Глава 268

"В каждом сердце заложен инстинкт защиты, но что происходит, когда этот инстинкт сталкивается с бездной боли, причиняемой самым близким?"

      — Как? — глядя на своих повзрослевших учеников, которые совсем не были похожи на призраков прошлого, Минато мог задать лишь этот вопрос. Мысли в его голове смешались в единый ком, а на лица двух уже взрослых людей наложились детские образы из воспоминаний блондина.       — Минато-сенсей, вы должны… — Рин оборвалась на полуслове. Её бешено бьющееся в эти мгновение сердце замерло от пронзительного человеческого вопля. Глаза Намикадзе тоже расширились от непонимания. Они одновременно повернули голову и посмотрели в сторону источника звука.       — Нееет! Умоляю! Не надо! — завопил какой-то шиноби. С глаз мужчины средних лет стекали дорожки слез, а лицо выражало крайнюю степень отчаяния, до которой только можно довести человека. Его голос дрожал, и в нем звучала безысходность, словно он осознавал, что его мольбы не будут услышаны.       — Ничтожная букашка, куда это ты собралась? — в этот же миг из тумана появилась и главная причина страха этого заурядного ниндзя. Неземная фигура, окутанная аурой мощи и величия, шагала с грацией, которая была присуща лишь Богам.       Его внешность была одновременно завораживающей и пугающей. Его кожа была бледной, почти белой, как у статуи, и казалось, что она светится изнутри. Неизвестный носил длинные, свободные одежды, которые напоминали традиционные кимоно, но с элементами футуристического дизайна. Они были украшены сложными узорами, которые переливались, словно живые.       Лицо было изящным, с высокими скулами и тонкими чертами, но его глаза были самыми запоминающимися. Полностью белые очи не выражали ничего, кроме брезгливости и высокомерия.       — Корм не должен убегать от своей судьбы. — Момошики, а это был именно он, вытянул руку вперед, после чего глаза всей пятерки ниндзя, заставшей эту картину, округлились. Прямо в ладони Ооцуцуки располагалось величайшее додзюцу мира ниндзя — Риннеган, от которого уже в следующий миг стали исходить опасные волны энергии.       — Хокаге-доно! Помогите! — в этот момент убегающий ниндзя смог узнать фигуру Четвертого хокаге — своего кумира, и на его устах заиграла радостная улыбка, источающая надежду, однако после очередного шага мужчина упал, будто бы невидимая сила поставила ему подножку. — Ааа! — завопил шиноби, чувствуя, что сейчас произойдет нечто страшное. Он вытянул руку вперед, искренне веря в то, что один из самых великих ниндзя в мире поможет ему.       — Стой! — Намикадзе и вправду сделал шаг вперед, однако рука Амеюри остановила его, заставив с недовольством посмотреть на куноичи. — Просто посмотри. — посоветовала мечница Тумана, голос которой уже не сочился издевкой — в нем слышались серьезные нотки.       — Да ты… — Минато вырвался из хватки красноволосой и сделал шаг вперед, готовясь сделать рывок, да вот только было уже поздно. Лицо шиноби, попавшего под технику Момошики, исказилось в болезненной гримасе. Его кожа начала покрываться испаринами и скукоживаться от немыслимого по человеческим меркам давления.       Не прошло и пары секунд, как тело бедолаги сжалось до размеров зернышка, которое на удивительной скорости направилось к Ооцуцуки. Последний с удивительной легкостью поймал его вытянутой рукой, однако на его лице отразилось не радость от победы, а презрение и ненависть.       — Какой бесполезный мусор! Я даже десятую часть своих запасов не смогу восстановить от такого плода! — с яростью выдал Полубог. С недовольным лицом бессмертная сущность убрала в подсумок за спиной таблетку, после чего наконец-то обратила внимание на пятерку ниндзя неподалеку. — Ммм, а вы более походите на мой обед. — Ооцуцуки прищурился, а его Бьякуган впился в тела выбранных жертв.       — А не слишком ли это высокомерно для тупого выродка? — как ни странно, первой в себя пришла Ринго. Она оскалилась и, обнажив свои парные клинки Киба, зашагала навстречу к Полубогу. В её глазах заискрились огоньки азарта. — Он точно слабее Канарейки! У меня есть все шансы, чтобы превратить его в кровавый мешок мусора! — эти мысли посетили Амеюри в эту же секунду.       Она чувствовала, что Момошики обладает ужасающими объемами чакры, но в этом и суть — это была чакра, а не другая энергия, которую использовали Высшие Существа и Проклятые, и с которой Ринго понятия не имела, как бороться, но с чакрой все было иначе. С ниндзя Амеюри сражалась всю сознательную жизнь, поэтому была уверена в том, что её шансы на победу совсем немалы.       — Женщина? Ты не знаешь своего места? — глаза Ооцуцуки вспыхнули от негодования. Он вытянул левую руку вперед. Риннеган на ладони опасно засверкал. — Исчезни. Алое Пламя! — сорвалось с уст Момошики в тот миг, когда в его ладони сформировалась алая сфера.       — Вот же скотина! — выругалась про себя Ринго, подметив важное обстоятельство. Сейчас они находились во временном лагере Альянса… в лагере, где большинство ниндзя все еще являлось недееспособными, ибо банально не пришли в себя после телепортации.       Эти шиноби были, мягко говоря, уязвимы для любой атаки, поэтому Амеюри банально не могла отступить, чтобы уйти из зоны поражения техники. Проблема даже заключалась не в морали этого поступка — Ринго вполне могла бросить ненужный балласт, чтобы выжить — а в основании Альянса. Если под удар попадут шиноби других деревень ниндзя, то едва ли каге обрадуются такому раскладу дел.       — Стихия Лавы, Лавовый поток! — слетело с уст Мей, которая опомнилась. Увиденное и вправду поразило её, однако Теруми, почувствовав опасность, пришла в себя и, сложив ручные печати, выдула изо рта поток огня в сторону алой сферы.       — Тц! — раздраженно цокнул Момошики, когда два столкнувшихся ниндзюцу развеялись, вызвав яркую вспышку, энергия от которой устремилась плотным огненным смерчем к небесам. — Видимо, мне придется немного поднапрячься. — мелькнуло в его голове. Конечно, сбор урожая — это обязанность его, как члена клана Ооцуцуки, однако сам факт того, что ему приходится подчиняться Высшим Существам, неприятно давил на сознание Момошики.       — Зеваешь… — за спиной раздался мелодичный женский голос. Амеюри сорвалась с места в тот самый миг, когда заметила, что Теруми начала формировать свою технику. Для опытного мечника Тумана сразу стало понятно, что беспокоиться о технике врага не стоит, поэтому она сразу же начала сокращать дистанцию.       В отличие от большинства элитных шиноби, которые старались всегда быть максимально бдительными — особенно это касалось боя с опасным противником — Момошики, казалось, вообще не думал о том, что кто-то может зайти к нему со спины.       — Ты слишком медленная. — заявил Ооцуцуки, отведя голой рукой лезвие клинков в сторону. Лицо Ринго вытянулось от такого, и это было вовсе не удивительно. Как-никак, ни один здравомыслящий ниндзя не будет касаться лезвий, по которым бегают разряды электричества. Это было не просто рискованно — это было безумие.       — Что? — воскликнула Ринго, когда противник направил на неё правую руку, в которой тоже находился Риннеган. Додзюцу завибрировало, и в следующий миг из него вылетел плотный сгусток фиолетовой молнии. В эти мгновения время будто бы замедлилось для Амеюри.       Она отпустила рукоятки своего оружия и попыталась уйти в сторону, но скорость техники и близкое расстояние не оставили ей шансов. Ниндзюцу райтона пронеслось в опасной близости от её плеча, и, хотя она успела немного повернуть корпус, остаточный разряд задел её по касательной.       — Ааа! — вскрикнула Ринго, когда боль пронзила её руку. Кожа в месте соприкосновения с техникой райтона тут же покрылась страшными ожогами. Онемение пробежало по всему телу, и куноичи, не в силах устоять, упала на колени. — Черт возьми! — выругалась Амеюри, смотря снизу вверх на своего противника. Ооцуцуки не изменился в лице ни от атаки противницы, ни от своей победы за столь короткое столкновение. Во взгляде Полубога читалась надменность, будто бы все происходящее было вполне закономерным и изменить его ничего не могло.       — Ты станешь неплохим Плодом Чакры. — заявил Момошики и вытянул левую ладонь вперед. Его додзюцу засияло, распространяя в пространство импульсы чакры.       — Нет-нет-нет! — пронеслось в мыслях Ринго, которая запаниковала, почувствовав, как невидимая рука схватила её, начав оказывать давление — эта сила увеличивалась с каждым мгновением. Минато и Мей спешили на помощь к соратнику, однако они находились слишком далеко. Им требовалось еще несколько секунд, чтобы добраться до Момошики.       Минато, пусть и имел в своем рукаве технику Летящего Бога Грома, — банально не мог воспользоваться ею. Его чакра частично восстановилась, однако самих меток рядом с Ринго и Полубогом не было. А физическая истощенность блондина от предыдущих схваток уже давно начала сказываться, существенно снижая скорость и силу Четвертого. Это настолько сильно сказывалось, что Мей Теруми смогла обогнать его, устремившись на помощь к своей подчиненной.       — Райкири! — в этот миг, когда Ринго была готова попрощаться со своей жизнью, из тумана появилась фигура с пепельными волосами. Какаши атаковал Полубога мечом из молний, образовавшемся в его руке.       — Раздражаете! — лицо Момошики скривилось от негодования. Несмотря на то, что скорость Хатаке возросла на порядок, этого оказалось недостаточно. Ооцуцуки, словно хищник, уклонился от светящегося лезвия, и в тот же миг, как Какаши пронесся мимо, он нанес мощный удар в живот шиноби.       Сила удара была настолько велика, что Какаши согнулся пополам, его глаза расширились от шока и боли, словно он не мог поверить в то, что произошло. В этот момент казалось, что его внутренности сжались, а дыхание перехватило. Момошики, не проявляя ни капли жалости, схватил Какаши за волосы и с невероятной силой вбил его в землю. Земля под ними треснула, разлетаясь в стороны, как будто сама природа протестовала против такого насилия.       — Какаши! — завопила Амеюри, её голос был полон ужаса и неверия. — Ах, ты… ублюдок! — Ринго зарычала, когда её взгляд упал на капли алой крови, медленно растекающиеся по земле. Её сын, мальчик, которому она дала светлое будущее, не двигался, и в её сердце закралась ужасная мысль: жив ли он или мертв.       Глаза мечницы наполнились жаждой крови, и из её тела вышел ужасающий импульс чакры. Боль от ожогов, оставленных атакой Момошики, ушла на второй план, и Ринго, словно пробуждаясь от долгого сна, с удивительной легкостью преодолела онемение во всем теле. По её коже забегали фиолетовые сгустки молний, и она без промедлений сорвалась вперед, готовая отомстить за своего ребенка.       — Смертное отродье… — презрительно выдал Ооцуцуки, готовясь ринуться навстречу противнице, однако замер в следующий миг. — А? — Полубог удивленно обернулся, чувствуя, как в его бок вонзилось что-то острое.       Трехлезвийный кунай Минато наконец-то долетел до места схватки двух монстров. Четвертый хокаге, не теряя времени, использовал свою коронную технику и оказался рядом с противником. Времени на формирование Расенгана не было, и, учитывая продемонстрированные способности, Намикадзе не был уверен, что стоит использовать ниндзюцу в битве с такой личностью.       Поэтому Четвертый достал еще один трехлезвийный кунай и попытался вспороть бок врага. Лезвие, покрытое чакрой ветра, вошло на несколько сантиметров в плоть бессмертного и продолжило бы свой путь к внутренностям, если бы Момошики не перехватил блондина за кисть.       — Да как вы смеете! — взревел Ооцуцуки от ярости, его глаза сверкали, полные животной злобы. В этот момент его аура разгорелась, и вокруг него зашумели вихри чакры, словно сама реальность реагировала на его гнев.       “Хрусь!” — с громким хрустом рука Минато была сломана — даже укрепление при помощи чакры не спасло. Затем шиноби притянули к себе. Это было сделано лишь для того, чтобы выбить несколько зубов. В глазах Намикадзе все поплыло, а на языке появился неприятный привкус собственной крови.       — Мусор должен знать свое место! — заявил Момошики, бросая тело блондина в летящую на него Ринго. Вопреки ожиданиям Полубога, куноичи даже и не думала останавливаться. Она отбросила тело Четвертого в сторону, продолжив свой путь. — Она ведет себя иначе… — мелькнуло в голове Ооцуцуки, который вначале нахмурился от такого, однако затем он с оскалом отвел удар противницы в сторону.       — Сдохни! — завопила Амеюри, впав в состояние берсерка. Она начала наносить один удар за другим, перестав контролировать себя. Боль от разорванных мышц не могла сравниться с душевной болью. Это существо — неважно, кем оно было, — навредило её ребенку, и внутри Ринго что-то щелкнуло.

***

      — Госпожа Эш, на Альянс напали. — Моргана, не переставая вести обстрел по тварям Бездны, появляющимся из порталов, быстро сообщила о новых изменениях на поле брани.       — А? Вы пропустили к ним кого-то? — брови Тоору сомкнулись. Она оторвалась от одного из мониторов, на котором происходило одно из самых захватывающих сражений — один человек сражался сразу с пятью Валькириями, среди которых была и их Королева. Масштабность этой битвы нарушала рамки здравого смысла, благо происходила она далеко за пределами временного лагеря Альянса ниндзя.       — Это не твари Бездны. — Верховная Жрица сделала паузу, усиливая обстрел по местности на восточном направлении — там слишком много пространственных аномалий открылось разом. — Если не ошибаюсь, это Полубоги. — переведя взгляд вниз, Ледяная Ведьма еще раз оценила обстановку внизу, после чего закончила.       — Вот оно как… — сорвалось с уст Тоору, которая прикрыла глаза, выпуская свое восприятие. К сожалению, у неё не было доступа к устройствам упавшей крепости Мито, из-за чего приходилось использовать свои способности для оценки ситуации. — А это весьма интересно. — губы Проклятой дрогнули, и она ухмыльнулась.       Внизу происходило сразу три битвы. В первой битве участвовал основной лагерь Альянса — основным его назвала Эш, потому что на данный момент времени в нем было больше всего ниндзя. Минато, Амеюри и Мей противостояли Момошики Ооцуцуки — одному из основных членов клана Ооцуцуки. Эта битва была очень непростой для ниндзя, потому что способности Полубога были весьма неприятны для любых пользователей чакры. Момошики был способен поглощать любые техники, в основе которых лежит чакра, а затем отправлять их обратно, увеличивая их мощь в два и более раз.       — Думаю, здесь наша помощь не потребуется. — подметила Эш, став свидетелем момента, когда Ринго впала в бешенство. В целом, кровь Амеюри давала ей большие преимущества над любыми шиноби, и в эти мгновения это могло сыграть ключевую роль, потому что предел красноволосой находился намного выше, чем мог себе вообразить Момошики.       К тому же, у Ринго за спиной была помощь в виде Минато и Мей, а затем еще и Рин с Обито. Пусть последний полностью и не оправился, однако дать последний бой он, так или иначе, сможет.       — Что-то там еще… — восприятие Тоору перекинулось на вторую битву, которая проходила в нескольких километрах от первой. Полем битвы стали руины Амегакуре, которая тоже была перенесена в Междумирье силой Кита.       Вторая битва являлась дуэлью, ведь происходила, по факту, между двумя личностями. Киншики, который не обладал хорошими способностями в отслеживании, случайно наткнулся на руины деревни Скрытого Дождя и решил исследовать их. Какого же было его удивление, когда он встретил там Саске, восставшего из мертвых.       Учиха встретился с Хамурой Ооцуцуки, который передал ему остатки своей силы. Хамура являлся Богом, однако его силы, как силы других Богов, истощились вместе с миром, который они были обязаны хранить и защищать, поэтому, чувствуя приближение смерти, Хамура решил передать свою силу единственному потомку, который достиг необходимого уровня сил.       Безусловно, на эту роль подошла бы и Айка, да вот только последняя уже стала Богиней и превзошла всех своих предков, лишь за некоторым исключением. Киншики был мастером ближнего боя, а Риннеган вкупе с Мангекьё Шаринганом нивелировал отсутствие опыта у молодого Полубога, поэтому сражение было абсолютно равным.       — Учиха и сам способен выжить в этой битве. — сделала вывод Эш, понаблюдав за боем несколько секунд. У Саске была пространственно-временная способность, так что брюнет мог в любое время покинуть поле боя. Так или иначе, если Учиха не совершит грубую ошибку, подставившись под необычное оружие Ооцуцуки, то победа будет у него в кармане. — Хм… — после этого Тоору перевела взор на последнюю битву.       Практически на самом краю барьера собрался еще один лагерь Альянса. Его возглавило два каге — Ооноки и Гаара, которым довелось оказаться вместе после телепортации. Два лидера быстро скоординировали свои действия и, оценив обстановку, образовали временный лагерь, к которому стекались приходящие в себя ниндзя Альянса.       Все было хорошо до тех пор, пока к ним на огонек не заглянул один Полубог. Урашики, пусть и обладал высокомерным нравом, предпочитал не соваться в самое пекло. Данный член клана Ооцуцуки был лучшим разведчиком, так что ему не составило труда обнаружить несколько больших источников чакры, обладатели которых были не такими сильными, как в основном лагере Альянса.       — Неприятно. — подметила Проклятая, прекрасно понимая, что способности Урашики являются весьма неприятными для таких ниндзя, как Гаара и Ооноки, потому что основная сила данных каге заключалась именно в уникальных ниндзюцу.       Песок Гаары обладал удивительной защитой, но ему тяжело было противостоять удивительной скорости Урашики, который легко обошел защиту казекаге и, использовав свою уникальную удочку, извлек из бывшего джинчурики Шукаку всю чакру, тем самым лишив Гаару всяческой возможности к сопротивлению.       Ооноки все еще не был пойман. Используя полет, цучикаге пытался подловить своего врага, чтобы закончить все одним мощным ниндзюцу стихии Пыли, да вот только такое работало только в том случае, если бы его враг был шиноби. Урашики, как и все представители его клана, могли летать, поэтому поймать его в технику Пыли было слишком сложно.       Конечно, это не означало, что шансы на победу у опытного каге отсутствовали, однако для Эш было очевидно одно — с каждой секундой боя Ооноки становится все более и более уязвимым. Он был потрепан предыдущей схваткой, как и все ниндзя Альянса, а восстановившейся чакры не хватит надолго. Урашики, мало того, что находился на пике своей силы, так еще и мог восстанавливать свои запасы энергии при помощи украденных сгустков чакры.       — Сара, отправляйся по координатам, что я отправила. Боюсь, эти каге умрут без тебя. — Тоору относительно быстро приняла решение, обратившись к Аоки по каналу связи.       — Поняла. — послышался быстрый и четкий ответ с другой стороны. Высшее Существо тут же покинула свой пост и отправилась на помощь к ниндзя Альянса.       — Думаю, и мне пора выдвигаться, а то этот идиот подохнет там. — Эш посмотрела на экран, где битва временно приостановилась. Валькирии и Кит переводили свой дух после сотен, если не тысяч, столкновений. — Ты достаточно их вымотал. Теперь можно попытаться их добить. — пронеслось в мыслях Тоору, которая с присущей ей грацией выдвинулась на поле брани.