Глава 273

"Когда Полубог решает оставить позади свои прежние границы, он вступает на путь, где каждое мгновение становится испытанием, а каждая жертва — ступенью к божественному."

      — И что мне делать? — Ооноки скрипел зубами от досады. Он применил свои техники, использовал все имеющиеся в арсенале стратегии, однако этого всего оказалось недостаточно даже для того, чтобы ранить Полубога. На самом деле, в этом и не было чего-то удивительного. Третий цучикаге и вправду являлся невероятным ниндзя с огромным багажом опыта за спиной. Он находился на пике супер теневого уровня, когда находился в форме, да вот только годы брали свое.       Хотя стоит отдать должное Ооноки, пусть его тело и не было на пике, он держался очень достойно. Учитывая тот факт, что Урашики атаковал исподтишка, воспользовавшись элементом неожиданности, и украл чакру Гаары, победа Ооцуцуки, казалось, была лишь вопросом времени.       — Я должна вмешаться. — В укрытии неподалеку, из которого открывался отличный обзор на поле битвы, Микото стиснула зубы. Её нутро требовало вмешаться в это противостояние. Цучикаге уже был на грани — уворачиваться от постоянных атак Урашики было чрезвычайно сложно.       — Нельзя. — На плечо Учиха легла рука, а за спиной послышался другой женский голос. Наоми принудила свою дочку вернуться на место. Микото с явным недовольством уставилась на женщину.       — Ты хочешь, чтобы я просто наблюдала, как эти люди умирают? Быть может, для тебя их жизни ничего не значат, однако они все еще могут пригодиться в предстоящей битве. Черная Рука явно будет недовольна таким решением! — заявила девушка, в глазах которой вспыхнул Мангекьё Шаринган. Необычный узор быстро завращался, а по округе разошлись импульсы силы.       — Дело вовсе не в твоей важности… — На устах Наоми заиграла хитрая улыбка. — Просто сюда приближается кто-то пострашнее этого жалкого Полубога. — Глаза бывшей главы клана Учиха опасно сверкнули, отражая толику безумия.       — Он слишком быстрый! — В этот момент в голове Ооноки мелькнула неприятная мысль. Третий цучикаге сблизился с противником и попытался нанести по нему удар при помощи каменного кулака, мощь которого была проверена в десятках сражений до этого.       “Хруусь!” — Громкий и неприятный хруст раздался в критический момент, когда Ооноки пришлось резко уйти в сторону, чтобы не попасть под крючок Ооцуцуки. Губы Урашики дрогнули, и он моментально сблизился.       — Ублюдок… — прошипел лидер деревни Скрытого Камня, тело которого онемело от резкой и неожиданной боли. Это произошло всего на миг, но этого было вполне достаточно для того, чтобы Полубог выбил из легких каге весь дух ударом под дых, а затем отправил вниз добивающим ударом с ноги. — Кхе-кхе! — Ооноки преодолел расстояние до земли за доли секунд, после чего закашлялся, распластавшись в центре немаленького кратера. Удар о землю был принят спиной каге — самым уязвимым местом, так что Ооноки не мог банально продолжать это сражение.       — Так-так… Что у нас тут? — издевательски протянул Урашики. Его удочка хлестким движением отправила крючок в сторону побежденного ниндзя, а уже через пару секунд в руках Ооцуцуки находился сгусток чакры из тела цучикаге. — Хех, остается собрать урожай, и можно выдвигаться в новое место. — Полубог не смог сдержаться и облизнул свои губы от предвкушения.              Ниндзя, которые находились неподалеку от места сражения своего лидера и Урашики, начали выходить из укрытий. Их руки подрагивали от волнения, однако большинство из них уже осознало ситуацию — бежать было некуда. Будь неподалеку еще один лагерь, бегство имело бы смысл, но шиноби просто не знали о том, есть ли нечто подобное поблизости. Их лагерь только сформировался, а в ближайшей окрестности не было обнаружено лагерей Альянса. Большинство из ниндзя были воинами… воинами, которые бы предпочли умереть в бою, а не при попытке бегства.       — Ого-го! — неожиданно по округе разошелся насмешливый голос, вместе с которым весь побочный лагерь накрыло зловонье. Страшная, подавляющая аура незнакомца заставила многих ниндзя задрожать от ужаса.       — А ты… — лицо Урашики изменилось. Скулы стали четко выражены, а глаза наполнились напряженностью. — Этот парень намного сильнее того старика… — пронеслось в мыслях Ооцуцуки, который не смог с первого взгляда оценить, кто перед ним.       — Склонитесь же перед своим Богом, людишки! Я пришел к вам на помощь. — Джашин широко оскалился, взмахнув своей косой. Кровожадная аура Бога вкупе с его словами заставила многих шиноби ринуться в бегство. Если против Полубога у них были хоть какие-то мизерные шансы на победу, то вот против Бога…       Урашики, однако, не собирался отступать. Его глаза сузились, а губы растянулись в едва заметной ухмылке. Он не привык к тому, чтобы кто-то вмешивался в его планы, тем более кто-то, кто называл себя Богом.       — Ты кто такой, чтобы претендовать на звание Бога? — прошипел Ооцуцуки, его голос звучал как скрежет металла. — Я видел настоящих Богов, а ты… лишь жалкая пародия. — заявил Ооцуцуки, выпуская чакру на свободу. Пространство завибрировало от этого давления.       — Ты говоришь так, будто знаешь, что такое настоящая сила, — произнес он, его голос был спокоен, но в нем чувствовалась угроза. Глаза Бога Крови вспыхнули алым, а на устах проявилась безумная улыбка.       — Сейчас мы проверим, кто из нас, что знает, а кто — нет! — Урашики не стал ждать. Он знал, что в схватке с таким противником промедление смерти подобно. Его тело мгновенно исчезло, оставив после себя лишь легкий след чакры.       В следующий момент он появился позади Джашина. Взмах удочки был произведен быстро и без колебаний. Крюк выстрелил, как из пушки, в спину Бога. Но Джашин даже не повернулся. Он просто взмахнул косой, и пространство вокруг него исказилось.       Урашики ощутил небывалую до сели опасность. Само тело Полубога кричало о том, что не сможет выдержать эту атаку и разорвется на части, если он решит продолжить атаку, проигнорировав удар врага.       — Ёмоцу Хирасака. — Сорвалось с уст Ооцуцуки. За его спиной открылся черный портал, в котором тот скрылся за мгновение до того, как мощный удар Джашина настиг его. — Неплохо, — прошипел он, появляясь в нескольких метрах от Джашина. Он взглянул на свою руку, на которой проявилась глубокая рана. Атака Бога Крови все же достала его. — Но ты еще не видел, на что я способен. — Заявил с блеском в глазах Ооцуцуки. Внутри Полубога поднималась смесь недовольства, потому что он не смог скопировать технику противника, как он любил это делать.       — Тело Хидана долго не выдержит. Желательно закончить побыстрее с этим полудурком. Если поглощу его душу, то смогу полностью восстановиться. — Подметил про себя Джашин.       На самом деле, Кровавому Богу невероятно повезло. Крепость Черной Руки упала из-за поврежденных двигателей, а все её обитатели куда-то попрятались. Проклятые, будто бы, пропали с радаров, так что Джашину оставалось лишь сломать печати, сдерживающие его, чтобы получить свободу. Но даже на такое, казалось бы, простое действие бессмертному пришлось потратить почти все свои силы.       Учитывая тот факт, что его до этого использовали в качестве батарейки, Кровавый Бог находился в весьма ужасном состоянии. Благо, получив свободу, Джашин сразу же наткнулся на нескольких ниндзя, которые совсем не понимали, что происходит. Частично восстановив свои запасы, бессмертный направился к ближайшему более-менее аппетитному противнику, душа которого могла бы стать для него лакомым кусочком.       Урашики взмахнул своей удочкой, после чего из неё вылетело сразу несколько крюков. Игнорируя законы физики, каждый из крюков направился к противнику по необычной траектории.       — Знаешь, ты уже совершил фатальную ошибку… — Джашин не сдержался от безумного оскала при виде этой атаки. — Ты продолжил сражение, когда у тебя есть открытая рана… — В этот момент атака Ооцуцуки настигла Бога Крови, однако то был лишь образ, который растворился, будто бы это был лишь мираж.       — Где? — Сорвалось с губ Полубога, а уже через миг он ощутил присутствие врага за спиной. Урашики обернулся, попытавшись заблокировать удар врага, однако в этот же момент та самая рука, на которой была постепенно закрывающаяся рана, взорвалась, разлетаясь на кровавые ошметки. — АХ ТЫ… — Глаза Ооцуцуки налились кровью от ярости, однако Джашин не дал ему закончить. Мощный удар косой отправил противника вниз. Поднялось облако пыли, которое скрыло обзор для всех свидетелей происходящего.       — Как же раздражает… — Бог Крови поморщился от случившегося. В самый последний момент тело врага само сдвинулось в сторону, не позволив Джашину разрубить Ооцуцуки на две части. — Чертова родословная! — Прошипел он, стискивая покрепче древко своей трехлезвийной косы. Его руки слегка подрагивали, давая понять, что времени осталось не так много.       Клан Ооцуцуки привлек внимание Творца своим уникальным телом. В отличие от других существ в Мироздании, члены клана Ооцуцуки не просто передавали опыт из уст в уста, их гены находились в активном состоянии. Это означает, что каждый член клана Ооцуцуки обладал опытом всей своей родословной. Их тела сами двигались, сами реагировали на опасность, из-за чего Ооцуцуки с течением времени неизбежно стали высокомерными, считая, что тренировки — это бесполезная трата времени.       Почему клан Ооцуцуки решил последовать за Творцом? Они последовали не за самим Творцом, а за своим лидером — Шибаем Ооцуцуки, который заключил весьма интересную сделку. Взамен на сбор энергии в других мирах, Творец рассказал Шибаю о секрете бессмертия и развития силы души. Таким образом, один из самых опасных кланов Мироздания встал на путь собирания плодов энергии в мирах, получив при этом уникальные знания о перерождении и получении генов особей других видов. Речь идет об уникальной печати Кармы.       Шибай был первым, кто смог перешагнуть через предел своей родословной, освоив контроль над своей душой. Он стал одним из Высших Богов, которые подчинялись лично Творцу, а его клан стал опорой для Творца во многих начинаниях.       Урашики, лежащий в кратере, сжал зубы от боли и ярости. Его рука, разорванная взрывом, медленно восстанавливалась, но это не могло успокоить его гнев, ведь вторая рука была отрублена взмахом косы. Он, как и любой из его клана, не привык к тому, чтобы кто-то мог нанести ему такой урон.       Его глаза, обычно наполненные холодным презрением, теперь пылали ненавистью. Конечно, он признавал, что в Мироздании есть существа, способные так или иначе дать ему отпор, однако убить… Кроме Высших Существ на это не были способны другие бессмертные. Джашин оказался не просто сильным противником — он будто бы и вправду находился на уровне Богов.       — Мелкая букашка… Неужели ты думаешь, что можешь победить меня? — прошипел Урашики, поднимаясь на ноги. Его голос был полон презрения, но в нем также звучала нотка сомнения. Он не мог отрицать, что Джашин был сильнее, чем он ожидал, однако это лишь заставляло кровь в жилах Ооцуцуки закипать с новой силой.       Джашин спустился с небес на землю и, остановившись на краю кратера, лишь усмехнулся. Его коса, покрытая кровью, блестела в странном свете окружающего пространства. Он не отвечал на слова Урашики, но его глаза говорили сами за себя — он был уверен в своей победе.       — Он явно слабее Кагуи, однако, если дать ему время поглотить еще больше плодов чакры, то он явно превзойдет её, — пронеслось в голове Кровавого Божества. Даже он не мог отрицать, что у его врага имеется ужасающий потенциал к развитию. — Впрочем, как и все Ооцуцуки, он слишком высокого мнения о себе, чтобы задуматься о развитии. — Стоило Джашину взглянуть в глаза Урашики, как он сразу же отмел мысли о потенциале врага — сейчас они не имели никакого значения.       Урашики выпрямился во весь рост, закрыл глаза и сосредоточился. Его тело начало излучать странную энергию, которая заставила даже Джашина на мгновение задуматься. Вокруг Ооцуцуки образовался вихрь чакры, который с каждым мгновением становился все сильнее. Воздух вокруг него начал дрожать, а земля под ногами трескалась.       — Что он задумал? — прошептал Ооноки, который, несмотря на свои раны, все еще пытался следить за происходящим. Его верный подчиненный Акацучи, использовав одну из земляных техник, вытащил каге из опасной зоны. Сейчас ему оказывали первую помощь два ниндзя-медика, которые оказались поблизости. К сожалению, ранг ирьенина у них был не высокий, поэтому лечение займет на порядок больше времени. — Этот парень и так был опасен, но неужто он сдерживался в бою со мной? — Этот вопрос посетил голову Третьего цучикаге, заставив нахмуриться.       — Он собирается использовать какую-то опасную способность, — подчеркнула Наоми, наблюдая за происходящим с безопасного расстояния. Ее глаза были полны беспокойства. Безусловно, она прекрасно понимала, что по меркам мира ниндзя Урашики находится на самой вершине, если даже не выше на ступень, однако в крайнем случае Учиха планировала вступить в бой с этим Ооцуцуки и выиграть достаточно времени, чтобы её дочка успела покинуть зону битвы.       — Кто бы мог подумать, что мне придется применить ЭТО так рано… — Стиснув зубы, Урашики подумал о том, что весь его потенциал сейчас будет уничтожен, и ему стало до ужаса неприятно от этой мысли, но выбора особо не было. Его противник был на голову сильнее, поэтому он был вынужден пойти на этот отчаянный шаг.       В следующий миг, когда рука Полубога полностью восстановилась, он резким движением вытащил свои глаза. Лица шиноби, заставших эту мерзкую картину, тут же переменились, ведь Урашики не просто лишил себя глаз — он закинул их в рот и начал активно пережевывать.       — Так вот оно что… — Джашин был первым, кто догадался о том, что сейчас произойдет. Он был бы рад вмешаться и предотвратить маленькую катастрофу, однако Урашики специально создал вокруг себя вихрь из чакры. Да, абсолютной защиты назвать это было нельзя, однако этот вихрь явно сможет задержать Бога Крови на пару мгновений, что может сыграть решающую роль.       Поднявшийся вихрь успокоился в тот миг, когда Полубог поднял руку к небу. Его веки медленно раскрылись, открывая вид на его новые глаза — зрачок уменьшился в размерах, а от него шло несколько концентрических кругов. Это был такой же Риннеган, как и у Нагато, да вот только он был не серым, а синим.       — Он поглотил всю собранную чакру, а также сжег весь накопленный в жилах опыт, чтобы выйти на свой пик силы, — Джашин подтвердил свои догадки, наблюдая за качественными и количественными изменениями в чакре Ооцуцуки. — По силе мы сравнялись, однако этому парню потребуется время, чтобы… — В этот момент коса выпала из рук Бога Крови, и он с удивлением опустил взгляд на землю. Пальцы перестали подчиняться бессмертному, отчего его сердце забилось быстрее. — Времени и вправду осталось мало, — подчеркнул Джашин, став на порядок серьезнее.       Бог Крови без промедлений отрезал себе руку, мышцы в которой пришли в негодность, после чего из отрубка появилась новая конечность. Энергии было не так много, но, если Джашин не сможет держать оружие в руке, то ему не удастся нанести решающий удар по врагу. Бог Крови быстрым и четким движением подкинул свою излюбленную косу в воздух кончиками пальцев ног, после чего перехватил оружие правой рукой, принимая защитную стойку.       — Покажи мне, на что ты способен, отброс, — сорвалось с уст Джашина в открытой провокации. Урашики оскалился. Он будто только и ждал этого вызова. Отбросив удочку в сторону, он исчез со своего места. — Нужно разделаться с этим полудурком до того, как у меня кончится энергия, — сделал умозаключение Кровавый Бог. В противном случае, если ему не удастся завалить Урашики и поглотить его душу, он впадет в спячку, отдав контроль над телом Хидану. Честно говоря, при таком развитии событий Джашин был уверен, что его смерть будет неминуемой, ибо никто из присутствовавших поблизости смертных не сможет оказать достойный отпор Ооцуцуки.