Глава 233

«В мире, наполненном хитросплетениями лжи и правды, истинная сила заключается не только в том, как ты действуешь, но и в том, насколько быстро ты способен адаптироваться к обстоятельствам, которые пытаются повергнуть тебя в панику.»

      — Ты кто? — наконец-то увидев лицо собеседницы, Сакумо замер на пару мгновений. Он бегал по прекрасным очертаниям, пытаясь узнать в них хоть что-то знакомое, однако в памяти ветерана не всплыло ни одного человека.       Перед ним стояла девушка, чья внешность могла бы сбить с толку даже самых внимательных наблюдателей. Длинные, угольно-черные волосы струились по её плечам, переливаясь как шелк. Она была одета в темную униформу Акацуки, однако в её образе присутствовал особый шик: плащ плотно облегал фигуру, выделяя её спортивные линии, но в то же время он не скрывал грации.       Её карие глаза сверкали, полные ярости, как два драгоценных камня, готовые пронзить любого, кто осмелится стать её врагом. Её светлая кожа, пронизанная золотистыми веснушками, напоминала звёздное небо, заточённое в мраке униформы Акацуки. Как будто детство и смерть слились в одном существе. На щеках блестели едва заметные веснушки, как напоминание о детских годах.       — Ублюдок! — рявкнула девушка, лицо которой исказилось от ярости. Этот звонкий голос вместе с разошедшейся во все стороны жаждой крови привел Белого Клыка в чувства. Он сложил руки вместе, принимая удар на блок.       — Чего? — глаза Хатаке округлились от непонимания. Послышался неприятный хруст, после которого шиноби высочайшего класса влетел в ближайшую стену и пробил её. — Еще бы чуть-чуть, и она сломала мне руки, — подметил про себя Сакумо, поднимаясь на ноги.       Он успел защитить себя покровом из чакры, и только это ему позволило пережить удар без серьезных последствий. Кости затрещали, как высохшее дерево под напором бури. Но странно — боль принесла облегчение. Как будто трещины выпускали накопленную за годы тяжесть. Но Сакумо быстро опоминался, ведь проблема была вовсе не в костях. Даже находясь в текущем состоянии, Сакумо был способен защититься от ниндзюцу среднего ранга без каких-либо проблем, а это означало лишь одно — сила, с которой его ударили, была близка по мощи к удару Цунаде.       — Ты забыл о манерах? Или же Великий Белый Клык — извращенец, который любит лапать молоденьких девушек? — воскликнула она, сжимая кулаки от гнева, её голос резонировал в воздухе с такой силой, что даже тусклые лампы, прилепленные к стенам, задрожали. Гнев, казалось, пронзил её душу, глаза сверкающие, как молнии в ненастье, были полны ярости и презрения, а тонкие черты лица исказились от эмоций. При каждом слове её губы сжимались, подчеркивая искренность её негодования.       Сакумо, подняв брови от неожиданности, невольно отвлекся от своих мыслей. — Это дочка Цунаде? — мгновенно пронеслось у него в голове, однако его глаза, изучая контуры её лица, быстро развеяли эту мысль. На лице собеседницы было что-то знакомое, но не совсем привычное, как тень воспоминаний, нависшая над его разумом. — Кто ты? На вид ты — ровесница моего сына. — Хатаке вновь вернулся к этому вопросу, стараясь собрать в кучу разбросанные мысли.       — Эй! Сколько раз я должна вам повторить одно и то же, чтобы вы уже поняли? Моё имя ничего вам не даст, — произнесла акацушница, её голос звучал, как леденящий ветер в пустом пространстве. Она скрестила руки под немаленькой грудью, демонстрируя уверенность и непреклонность.       И в этот момент сердце ветерана забилось чаще. В её жесте — резком взмахе рукой — мелькнула тень Какаши. Так же отрывисто сын отмахивался от его советов в двенадцать лет. Быть может, все вели себя так в подростковом возрасте, но сейчас перед Хатаке уже стоял полноценная личность с сформировавшейся психикой.       — Если бы твоё имя мне ничего не дало, ты бы не пыталась так отчаянно скрыть его, — ответил Сакумо с ясной и спокойной интонацией, обнажая своё танто. Его движения были точными, уверенными, но в то же время он знал, когда следует проявить терпение. Ход его мышления был довольно-таки прост. Если ты скрываешь свое лицо, имя и прошлое — это значит, что в них и вправду есть что-то такое, что имеет значение для остальных.       Безусловно, быть может, Кролик хотела остаться инкогнито, чтобы иметь возможность для отступления, да вот только при таком раскладе ей не было смысла раскрывать свою принадлежность к Черной Руке.       Более того, сейчас, когда с девушки слетела маска, скрывать свое имя было уже бессмысленно. Её всё равно смогут найти и опознать после событий — она не сможет залечь на дно, но куноичи продолжала упрямиться. Для Сакумо это стало сигналом, говорившим о том, что девушка играет далеко не последнее значение в предстоящих событиях.       — Её метка — точно не подделка. В ней скрыта печать связи, — размышлял Хатаке, сомкнув брови вместе. Его разум кипел от вопросов, как рой пчёл, жужжащих в ухо. Он изучал её, пытаясь сопоставить детали, что открывались перед ним, и увидеть многие вещи, которых не мог бы узнать изначально.       — И почему умные люди не понимают слова «нет»? — девушка, тяжело выдохнув, сделала шаг назад, её осанка напомнила защитный механизм, вызывая холодное ожидание. Она приняла боевую стойку, её тело стало словно подобием натянутой струны, готовой к запуску, показывая, что больше не будет говорить.       — Видимо, выбор всё же не всегда есть. — на устах Сакумо заиграла печальная улыбка, после чего он сорвался вперед. Так или иначе, сейчас решалась судьба мира ниндзя. Ему нужно было остановить слияние хвостатых зверей и перерождение Десятихвостого. В противном случае, положение дел перевернется с ног на голову — шансы Альянса Пяти Великих Деревень ниндзя на победу будут таять прямо на глазах. Личность Кролика же может стать приятным дополнением, способным прояснить планы Черной Руки.

***

      — Так вот, какова сила Богов? — Произнес Обито, его голос звучал с легким оттенком восхищения, когда он наблюдал с возвышенности за битвой Итачи и Айки. Два могучих существа, словно две стихии, сталкивались в воздухе, оставляя за собой яркие вспышки света, которые разрывали темноту, как молнии в грозу. Каждый удар был подобен взрыву, и воздух вокруг них дрожал от мощи, создавая ощущение, что сама природа затаила дыхание в ожидании исхода этого противостояния. — Мангекьё способен уловить лишь остаточные образы… — Учиха громко сглотнул, начиная осознавать, что в этой битве он ничем не сможет помочь Айке.       — Ну и? Зачем ты покинул палатку? Чтобы полюбоваться этим боем? — раздался мрачный голос за спиной, и Обито, не поворачиваясь, сразу узнал его обладателя. В его словах звучала строгость, как будто он был готов к любому развитию событий, но это было вовсе не так… Как показала практика, этот человек наоборот с особым упорством терял то, что ему так дорого.       — Я же не ваш заложник. Мы заключили сделку — вот и всё. Я могу спокойно перемещаться, и вы не вправе ограничивать мою свободу. — на устах Обито заиграла улыбка, но в её глубине скрывалась тень. Он посмотрел в глаза Копирующего ниндзя, и от этого взгляда лицо Хатаке скривилось, словно он почувствовал, что именно скрывается за этой оранжевой маской.       — Именно поэтому мы и не подняли тревогу, а просто отправились на твои поиски. — вмешался в разговор Майто Гай, его голос был наполнен строгостью и жесткостью. Он стоял, как непоколебимая скала, готовая защитить своих товарищей, и это вновь разрывало привычный шаблон масочника, сложившего совершенно другое впечатление об этом неординарном человеке.       — Вот и славно. Нечего суетиться, — подметил Обито, возвращая взгляд на две вспышки, столкнувшиеся в небе. Сейчас, глядя на происходящее со стороны, Учихе сложно было сказать, кто одержит верх в этом противостоянии, а ведь это имело далеко не последнее значение для него. — Итачи стал слишком сильным. Вероятнее всего, Камень серьезно пострадал в ходе столкновения с ним. Конан, наверное, смогла отбросить шиноби Песка, однако это ненадолго. Как только они перегруппируются, то пойдут в наступление. — Обито прикрыл глаза, анализируя происходящее. Его ум работал на пределе, отсекая лишние мысли и сосредотачиваясь на сути. От него не скрывали информацию с других линий фронта, тем самым показывая доверие к его персоне.       Ситуация, в которой оказался Альянс, становилась всё более и более неоднозначной. С одной стороны, если Сакумо, проникший в тыл врага, сможет остановить воскрешение Джуби, Песок успеет нанести первый удар по Амегакуре и выиграет ещё время. При таком раскладе остальные каге успеют собрать все войска вместе и провести блицкриг, который с самого начала был сомнительным решением из-за отсутствия понимания сил противника.       — Пейн и Конан истощены. Их силы на пределе. На базе ещё есть Кролик и Хаку. Они точно встретили Белого Клыка и навязали ему бой, — пронеслось в мыслях масочника, понимающего, что от победы Айки над Итачи зависело не так много.       Так или иначе, выносливость Итачи не была бесконечной. После боя с Айкой он будет ослаблен, поэтому Обито планировал убить своего родственника именно в этот момент.       — Ну же, Зецу, доставай свой козырь. Нам уже пора переходить к финальной стадии плана, — пронеслось в мыслях масочника, по спине которого пробежал холодок от предвкушения. Все их противники были ранены или ослаблены. Сейчас, в этот критический момент, нужно было создать отвлекающий маневр, чтобы развязать руки Обито.       — Эй, что это? — взгляд Гая зацепился на силуэт человека. Издалека сложно было разглядеть его очертания, а заметить его раньше было невозможно. Тот, казалось, появился из неоткуда.       — Вот и началось, — пронеслось в мыслях Обито, который не мог убрать со своего лица широкую улыбку. Все его планы до этого момента летели коту под хвост. Вечно кто-то мешал, обстоятельства складывались ужасно, или в последний момент появлялись огрехи, которые нереально было решить на ходу.       — Приготовиться к атаке! Приготовиться к атаке! — закричала Цунаде, ощутив подавляющее присутствие. Шиноби Конохи и Кумо тут же начали перестройку.       — Цунаде, это же… — Минато первым смог опознать фигуру, приближающуюся к ним, и его голос дрогнул от волнения. Вокруг него собрались шиноби, готовые к бою, но их внимание было приковано к тому, что приближалось к ним.       Прошло всего несколько минут после их столкновения с Итачи. Принцесса Слизней залечила его рану и стабилизировала состояние Джирайи — на данный момент Жабий Отшельник находился в лазарете, но сейчас вовсе не это имело значение.       Среди облаков пыли и ветра, словно из другого времени, появился легендарный шиноби прошлого. Его фигура была величественной и внушительной, как у древнего дерева, укоренившегося в земле. Высокий и мускулистый, он излучал ауру силы и уверенности, которая могла бы вдохновить даже самых отчаявшихся. Его длинные, темные волосы, обрамлявшие лицо, развевались на ветру, создавая эффект, будто он был частью самой природы.       Лицо мужчины было благородным и выразительным, с четкими чертами, которые говорили о его мудрости и опыте. Глубокие карие глаза, не источая никаких эмоций, смотрели на своих бывших соратников, как будто этот человек ничего не испытывал при столкновении со своим наследием.       На его теле была надета традиционная одежда Сенджу — простая, но элегантная, с характерными узорами, символизирующими его род. Плащ, который он носил, был украшен изображениями деревьев и листьев, подчеркивающими его связь с природой и стихией дерева.       — Стихия дерева, Техника Древесного Голема, — произнес он, сложив печати, и его голос звучал как громкий и уверенный зов природы. В этот момент вокруг него начали расти деревья, их корни прорастали сквозь землю, а ветви тянулись к небу, создавая мощную защиту и одновременно угрожающее оружие.       — Дедушка… — произнесла Цунаде, прикусив нижнюю губу, сердце заколебалось в груди, а глаза наполнились слезами. Она сделала шаг назад, словно пытаясь избавиться от эмоций, которые накатывались на неё, как волнение от прилива. Вековая ностальгия слилась с диссонансом, ведь её деда не было с ними так долго, и его возвращение было сродни проклятию в этом метафорическом раю.       — Техника Нечестивого Воскрешения… Теперь понятно, какой у них козырь, — Минато прикрыл глаза на мгновение, пытаясь сообразить, что им делать дальше. Ситуация начинала выходить из-под контроля. Это был второй раз, когда использовали это мощное киндзюцу, поэтому каких-то четких стратегий ещё не было продумано на этот счет.       Кроме того, аура Первого Хокаге в этот раз была на порядок более свирепой и устрашающей. Единственное, что не понимал Четвертый, так это как противнику удалось воскресить Бога Шиноби, если его душа была запечатана…       — Видимо, они выкрали свитки, в которых хранились души запечатанных в ходе нападения каге, — пронеслось в мыслях Намикадзе. На данный момент это было единственное предположение, в котором был хоть какой-то смысл. В противном случае техника бы не сработала.       Минато поднял взгляд к небесам, где столкнулись два бессмертных, и продолжительно выдохнул. Сейчас, как бы он не хотел, Айка не сможет решить проблему, появившуюся перед ним, так что ему оставалось действовать самостоятельно, полагаясь лишь на свои способности.       — Внимание! Шиноби Альянса! — Четвертый взял командование на себя. К его сожалению, Цунаде потеряла контроль над эмоциями, поэтому ей потребуется какое-то время, чтобы прийти в себя. Второй же лидер войска сейчас уже был мертв. Четвертый райкаге погиб от рук Итачи в Проклятой Технике, так что Намикадзе был вынужден действовать. — Отправляйтесь на юго-запад! Найдите товарищей из Суны и объединитесь с ними! — отдал он распоряжение, двинувшись в сторону огромного древесного Голема, на плече которого расположился Бог Шиноби. — Я уже один раз запечатал его, — лицо блондина было полностью сосредоточенным.       Он прекрасно понимал, что количеством не получится взять этого Воскрешенного. Бог Шиноби находился на том уровне силы, на котором количество врагов не имело значения, поэтому, дабы сохранить жизни шиноби, он решил действовать иначе. Да, быть может, ему и не удастся запечатать Хашираму, но вот навязать бой, чтобы выиграть время, — это было по силам Четвертого Хокаге.       — Надеюсь, план Сакумо-сана увенчается успехом, иначе… Альянсу шиноби придет конец, — подумал Минато, взывая к своему очагу чакры. По его коже забегали черные молнии, и он вошел в свой сильнейший режим… Режим, в котором он практически одолел Наруто.       Конечно, за несколько минут ему не удалось полностью восстановить свой резерв, однако восстановленной энергии было вполне достаточно, чтобы дать бой Первому Хокаге. Без Режима Отшельника и использования улучшенного генома Намикадзе был совсем не уверен в том, что сможет добраться до противника, а ведь в этом заключался его единственный шанс на победу.       — Надо выложиться на полную, иначе у меня не будет ни шанса на победу! — пронеслось в мыслях Минато, стиснувшего зубы от чудовищной нагрузки на тело. В следующее мгновение он сорвался со своего места в сторону Древесной фигуры. Земля под его ногами разлеталась в разные стороны, покрываясь трещинами от ужасающего импульса Четвертого.       — Мы уходим. Приказ командования, — сообщил Какаши, который отошел на несколько мгновений от Гая и Обито, когда к ним приблизился какой-то шиноби. Они находились слишком далеко от основной армии, так что не слышали приказ Минато.       — Согласен. Мне пора уходить, — послышался тяжелый голос из-под маски. Какаши нахмурился, почувствовав себя странно от этих слов. Он повернул голову к масочнику и хотел что-то спросить, но не успел.       — Ааа! — резко вскрикнул Какаши от боли и пошатнулся.       — Ураган Листа! — Майто Гай провел свою коронную атаку, однако нога прошла сквозь масочника. Обито тут же разорвал дистанцию, сделав несколько отталкивающихся движений от земли при помощи чакры. Он сделал несколько кульбитов в воздухе и приземлился на ноги. В его правой руке красовался окровавленный Шаринган. — Ты как? — Гай подхватил товарища под плечо, не смея уводить взгляд от противника.       — Нормально… — выпалил Хатаке, переводя дыхание. Он посмотрел своим оставшимся глазом на масочника. — Так и знал. Доверять ему — это большая ошибка, — подчеркнул про себя Копирующий Ниндзя. По его лицу скатывались капельки пота.       — И зачем ты устроил все это шоу? — со злобой процедил Гай, который уже направил чакру сразу в шесть больших тонкецу в своем теле, собираясь моментально открыть Шестые Врата.       — Боюсь, у меня нет времени на разговоры. Прощайте! — Обито махнул рукой. Вокруг его глаза образовалась воронка, в которой он и скрылся в следующее мгновение.       На самом деле, изначально Обито собирался столкнуть между собой Альянс и Акацуки, чтобы остаться в выигрыше. Он планировал отыгрывать свою роль до самого последнего момента, однако все изменилось в ту секунду, когда он узнал о том, что Какаши смог пробудить Мангекьё. Информация от Зецу поступила очень поздно, и Учихе пришлось импровизировать.       Проблема заключалась в том, что Камуи — особое измерение, в которое открывали проход его глаза, был доступен не только ему, но и Какаши, а это означало, что Обито уже не был полностью неуязвимым. Дабы лишить противника козыря, о котором тот еще не знает, масочник решил действовать на опережение и лишил своего старого друга Шарингана, который когда-то отдал ему в подарок.