Глава 254

"Когда великий человек начинает осознавать, что его стремления были лишь пешками на шахматной доске другого, он сталкивается с горькой истиной: цена за заблуждение может оказаться выше, чем жизнь."

      — Ханаби! — строгий голос Мито ударил по ушам молодой Хьюга. Девушка вздрогнула от неожиданности, а по её телу пробежали мурашки от изумления.       — Поняла! — быстро отозвалась она, стараясь скрыть волнение. Подойдя к огромному механизму, принцесса клана Хьюга вытянула обе руки вперед, словно готовясь к какому-то действию. — Должно получиться… должно получиться… — зажмурившись, она несколько раз промямлила с неуверенностью, после чего распахнула веки. Её глаза изменились, наполнившись ярким голубым светом, который словно зажегся изнутри, выпуская устрашающий импульс энергии.       Руки девушки объяло светло-зеленое свечение, и она почувствовала, как чакра из ближайших контейнеров начинает стекаться к ней, как река, стремящаяся к своему руслу.       — Нужно сохранять ток чакры равномерным, чтобы не повредить устройство, — проносилось в мыслях Хьюга, когда она сосредоточилась на своей задаче. По лицу девушки скатывались капельки пота от чудовищной концентрации. У неё была с виду простая задача — она должна была наполнить чакрой энергетическую пушку из предоставляемых контейнеров, однако на это была способна лишь она одна — лишь ей было под силу поглощать и направлять чакру при помощи своих новых глаз.

      ***

      В это время на Земле…       Катарина решительными шагами приблизилась к зависшему в воздухе Мадаре. Последний не отрывал своего взора от небес — над ним что-то собиралось. Огромные объемы чакры стекались в одну точку, формируя страшное давление, которое вот-вот должно было обрушиться на Легендарного Учиха. — Ты считаешь себя Богом, Учиха Мадара? — Дю Кюто обратилась к джинчурики Джуби без страха или напряжения в голосе. Её походка выдавала в ней превосходство, а все естество кричало о том, что она не воспринимает Мадару всерьез.       — Богом? — Мадара опустил голову, наконец-то обратив внимание на киборга. Пара Риннеганов в его глазах ярко сияла, оказывая давление на любого, кто попадал под их взор. — Я — и есть Бог, — решительно высказался легендарный ниндзя, чувствующий, как каждую клеточку его тела наполняет сила.       — Хм… — Катарина издала презрительный смешок, заставивший Мадару нахмуриться. Такое поведение было ненормальным для смертного, столкнувшегося с чем-то божественным. — Боги — это лишь часть системы. Они слабы и беспомощны перед истинной мощью, — заявила Проклятая, глаза которой вспыхнули изумрудным огнем, как будто в них отражалась истинная сила этой личности.       — Истинной мощью? — лицо Мадары исказилось от презрения. Как девушка, не обладающая чакрой, могла препираться с ним? С джинчурики Десятихвостого? — С ней что-то не так, — подумал легендарный Учиха, замечая одну важную деталь. — Она совсем не боится моей силы. — Эта мысль неприятно ударила по сознанию Мадары.       Его аура распространялась во все стороны, оказывая неприятное давление на всех в определенной области, однако девушка перед ним вовсе не боялась его. Она будто бы совсем не ощущала этого тиранического натиска от мощи сильнейшего биджу.       — Да как ты смеешь? — Мадара сжал посох еще крепче, его мускулы напряглись, а внутри него разгорелось пламя ярости. Он обернулся, его взгляд метался по лицам других шиноби, которые застыли в ужасе, не в силах противостоять его мощи. Но эта девушка, стоявшая перед ним, не только не дрогнула, но и смела насмехаться, словно вся его сила — это лишь пустой звук. — Ты даже чакрой не владеешь! — его голос звучал как гром, и он произнес название своей техники со свойственной ему величественностью: — Искусство Мудреца, Клык Света Стихии Шторма!       Сложив губы, он выпустил тонкий луч фиолетовой энергии изо рта, который, казалось, разрывал воздух на части, оставляя за собой шлейф искр. Луч двигался с безумной скоростью, и в этот момент казалось, что ничто не сможет его остановить.       — Как же наивно, — слетело с уст Катарина. Луч двигался на безумной скорости. Пожалуй, ни один нормальный человек не был способен среагировать на эту атаку, однако Проклятая Луна с удивительной легкостью следила за одной из самых быстрых техник в мире. — Сила человека не определяется его объемами энергии… Лишь желание выжить — жажда сохранить свою жизнь любой ценой определяет истинную силу каждого смертного. — С этими словами девушка взмахнула своим необычным клинком, который засверкал алыми молниями, как будто был создан из самой разрушительной в мире энергии. Её движение было быстрым и точным, словно танец, и фиолетовый луч был отражен с поразительной легкостью. Остаточная мощь устремилась в сторону, разрезая часть возвышенности, как нож сквозь масло, оставляя за собой лишь облако пыли и обломков.       — Она такая же, как и Кинг, — с сомнением выдавил Мадара, наблюдая за тем, как в теле киборга зажегся источник энергии. Мощные потоки расходились по всем её конечностям, наполняя каждую частичку Проклятой страшной силой. Это было зрелище, которое заставляло его сердце биться быстрее, и теперь он не мог отрицать того, что эта девушка представляет собой серьезную угрозу. — А он… — Учиха перевел свой взор к небесам. Кит все еще парил где-то за плотной завесой энергии, наблюдая за всем этим со стороны, будто бы происходящее вообще не касалось его.       — Хочешь доказать ему, что ты достоин битвы? Тогда стой смирно и не двигайся. Эта атака ничего для таких, как я, не значит, так что, если ты переживешь её, то ты получишь право сразиться с ним, — заявила Катарина, её глаза сверкали опасным блеском, полным уверенности и вызова.       — Право сразиться? — лицо Мадары исказилось от недовольства, и он не мог сдержать усмешку. — Это шутка какая-то?       Приземлившись на землю, он подошел к красноволосой девушке, которая даже в этот момент не выказывала ни намека на страх или напряжение. Её разноцветные глаза светились презрением, и в них читалось абсолютное превосходство, будто бы она была той, кто стоял над всеми живыми в этом мире.       — А если я просто нападу на тебя, что ты будешь делать? — на устах Бога Шиноби заиграла коварная улыбка. Обычно он не бросался такими вопросами, а просто действовал, но в данный момент в нем взыграл интерес.       — Просто вырву твой хребет. Это тебя не убьет, но какое-то время ты точно двигаться не сможешь, — отозвалась Дю Кюто спокойным голосом, в котором не было слышно и намека на угрозу. Она просто констатировала факт того, что случится, и не более того.       — Смелое заявление! — Мадара воспринял эти слова как вызов и взмахнул своим посохом. Его атака была на порядок выше, чем до этого. Скорость и сила выросли вместе с объемами чакры.       “Кррр-р!” — громкий скрежет огласил все поле боя. Катарина приняла удар на свой кинжал. В разные стороны полетели искры. На устах Мадары заиграла безумная улыбка. Как он и думал, оружие противницы было вовсе не обычным, ибо простое оружие рассыпалось бы лишь от соприкосновения с посохом Шести Путей.       — Что это? — стоило Легендарному Учихе моргнуть, как обстановка изменилась. Мир погрузился в абсолютный мрак. Пару мгновений ничего не происходило, а затем во тьме зажглось два алых глаза, источающих какую-то запредельную по всем человеческим меркам жажду крови и разрушения.       — Так в этом клинке заточено чудовище! Ахаха! — Мадара расхохотался, выпуская импульс из своего тела, который разорвал этот странный и необычный контакт. — Я хочу увидеть всю мощь этого монстра! — высказал свои истинные мысли Мадара, жаждущий лишь одного в этот момент — настоящей битвы, во время которой его кровь в жилах будет закипать от удовольствия.       — Боюсь, уже поздно, — без интереса отозвалась Дю Кюто, а затем пальцем указала на небеса. Учиха проследил взглядом за направлением, и, стоило ему увидеть происходящее там, как его лицо исказилось в гримасе негодования.       — Черт! — сорвалось с уст Мадары. Он бросил свой посох вперед — оружие сразу преобразовалось в черный щит, способный поглотить абсолютно любую технику. Но в этот момент он понял, что даже его мощь может оказаться недостаточной. — Шинпо, — сорвалось с уст Катарины, и она исчезла со своего места. Через миг она оказалась за пределами атаки, наблюдая за происходящим с удовлетворением. Все шло по их плану, и Проклятая позволила себе скупую улыбку.       С небес ударил плотный луч чакры, сверкающий как молния, и, казалось, сам воздух вокруг него задрожал от его силы. Будь атака сконцентрированной на одной точке, то шары Поиска Истины и вправду могли защитить Мадару от этой атаки, однако с этой атакой что-то было не так.       Мадара почувствовал, как его чакра начинает бурлить, как будто что-то внутри него пробуждается. Он не мог понять, что происходит, но его тело наполнилось странным ощущением, как будто он стал частью чего-то большего. Внутри него раздался гул, и он ощутил, как его сознание начинает расплываться, теряя границы между собой и тем, что его окружало.       — Это… — прошептал он, его голос дрожал от осознания. — Это невозможно! — панический возглас Мадары и его попытки противиться пробуждающейся внутри него силы были приостановлены еще одним действующим лицом. — Что? — глаза Учихи упали ниже, к своей груди, из которой торчала абсолютно черная рука, обладатель которой, казалось, всегда был рядом с ним.       — Тебе пора исполнить свое предназначение, моя пешка, — заявил Черный Зецу, который просто не мог упустить такую идеальную возможность. Да, осторожность была главной его чертой, однако сейчас, когда все обстоятельства сложились идеально, и ему нужно было приложить лишь минимальные усилия для того, чтобы достигнуть своей цели, он не мог не воспользоваться этим.       Луч чакры, проникая в тело Мадары, начал заполнять его энергией, и он почувствовал, как его разум начинает затмеваться. Внутри него раздавались голоса, шептания, которые звали его, манили к себе. Перед ним проносились образы далекого прошлого… прошлого, в котором Богиня была предана своими сыновьями и запечатана на целую вечность.       — Так весь мой план — это лишь иллюзия… Как жаль… — пронеслось в голове Бога Шиноби, который наконец-то осознал, что весь его путь, каждый его шаг и каждое его действие проходило под руководством Черного Зецу, выдающего себя за его Волю.       Тело Учихи стало раздуваться, будто бы являлось воздушным шаром. Учиха утерял возможность пользоваться чакрой. Пробитое сердце не убило его, однако требовалось несколько секунд на регенерацию ключевого органа в жизнеспособности организма, а этого времени у Мадары не было.       — Что происходит? — на лице Минато выступили испарина от напряжения. Он не видел происходящего на вершине, однако, как и все окружающие, Четвертый хокаге застыл, не в силах пошевелиться от страшного давления, приковавшего его к земле. — Пророчество сбывается? — мелькнуло у него в голове, и все волосы встали дыбом от этой мысли.       В этот момент тело Мадары покрыл плотный слой чакры. Вся энергия из луча не разрушила пространство, а устремилась к телу великого ниндзя прошлого поколения.       — Катарина? — из устройства на руке послышался голос Мито. Дю Кюто дернулась от такого. Ей хотелось еще чуть-чуть насладиться этим прекрасным зрелищем.       — Процесс еще не завершен, — спокойно отозвалась она, пристально наблюдая за тем, как кокон из энергии медленно и постепенно расцветает. Перерождение Богини Кролика должно было вот-вот закончиться. Для этого, на самом деле, требовалось три вещи.       Хороший сосуд, способный вместить в себя всю мощь Кагуи. Черный Зецу, который являлся, своего рода, проводником для своей матери в этот мир. И последним, пожалуй, ключевым фактором являлись огромные объемы чакры, раздобыть которые было очень сложно. Любой шиноби, ставший джинчурики Джуби, так или иначе, мог стать сосудом для перерождения Кагуи, однако Мадара был наиболее подходящим кандидатом, ибо с его телом, генами и могуществом Богиня Кролик возродится на пике своей силы.       — Свобода… — произнесла Кагуя, её голос звучал как мелодия, полная силы и уверенности. Кокон, из которого она вышла, рассыпался в мелкие осколки, словно стекло, и вокруг неё засиял свет, который ослеплял своим великолепием.       Богиня Кролик предстала перед всеми в своей полной красе. Её длинные, белоснежные волосы струились по плечам, словно водопад из света, переливаясь под остатками света. Они были гладкими и шелковистыми, и казалось, что в них заключена сама энергия луны. Лицо Кагуи было идеальным, с тонкими чертами, высокими скулами и нежными губами, которые излучали загадочную улыбку. Её глаза, как два бездонных озера, светились ярким фиолетовым светом, в котором отражались звезды и тайны вселенной.       На её теле была надета элегантная одежда, которая подчеркивала её изящество и силу. Белоснежное кимоно, украшенное золотыми узорами, обвивалось вокруг её фигуры, словно облака, и плавно ниспадало до земли. Рукава кимоно были широкими и длинными, создавая эффект легкости и грации, когда она двигалась. На поясе у неё был широкий пояс, который подчеркивал её талию, а на ногах — изящные сандалии, которые казались почти невесомыми.       Кагуя излучала ауру, полную власти и величия. Каждое её движение было наполнено грацией, и в воздухе витала энергия, которая заставляла окружающих замирать от восхищения и страха. Она была не просто женщиной — она была олицетворением силы, древности и божественности.       Когда она шагнула вперед, земля под её ногами дрогнула, а воздух наполнился напряжением. Кагуя была готова вернуть себе то, что когда-то потеряла, и её присутствие обещало перемены, которые изменят мир навсегда. В этот момент она стала не просто Кагуей Ооцуцуки — она стала богиней, готовой к восстановлению своего царства.       — Проклятая? — сорвалось с уст Кагуи, когда её взгляд наткнулся на Катарину. Её лицо тут же приобрело более острые черты, отражая серьезность. Пожалуй, с таким неприятным противником она совершенно не хотела встретиться в такой момент… момент своего возвращения в мир живых.       — Ничего личного, Кагуя, — сорвалось с уст Дю Кюто, после чего она исчезла со своего места. Ооцуцуки обернулась, сразу же обнаружив Катарину. Волосы Богини резко увеличились, направившись к Проклятой, однако последняя изогнулась, проходя в небольшой зазор между плотным шквалом атак.       Кулак, покрытый черным слоем энергии, впился в живот Богини, отправляя её в далекий полет. Но на этом Катарина не остановилась. За спиной Дю Кюто раскрылись крылья, и за пару вздохов она нагнала Богиню Кролика, которая практически успела оправиться от столь сильной атаки.       — Не сопротивляйтесь, ведь это нужно для спасения мира, — заявила Проклятая, после чего подхватила беловолосую за руки, потащив дальше, в том же направлении, куда и летела Кагуя.       — Спасение мира? Ты за кого меня держишь, Проклятая? — Ооцуцуки начинала свирепеть на глазах. Она не верила Катарине. Просто не могла, ведь они были врагами от природы.       Боги следят за порядком, управляют судьбами людей, а Проклятые отрицают свое предназначение, разрушают клубок судеб, в который завязаны, ставя под сомнение абсолютно все, что делают Боги.       — А вот это уже не шутки, — подумала Дю Кюто, когда в руке Богини Кролика появилась странная кость, от которой исходила неприятная энергия. — Лучше не подставляться под эту атаку, — мелькнуло в голове Проклятой, и она резко отпустила бессмертную, ибо возможностей защитить от её атаки у неё не было.       Ооцуцуки быстро сориентировалась, взяв контроль над гравитацией. Она зависла в воздухе в паре десятков метров от красноволосой. Вены вокруг её глаз вздыбились, указывая на активацию Бьякугана. Она опасалась своего противника, но это было вовсе не из-за продемонстрированных возможностей. Кагуя, как Богиня, некогда управляющая миром, знала о главной особенности Проклятых — их невероятных возможностях к развитию, поэтому она не спешила атаковать.       — Пространственные трещины? — наконец-то Богиня Кролик заметила, что пространство вокруг них было заполнено кучей аномалий. Эти аномалии постепенно разрушали мир, живую и неживую материю. Прямо сейчас, в эту секунду, это не будет заметно, однако пройдет неделя или две, и последствия уже будут видны.