Глава 251

«Мысли о том, что одна сила может разрешить все противоречия, — это заблуждение. Подобно тому, как огонь может согреть и сжечь, так и власть может как создать, так и разрушить.»

      — Это все моя вина? — этот вопрос крутился в голове Наруто. Его взор был сосредоточен на одной единственной точке — на улыбке своей матери. Все было бы не так плохо, если бы голова Кушины не валялась отдельно от туловища. Даже в самые последние моменты своей жизни Узумаки улыбалась ему… улыбалась так искренне, как могла сделать только мама, пытающаяся успокоить своего ребенка.       Это заставило всплыть в голове парня старые образы. Эти тёплые воспоминания, казалось, отражали свет, искажая ужас вокруг. Но всё это было лишь иллюзией — моментом, который он не мог вернуть. Наруто ощущал, как мир вокруг него поднимается, как волна, готовая накрыть его с головой. И в этот миг, когда его сердце готово было разорваться от горя, нечто странное, какое-то новое чувство пробудилось внутри него.       Наруто моргнул лишь раз, и картинка перед его глазами начала меняться. Он увидел, как пространство и время начинают искажаться. По четкому миру прошла неприятная рябь, будто бы в воду бросили камешек. Перед ним начали появляться картинные мгновения, меняющиеся на удивительной скорости. Каждое из них пронзительно и жестоко: его мать, её улыбка, и в то же время предвестие смерти, настигающей её мигом раньше.       — Что происходит? — изумрудный Лотос в глазах пепельноволосого улавливал даже самые мельчайшие детали, из-за чего парню становилось жутко. — Время течет назад? — это была первая догадка пепельноволосого, которая посетила его голову через миг. Лишь от подобной мысли становилось дурно, ведь Наруто очень мало практиковался в этом направлении, ведь просто не понимал, как это нужно делать.       — Да. Ты согласен или нет? — Императрица подняла взгляд к небу и поморщилась, задавая вопрос парню. По телу Наруто забегали табуны мурашек. Он знал, что все это значит — он вернулся в критический момент, от которого зависела судьба его матери.       — Что я должен ответить? Что я должен сказать? Как поступить? — в голове вновь начался хаос, и паника накрыла пепельноволосого. Он понятия не имел, что ему нужно делать — он не мог не пошевелиться, не принять предложение противоположной стороны, так как ему нужно спасти свою маму? Как преодолеть этот кризис?       — Больно… — прошептала одними губами Кушина, а затем её голова вновь покатилась по земле. Наруто застыл, как вкопанный, его сердце пропустило очередной удар.       — Её свет угас из-за твоих колебаний, Наруто. Ты сам погасил её звезду. — Опять эти слова слетели с уст Бел’Вет, заставив душу парня задрожать от ужаса. Глаза Проклятого расширились от непонимания, а по пространству во второй раз прошла рябь.       — Нет, я не отматываю время назад… Я вижу будущее, вижу различные варианты… — Наконец-то пепельноволосый осознал, что происходит. Один миг — решающий миг для жизни его матери — был растянут в бесконечные вариации будущего, которые зависели от его действий. — Так вот в чем заключается величайший принцип Проклятых глаз? Эта та сила, о которой говорили Экко и Эш? — На устах парня повисла печальная улыбка, в которой не было и намека на радость.       Вот в чем заключалась истинная сила Проклятых… Они растягивали каждый момент битвы до бесконечности, перебирая сотни, а то и тысячи вариантов, анализируя все мельчайшие детали, тем самым прогнозируя ближайшее будущее. Наруто не видел того, что случится на самом деле — он лишь представлял это в своей голове, а глаза ускоряли процесс воспроизведения в сотни раз.       — Я должен её спасти! Нет, я обязан сделать это! — Решительно подумал пепельноволосый, полностью сосредоточившись на происходящем. Как только он разобрался с тем, что происходит, следовало начать решать проблемы.       Глаза Наруто засияли так ярко, как никогда прежде. Он приступил к анализу, хватаясь за любую, казалось, даже самую невообразимую деталь, замотивированный возможностью спасения Кушины. Но с каждым новым вариантом, который возникал перед ним, его сердце сжималось от безысходности. Он видел, как его мать улыбается, но в тот же миг понимал, что эта улыбка — лишь предвестие её гибели. Каждый раз, когда он пытался изменить ход событий, каждый раз, когда он искал способ спасти её, будущее оставалось неизменным. Кушина была обречена, и ни одно из его усилий не могло даже отсрочить это неизбежное событие.       — Почему? — Вырвалось у него, когда очередной вариант завершался тем же ужасным финалом. — Почему я не могу спасти её? — Его голос дрожал от отчаяния, и он чувствовал, как слёзы наворачиваются на глаза, смешиваясь с кровью. Проклятые глаза были перенапряжены, отчего по всему телу пепельноволосого расходилась боль, но это почти не волновало парня сейчас. Он был одержим этой мыслью, как будто она могла спасти его от безумия.       Каждый новый взгляд на будущее лишь углублял его страдания. Он видел, как её жизнь уходит, как её улыбка тускнеет, как её глаза закрываются навсегда. И в этом бесконечном цикле мучений он осознал, что сила Проклятых глаз — вовсе не идеальна. У неё были свои ограничения, с которыми ничего нельзя было поделать, даже если захотеть. Этот бесконечный миг, в рамках которого Наруто делал все возможное, чтобы спасти Кушину, обернулся для него настоящим Адом. Он не мог изменить судьбу, он не мог спасти свою мать, и это знание разрывало его изнутри.       — Я не могу… — Прошептал он, чувствуя, как его мир рушится. Слова будто сорвались с языка, как последний крик из глубины души, и в тот же миг ему стало нечем дышать. — Я не могу это вынести.       Наруто не знал, сколько прошло времени. Время в этом адском пространстве потеряло всякий смысл; мучительные мгновения тянулись вечно. Его мозг начал плавиться от перегрузки, а из носа, ушей и рта хлынула кровь — красные струйки, как символы его наказания, блестели на его коже, словно напоминания о внутренних муках.       — Больно… — донесся приглушенный звук до ушей пепельноволосого, как эхо, заставляющее его вновь открыть глаза. Он снова увидел голову матери с её безмятежной улыбкой, излучающей тепло, несмотря на хрупкость момента. Проклятый застыл, и его сердце, которое пережило этот момент уже несчетное число раз, вновь сжалось, как в первый, вызывая внутри нестерпимую боль — она была такой сильной, что Наруто на мгновение потерял связь с реальностью.       — Как же забавно за тобой наблюдать, — заговорила Императрица Бездны, заставив Наруто усомниться в реальности происходящего. Он поднял взгляд на девушку и уставился на неё с непониманием. Эти слова впервые за все время его Ада отличались. — Ты истратил все свои силы на то, чтобы спасти её, а в итоге так ничего и не добился. Печально, не так ли? — Бел’Вет дьявольски ухмыльнулась, её глазах вспыхнул безумный азарт, как в свете разъяренного пламени, и этот взгляд словно прощупывал его душу на предмет слабостей.       — Так… ты с самого начала знала… — промямлил пепельноволосый, осознавая, что сам себя загнал в эту ловушку. Столкновение с негодованием стало для него невыносимым — он мог прекратить этот вечный круг в любой момент, но его желания и надежды о спасении матери были сильнее. Он раз за разом противился смерти близкого человека, как если бы это был единственный способ доказать себе, что он всё еще человек.       Пусть это было и неправильно, пусть и шло в разрез со разумом, Проклятый старался до самой последней секунды сделать невозможное, ведь разве не в этом заключается его суть? Бороться до самого конца, делать все возможное, чтобы остаться в живых…       — Мне было интересно, на что ты был готов пойти ради этой женщины… Оказалось, что ты готов отдать практически все ради её спасения, — произнесло Высшее Существо, щупальца которого медленно отпустили собеседника. Наруто, истощенный, упал на колени, словно рвавшийся к небу воин, потерявший свою битву. У него не оставалось сил на сопротивление, и вся энергия была затрачена на попытки изменить то, что он не мог повлиять.       — И что дальше? — взгляд пепельноволосого стал опустошенным. Он понял, что полностью проиграл, причем проиграл по своей вине. Эмоции, превратившиеся в яд внутри, разъедали его. Он посчитал, что получил невероятную силу, способную решить любую проблему, но это была лишь иллюзия — глупые мысли, которые он сам себе навязал. — Ты всё равно не сможешь заставить меня пойти с тобой… — подметил Проклятый, который кое-как поднял голову, и его горло перехватило от накатившей волны отчаяния. Взгляд Бел’Вет был полон наглого удовлетворения и ожидания, что заставило мурашки забегать по всему телу Наруто, а волосы встали дыбом, как от холодного прикосновения смерти.       — Правда? Ты такой же, какой когда-то была я. Ты — эгоистичный одиночка, преследующий только свои интересы, поэтому ты не можешь спасти всех своих близких. Если бы у тебя был только один близкий человек, то мне и вправду нельзя было убивать эту женщину, но сейчас ситуация совершенно иная. — Императрица Бездны нежно прикоснулась к щеке Наруто, её рука была шершавой и холодной, как камень, и это соприкосновение обожгло его, но в тот момент ему всё равно было на это. Весь мир вокруг парня шумел как река, и он не мог отвести взгляд от её проницательных глаз.       Он чувствовал, как сердце сжимается, трепеща от нарастающего страха, осознавая всю правду в её словах. Ему стало не по себе — его мир, ещё недавно казавшийся крепким, теперь начал рушиться, словно карточный домик.       — Эти слова… — прошептал он, его голос дрожал, потому что нарастающая волна тревоги и беспомощности захлестнула его, как бушующее море. Боязнь конца, боязнь неизбежной потери как будто приближалась с каждой секундой. Он искренне не хотел верить в то, что его догадка могла оказаться правдой. Но в его голове сразу всплыл образ того единственного листка бумаги…       “Наруто, если ты это читаешь, значит, что я либо мертв, либо ты нашел способ выудить у меня информацию о местоположении своей подружки. В целом, это не так важно. Это письмо призвано предупредить тебя. Ты — одиночка, действующий в своих интересах, так что ты не можешь оказаться в двух местах одновременно. Будь у тебя один близкий человек, то тебе было бы гораздо проще… Шикаку Нара”       Эти слова, написанные одним из самых опасных противников Наруто, словно обожгли его. Они распахнули бездну глубоких и болезненных воспоминаний, напомнили о той ярости и отвращении, которые он испытал, когда впервые прочитал эту записку. Теперь жгучая правда проявилась в новом, пронзительном свете — сжимая его сердце, как горькое напоминание о том, что он мог и должен был сделать.       В эти мгновения сложная картина сошлась — Шикаку Нара, пусть и был довольно-таки хитрым человеком по своей натуре, никогда бы не стал желать зла своему дому — деревне Скрытого Листа. Если гениальный стратег решился на этот шаг, то его что-то должно было мотивировать. Власть? Деньги? Сила? Все это уже было у Шикаку. Его клан в союзе с Акимичи и Яманака обладал подавляющим влиянием в Конохе, так что мотиватором для Шикаку должно было служить нечто иное — кое-что более важное…       И этим важным являлось выживание — выживание в надвигающейся буре безумия, смерти и хаоса. Выживание не только его самого, но и его клана и союзников — такова была цена за оказание услуг самой Бездне. Как только Наруто осознал это, его лицо исказилось от ужаса. Этот человек, которого он до сего момента считал своим врагом, на самом деле просто делал все возможное для своего выживания и выживания своих близких.       Разве Наруто не поступал точно также? Разве все это время он не сражался ради своего выживания? Они были похожи, но разница между ними тоже была — Наруто довелось выжить, пробудив Проклятья, однако парень совсем не был уверен, что такой исход был лучше, ведь порой живые завидуют мертвым…       — Вижу, ты обо всем догадался, хотя это заслуга твоих глаз — не более того, — добавила Бел’Вет, отстранившись от Наруто с загадочной улыбкой, словно зная, что она вскрыла его больные места. Мягко махнув рукой, она выпустила поток энергии, раскрыв перед ним один из пространственных разломов, словно завесу в другой мир.       И в то мгновение все догадки Наруто подтвердились. Из разрыва появилось изображение девушки с огненными красными волосами, парящей в воздухе в позе эмбриона. Её глаза были закрыты, а лицо выражало абсолютную безмятежность, как у нежного ангела.       — Карин… — пролепетал Наруто, душа которого задрожала от бессилия. Парень смотрел на девушку — последний лучик его надежды, способ изменить его жизнь в лучшую сторону — и понимал, что сильно облажался. Он думал, что Узумаки будет угрожать опасность, если она отправится с ним, и это было так. Едва ли простому человеку удалось бы выжить в Аду, да вот только Наруто оставил её без присмотра, просто бросил, оставив на произвол судьбы.       — Как же забавно вышло… — Бел’Вет закрыла пространственный разлом, после чего вновь склонилась над Проклятым. — Мито смогла защитить твою возлюбленную от становления Проклятой, однако обрекла её на такую ужасную судьбу. — Императрица Бездны прикрыла глаза, наслаждаясь моментом своего абсолютного триумфа.       — Ты… самое омерзительное существо, с которым я только сталкивался… — выдавил из себя пепельноволосый, сжимая пальцы в кулаки. Костяшки парня побелели, а в глазах проявилась искренняя ярость. В мире не было существа, которое Наруто также сильно ненавидел, как Бел’Вет.       — Ваши чувства и эмоции — это лишь инструменты для манипуляций. Все смертные — жалкие и слабые твари, которые пойдут на корм моим зверушкам, — заявила Императрица Бездны, высокомерно запрокинув голову. — Но ты можешь возвыситься над всеми ими, Наруто. Если ты пойдешь со мной, ты станешь единственным в своем роде Высшим Существом… непобедимым Князем Тьмы. — В голосе Бел’Вет зазвучали восторженные нотки, будто бы она с самого начала ждала момента, чтобы произнести эти слова.       — Стать Князем Тьмы… — пронеслось в мыслях Наруто, а на устах заиграла печальная усмешка. — А ведь мне и вправду подходит такая участь… — подметил он про себя. Перед Проклятым стали проноситься образы прошлого — каждый его шаг, каждое его действие приносили смерть, боль и разрушения. Он никогда не стремился к чему-то подобному. Просто каждый раз так выходило, что его путь был вымощен дорожкой из крови и трупов.       — Если ты согласишься — я гарантирую выживание Карин. Более того, ты сможешь видеться с ней, когда захочешь, — заявила Императрица Бездны и протянула руку Наруто. Это было предложение сделки — сделки с самым страшным существом во всей Вселенной, но какой у Наруто есть выбор? Он не в силах убить этого монстра, не в силах справиться с ней, а если он откажется, то Карин умрет… вместе с ней умрет и последняя искра надежды на светлое будущее Наруто.       — Я… согласен. — Проклятый дернулся от своих же слов и медленно, совсем неуверенно, поднял руку. Внутри него было мерзкое и противное чувство — чувство абсолютной безысходности. Его поставили в ситуацию, в которой была лишь видимость выбора.       — Так вот, как ведет дела Императрица Бездны? — в этот момент, когда их руки почти коснулись друг друга, со стороны послышался голос третьего человека. Наруто тут же одернул руку, переведя взгляд на голос новоприбывшего, и в следующую секунду ему стало легко на душе, а на устах заиграла радостная улыбка.