Глава 45

      Барнс и Адамс покинули Мадрипур разными путями — да, оставлять Романову и Рамлоу одних было страшновато, но они понимали: те профессионалы, да и ждал их джет в режиме ожидания. Им пора — всё, что нужно, они выяснили.       Рамлоу вскоре решил, что и ему надо уходить. Он воспользовался возможностями, которые появились у него как у Генерала и просто исчез. Без следов. ***       — Агент Романова сможет выбраться самостоятельно, — сложил пальцы домиком Фьюри. – А вот то, что нашли вы, плюс программы в телефонах немцев, дали нам многое. Во-первых, мы смогли узнать, что в руководстве Германии пока довольно много гидровцев, и, соответственно, страну контролирует руководство ГИДРа-Германия. К сожалению. Во-вторых, пока что мы не нашли доказательств, что Хаммер спонсирует ГИДРу. Увы. В-третьих, пусть и косвенные, но у нас есть улики, что ди Эванси связан с ГИДРой.       — Надеюсь, что, когда мы будем потрошить графа, в его компьютерах найдём доказательства связи Хаммера и ГИДРы, — сказал Адамс. — Подозреваю, что если он и спонсирует, это проходит через миллион банковских транзакций и идёт с обезличенных счетов из оффшорных зон. И отчисления на эти счета идут по таким же запутанным путям.       — Верно, — вздохнул Фьюри. — На ЩИТ вышло ФСБ. Они предложили провести совместную операцию по захвату графа.       — О как… — Барнс поднял бровь. — С чего бы вдруг? К тому же они понимают, что потрошить его мы будем без оглядки на разные там конвенции против пыток?       — Да, они знают. Но им тоже нужны ответы на многие вопросы. Так что если граф и помрёт, никаких проблем.       — Отлично, — хищно улыбнулся Рамлоу..       Фьюри почесал лысую макушку.       — Турки. Они начали чистку рядов в лучших традициях востока. В Италии, как и в Германии в руководстве гидровцы. Правда, на Сицилии мафиози начали негласную войну с ними. Теперь вы. Отдохните пока, и для тебя, Барнс, и Страйка будет задание. В Афганистане у нас очень мало агентов, да и связь с ними затруднена. Но один смог сообщить: у них обнаружено оружие, оставшееся от читаури. Причём много, тяжёлое и достаточно энергетических ячеек к нему.       Барнс выругался в голос — в своё время читаури доставили ворох проблем, в том числе и ГИДРе — Пирс зассал, как выразился Барнс, поднять жопу и дать отпор, но банды, которые разжились оставшимся от инопланетян оружием, ГИДРа выкашивала с завидной регулярностью.       — Нехило! Ладно, это не на территории ИГ в Сирии лезть, но приятного тоже мало, и взрыв на МКС смогут наблюдать. А уходить потом будет очень сложно, — буркнул Рамлоу.       — К тому ж наверняка всё это на складах в горах, а ПВО у них точно есть. Так что придётся своим ходом, — сказал Барнс.       — Было бы отлично привлечь русских с их «Цирконом». Но точных координат у нас пока нет. Так что Страйку придётся поработать наводчиками — агент у нас достаточно высоко сидит, мы не можем его использовать в этом качестве, иначе никаких, даже сложно полученных сведений не будет. Русские сказали — уходить к ним. Коридор будет, от вас лишь точные координаты складов с оружием. И ничего более. ***       Тем временем Тиффани-Наташа думала, как бы ей удрать от графа.       Тот её достал. Домой, в вечные нью-йоркские пробки, к Costa Coffee и Starbuck`s, к привычному McDonald's, к любимым магазинам, к нормальному распорядку дня, тренировкам… Да даже к ругани с Бартоном и Старком!       Но сейчас, расслабляясь в сауне, она думала, как выбраться. «М-м-м-м-м… а зачем огород городить? Тут есть салон Таро и эзотерики госпожи Цзиньцзин Шэнь, а у неё очень жёсткие условия для клиентов».       Никаких опозданий, даже на минуту, телефонов, планшетов, любых электронных гаджетов — только по медицинским показаниям, только наличность, никаких телохранителей и сопровождающих, исключения только для слабовидящих, глухих и полностью слепых. И хоть салон располагался в Верхнем городе, камер вокруг не было — госпожу в Мадрипуре боялись, а за пределами Мадрипура её знали как ярую противницу как Ксавье, так и Магнето.       Её не трогали — квартал вокруг был строго нейтральной зоной. Попасть к ней было сложно, очень сложно, Тиффани повезло, очень, и она смогла записаться. Шмотки… хрен с ними, хотя платье от госпожи Фортис было до слёз жалко! А если… Она ухмыльнулась, и вышла из сауны.              — Мне надо поговорить с графом, — обратилась она к горничной, которая принесла ей чайник Цзюнь Шань — «Серебряных игл» — и овсяные печенья с сухофруктами. — Но это не срочно.       — Я передам, — кивнула та.       А Тиффани задумалась, что ей надеть к госпоже Шэнь, чтобы первое впечатление о ней сложилось правильно. Ничего вульгарного — на это её мозгов хватило.       — Та-а-а-а-ак… Джинсы, увы, отпадают. Хоть и хочется. Но нет. Тогда так, — она прикусила палец, — платье. Да. Хорошо, что такое есть. — В гардеробной действительно висело длинное, почти в пол платье-ципао насыщенного фиолетового цвета с золотыми журавлями. Это был абсолютно не стиль грудастой и жопастой Тиффани, но платье ощущалось уютным. — Да. Простая причёска и никаких украшений.       — Мне сказали, что ты хочешь поговорить, моя милая? — Кастор был удивлён, застав Тиффани с ципао в руках. — О чём?       — Я же увлекаюсь Таро. И эзотерикой, — радостно улыбнулась графу она. — А тут, оказывается, есть салон госпожи Шэнь! И пара магазинов, а та-а-а-м такие колоды!!!       Кастора перекосило — он один раз сунулся к этой Шэнь… Последствия разгребал несколько лет и теперь держался от неё подальше.              — Я… Я с ней знаком. Что ж, — его передёрнуло от воспоминаний, — её условия знаешь?       — Разумеется!       — Тогда хорошо. Я выделю машину. Когда ты к ней должна прибыть?       — Сегодня к трём пополудни. Мне безумно повезло! Клиентка в больнице и появилось окно, у меня будет час. Ну и потом пара магазинов Таро, и шерсть, и нитки, и спицы, и-и-и… Много всего! — защебетала она.       — Хорошо. — Граф обнял её и поцеловал. — Пообедаешь потом в городе. У тебя будет телохранитель, но ждать будет в машине.       — Спаси-и-и-и-бо! — Она повисла у него на шее.       — Был бы рад остаться с тобой… — он мысленно раздел её и трахнул, — но, увы, дела. Но вечером… будет тебе приятно.       Когда за ним закрылась дверь, Тиффани заметалась по комнате — душ, причёска, одеться — на всё это нужно время, да и пробки в Мадрипуре как бы не хуже, чем в Нью-Йорке. ***       Джастин-Ньярлатмиган внимательно наблюдал за журналистами, собравшимися на пресс-конференцию. Его пресс-секретарь, Джоэл Бэйли, ещё раз просматривал список тем.       — Так, сэр. Тут собрались журналисты со всех ведущих мировых каналов. Не удивлюсь, если и Тумберг затесалась.       — Её пока не удалось заткнуть? — развернулся Джастин-Ньярлатмиган к Саманте. — Я уже самолично хочу её закопать.       — Увы. Слишком много тех, кому она выгодна. Точнее, её вопли.       — Дерьмо! Ладно, пошли. — Он решительно вышел из-за кулис к журналистам.       — Сэр! Сэр! А что вы скажете? Сэр!       Журналисты налетели, как стая ворон. Со всех сторон на Джастина-Ньярлатмигана обрушился настоящий девятый вал — журналисты орали свои вопросы, перебивали друг друга, лезли микрофонами и камерами в лицо, охрана начала их оттеснять, но они продолжали орать.       — По очереди! — рявкнул Бэйли.       Наступила настороженная тишина. Джастин-Ньярлатмиган не садился, а прислонившись к столу, разглядывал журналистов.       — Во-первых, я объявляю награду, — звучно объявил он. — В четверть миллиарда долларов США за голову или головы того или тех, кто стоит за террористической атакой на мой завод в Дрезшвейге. Тихо! — рявкнул он на моментально взорвавшуюся воплями вопросов толпу журналистов. — Тихо! Иначе никакой конференции. Да, двести пятьдесят миллионов долларов США. Но! Эти деньги будут выплачены исключительно в случае наличия неопровержимых, подтверждённых доказательств, которые будут проверены специалистами Штази, Интерпола и ЦРУ. Я не собираюсь выкидывать такие деньги. Если будут хоть малейшие сомнения в подлинности…       Толпа снова взорвалась криками и воплями на всех языках, пока Бэйли не взял микрофон и не произнёс:       — Чем дольше вы будете нарушать регламент пресс-конференции, тем меньше вопросов сможете задать. — И зал снова мгновенно затих. — Начнём с… — он ткнул пальцем в журналистку в хиджабе, — с вас.       — Рамзия эль-Минхас, Al Jazeera. Сэр, скажите, пожалуйста, что делается для восстановления экосистемы Эльбы?       — Мы перечислили в фонд сохранения дикой природы доходы от остальных НПЗ, выплатим компенсацию в национальный немецкий фонд по сохранению экологии долины Эльбы в размере двух миллиардов долларов и полностью возьмём на себя лечение всех пострадавших при пожаре.       — Дальше, вы, — Бэйли ткнул в высокого азиата.       — Вэй Цзоу, South China Morning Post. Господин Хаммер, как вы прокомментируете то, что произошло в Башне Старка? И внезапные изменения во внешнем виде господина Старка?       — Мне известно то же самое, что и вам, — развёл руками Джастин-Ньярлатмиган. — Мистер Старк пока никак не прокомментировал события, поэтому никакой информации у меня нет.       — Дальше. Вы, — Бэйли ткнул в седого мужчину.       — Аркадий Вишняков, RT Russia Today. Господин Хаммер, скажите, пожалуйста, а не кажется ли вам, что сумма несколько завышена? Четверть миллиарда только за информацию?       — Спасибо. — Джастин-Ньярлатмиган совершенно серьёзно кивнул журналисту. — Не только за неё. Но и за неопровержимые доказательства, что именно этот человек стоит за организацией атаки на мой НПЗ, за точные сведения, за информацию о том, зачем это было организовано. Сумма… Да, я потерял гораздо больше, но я не считаю награду завышенной. Мне нужны виновники. И я готов платить. Я хочу знать, зачем и почему это было организовано.       — Дальше вы, мисс, — Бэйли ткнул в молодую женщину с толстой русой косой, на манер венца закрепленной вокруг головы.       — Зара Чанг, CBS News. Мистер Хаммер, скажите, пожалуйста, почему ваша фирма начала отбор добровольцев с разными проблемами со здоровьем? Насколько я знаю, мистер Старк обошёл вас с протезированием?       — Кх-х-хм… хороший вопрос. Что ж, не раскрывая всех тайн, могу сказать, что, возможно, в этом году Hammer Industries представит нечто радикально новое в области медицины. Поэтому и ищем добровольцев. Больше ничего по поводу этого я не сообщу.       Журналисты зашумели. Что-то новое — это интересно, значит, нужно копать в том направлении. А вдруг нароют что-то?       На Джастина-Ньярлатмигана обрушились ещё вопросы, на которые он отвечал: иногда подробно, иногда коротко. Когда понял, что ещё немного, и он окончательно охрипнет, он встал.       — Конференция закончена. Вы получите пресс-релиз. Всего хорошего.