Часть II. Канун праздника.

Наступил нарядный, глаженый канун праздника. Повсюду шум, веселье, высокие цены, полагающиеся подарки. И еда, много необходимой еды, которую нужно будет употреблять в течение недели. Дамы уже забегали в предполагаемую Надину квартиру. Спасало то, что она была относительно чистая. — Всё-таки не стали гостей звать, Надь? — Ничего не подозревающая Ирина снимала пальто. — Да-а-а, да… Они… Свернули. — Куда? — В Тюмень. — М-м-м… Неплохой выбор. Но далековато. — Да… Жизнь разбросала! — Так, ну, в принципе всё готово… — Галя старательно доставала контейнеры с салатами. — Останется только по салатникам разложить. — Если их донесут. — Ой, Наташ, ну не надо! Донесут! Куда они денутся. — А блюдо для нарезок они тоже принесут? — Галя ахнула: — Я забыла! Подождите, Коля ещё дома, он принесёт! — Может тут что-нибудь есть? — Наташа многозначительно посмотрела на Надю. — Не надо, не надо смотреть, я сейчас ему позвоню! — Галь, ему ещё… Подарки нести, пакеты большие. — Он на машине… Алло… Ирина, стараясь избегать суматохи, готовила вилки, ложки и ножи. Вошли ребята с необходимой посудой. — Федь, а где торт? — Торт несёт Игорёк. — А где он? — С Гришаней. Занесли противень с «Наполеоном». — Алёшу мы потеряли далеко и надолго. — Так шампанское же на нём было! — И это самое страшное! — Света набирала номер пропавшего брата. — Ромка тоже с ним, да? — Тише, услышит… — Да я ей заранее сказала… — Зачем, Надь? — Чтобы не смущать человека! Мы ей итак про квартиру наврали. Пусть морально приготовится. Света осуждающе осмотрела подругу. На том конце раздалась сдержанная, неторопливая речь. — Где вы? — Выпытывала Света, шагая по прихожей. — В каком кафе? Лёша, вы что пили? — Надя предвкушающе схватилась за подбородок, после чего побежала распространять информацию. — Дюрсо… Не доехало… — Уныло протянул тот. — Главное, чтоб ты доехал! В каком вы кафе? Где-где? Господи, как вас туда занесло!.. Сидите ничего больше не заказывать! На сколько вы наели? — Мы не наели… Мы… Напили… — Ты — свинья! — В расстроенных чувствах Света бросила трубку. — Ну что, как там? — Издалека спрашивала Надя. — Они сидят в каком-то кафе, невесть где! Боже мой… Как их теперь достать… — Поехали, пока не поздно, пока пробок нет! — Предлагала Надя. — Возьмите лучше парней, — Наташа снимала фартук, — Так быстрее будет. — Федя, собирайся, — чуть не плача от отчаяния, света надевала шубу, — Мы идём вытаскивать Алёшу из ресторана. — Ничего, не переживай, всякое бывает. Главное, вовремя спохватились. — Но мы теперь без шампанского… — Велика проблема! По дороге всё купим! Надя, закрой за нами! Заметно освободились вешалки, наступила тишина. Только Галя рылась в каких-то мешках, освобождая посуду. Салатники прибыли целыми. — Надь, можно скатерть поменяю? Какая-то она у тебя. Не праздничная. — Конечно-конечно… Ир, помоги поднять телевизор. Галя быстро совершила приготовительные изменения, после чего телевизор погрузили на место. — Ну как вам? — Красивенько. — Даже светлее стало. — Я тоже считаю, что как-то… Элегантнее смотрится. Только надо за обормотами следить. Чтобы не разлили чего. — Торт, наверное, на балкон? — Конечно, чтоб не прокис. Дай-ка глянуть… — Под салфеткой на верхнем слое располагалась небольшая вмятина в виде следа, — Батюшки родные? Это кто сделал? — Да это наверное… — Надя чуть не сдала своих, — Светин племянник! — У Светы есть племянник? — Удивилась Ира. — М-да… Приехали. Из… Сызрани. — О… Ну, знаете, не так уж и заметно. — Правильно. Темно уже будет, никто не увидит. Бегают по тортам… Ух. Прошло полчаса. На телевизоре «Служебный роман» сменился «Иваном Васильевичем…». На другом канале закончилась «Ирония судьбы». На следующем шёл «Голубой огонёк» за две тысячи шестнадцатый год. — Не звонит никто. — Мялась Надя. — Может позвонить? — Небось за рулём все. Не отвлекай. Надо будет — позвонят. — Может хоть чаю попьём? Я уже есть хочу. — Давайте. Только я фрукты не нарезала… Некуда ещё… — Да ладно, тут… У меня конфеты какие-то. — Давай сюда, всё пойдёт. — Я шоколад брала, хотите? — Давай, Ирусь, всё пойдёт. — Надь, а у тебя домофон работает? — Да вроде работает… — Коля уже приехать должен был. Может, двери не открываются? — А может… — Волнения Гали выплеснулись наружу. — Я ему позвоню… Но Галю опередили. Николай звонил первым. — Коля? Где ты… Что?! Где?! — Она вскочила, — Что же ты не сказал ничего, ну? Не двигайся! — Что там? — Надя впилась в графин. — Коля упал. На нашем крыльце! Не может подняться! Ой, боже мой! Как же ехать?! — Давай я такси вызову… — Ира взялась за телефон, — А оттуда в травмпункт. — И парни уехали! Как я его… Возьму-то! — Не кипишуй, я сейчас скорую вызову… — А если я не успею? — Я спрошу, какая больница дежурная. Если что, ты туда и поедешь. Ирина делала всё, чтобы у неё не тряслись руки. Узнать, к счастью, удалось. — Сейчас мы туда и поедем… — Да ладно, Ирин, ты оставайся… За старшую. — Надя виновато смотрела на неё. — Мальчики скоро прибудут… Там помощь понадобится. — А Коля? Как вы с ним одни? — Ладно, не переживай, Ир, оставайся, как Надя просит. Я лучше парней перехвачу. — Ну… Как скажешь… — Ирина растерянно проводила выдохшуюся Галю. А следом и Надю. А в кафе «Уголок на двоих» тем временем устроились заждавшиеся юноши. — Официант, счёт, пжлста… — Тш-ш-чш-ш-ш… — Раздалось тихое шипение. — Чего, Лёшенька? М, а вот и официант. — Ваш счёт. — М-да, и ваш, голубчик… — Роман недовольно прищурился, грубо растолкал друга: — Алексей. Алексей! — Ау? — Алексей, мы конкретно потратились. — Он заговорил на ухо: — Давай сбежим. — Нет, это плохо… Роман заулыбался официантом. Впиься в плечо Алексея ещё раз: — Алёша, там восемь тысяч. — Восемь? Это много… — Много. Давай ты первый побежишь. — Ой, Рома, я не побегу, я не умею бегать. — Алёша, это твой долг… Если не выполнишь, в нас будет другой… Алёш… Ох… — Рома устало вытер лоб, — долг, то… есть… — Ну… Нет, Рома, ну нет… Не надо… — Алёша! Будь мужчиной! — Роман от души хлопнул его по спине: — Поднимись из закуси! — У вас карта или наличные? — Официант был очень настойчив. — Деньги… Вот, пжалста… — Не хватает. — Что тебе не хватает, ну что тебе не хва…тает? — Тысяча сто. — Холодно сказал официант. — Ух… Тысяча сто ему не хватает… Ну и цены у вас, голубчик! Н-да… Вот вам тысяча, сто. — Спасибо. — Процедили в ответ. — Пжалста. Не обляпайтесь на эту тыща сту! Лексей, какой ужас, доят и доят в своих забегаловках. Не в центре между прочим! — Нарочито громко заявил Роман. — Обдираловка. Алексей, пшли отсюдва… — М! — Чего «ым»? Пшли. — Роман решительно встал, но не удержался. Опёрся на спинку стула: — Нам тут не рады. Нас гонят! Но и мы гордые. Лёша, встань этого дрянного стула! Выдернуть стул из-под внушительного Алексея не удалось. — Ты меня бросил? — Алексей не удостоил ответом. — Всё ясно… Вот твоя подлинная с…су…сущность. — Верно сложить губы оказалось сложной задачей, — Н-да. Прощай, Алексей. Ты — трус! — Алексей был не в состоянии ответить.