Глава 236

"Чтобы сохранить то, что действительно важно, иногда необходимо пройти через тернии. Мы учимся на своих ранах, и в этом процессе находим силу для защиты того, что дорого нашему сердцу."

      — Её раны быстро затягиваются… Я не могу достать до смертельных зон. — проносилось в мыслях Сакумо. Хатаке сделал резкий выпад, и его танто вонзилось в плечо куноичи. Она стиснула зубы, сдерживая стон, но в её глазах горело ледяное спокойствие, будто боль была ей чужда.       Бой длился уже несколько минут, и Хатаке чувствовал, как силы покидают его. Каждый его удар находил цель, но раны на теле девушки затягивались почти мгновенно, словно плоть срасталась под невидимой силой. Она двигалась всё увереннее, будто питалась его отчаянием.       — Если не сердце, то руки, — пробормотал Сакумо, сжимая рукоять клинка. Его пальцы дрогнули — он ненавидел такие методы, но отступать было некуда       — Аа! — короткий вскрик куноичи прервал тишину, когда Хатаке нацелил танто на её голову, и она мгновенно среагировала, пытаясь уклониться. Он мгновенно отстранился, его инстинкты закричали тревогу, и именно в этот момент он осознал, что за её спокойствием скрывается нечто большее.       — Что происходит? — ветеран нахмурился, не понимая, почему его охватило чувство тревоги. Перед ним находился раненный противник. Девушка сжалась, пытаясь закрыть рану, из которой хлестала кровь. Обрубок руки валялся на полу. — В таком состоянии она явно не сможет контратаковать, — подчеркнул про себя Сакумо, сжимая покрепче рукоятку своего легендарного оружия.       — Отступи… — раздался женский голос, и в нём были слышны механические нотки, которые вызывали у Хатаке холодок по коже. Он невольно отступил на шаг, словно физически ощущая присутствие того, кто смотрел из проёма. Пара изумрудных глаз блеснула в темноте, источая угнетающую ауру, как будто они были сосредоточением всех невидимых страхов.       — Она всё это время была здесь? — этот вопрос всплыл в голове Сакумо невольно. Его боевая интуиция так и кричала о том, что в этой битве нет никакого смысла. Тень, что скрывалась в темноте прохода, была чудовищем, не имеющим ничего общего с шиноби… Это было существо, что выходило за грань нормального и объяснимого.       — Теперь вы мне верите? Вам лучше поспешить, иначе… у нас не останется выбора. — раненая девушка заговорила спокойным голосом. Подняв руку с пола, она присоединила её к обрубку, начав быстрое лечение. От точки соприкосновения повалил густой пар.       — Вот чёрт… — Сакумо поджал нижнюю губу, ощущая, как всё его существо соглашается с этим предложением. Его разум мгновенно сработал, понимая, что это было не тривиальное блефование. Быть может, сама куноичи и не представляла серьёзной опасности, однако раны от прошлых сражений начинали сказываться, да и выносливость вместе с чакрой были близки к истощению. — Продолжать битву бессмысленно. — Глубоко выдохнув, он подавил все свои эмоции, сознательно отодвигая страх и беспокойство, словно они были препятствием на его пути. Он решил мыслить рационально, сконцентрировавшись на стратегических подходах к предстоящему решению.       Ситуация перевернулась с ног на голову. Теперь у него не было никакого выбора. Оставалось лишь двигаться вперёд, по той тропе, что проложили для него обстоятельства. Словно марионетка, игрушка в чужих руках — он чувствовал, как эта мысль оставляла горький осадок на его губах. Конечно, это совсем не нравилось Сакумо, но, казалось, все альтернативные пути закрыты. Если он решит сделать шаг вперёд или воспользуется своими техниками Света, его голова слетит с плеч раньше, чем он успеет это осознать. Это было не просто дурное предчувствие, но отчётливое, ясное предостережение, которое затаилось на грани его сознания, словно неумолимое пристальное внимание.       Эти намерения он прочитал в паре изумрудных глаз, что медленно вращались в темноте, не упуская даже малейших движений. Она не просто смотрела на него; эти глаза пронизывали его до самой души, рассчитывая его каждое движение, как бы создавая осязаемую паутину угрозы, которая могла исчезнуть в любой момент.       — Ладно. — выдавил из себя Хатаке. Он развернулся, ринувшись в проём, из которого и попал в это помещение. Ему оставалось вернуться к Альянсу и придумать новый план. Выжить и сразиться вновь — это единственное, на что он мог рассчитывать. — Что же Черная Рука задумала? Зачем им Десятихвостый? — Белый Клык зажмурился, совсем не понимая замыслов Проклятых. Ему банально не хватало информации, чтобы решить эту сложную головоломку.       — Спасибо… — куноичи печально улыбнулась, взглянув на своего союзника. Проклятая же, затаившаяся в заваленном проходе, ничего не ответила, а ещё через миг ощущение её присутствия полностью пропало у девушки. — Как и всегда, вы не очень сговорчивы. — подметила девушка, разминая руку, которая полностью восстановилась.       — Кролик? — спустя буквально несколько мгновений, сверху спустилась Конан. В её голосе были слышны озадаченные нотки. Под рукой она держала Нагато, который выглядел совсем нехорошо.       — Думаю, лучше сейчас помочь лидеру. — девушка тут же приблизилась к своим товарищам и, подхватив под плечо Узумаки с другой стороны, сделала шаг к барьеру.       — Ах да… — выпалила Конан, будучи не готова к такому развитию событий. Она отрицательно качнула головой, отбрасывая ненужные мысли, после чего поравнялась с Кроликом.       Они легко прошли через барьер, внутри которого плотность чакры возрастала в разы. Обе девушки напряглись, испытывая устрашающее давление.       — Спасибо вам. — неожиданно, когда они преодолели половину расстояния, Нагато заговорил спокойным голосом. Красноволосый оттолкнулся от куноичи и сделал два шага вперёд. — Дальше я всё сделаю сам. — Узумаки обернулся. Он посмотрел в глаза Конан, а на его устах заиграла радостная улыбка.       Риннеганы Нагато ярко сияли, как два драгоценных камня, поглощая волны чакры, вырывающейся из статуи Гедо Мазо. Эта чакра стреляла в пространство, как молнии, формируя вокруг них едва уловимую ауру, что усиливала магнетизм происходящего. Нагато был намерен помочь статуе завершить её трансформацию, до конца которой оставались считанные мгновения.       — Боюсь, дальше мне лучше идти одному. Я не хочу потерять тебя. — пронеслось в мыслях Узумаки, начавшего складывать ручные печати. — Техника Призыва! — выкрикнул Нагато, надкусив палец. Капля крови упала на пол, и он ударил ладонью по земле, высвобождая волну чакры. Воздух задрожал от всплеска энергии.       — Нагато! — Конан рванулась к нему, распахнув бумажные крылья, но мощный порыв отбросил её назад. Она упала на колени, хватая ртом воздух. — Зачем ты… — прошептала она, глядя, как Нагато и Гедо Маза исчезли в облаке дыма. Громовой раскат сменился тишиной, и Конан замерла, сжимая кулаки, будто могла удержать его одной лишь волей.       — Кхе-кхе… — Внезапно со стороны послышался кашель. Конан обернулась, её взгляд стремительно перескочил на Кролика, и в её глазах отразилось потрясение. Из тела девушки торчал странный механизм, который от мощного удара Узумаки повредился. Куноичи сплевывала на пол сгустки крови вперемешку со странной желтоватой жидкостью. — Ты не человек? — сорвалось с уст Конан.       Она уже видела ранее подобные механизмы. Их использовал Ханзо Саламандра, чтобы продлить себе жизнь, однако механизм на груди Кролика казался более новым и уникальным.       — Поспеши к Нагато. Я догоню тебя… — почти неслышно прошептала куноичи, её губы едва шевелились, словно каждая буква требовала невероятных усилий. Резкий жест, когда она выдернула шнур из своей груди, разорвал тишину. Он источал легкий шипящий звук, напоминая о том, что с каждой секундой её время истекает. На миг проблеск боли пробежал по её лицу, когда она, прищурившись, начала быстро проводить манипуляции с механизмом, словно искала способ обрести новое дыхание.       — Но ты… — Конан замялась на несколько мгновений. Конечно, пусть они и не были знакомы очень близко, однако синеволосая потеряла слишком много товарищей на пути к мечте. Лицо Кролика отражало не просто решимость, а и некую отчаянную искренность, которую тяжело было не заметить. Конан боролась с бурей эмоций, читая в глазах своей напарницы страх и надежду.       — Чего ты медлишь? — прямота и гнев, пробежавшие по голосу Кролика, словно молния, пронзили воздух, а лицо исказилось от боли. — Тебе не дорога наша мечта? — её вопрос, сброшенный на волну с такой точностью, был как остриё ножа, вонзающееся в осознание. Это цепляло, пробуждая в Конан её собственные желания и цели, заставляя её предаться ответственности. — Так иди и помоги нашему лидеру! Я не задержусь надолго и скоро присоединюсь к вам! — заявила девушка, по телу которой пробегали мурашки от неприятных ощущений.       — Мы будем тебя ждать. — отозвалась синеволосая, расправляя свои красивые бумажные крылья. Они переливались на свету, как крылья трепетных бабочек, готовых к полету. Она снова взглянула в глаза Кролика, и её сердце сжалось от странного чувства. — Этот взгляд явно не принадлежит человеку, который вот-вот умрёт. — подметила про себя Конан, после чего взлетела. Уже через миг она вылетела с базы, отправляясь на поиски Нагато.       — Ну, и дура ты… — выходя из тени, заключила Катарина. Куноичи всё ещё пыталась поставить на нужное место трубку и настроить работу устройства, обеспечивающего работу её сердца. — Тебе непозволительно поддаваться эмоциям в нынешней ситуации. — киборг положила руку на плечо девушки и выпустила странный импульс энергии.       — Я не ваша игрушка… У меня тоже есть желания и чувства. — заявил Кролик, опуская руки и давая создателю выполнить починку. Погружаясь в собственные мысли, она слегка склонила голову, прикусив губу до крови, неожиданно ощутив, как под глазами скапливается влага. Эта слабость разъедала её изнутри, и слёзы, кажется, были близки к тому, чтобы прорваться.       — Эй, — Дю Кюто при помощи одного пальца приподняла голову собеседницы, заглядывая в глубину её глаз с целью понять, что скрывается внутри. Её выражение было каменным, но в голосе звучали нотки раздражения, которые не удавалось скрыть. — Думаешь, мне по душе следить за тобой? — Вопрос был прошит жесткими стежками, а её изумрудные глаза сверкали, как светляки в ночи. — Если ты накосячишь, шансы твоих близких на выживание сильно сократятся. Не забывай об уговоре. Как-никак, мы тебя с того света вытащили. — Словно подводя черту, подчеркнула она, поднимаясь на ноги. Механизм в груди Кролика заработал в привычном ритме, вновь начиная толкать кровь по организму, как будто придавая ей второе дыхание.       — Не напоминай. — Куноичи закатила глаза, внутренне же страдая от знакомого дискомфорта. — Надеюсь, их план и вправду возымеет эффект… — пронеслось в её мыслях, словно небольшое пламя в свете приходящего ветра.       Погружаясь в мысли, Кролик склонила голову, сжав кулаки. Образ старого друга мелькнул перед глазами — того самого, ради которого она проделала весь этот путь, переполненный болью и одиночеством. Губы задрожали, но она стиснула их, прогоняя слабость. Девушка ринулась к проходу.       Катарина смотрела вслед Кролику, её изумрудные глаза сузились.       — Всё та же сентиментальность, — пробормотала она, склонив голову. — Думаешь, твои "друзья" простят тебя, когда узнают, что ты несёшь им от Черной Руки?       Тишина была ей ответом — Кролик уже скрылась в проходе. Катарина хмыкнула, но в её мыслях мелькнула тень сомнения: "Если она дрогнет, наш план с Десятихвостым может рухнуть. Но пока она играет свою роль...".       — Просто выполни то, что от тебя требуется... Больше нам ничего не нужно. — тихо добавила Катарина, однако её слов уже никто не услышал. Качнув головой, Катарина отбросила лишние мысли и последовала за своей Кроликом.

***

      — Стойте! — крик Цунаде разорвал тишину. Она замерла, глядя на горизонт, где из земли в облаке пыли поднимались тёмные силуэты — гробы, не выше двух метров. Их аура леденила кровь, будто сама смерть вырывалась наружу. — Неужели снова? — подумала она, вспоминая пепел Конохи… Эту страшную технику уже пускали в ход, и Цунаде знала… знала, как сложно бороться с ней. Крышки гробов с треском рухнули, и из одного показалась рука, сжимающая знакомый кунай.       — Это Нечестивое Воскрешение! — голос Минато прозвучал резко, как удар клинка. — Всем приготовиться! — Он стиснул кулаки, зная, что эта техника уже однажды отняла у него слишком многое...       — Госпожа, запрашиваю подкрепление. У меня не получится сохранить жизни всех этих людей. — Наоми приподняла руку к лицу, показывая печать связи, расположенную на тыльной стороне ладони, её голос звучал хрипловато, но она решительно заговорила с кем-то, кто находился на другом конце связи.       — Принято. Высылаю подкрепление. — раздался спокойный женский голос из её ладони, как будто сама судьба вмешивалась в этот хаос. Намикадзе, краем ухом услышавший этот разговор, замер на несколько мгновений.       — Это была Мито? — Четвертый повернул голову к Учихе, с неверием смотря в её спокойные темные глаза. С одной стороны, ему стало неприятно от мысли, что его спасительница работает вместе с Черной Рукой, однако, с другой стороны, ситуация и без того была ужасной. Была немалая вероятность того, что именно Черная Рука сможет решить часть проблем Альянса.       — Да. Хочешь поговорить с ней? — Наоми посмотрела с прищуром на блондина, после чего протянула свою руку ему. Минато замялся на несколько секунд, после чего совсем неуверенно взял руку женщины.       — Эм… Меня слышно? — с сомнением произнес Четвертый, глядя на сияющую печать, которая переливалась разными оттенками голубого, словно сама чакра строила словесный мост между ними.       — Минато? Чего тебе надо? — Узумаки почти сразу узнала этот голос, поэтому она заговорила с раздражением, понимая, что бывший хокаге опять сунул свой нос туда, куда не следует.       — Мито-сан, я прошу оказать поддержку Альянсу! Помогите нам остановить возрождение Десятихвостого! — его голос звучал искренне, наполненный надеждой и тревогой. Сердце стучало, словно закликая о помощи, когда он говорил от всего сердца, понимая, что, если они смогут предотвратить появление древнего монстра, победа окажется в их руках.       — Нет. Это не входит в наши планы, — холодно ответила Мито.       Минато замер, её слова ударили, как пощёчина. — Бред… Зачем тогда спасать Альянс? — выдавил он, но ответа не последовало.       Наоми опустила руку, прервав связь. — Побереги нервы, Намикадзе. Ад начнётся с минуты на минуту, — сказала она с печальной усмешкой, будто бы зная, что сегодня случится нечто ужасающее.       — Что? Настоящий Ад? Ты знаешь о конце Света? Что тебе известно? — Намикадзе схватил женщину за плечи, призывая её к ответу. Его голубые глаза наполнялись яростью. — Она точно должна знать об их планах! — пронеслось в его мыслях.       — Я знаю не больше твоего. Рагнарек наступит сегодня, а возрождение Десятихвостого ознаменует его начало. — на устах Наоми заиграла хитрая улыбка, а в глазах промелькнул таинственный блеск.       — Ах ты… — Минато стиснул зубы до неприятного скрипа, после чего занёс руку назад, собираясь нанести удар. Учиха не двигалась, смотря на отчаявшегося мужчину с жалостью и сочувствием.       — Минато. — Цунаде схватила Четвертого за локоть, не позволяя нанести удар. В её голосе послышались строгие нотки. — Хватит ныть и займись делом. Сейчас она — наш союзник. С Черной Рукой мы позже сможем разобраться. — холодным тоном подчеркнула Принцесса Слизней. Пятая заглянула в глаза своего предшественника, после чего отпустила.       В этот момент воскрешённые шиноби сорвались со своих мест. Их было около двух сотен. Они единым скопом ринулись в сторону шиноби Альянса, собираясь смести их.       — Всем приготовиться! Как только противник будет в радиусе атаки, атакуйте его! — скомандовала Цунаде. Она не знала, можно ли верить словам Мито. Пусть они и были родственниками, однако Узумаки лишь один раз за последние годы навестила её, и их встреча была вовсе не такой радостной, как хотела Сенджу.       В следующее мгновение небо дрогнуло. Две голубые вспышки света упали между шиноби Альянса и воскрешёнными ниндзя. Дождливые облака, что скрывали их перемещение, образовали небольшой проход, из которого лучики света окутали всё поле боя.