Глава 294

"Кровь богов — трофей дерзости смертных, но их воля гаснет под тяжестью вечности."

      — Ты… — Творец перевёл на Наруто взгляд, острый, как лезвие вечности, его голубые глаза, подобные бездонным океанам, искрились холодным любопытством. В руках Проклятого, окружённых вихрем алого пламени, материализовалось оружие — чёрный обсидиановый меч.       Это был Губитель Миров, чей клинок, испещрённый трещинами тьмы, пульсировал, будто сердце самого Ада. Кончик меча, направленный на Творца, дрожал от сдерживаемой мощи, оставляя в воздухе тонкие разломы реальности.       — Феникс, что держит в когтях весь Ад… и Губитель Миров, — губы Творца дрогнули, и его лицо озарила усмешка, полная божественного наслаждения. — Ты и вправду достоин бросить мне вызов.       Наруто стиснул рукоять меча, его мышцы напряглись, а в груди запылал огонь решимости. — Когда моя тень достигнет Альянса, Карин будет в безопасности, — мелькнула мысль, холодная и ясная, как звезда в ночи. Его пылающие Алым Лотосом глаза встретили взгляд Творца, и в этот миг он почувствовал, как само пространство содрогнулось под тяжестью их противостояния.       — Но это не значит, что я прощу твою дерзость! — голос Творца, подобный грому, раскатился по пространству, и он раскинул руки, будто обнимая саму реальность. Пространство вокруг него задрожало, рябь, словно круги на воде, разошлась от его фигуры, растворяя тени и пепел. Защитное поле, сотканное из чистого света, вспыхнуло с ослепительной силой, его края искрили, как звёзды, сжатые в кулаке Всевышнего.       Затем руки Творца взметнулись к небесам, и его аура, подобная солнечной короне, хлынула наружу, искажая воздух и сдавливая само пространство.       — Эта сила… Он вблизи его ауры меняется сами законы окружающего мира! — глаза Наруто вспыхнули, и он сразу же уловил изменения в пространстве… изменения, которые совсем ему не понравились.       Барьер, что формировался вокруг него, был не просто преградой — это была граница божественного домена, где законы мироздания искажались, начиная подчиняться воле Творца.       — Нужно остановить его! — мысль молнией пронзила разум Наруто. Он понял: этот барьер, сотканный из света и воли Творца, станет ловушкой, через которую даже Губитель Миров не пробьётся легко. Его тело окутала алая вспышка, и он рванулся вперёд, подобный комете, чей огненный шлейф разрывал реальность. Пространство визжало под его скоростью, а меч в его руках пылал, оставляя за собой чёрные трещины, что пожирали свет.       Но на пути Проклятого возникли тени — два Всадника Рагнарека, осколки души Творца, воплощённые в кошмарных формах. Лемурис, чья броня из костей и пепла сочилась тьмой, взмахнул мечом. Клинок, сотканный из воплощённой смерти, устремился к Наруто. Губитель Миров встретил его с яростным рёвом, и удар разрубил меч Лемуриса, как бумагу, оставив в воздухе зияющую рану реальности. Само же олицетворение Смерти успело отступить.       — Не пройдет! — новорожденный Феникс тут же заметил и атаку второго Всадника. Морагос, чья пасть извивалась, как клубок змей, выплюнул ядовитую жижу, чёрную, как сама Бездна, но Наруто вскинул руку, и из его ладони вырвался огненный вихрь Феникса, испепеляющий яд в шипящем пламени. — Ещё чуть-чуть! — пульсировала мысль в голове Наруто.       Его сердце забилось быстрее, предчувствуя важный момент. Он был в шаге от Творца, чья фигура возвышалась в центре сияющего барьера. Голубые глаза Всевышнего следили за каждым движением Проклятого с лёгкой скукой, но в их глубине мелькнула искра интереса. Его руки, всё ещё поднятые к небесам, начали сжиматься, и барьер сгустился, его свет стал почти осязаемым, как стена из раскалённого стекла.       Наруто, чей меч пылал ярче, чем когда-либо, нанес колющий удар по своему врагу — сильнейшему и самому опасному, которого только можно было встретить. Еще до столкновения пространство взорвалось, а трещины света и тьмы заплясали вокруг. Воздух завизжал, разрываемый мощью Губителя Миров.       В тот миг, когда Губитель Миров, пылающий чёрным пламенем, был готов вонзиться в барьер Творца, голубые глаза Всевышнего вспыхнули холодным светом, а его губы изогнулись в широкой, почти хищной улыбке. Его аура, подобная солнечной короне, взорвалась ослепительным сиянием, искажая пространство вокруг, будто реальность сминалась под его волей. — Ты слишком прямолинеен, Феникс, — мягкий голос Творца прорезал хаос битвы с сокрушительной силой.       Наруто почувствовал, как невидимая сила, подобная божественному молоту, вонзилась в его живот. Боль, острая, как раскалённое копьё, пронзила каждую клетку, а в следующую секунду приливная волна энергии, сотканная из чистой мощи Творца, отшвырнула его назад. Проклятый рухнул на землю, вспахивая её, словно метеор, и туча пепла взметнулась к небу, окутывая поле боя призрачным маревом. Но Наруто, стиснув зубы, почти сразу вскочил. Его сердце колотилось так яростно, что каждый удар отдавался громом в груди, заглушая боль. — Что это было? — мысль молнией пронзила его разум.       Его восприятие, усиленное силой Феникса, уловило краткий миг атаки Творца. В тот момент, когда Всевышний вскинул руку, в воздухе перед ним сформировался алый шарик, не больше горошины, но пульсирующий энергией, что заставила внутренности Наруто содрогнуться. Эта техника, подобная сжатой звезде, была воплощением разрушительной мощи, способной разорвать само пространство. Её алая поверхность искрила, как раскалённый металл, и Наруто понял: это не просто атака, а проявление божественного контроля Творца над законами мироздания.       — Ты прошёл удивительный путь, мальчик, — голос Творца, спокойный и пронизывающий, эхом отразился в воздухе, словно само мироздание заговорило. Он опустил руки, и его аура, всё ещё сияющая, утихла, позволяя пеплу осесть. Его голубые глаза, бездонные, как космос, проникали сквозь Наруто, будто видели не только его тело, но и нити, связывающие прошлое, настоящее и будущее мира шиноби. — Но зачем ты сражаешься за этот мир? Что движет твоей дерзостью? — мальчик склонил голову на бок, задавая интересующей его вопрос.       Наруто, сжимая рукоять Губителя Миров так, что костяшки побелели, встретил взгляд Творца с холодом. Его голос, хриплый от боли, но твёрдый, как сталь, разрезал тишину: — Я защищаю то, что мне дорого. Не больше, не меньше. — В его словах звучала правда, выкованная годами борьбы, потерь и надежды.       План Мито, его перерождение в Феникса, сила Губителя Миров — всё это было ради одной цели: дать миру шиноби шанс. Но в глубине его сердца горела другая искра — искра, что заставляла его раз за разом подниматься с колен и сражаться… искра, что сияла ярче всех остальных в его памяти.       Творец склонил голову, его глаза сузились, а на губах заиграла коварная улыбка. — Что тебе дорого? Та девчонка, что прячется на вашем жалком корабле? — Его слова будто бы пронзили само сердце Наруто. Зрачки Проклятого сузились, а в груди закололо, будто ледяная игла пронзила лёгкие. Он невольно обернулся, его взгляд, полный тревоги, метнулся к горизонту, где, скрытый пепельным маревом, находился корабль Черной Руки… корабль, на котором была Карин.       Наруто стиснул зубы, его глаза вспыхнули алым огнём Феникса, а Губитель Миров вновь поднялся, дрожа от сдерживаемой мощи. — Ты не тронешь её, — прорычал он с яростью. — Только не её, — добавил он про себя, и образ Карин, её тёплая улыбка, вспыхнул в его сердце.       — Не трону, если… — Творец замолчал, облизнув губы с хищным наслаждением, его взгляд стал ещё острее, будто он препарировал душу Проклятого.       В этот миг, вдалеке, Эш, склонившаяся над бесчувственным Итачи, чья рана была скованна льдом, пыталась привести его в сознание. — Итачи… очнись, пожалуйста… — шептала она, её голос дрожал от отчаяния. Лёд на груди Учихи потрескивал, но его дыхание оставалось слабым, а глаза — закрытыми. — Чёрт… — выругалась Тоору, подняв взгляд на поле боя, где Творец продолжил свою игру.       — Если ты встанешь во главе Бездны, — голос бессмертного прогремел, как приговор мироздания. В его мыслях вспыхнул расчёт: — Миридон пал от руки Эла. Чертов глупец! Если бы он только дождался меня... Но этот мальчишка… его сила Феникса, его Губитель Миров… он восстановит баланс. Управлять Бездной не требует совершенства — лишь воли, а её у него в избытке. — Он ощутил пустоту, оставленную гибелью души Наблюдателей, и увидел в Наруто ключ к новому порядку.       — Во главе Бездны? — Наруто поднял взгляд, полный сомнения и смятения, его Алый Лотос, обычно сияющие надеждой, потемнели от тяжести выбора. Его разум кричал, что это ловушка, но сердце сжималось от страха за Карин.       — Да, Феникс, — Творец раскинул руки, и пространство вокруг задрожало, будто подчиняясь его жесту. — Ты будешь повелевать душами — тысячами, десятками тысяч, миллионами! И твоя любимая… — его голос стал почти ласковым, но глаза сверкнули ядом, — она будет рядом вечно. Время, чувства, перемены — ничто не разлучит вас. — Он рассмеялся, и его смех, подобный раскатам грома, сотряс серый туман. Перспектива власти, бессмертия и любви была слишком заманчивой, слишком тяжёлой, чтобы её отвергнуть.       — Это… — Наруто замер, его взгляд, опустошённый и потерянный, уставился в одну точку. Мысли вихрем кружились в его голове: — Это неправильно… но если я откажусь… если Карин погибнет… — Его сердце сжалось, будто сдавленное тисками. Карин была его последним лучиком, надеждой на светлое будущее. Без неё победа над Творцом, даже если она возможна, потеряет смысл. Жить без неё, даже со всеми силами Феникса, было бы пустотой, которую парень не сможет заполнить ни властью, ни славой, никакими достижениями.       — Не слушай его, Наруто! — крик Эш, резкий и отчаянный, ворвался в этот диалог сильнейших. Девушка вскочила, а её глаза, полные ярости, горели Изумрудным огнем, несмотря на страх. — Творец — мастер лжи! Он управляет судьбами, плетёт сети из слов! Он… — Её голос оборвался.       — Замолчи, — холодно процедил Творец, его голубые глаза вспыхнули, как сверхновые. В тот же миг голубая сфера, сияющая, как сжатая звезда, материализовалась рядом с Эш. Невидимая сила притяжения сжала пространство, и Тоору, не успев вскрикнуть, рухнула в землю с тошнотворным, чавкающим звуком. Пепел взметнулся, а её тело, вдавленное в кратер, замерло, окружённое трещинами.       — Эш! — Наруто развернулся, его голос сорвался от ужаса. Он шагнул вперёд, но невидимая волна, подобная божественной длани, сдавила его, заставив рухнуть на колени. Губитель Миров выпал из его рук, вонзившись в землю, а трещины тьмы, исходящие от клинка, задрожали, будто отражая его смятение. — Опять эта сила… — процедил парень, подняв голову — в метре от него завис алый шарик, источающий страшную силу гравитации.       — У тебя простой выбор. Ты, либо принимаешь мое предложение, либо познаешь боль. У тебя десять секунд на раздумья, а затем… я снесу ей башку. — он шагнул к Тоору, и его рука, окружённая сиянием чистой энергии души, сжатой до предела, заострилась, как лезвие, способное разрубить саму реальность. Он занёс её над головой Эш, и свет, исходящий от его ладони, озарил её бесчувственное тело, будто предвещая конец.       — Я… я… — Наруто застыл на мгновение, пытаясь выдать хоть что-то. В груди все защемило. Перед глазами вихрем пронеслись образы войны: разрушенные деревни, крики павших, лица Кушины, Кита, Экко, Мито — тысячи, десятки тысяч загубленных жизней. Эта битва с самого начала была воплощением хаоса, абсолютом жестокости, где родители теряли детей, а дети — надежду. — Я могу всё это остановить… могу прервать круг смертей… — мысль, тяжёлая, как камень, сдавила его разум. Но тут же другая, острая, как молния, пронзила его: — Но если я соглашусь… все их жертвы, все неупокоенные души… Кушина, Кит, Мито, все, кто погиб за этот мир… их смерти потеряют смысл!       Его сердце похолодело от осознания. Реальность, искажённая волей Творца, сдавливала его сильнее любых оков. Она заставила его склониться, прижимая к земле, как смертного перед богом.       — Я не могу даже подняться… — прошептал он про себя, чувствуя, как его воля трещит под гнётом божественной силы. Алый шарик перед ним пульсировал, каждый его всплеск отдавался болью в костях, напоминая о мощи, что держит его на коленях.       Творец, чья аура, подобная невидимому пламени, лизала пространство, склонил голову, анализируя колебания на лице Наруто. — Если он откажется, Бездна достанется Бел’Вет, — подумал он, его разум холодно взвешивал варианты. — Это замедлит мой план, но она со временем разовьётся до уровня, нужного для контроля. Этот мальчишка — лишь средство, но его воля… она могла бы изменить всё. — Его глаза вспыхнули ярче, как сверхновые, и он объявил: — Три секунды, Феникс.       Наруто сделал тяжёлый вдох, его грудь вздымалась, будто сопротивляясь самому року жизни. Его взгляд, потемневший от боли и сомнений, метнулся к Эш, затем к горизонту, где, скрытая пеплом, находилась Карин. Образ её улыбки, её тёплых глаз, вспыхнул в его сердце, как последний луч света. — Если я соглашусь… Карин выживет… Альянс выживет… — подумал он, и эта мысль, соблазнительная, как яд, почти сломила его.       Сражаться против того, кто может стереть их всех в порошок, казалось безумием. Он был готов склониться, готов принять предложение Творца, чтобы сохранить то немногое, что ещё осталось.       — В таком случае, я… — Наруто заговорил, собираясь принять это предложение, однако в этот момент чудо и вправду случилось.       — Убери от них свои лапы, ублюдок! — яростный рёв, подобный грому, разорвал тишину. Итачи, чья фигура, ещё миг назад казавшаяся сломленной, сорвалась вперёд, как чёрная комета. Его кулак, окружённый вихрем духовной энергии, вспыхнул чёрным доспехом, что пульсировал, будто само сердце Бездны. Рана на его груди, скованная льдом Эш, теперь сочилась тёмной субстанцией, удерживающей жизнь в его теле.       Творец обернулся вполоборота, его голубые глаза, бездонные, как космос, сверкнули холодным любопытством. — Неплохая попытка, — произнёс он, и его невидимый барьер, сотканный из света и воли, вспыхнул перед кулаком Итачи.       Удар Учихи, полный мощи Проклятого, столкнулся с преградой, и пространство взорвалось белыми и чёрными искрами, что разлетелись, как звёзды в разломе реальности.       — А теперь умри, — холодно бросил Творец. Он вскинул палец, и с его кончика сорвался белый луч энергии… луч, чья острота не знала себе равных. Яркая вспышка осветила все поле боя, разрезая тело Итачи пополам с ужасающим треском.       — Не… не… — Изумрудная Луна в глазах Итачи, всё ещё вращающаяся с лихорадочной скоростью, вспыхнула ярче, перетекая в сияющий Лотос. — Я не сдамся! — взревел он, стиснув зубы, и его голос, полный непреклонной воли, сотряс поле боя.       В миг, когда две половины его тела начали падать, из обрубков хлынула чёрная субстанция — духовная энергия, подобная живой тьме. Она извивалась, как змеи, сшивая плоть и кости с тошнотворным хрустом, возвращая Проклятого к жизни.       — А? — Творец склонил голову, его глаза сузились от удивления. — Сопротивляется моей силе… способностью Проклятого? — Его голос, обычно спокойный, дрогнул от редкого замешательства. Он ощутил, как воля Итачи, подпитываемая Лотосом, бросает вызов его божественной мощи, искажая саму реальность.       — Как хорошо, что я раскрыл Куруги, Шинко но Широ, внутри своего тела. — подметил Проклятый, убирая капельки крови с лица. — Это позволило мне временно изменить положение души внутри тела, а также восстановиться даже после смертельной атаки этого монстра. — подчеркнул про себя Учиха, приземляясь на ноги. Его рана, теперь покрытая чёрной коркой, пульсировала, удерживая кровь.       — Хитрый ход, — признал Творец, но его аура, подобная солнечной короне, вспыхнула ярче, и он взмахнул рукой, усиливая барьер с левой стороны, предчувствуя новую угрозу.       — Истинное Вакуумное Превосходство! — прокричал Наруто, который просто не мог не воспользоваться таким шансом. Используя выигранное Итачи время, он вырвался из гравитационного плена, выпустив взрыв духовной энергии, что разрушил алый шарик, сковывавший его.       Проклятый рванулся вперёд, подобный алой комете, чей шлейф огня Феникса испепелял пепел под ногами. Губитель Миров, вновь оказавшийся в его руке, задрожал, окружённый изумрудным вихрем, что взвыл, напитанный Истинным Огнём Феникса. Пламя, зелёное, как сердце звезды, сплеталось с чёрными трещинами тьмы, исходящими от клинка, и каждое его движение разрывало пространство, оставляя зияющие раны в реальности.       — Вот же… — Творец зашипел, подобно дикому животному. Стоило ему лишь мельком глянуть на эту атаку, как он все сразу понял. — Синий. — сорвалось с его губ, и перед ним образовался голубой шарик, который начал притягивать к себе все объекты поблизости. — Нужно… — Творец попытался выиграть чуть-чуть время, чтобы убить Эш, однако Итачи был на шаг впереди.       Учиха ускорился и, подхватив Тоору, быстро вышел из зоны столкновения Наруто и Творца. Он мог позволить себе и такое, потому что способность Творца оказывала на него слишком малое давление из-за действия Проклятой способности.       — Раз так, то я просто сломаю его. — стиснув зубы от досады, Высшее Существо выставило два пальца вперед, начиная концентрировать просто непостижимые объемы энергии в одной точке. — Слияние, фиолетовый! — сорвалось с его уст спустя мгновение. Наруто уже производил взмах своим оружием, собираясь разрубить тело врага на две части.       — Аааа! — закричал парень, все мышцы в теле которого набухли, а каждая частичка души содрогнулась от страшного давления. Фиолетовый луч энергии врезался в изумрудный вихрь с алыми всполохами огня. Земля содрогнулась, а по реальности побежали трещины, открывая несчетное число пространственных аномалий. — Я смогу! — подумал Наруто, и в течение мига закончил взмах Губителем Миров. Фиолетовый луч был отражен, устремившись куда-то космос.       Остаточный импульс энергии устремился к Творцу, поднимая в воздух облако пыли и грязи, тем самым создавая завесу.       — Итачи! — как только легкие смогли набрать чуть-чуть кислорода, Наруто закричал. Учиха посмотрел на Феникса с недоумением, все еще держа на плече Эш. — Уходи… Возьми с собой Эш и беги. — потребовал пепельноволосый, сразу обративший внимание, что Барьер противник спал. Тень Наруто тут же устремилась к Альянсу, стремясь помочь им.       — Но… как же ты? — с явным сомнением протянул Учиха и нахмурился. Пусть он и был ранен, однако его способности помогали ему сопротивляться силе Творца. Оставлять ключевое сражение лишь на одного человека, пусть и сильнейшего, было далеко не самым разумным решением.       — Черт возьми! Разве ты не понимаешь? Этот ублюдок не воспринимал нас всерьез до этого момента! — стиснув зубы, Наруто попытался достучаться до Проклятого. — В лучшем случае, он использовал два или три процента от своей силы! Не знаю, почему именно, но он сдерживается! — объявил пепельноволосый и переместился к своим союзникам. — Моя тень — портал на Девятый Круг Ада. Поспешите. — потребовал парень, заметив, что в пелене дыма и грязи зажглась пара голубых огней.       — Но… — Итачи все еще испытывал сомнения, однако в следующий миг на все поле брани опустила зловещая аура, которая подобно когтистой лапе впивалась в шею, начиная душить с немыслимой силой.       — Браво-браво! — голос Творца стал каким-то иным… более жестким и холодным, а затем послышались хлопки.       — Я пошел. — Учиха более не колебался. Он шмыгнул в тень Наруто, скрываясь с поле брани. С таким Итачи не был готов сражаться, да и его состояние было далеко не лучшим для чего подобного. — Продержись немного, братишка. Я восстановлю силы и вернусь. — мелькнуло в голове парня, который, как только попал в Ад, сразу же начал активный процесс восстановления энергии.       — Впервые с момента создания мной Системы, кто-то смог пустить мне кровь. — Творец вышел из марева пепла, не скрывая своего жестокого оскала. На щеке ребенка красовалась маленькая царапина, из которой капала золотистая кровь.       — Его можно ранить! — Наруто не смог сдержаться и тоже оскалился. Перед ним стояло существо, что возвышалось над всеми бессмертными… существо, что было способно стирать миры, однако вместо страха внутри Наруто заиграло возбуждение. — Я смогу убить его! — эта мысль пронзила все его естество, заставляя разум и душу заработать с новой силой. Тело само приняло атакующую стойку, а Губитель Миров был занесен для удара, готовясь в очередной раз обрушиться на Творца.