, после чего развернулась и зашагала к выходу.       Она пришла сюда, чтобы убедиться в том, что все идет в соответствии с планом, так что более не было смысла задерживаться. Айка не была сломлена. Да, её сердце было наполнено болью утраты, вызывающим ярость и желание отомстить, однако так даже было лучше. При таком раскладе ей удастся дольше продержаться…       — Ты ведь знаешь, что ваше Проклятье — это чума, разрушающая судьбу и самое понятие жизни? — бросила в след уходящей хозяйке игрального дома Намикадзе. Она медленно поднялась на ноги. Её голос был опущен.       — Ты можешь интерпретировать Проклятье так, как тебе удобно. У меня нет ни времени, ни желания с тобой спорить, — заявила Эш, бросив многозначительный взгляд на новоиспеченную Богиню, после чего продолжила путь, скрывшись за поворотом уже через пару мгновений.       — Им не страшны Боги и Высшие Существа, однако, куда бы ни ступила их нога, — вне зависимости от места и времени будет пролита кровь, а воздух будет пропитан смертью. Зачем вообще существует это чертово Проклятье? — Айка заскрежетала клыками, испытывая порыв ярости.       Она не понимала истинного предназначения Проклятья и Проклятых, ведь они разрушали гармонию, уничтожали с таким трудом сформированный баланс в мире, и всё это ради силы и выживания? Намикадзе считала, что мир несовершенен именно из-за Проклятых — они были корнем всех проблем, как сорняки, разрушающие цветущий сад.       — Каждый может стать сильнее, если будет тренироваться! Это Проклятье заставляет усомниться в здравом смысле, ведь его существование, по-своему определению, разрушает равенство и справедливость! — прошипела Айка, у которой было достаточно времени, чтобы переварить все воспоминания Курамы, принять тот факт, что теперь она — Богиня, и разобраться в силе Проклятых.

***

      — Как до такого могло дойти? — пронеслось в голове Мей Теруми. Она вместе с Амеюри пряталась за земляной стеной. Ринго переводила дыхание. Её пальцы сжимали рукоятки Киба, будучи покрытыми кровавыми следами.       Сколько они уже сражаются? Пять часов? Шесть? Нет, они не знали точное время наверняка. Сильнейшая из мечников Тумана посмотрела на Пятую мизукаге с пониманием. Мей чувствовала, что, если все так и продолжится, то Туман падет, а все жители погибнут. Что же случилось?       Некоторое время назад Амеюри вернулась в Кири вместе с умирающим Кушимару — тот уже был одной ногой на том свете, однако вовсе не это было важно. Рассказ Ринго привел лидера Тумана в ужас — она не так давно вступила в должность, однако уже успела ознакомиться со всеми секретными документами своей деревни. Из них она и узнала более подробно о силе и способностях Третьего Бога Шиноби, и осознание того, что кто-то с такими же способностями еще жив, вызывало страх у Мей.       К сожалению, Пятая мизукаге и Амеюри не успели что-либо придумать на сей счет — у них не было времени, потому что странная куноичи объявилась в паре десятков миль от деревни. Им пришлось в срочном порядке выдвигаться на место событий.       Они экстренно отправились на место битвы и прибыли уже через несколько минут, однако представшая перед их глазами картина ужасала. Область в целый километр была покрыта слоем льда и снега. В воздухе висела девушка с синими волосами. Её кожа была мертвецки-бледной, а выступившие по телу вены имели нездоровый темно-синий оттенок. АНБУ координировали свои действия, атакуя из укрытий. Ниндзюцу всех пяти стихий летело в сторону странной девушки. Та явно имела возможность уклоняться, ведь парила над землей на немаленькой высоте, однако она не делала этого. Каждый раз, когда какая-либо техника оказывалась рядом с ней, она взмахом руки создавала ледяное зеркало, поглощающее технику, а спустя несколько мгновений и отправляющее эту технику обратно.       — Отражение Юки… — стоило Мей один раз увидеть эту технику, как она сразу же опознала одну из самых универсальных техник Третьего Бога Шиноби. — Если верить записям, это ниндзюцу способно противостоять даже расширенному геному старика Цучикаге… — добавила про себя Теруми. Она помрачнела от осознания ситуации, которая медленно и уверенно выходила из-под контроля.       Дальнейшие действия туманников контролировались непосредственно мизукаге. Они пытались отвлечь страшного противника и найти возможность сблизиться, чтобы нанести удар со всех направлений. Проблемы начинались с того момента, как кто-либо покидал свое укрытие — девушка начинала безжалостный обстрел ледяными сенбонами. Это была в прямом смысле волна смерти, которая постепенно пробивала любую выставленную защиту постоянным натиском.       Благо Черной Канарейке нужно было направить руку для атаки в определенном направлении, поэтому она могла атаковать только несколько целей одновременно. Таким образом, другие группы могли передвигаться короткими перебежками, однако самые главные проблемы начались чуть позже — в зоне особой концентрации льда и холода, которая охватывала радиус в двести метров, сила улучшенного генома девушки выходила на иной уровень.       Сара продолжала обстрел при помощи сенбонов, да вот только теперь любое движение в отмеченном радиусе приводило к тому, что лед оживал. Покрытая льдом поляна начинала проявлять агрессию по отношению к незнакомцам. Прямо из земли могли вырваться копья или перед лицом могла возникнуть ледяная стена, удар о которую был весьма болезненным и вызывал дезориентацию. Не стоит говорить, что даже кратковременная потеря бдительности при такой ситуации была летальна.       Мей была бы рада залить зону своим улучшенным геном лавы, однако это было бесполезной тратой чакры — ей нужно было разморозить целое озеро, а это было очень непростой задачей, учитывая, что Аоки вела постоянный обстрел.       Некоторое время шиноби Тумана топтались на одном месте, не имея возможности продвинуться вперед. Периодически кто-то из них умирал, однако Теруми все-таки придумала решение. Пользователи стихии земли начали прокладывать тропинки по льду — по ним можно было двигаться безопасно, однако на открытом пространстве они становились легкими мишенями для обширных атак противницы. Далеко не все могли создать землю при помощи своей чакры — обычно для этого требовался талант.       Неся большие потери, АНБУ постепенно сжимали кольцо. Агрессия девушки с каждым новым метром становилась все более и более очевидной. Техники льда использовались с большей интенсивностью, а их точность постепенно росла, так и намекая на адаптацию врага.       — Осталось совсем чуть-чуть… — подумала Амеюри. Ей приходилось отбивать летящий град снарядов при помощи фиолетовых молний — лишь благодаря этому они смогли приблизиться на расстояние пятидесяти метров.       — Подожди. — Когда Ринго хотела сделать шаг за стену из земли, Теруми одернула её. Крановолосая особа посмотрела на своего лидера с недоумением. Каждую секунду гибли их товарищи — медлить было нельзя, поэтому Амеюри не понимала смысла разговоров. — Обстрел прекратился… — сообщила Мей с настороженностью.       Сильнейшая из мечников Тумана прислушалась и с удивлением обнаружила, что это была правда. Свист от летящих снарядов, который сопровождал их на протяжении нескольких последних часов, пропал.       — У неё наконец-то кончилась чакра? — мелькнуло предположение в голове. Это было бы логично, учитывая, сколько времени уже прошло. Не могло же быть бесконечное количество энергии у неё?       Амеюри и Мей осторожно выглянули из своего укрытия, а в следующее мгновение Ринго прижала себя вместе с мизукаге к холодному льду. Плотный луч голубоватой энергии разрезал стену, за которой они скрывались. Если бы она промедлила хоть мгновение, сейчас бы они обе были бы мертвы.       — Спасибо. — Искренне поблагодарила Теруми, после чего вновь выглянула из укрытия. Её глаза расширились от шока и неверия. Девушка с синими волосами медленно шагала к ним, игнорируя всех остальных. Мей с озадаченностью посмотрела на укрытия других подчиненных и быстро прикусила губу от осознания. Такая быстрая и неожиданная атака привела к смерти большинства АНБУ, которым удалось пройти весь предыдущий путь. Возможно, некоторые из них выжили, однако они явно получили серьезные ранения, из-за чего едва ли смогут им помочь.       — Мей-сан, уходите. — Неожиданно заговорила Амеюри спокойным голосом. Её руки, покрытые слоем грязи и крови, крепко сжимали рукоятки Киба.       — Что? — Теруми не могла понять то, что сказала сейчас Ринго. Её лицо вытянулось от изумления. Они проделали такую огромную работу и были близки к успеху. Пусть их и осталось лишь двое, однако они были обязаны довести начатое дело до логического завершения.       — Если мы обе умрем здесь, Туман не сможет оправиться от такого удара. Эвакуация уже завершена. Все жители должны были спрятаться в убежище — в крайнем случае, чунины могут провести их по подземным тоннелям к берегу. Вероятнее всего, Кири сегодня будет уничтожена, поэтому людям будет нужен лидер, который объединит их и поведет за собой. — Ринго печально улыбнулась, после чего выпрямилась во весь рост, медленно выходя из укрытия.       На самом деле, будь иные обстоятельства, Амеюри никогда не пошла бы на самопожертвование, однако сейчас она чувствовала на себе груз ответственности, ведь именно она решила попытаться выполнить миссию любой ценой. Из-за этого её товарищ сейчас находился на грани смерти, а Кири была под угрозой полного уничтожения. Все это произошло из-за её упрямства, и Амеюри хотела попытаться отчасти исправить свою ошибку.       — Это даже забавно… Сразиться с противником, в арсенале которого практически все способности Легендарного Бога Шиноби — не каждый может даже мечтать о таком. — Ринго усмехалась, двигаясь к Саре. Последняя не атаковала её, не переставая двигаться.       Прошло несколько секунд, и обе девушки остановились. Между ними оставалось не более пяти метров — минимально безопасное расстояние. Лицо Сары оставалось невозмутимым. Она будто бы вообще ничего не испытывала в эти мгновения, а на устах Амеюри появился кровожадный оскал.       Мей, замершая на несколько секунд, наконец-то пришла в себя. Её лицо исказилось от боли и сочувствия. Она не хотела терять сильнейшего шиноби в деревне вот так, однако выбора у неё не было. Нужно было бежать — иначе в мире станет на одну Великую Скрытую Деревню шиноби меньше.       — Прости… — бросила напоследок Теруми и сложила ручную печать концентрации. Уже в следующее мгновение она исчезла в листьях Шуншина, оказавшись в сотнях метров от места событий, после чего сорвалась на бег.       — Раз это мой последний танец, то нет смысла в ограничениях, — произнесла Ринго, тяжело выдыхая, и перекрестила своих верных товарищей — клинки Киба, на груди. Она впервые за долгое время приняла эту стойку для использования этой техники, однако вопреки своим ожиданиям, весь внутренний ураган эмоций внезапно утих, уступая место спокойствию.       Фиолетовые разряды электричества заиграли вокруг неё, сверкая и образуя защитный кокон — своего рода броню, не позволяющую ничему приблизиться к ней. Пока Амеюри сжигала последние остатки, Сара склонила голову на бок. Она не атаковала, будучи заинтригованной таким развитием событий.       Амеюри же решилась на использование главного своего козыря, который она старалась никогда не применять: слишком высока была вероятность смертельного исхода его использования.       Ринго снова сделала глубокий вдох, успокаивая бешено стучащее сердце, которое казалось, готово было вырваться из груди. Внезапно весь покрывающий её сгусток энергии начал уплотняться, медленно растягиваясь в пределах её тела и постепенно проникая внутрь. Лицо Амеюри исказилось от боли, словно она проходила через огненное очищение: кожа потемнела, покрываясь множеством ожогов — каждое из них словно говорило о жертвах, которые она готова была принести ради этой последней битвы. Каждый вдох давался ей с трудом, и всё же в её глазах горел огонь решимости, олицетворяющий суть её истинного характера.       — Игры закончились, Канарейка. Я не оставлю от тебя и пепла! — выдала Ринго, испуская мощный импульс энергии, вместе с которым она сорвалась вперед.