32. Плохой руководитель

      Сегодняшний день можно отмечать красным в календаре. Я впервые за последний месяц пришла на работу к половине девятого! И от этого так прекрасно себя почувствовала! Мы с Пашей проснулись почти одновременно, неспешно позавтракали, собрались на работу и даже вместе вышли! Правда, недалеко от подстанции все же пришлось разделиться, поэтому муж быстрым шагом поспешил на смену, а я медленно шла позади него и наслаждалась морозным январским воздухом. Лиза была уже на месте, сразу же вручила мне папку с документами на подпись и доложила, что проверка еще не прибыла. Я взглянула на часы и сделала себе мысленную пометку быть готовой к девяти утра. По моим подсчетам, они на подстанции должны быть последний день и мне нужно успеть им еще кое-что досдать. Наказав Лизе ко мне никого не пускать, я со спокойной душой заперлась в кабинете. Кофемашина приветственно пискнула и в чашку полилась густая струйка ароматного кофе. Я с удовольствием опустилась в кресло с чашкой в руке и открыла папку, чтобы вчитаться. Спустя некоторое время, тишину кабинета прервал стук в дверь. Я кинула взгляд на часы и поймав себя на мысли, что это могут быть проверяющие, натянула улыбку пошире и откликнулась: - Да-да?! - правда, вместо проверяющих я увидела помощницу - Лиза, ну я же просила! - Ольга Кирилловна, это важно! - полушепотом ответила Васильева и я, вздохнув, махнула ей рукой, чтобы зашла: - Что такого важного с утра пораньше могло произойти? - Костя пришел! - Лиза все так же продолжала шептать, словно боялась, что ее услышат. В ее глазах плескались испуг и непонимание дальнейших действий. Да я и сама порядком удивилась, даже уточнила на всякий случай, пусть и Костя был только один: - Кулыгин? - Лиза кивнула, испуганно округлила глаза, а мой мозг уже стал просчитывать все возможные причины его внезапного возвращения - Он на работу вернулся или просто так зашел? - Не знаю, он там у входа стоит, у меня аж внутри все перевернулось. Я с ним поздоровалась, а он даже головы не повернул... - торопливо заговорила Лиза - А где конкретно у входа? - только не говорите мне, что... - Там, где Райкин портрет - чёрт... Надо было снять... Хотя, да кто ж решится? Лично у меня рука не поднималась все эти дни и сегодня не поднимется! - Что делать будем? - Ольга Кирилловна, может, вам к нему выйти? Может, Костя хоть с вами поговорит, вы, все-таки, давно дружите, да и Пал Дмитрич еще на подстанции - тут же нашлась Лиза и вот вроде бы решение самое логичное, но... Мне почему-то так страшно стало! Я и так чувствовала себя виноватой, так сверху придавило осознание того, что я за месяц позвонила всего раза два, но Костя трубку не снял и я отказалась от этой затеи, посчитав ее бесполезной. Единственная, кто тут бесполезная, так это я. Как друг уж точно. Паша, по итогу, вчера до него-таки дозвонился, хоть и разговор был недолгим. - Лиз, я... - малодушные слова предательски застряли комом в горле на полпути. Я прикусила губу и беспомощно огляделась в поисках решения, как вдруг,в кабинет сеова постучали и я радостно ухватилась за пришедших: - Войдите! - Ольга Кирилловна, доброе утро! - вот теперь на пороге кабинета появилась проверка. Может, в других обстоятельствах я была бы не так рада видеть эту троицу, но сейчас была готова расцеловать их. Они, сами того не зная, просто спасли меня от мучений! Я понимаю, что встреча с Костей неизбежна, но почему-то хотелось оттянуть ее как можно сильнее! - Доброе утро! Чай, кофе, воды? - я тут же махнула рукой на Лизу, чтобы да ушла и она послушно закрыла дверь с той стороны - От кофе не отказались бы - Винокуров вместе с Анастасией присели прямо напротив меня, а третий, Анатолий, уже выкладывал на стол какие-то отчеты и папки. Я насыпала кофе из баночки, долила воды и нажала на кнопку, привода свою любимую машинку в действие!       Проверяющие пробыли у меня в кабинете от силы минут двадцать. Сообщили, что сегодня в обед они должны завершить проверку, потому что после обеда их ждут в другом месте, поэтому недостающие отчеты и документы я должна буду выслать им к вечеру на почту. Ну, что ж, такой вариант меня вполне устраивает! Винокуров любезно оставил мне этот самый список на бумаге, а сам, прихватив своих подчиненных, удалился осматривать автопарк и все, что с ним связано. Я вздохнула, собрала грязную посуду и отправилась в уборную, чтобы сполоснуть чашки. К моему удивлению, Кулыгина за дверью уже не оказалось. И куда только успел деться? В голове неприятно застучала совесть, что мне следовало выйти, когда Лиза сообщила о его приходе. А я струсила! Вот так малодушно взяла и сбежала, даже и носа не высунув. Вот теперь расплачиваюсь тем, что меня сжирает собственная совесть! Хоть бы он не ушел совсем с подстанции, может, еще удастся его выловить. Но я все же решила вернуться в кабинет, поскольку проверяющие еще в здании, то мне бы не хотелось давать им повод лишний раз усомниться в моей компетентности на должности руководителя. Еще не хватало, чтобы они застали меня болтающейся по коридору без дела! Успокоив свою совесть этими мыслями, я вернулась в кабинет и заново запустила кофемашину, параллельно просматривая список документов, которые мне нужно отправить вечером. В принципе, вполне реально справиться, если меня никто не будет отвлекать по пустякам! Я подцепила чашку, полную ароматного напитка и вдохнула терпкий запах. Все проблемы разом отступили на второй план, едва я почувствовала горьковатый вкус во рту. Я сделала еще один глоток и наконец открыла компьютер, чтобы внести данные из первой папки в электронный документ. Пальцы быстро застучали по клавиатуре под характерный убаюкивающий звук клавиш. Цифры и слова появлялись одни за другими и доселе пустой лист заполнялся достаточно быстро. Я перелистнула папку на следующую страницу и придвинула лист ближе, внимательно вглядываясь в расположение данных и таблиц, чтобы с точностью отобразить их в электронном документе. В дверь тихонько постучали и я, не отрывая головы от бумаг, громко ответила: - Занята! - правда, дверь все равно открылась, это я поняла по тихому скрипу. Хотелось послать пришельца куда подальше, но я вовремя прикусила язык и подняла голову, чтобы убедиться, что передо мной тот, кого точно можно послать, и опешила. - Да я всего на минуту, Оль - Костя ласково мне улыбнулся, перешагнул порог и закрыл дверь. - Костя! - из горла вырвался радостный не то шепот, не то стон. Я тут же подскочила с места, сократила расстояние до минимума и прижалась к другу всем телом. - Я так понимаю, тебя не расспрашивать ни о чем... - Да я не за этим - Костя привычно отмахнулся от своих чувств, отстранился и внимательно на меня посмотрел. - Говори, слушаю - я тоже отошла и ответила ему пристальным взглядом. Осунувшийся, бледный, схуднувший... Но все так же старается улыбаться, пускай одними уголками губ. И правда, держится. Стойкости Кулыгину не занимать, и я буду только искоренне рада, если так оно действительно есть. Сама по поводу этого, к своему сожалению, сказать ничего не могу... Не чувствую... - Поставь меня сегодня на линию сегодня - огорошил просьбой друг - Сегодня? - я удивленно переспросила и подняла на него взгляд. Вот так сразу... Куда я его поставлю-то, расписание уже сформировано! - Ага, я краем уха слышал, что у вас врач слетел, а фельдшер одна не может. Я даже не знаю, но... Мне кажется, я готов - сообщил мне Костя и я удивленно вскинула бровь: - Это кто это у нас не вышел? - почему мне не доложили о том, что у нас врач слетел?! Я подняла палец вверх, безмолвно прося Костю подождать минутку и забрала Лизу по стационарному телефону - Лиза, зайди ко мне, срочно! - Ну так что? - нетерпеливо переспросил Костя и я еще раз на него посмотрела, немного склонив голову на бок. Чувства предательски молчали... - Как сам чувствуешь-то? Готов? - Ну, раз я тут оказался, почему бы не помочь родной подстанции? - Костя лишь пожал плечами в ответ, а я так и не поняла, говорит ли он правду. Очень хотелось надеяться, что Костик действительно в состоянии выходить на линию и отдает себе отчет в том, что делает, потому что он - известная Мать Тереза на подстанции! - Ну ладно, вставлю тебя в расписание, иди переодевайся, только есть одно но... - я слегка запнулась, обдумывая, как правильно преподнести последние новости на подстанции. Кулыгин ведь столько пропустил! - Эта фельдшер не хочет с нашими работать от слова совсем... - Почему? - искренне удивился Костя, а я только фыркнула. Наверное, будь я на месте Золотаревой, тоже бы не жаловала местных врачей, которые подрались с ребятами с их подстанции... - Да у нас тут вообще, междоусобные войны. Наши воюют против новеньких, новенькие - против наших. Детский сад, вторая группа. Я стараюсь их не смешивать в бригады, а то они и так шарахаются друг от друга на подстанции - Ну, ничего, с этим я думаю, справлюсь - ну да, иначе просто и быть не может! Костя у нас со всем справляется, все может! Даже помочь себе не дает! - Ох, привет... - тихо пробормотала Лиза и взглянула на Костю. Он едва заметно улыбнулся, потрепал ее по руке: - Привет, рад видеть. Ладно, я пошел - и был таков. Меня никак не желало покидать странное ощущение. Я перевела задумчивый взгляд на помощницу, она стояла не менее удивленная и сверлила в двери дырку взглядом. - Это что сейчас было...? - первой тягучее молчание нарушила все-таки Лиза. - Кулыгин только что заступил на первую смену после больничного... - пробормотала я. Взгляд упал на календарь, в голове тут же закрутились мысли о том, что время как-то уж слишком беспощадно к нам, несясь с такой огромной скоростью. Казалось бы, воспоминания так свежи, будто все было вчера, а на самом беде, прошел без малого месяц... - Я тогда закрываю ему отпуск? - осторожно поинтересовалась помощница и я рассеянно кивнула, пытаясь вернуть мысли в нужное русло - Кстати, а кто у нас там не вышел? - Так Соловьева! Утром позвонила, сказала, что отравилась. Сказала, что если станет лучше, приедет часам к десяти - Ясно... И ты хочешь сказать, что собиралась отправить Золотареву одну на вызов? - Ольга Кирилловна, а что делать?! Врачей не хватает, больные ждут! Я диспетчеров предупредила, чтобы не давали ей сложных вызовов. Мы ведь так уже делали, помните? Когда Ломагин не вышел, Ушаков один поехал... - Ну да, помню... - если честно, помнила я это смутно. Как раз тогда я активно боролась за подстанцию и кресло заведующей, поэтому все проблема коллектива меня мало интересовали. Мне еще постоянно так плохо было, то кровь из носа, то голова болела, то вообще обмороки, что мне было не до Ломагина и его отсутствия. И как я вообще жила?! Как будто эта гиперчувствительность была не со мной... - Оль Кириллна, я пойду? - Иди, Лиза, иди       Когда за помощницей закрылась дверь, я налила себе стакан воды и отпила, чтобы смочить пересохшее горло. Я опустилась в кресло и откинулась на спинку стула, удовлетворенно кивнув. Все встает на круги своя.       Где-то через час, когда я уже и думать забыла про изменения в расписании, полностью погрузившись в отчеты, на пороге снова материализовалась Васильева: - Ольга Кирилловна, у нас проблема! - По поводу? - да уж, сегодня мне поработать спокойно не дадут! - Жалоба пришла по электронке на Кулыгина, вот - раз уже жалоба на Кулыгина прилетела спустя час, то и вправду все становится на круги своя. Лиза протянула мне планшет, а я покачала головой: - Ой, Лиз, прочитай сама, а то я от вашей писанины скоро ослепну и в штат надо будет добирать еще и офтальмолога - глаза можно сломать об эти жалобы и объяснительные! И так уже зрение ни к черту! Я откинулась на спинку стула, стянула очки с переносицы и стала их протирать, параллельно вслушиваясь в Лизин размеренный голос: - Так... В квартиру вошли без бахил, руки не помыли... - Есть что-то по существу? - я фыркнула на все эти ничтожные жалобы и внимательно посмотрела на помощницу, которая сосредоточенно вглядывалась в написанное: - Мммм... Доктора хамили и грубо обращались с моей тяжелобольной мамой, отказали в госпитализации, утверждая, что дома и стены лечат. Только после того, как я дал пять тысяч рублей доктору, маму, все-таки, увезли в больницу - Пять тысяч? Кулыгин?! Чушь какая-то! - кто угодно, но только не Костя! Я бы скорее поверила, что мой Паша взял деньги. Что за бред тут написан?! - Этот сынок грозится прокуратуру привлечь - тем временем грустно ответила Лиза - Ну да, куда ж мы без нее... Но если делу дадут официальный ход, то ему грозит не только увольнение, но и суд.... - обреченно заключила я. Так ведь и будет, и никто не докажет, что деньги Костя не брал, будь он хоть триста раз чист на руку! Его слово против того, кто эту самую жалобу накатал! К тому же, с учетом наших зарплат, в такой расклад поверят охотнее, чем в то, что он невиновен - Кстати, где сейчас Кулыгин? - На вызове       Я кивнула, отпустила Васильеву восвояси, а сама задумчиво прикусила губу. Оставлять эту ситуацию в подвешенном состоянии не хотелось, поэтому, я решила прояснить все, как было, напрямую у Кости. Звонить не решилась, мало ли, сложный пациент у них там или не услышит вовсе, а вот спуститься в диспетчерскую и связаться через КПК вполне реально и быстро! Решено! Я опустила телефон в карман халата, заперла кабинет на ключ и быстро застучала каблуками в направлении диспетчерской. Света довольно быстро соединила меня с Костей через КПК, который как раз сдавал пациента в больницу, поэтому вкратце мне пояснил, что никаких денег они не брали, а вот сын этой самой женщины - игроман, который не давал отвезти больную мать в больницу. Кошмар! Как только таких людей земля носит?! Противно! Как минимум потому что наших невиновных врачей оклеветали, и если я им поверила, то поверят ли следователь и прокуратура? Вот это был хороший вопрос, поэтому я развернула их бригаду обратно наступление подстанцию. Пока проверяющие здесь, лучше, чтобы у меня на руках в ответ на эту жалобу сразу было три объяснительные от бригады. Мало ли что... Я поблагодарила свету и собиралась было уходить, как голос моего супруга зазвучал из динамиков. Я мгновенно обратилась в слух и нахмурилась, едва услышав, что он отменил вызов. В смысле?! Вот только проблем с итак проблемной бригадой Рыкова мне не хватает до кучи! Куда они опять влезли?! Тем более, когда проверяющие снуют туда-сюда по территории и так и ищут, за что бы зацепиться! Я выскочила на улицу даже без верхней одежды, подгоняемая раздражением с порога окликнула стоявших у машины сотрудников: - Бригада Рыкова! Почему отменили вызов?! - Да так, временный трудности - Паша махнул рукой, скривился, будто съел целый лимон и попытался отодвинуть меня от машины, но мне все равно удалось оценить транспорт, который, к слову, находился в отвратительном состоянии! - Вы что, на такой машине собрались ехать к пациентам? - во мне не на шутку закипела злость, ведь такой подставы от супруга я не ожидала! Знает же, что у меня проверка вот-вот должна закончиться и все эти дни мы работали без нареканий! А тут, что не ситуация - то кошмар какой-то! - А ты чего такая раздетая вышла?! Тоже мне, самая здоровая нашлась! - накинулся на меня Рыков и стянул с себя форменную куртку, чтобы набросить на плечи. Я буркнула что-то близкое к "спасибо", закуталась сильнее, ведь и правда, не май месяц, а всего-лишь февраль и выжидающе посмотрела на сотрудников. - Мы ее сейчас помоем... - виновато пробормотал Коля, вызвав во мне еще бóльшую волну негодования: - Сейчас?! А почему ночью этого не сделали?! - Рыков привычно закатил глаза на все мои нападки, вздохнул и будничным голосом попытался мне пояснить: - Ну, это наши новые коллеги... Смена, видимо, была тяжелая, не успели - Все равно, такую машину категорически запрещено принимать! Это грубое нарушение! - твердо проговорила я, рассматривая то малое пространство рабочего автомобиля, которое было доступно из приоткрытой двери. И ведь знают же свои должностные инструкции, а все равно нарушают. Штрафовать их, что-ли или ну это? - А... - Араш хотел было что-то добавить, но Паша шестом показал ему закрыть рот, а сам подцепил меня под локоть, уводя прочь от машины: - Так, давайте на мойку, я подойду сейчас - когда машина с сотрудниками скрылась за поворотом, я уже немного отошла, заметно смягчившись наедине с супругом. Ссориться больше не хотелось, но докопаться до правды не помешало бы: - Все в порядке? Ты чего? Это из-за новеньких? Паш...! Расскажи! - я потрясла мужа за плечо, попыталась поймать взгляд, который он старательно отводил: - Да не могу! - Почему? - вот это новости! - Да потому что мы на разных сторонах баррикад! Это дома ты - Оля, я - Паша, а здесь ты - начальница, а я - врач. - наконец взорвался раздражительной тирадой Паша. Ах вот, оно, что! Держит дистанцию, которую я сама же и просила держать. Ну да, прав, и не поспоришь ведь... - И вообще, то, что ты меня просишь сделать, знаешь, как называется? - Как? - а вот это уже интересно... Я поинтересовалась о причине отмены вызова и спросила про новеньких, а он тут еще и кобенится! - Стукачество! - выплюнул муж и отвернулся от меня. Я сделала два шага в сторону, снова поймала его взгляд и возмущенно спросила: - Почему сразу стукачество? - Ну, ты женщина умная, ты и подумай - ответил мой Рыков и опять отвернулся, только уже к подъехавшей машине скорой. Из нее бодро выпрыгнул Кулыгин и шутливо поклонился: - Не вели казнить, вели реанимировать, Оль! - я фыркнула, собиралась было улыбнуться, но стиснула зубы, вспомнив, что тут теперь не все наши. Костя собирался было меня привычно поцеловать в щеку, но поймав мой строгий взгляд, быстро сменил курс и набросился с объятиями на мужа. Я тут же стянула с себя куртку Паши, быстро отдала ее ему в руки, отцепив Кулыгина и крикнула выбравшимся из машины сотрудникам бригады: - Быстро ко мне в кабинет! - Мне тоже? - удивленно переспросил водитель и я закатила глаза. Вот бывают ведь такие непонятливые! - Все, я сказала! - и первой зашла в здание. За мной засеменили семидесятники, и только спустя время я заметила, что главного виновника торжества потеряли. Пришлось снова высунуться на холодную улицу и выдернуть этого несносного человека из сладких объятий супруга - КУЛЫГИН! НЕ ЗАСТАВЛЯЙ МЕНЯ ЖДАТЬ! - Иду, Оленька! - отозвался Костя и наконец-то зашел за мной в здание.       Когда все спустя время наконец-то расселись в кабинете, я выдала им заранее распечатанную жалобу, три листа бумаги и три ручки: - Читаем внимательно, берем ручки и пишем ответ - А я-то тут причем?! - вскинулся новенький водитель и я опять закатила глаза который раз за день. Мне уже пора обзавестись глазозакатывательной машинкой для таких случаев! - Мы не на рынке, торговаться не будем. Вместе были на вызове, вместе и отвечаете - Ольга Кирилловна, ребята тут ни при чем - вклинился Костя в своем любимом обращение Матери Терезы - А в жалобе написано, что вы злодеи и крохоборы! - парировала я и ткнула пальчиком в написанное. Для кого печатала-то?! - Но мы не брали ничего! Правда! - воскликнула Золотарева и я ей верю, только вот поверят ли остальные? Пока у нас голые факты и они отнюдь не на пользу: - Правда, это когда кто-то может подтвердить, а пока это сказки на ночь - Соседка может - тут же вспомнил Костя. Найти бы эту соседку, да и то, знаем мы таких. Сначала одно говорит, а потом другое... Объяснительная все равно нужна! - Чего стоим?! Берем ручки и вперед! - А что писать-то? - Люба повертела ручку меж пальцев, удивленно на меня посмотрела. Нет, они это сейчас серьезно, или издеваются?! - Объяснительную! Или вы никогда на семидесятой подстанции никогда не писали? - Как-то не приходилось. У нас начальник был хороший... - пробубнил водитель, но тут же поспешил поправиться - В смысле, он не просил - А если прокуратура? Или из каких-то других инстанций? - Господи, как они там вообще работали в таких условиях?! - Тогда вся ответственность на нас, а начальник ни при чем - ответила Люба и я мысленно поблагодарила Минздрав в лицах всех тех, кто причастен к тому, что я осталась на посту заведующей! И ведь не для себя просила, а для своих ребят! Со мной ничего бы не случилось, потеряй я это место, а вот нашим бы пришлось не сладко в таких условиях. Они-то привыкли доверять и друг другу, и мне; рассказывали о своих проблемах, а я всегда старалась сделать все, что в моих силах, только бы им помочь, отстоять честь и звание врача! - Жесткач... Просто у нас чуть что, Ольга Кирилловна за нас стеной стоит! - озвучил мои мысли Кулыгин - Простите... Просто без объяснительных и правильно заполненных карт вызова это сложно будет сделать - Не тормозим, подглядываем у Кулыгина! У нас не школа, списывать можно - я вздохнула, откинулась на спинку стула и наблюдала за ними с неподдельным интересом. Как они вошкаются, переговариваются, заглядывают через плечо Косте, а он еще по ходу что-то им объясняет. Вроде, неплохие ребята, способные. Ничего, сработаемся!       Они сложили мне листы аккуратной ровной стопкой на край стола и я эту троицу отпустила до следующего вызова отдыхать, а сама открыла неоконченный отчет. Правда, напечатать я успела от силы два слова, потому что меня отвлекла Лиза. Позвонила по стационарному и сказала, что со мной хочет поговорить какой-то Евсеев. Кажется, тот самый, что накатал телегу на бригады Кулыгина. - Соединяй! - я дала отмашку Лизе и спустя время звонок перенаправили - Заведующая пятьдесят восьмой подстанции скорой помощи, Арефьева Ольга Кирилловна - Здравствуйте, Ольга Кирилловна. Меня зовут Евсеев Георгий и я приношу свои извинения бригаде, которая была у моей мамы. Хотел бы отозвать жалобу - Вот как. С чего это вдруг? - Я сильно разнервничался, когда увидел мать в таком плачевном состоянии и себя совсем не контролировал. Сейчас с ней все хорошо, мне врачи в больнице все объяснили, поэтому у меня нет к работе ваших врачей никаких претензий - Это хорошо. А как же прокуратура, которой вы грозились? - И ее тоже не будет, это я в сердцах сказал. Еще раз приношу извинения за доставленные неудобства, всего вам доброго - ничего себе "неудобства"! Да я поседеть уже успела за этот час!       Я повесила трубку, облегченно выдохнула и поспешила в комнату отдыха, чтобы сообщить ребятам радостную новость: - Бригада Кулыгина? Не знаю, что у вас там случилось и как это получилось, но звонил Евсеев, извинялся, обещал отозвать жалобу - А наши объяснительные тоже можно отозвать? - с надеждой спросил водитель. И где таких тормозов берут?! Я выдохнула и постаралась объяснить как можно спокойнее: - Нельзя. Это моя и ваша защита, на случай, если он передумает - А что, на Костю уже кто-то жалобу успел написать? - в наш разговор вклинилась Соловьева, которая, к слову, выглядела даже хорошо для человека, который с утра траванулся. Ладно, черт с ней, пришла и слава Богу! Только вот меня привлекло другое: - На Костю? Вы знакомы? - Да, учились вместе, а теперь, вот, работаем. Одни плюсы от объединения - с энтузиазмом ответила Ника, а я только скривилась и выдавила: - Определенно - Так что, я эту жалобу выбрасываю? - Лиза поймала меня у входа в кабинет и завернула туда вместе со мной и жалобой в руках - Угу - я рассеянно кивнула, устало откинулась на спинку стула и наблюдала за копошением помощницы: - Я когда увидела эту жалобу, подумала, что это из-за того, что вы впервые в жизни наших с семидесятниками поставили. Испугалась, что они прямо на вызове ругаться начали! - Лиза, это все в твоей голове - нафантазировала себе и ходит всем голову забивает! Нормальная из них команда вышла! - Да как это в моей голове?! Я что, не вижу, что происходит на подстанции? Они даже не разговаривают друг с другом! - А вот тут ты не права! Я сейчас была в комнате отдыха, там Кулыгин с новыми фельдшером, водителем, и этой, как ее...- я пощелкала пальцами в попытке вспомнить фамилию этого врача. Не знаю, почему, но мой мозг отказывается ее запоминать! - Соловьевой, кажется, сидят, пьют чай и разговаривают. Костя с Соловьевой вообще вместе учились - А, ну, понятно, у них есть общее прошлое! Им есть о чем поговорить, и вообще, это скорее исключение - протянула Лиза и я скривилась. Об этом можно спорить просто бесконечно! - Всем привет! - в кабинет, как всегда, без стука завалился Паша. Ну сколько я просила! Хорошо, что у меня здесь только Лиза! А если бы семидесятники?! А проверка?! Я недовольно цокнула языком и закатила глаза. Паша удивленно огляделся и нахмурился - Я чего, не вовремя? - Я уже ухожу - нараспев произнесла Лиза, напоследок повернувшись ко мне со знанием дела - И все-таки, Ольга Кирилловна, я права! - Лиза, твоя правота бездоказательна! - я вернула ей ехидную улыбку и проводила взглядом до дверей, как и Паша, который потом заинтересованно посмотрел на меня: - А в чем диспут? - Да вот Лиза считает, что у нас огромные проблемы в коллективе. Что старенькие никак не могут сработаться с новенькими - я фыркнула, расслабленно закинула ногу на ногу, наслаждаясь короткой возможностью побыть с супругом и пообсуждать последние новости. Он поднялся со стула, запустил кофемашину и безразлично пожал плечами: - Лиза права. Кофе будешь? - Да не могу уже, перепила - я отмахнулась, продолжая наблюдать, как густая струйка ароматного напитка наполняет чашку. Красота! Подождите...что? Смысл сказанного мужем доходил до черепушки несколько долгих секунд и превратился в искреннее недоумение, когда наконец достиг цели - В смысле права?! - Ну, в смысле, мы не сработаемся. Я сегодня с утра из-за этого и завелся! - Паша забрал чашку с подставки, отпил кофе и посмотрел на меня с вызовом. Я нахмурилась, села ровнее. Вот это уже интересно...: - Продолжай... - А чего продолжать-то, Оль? Что продолжать? У них все через пень на колоду, понимаешь?! Они инопланетяне какие-то! У них все оборудование разбросано по машине, машину они не моют, кислородные баллоны у них всегда пустые, как и баки у машин! Мы столько времени и сил тратим, чтобы на вызов к больному приехать! В цивилизованном мире принято убирать, этим пофиг все! - гневно выпалил мой муж, закончив тираду красноречивым жестом того, куда он их посылает. Я несколько секунд переваривала услышанное и все никак не могла взять в толк одну вещь: - У меня возникает только один вопрос: почему мне об этом никто не говорит?! - А ты создала такую почву! - Паша сел напротив с чашкой кофе, развел руками в неопределенном жесте и все стало еще более запутанным для моего восприятия: - Я же сказала им, что готова выслушать каждого! - специально ведь устроила собрание, чтобы эти балбесы высказались, успокоились и перестали третировать Васильеву! - Нет, ты сказала, что жалобщиков уволишь и дашь хорошие рекомендации - проговорил с ехидной улыбочкой Рыков. Вот, как, оксзывается, меня поняли мои же сотрудники. Обидно до дрожи, но ничего не поделаешь, рабочие ведь моменты. Иногда возникают недопонимания, которые нужно ликвидировать, иначе наш отлаженный механизм просто перестанет в один день функционировать. - На, пиши - я достала лист бумаги и ручку, протянула разморенному горячим кофе супругу - По собственному? - Паша приоткрыл один глаз, скользнул взглядом по бумаге, потом по мне - Размечтался, одноглазый. Пиши, что не устраивает, какие проблемы с новенькими - Отличный план, Ольга Кирилловна, прийти к новеньким со списком жалоб от стареньких! Это определенно заставит их любить нас еще больше! - саркастично подметил Рыков. Я, конечно, может, и вела себя не очень профессионально, но не настолько же я дура! - Да это не для них, а для меня. Готовлю почву для разговора, спрошу, что они думают по этому поводу. Про презумпцию невиновности слышал что-нибудь? - Паша недоверчиво на меня посмотрел, но опустил на стол чашку и взялся за ручку. Я, воспользовавшись ситуацией, тут же завладела Пашиным кофе и с удовольствием начала смаковать напиток. Не знаю, как это работает и почему, но у Паши всегда все вкуснее! - Мы не в суде, Оль - муж внимательно на меня посмотрел, а я только утвердительно качнула головой: - И слава богу, Паш - Как кофе? - приторно-сладким голосом поинтересовался Рыков. Я хлопнула его ладонью по лбу, придвинула листик ближе и строго сказала: - Пиши! - Паша усмехнулся, покачал головой но вместо жалоб нарисовал сердечко с улыбкой и придвинул лист обратно. Я прыснула и протянула ему чашку обратно - На!       Паша, довольный своей работой, допил кофе в два глотка, чмокнул меня в губы и побежал на вызов, потому что его бригаду уже успели объявить по громкоговорителю, ну, а мне ничего не оставалось, кроме как вернуться к заполнению документов. - Ольга Кирилловна, можно? - спустя время, дверь кабинета приоткрылась и на пороге замаячила наша не очень святая троица из Минздрава - Да, конечно, проходите - я жестом пригласила к себе проверяющих и мгновенно села ровнее - Ну что, рады вам сообщить, что проверка завершена, мы не выявили грубых нарушений, с чем вас и поздравляем. Поставьте свой автограф, пожалуйста - Михаил Сергеевич шутливо рассмеялся, а я только сдержанно улыбнулась. Нервы, натянутые, как струнки, не позволяли расслабиться ни на секунду, поэтому я быстро подписала в положенном месте и отдала документ обратно. - Всего доброго, Ольга Кирилловна. Ждем документы на почте до конца рабочего дня - Винокуров сложил все бумаги в дипломат, сдержанно улыбнулся и протянул мне руку. - Спасибо, вам тоже всего доброго. Документы скоро вышлю - я встала со своего места и пожала протянутую Винокуровым руку       Проверяющие, один за другим вышли за двери кабинета и едва она закрылась, я сползла по креслу вниз и облегченно перевела дух. Миссия выполнена! Не смотря на то, что мне предстояло закончить документы и выслать их проверяющим, уже можно было выдохнуть. Кажется, жизнь действительно потихоньку встает на круги своя...       Я налила себе воды, отпила немного, чтобы смочить горло и открыла оставшиеся документы. Если сейчас впрягусь, то вполне реально закончить часов до семи-восьми и прийти раньше домой! Думаю, Паша обрадуется. Собравшись с духом, я открыла первый неоконченный отчет и приступила к его заполнению. Не знаю, сколько времени я просидела в таком сгорбленном состоянии, но за окном уже было темно, как и в кабинете. Пришлось включить настольную лампу, чтобы в помещении был еще какой-то источник света, помимо яркого экрана. Пролистав страницу вниз, я мысленно возликовала. Еще пара строчек в последнем отчете и Добби будет свободен! Я стала быстро перебирать пальцами по клавиатуре как раз тогда, когда на пороге появился Сан Саныч. Я подняла палец в верх, чтобы помолчал пару секунд пока я допечатаю, а то забуду. Так уже устала от них от всех! Так... Все! Я удовлетворенно кивнула, довольная сама собой, сохранила файл на компьютере и тут же зашла ы свою почту, чтобы отправить все документы и избавиться от этого груза. Спустя несколько секунд, потраченных на загрузку и отправку, письмо полетело в нужный почтовый ящик, а я наконец-то повернулась к нетерпеливо ожидающему меня Сан Санычу и кивнула: - Говори - Вы, конечно, сказали, что уволите любого, кто придет пожаловаться на новеньких, но я так больше не могу! - вот же черт, мои и правда так думают! Сан Саныч неловко помялся, но потом вскинул голову и воскликнул - Этот Петр Иванович - халатный непрофессионал! Ну где это видано, чтобы бригады в любое время дня и ночи заходили в аптечку и САМИ пополнялись без всякого контроля и учета?! - по аптекарю было видно, что он уже длительное время находится на пределе своих возможностей, впрочем, как и мы все. Пока я зарылась в свои бумажки и носу оттуда не показывала, единый и отлаженный механизм без должного ухода стал функционировать с конкретными перебоями. И как только я могла это допустить?! Сама не понимаю! Хоть документации действительно свалилось много, может, я могла бы хотя бы постараться выделить некоторое время на свой самый ценный актив - сотрудников. А я... Ну, в общем, прошляпила абсолютно все, кроме кресла заведующей! Молодец, Оля, так держать! Сделанного, конечно, не воротишь, но можно хотя бы постараться обернуть все вспять и наладить работу и отношения в коллективе сейчас. Надеюсь, не все еще упущено. Я быстро написала Лизе сообщение с просьбой собрать всех новеньких на разговор, потом достала чистый лист бумаги, ручку и положила перед Щербининым: - Пиши! - Сашино лицо тут же вытянулось, он потянулся за листом и дрожащим голосом уточнил: - Уволен по собственному желанию...? - Претензии свои пиши. Вас много, претензии у всех специфические, а я одна. Все не запомню, но упустить ничего не хотелось бы. Как раз сегодня всех новеньких собираю на разговор - все же решила приоткрыть карты, пусть мои ребята знают, что прежняя Ольга Кирилловна вернулась и к ней снова можно обращаться с проблемами и просьбами, особенно, если они напрямую касаются атмосферы в коллективе и его продуктивности. Нет, ругать, штрафовать и тем более увольнять новеньких я ни в коем случае не собираюсь, они, вроде, неплохие ребята, просто еще не адаптировались. Посидим, поговорим, обсудим все правила коллективного сосуществования и разойдемся работать дальше, но уже с полным пониманием обстановки. Я думаю, такой исход устроил бы всех. - Еще лист дайте пожалуйста, этого не хватит - между тем обратился ко мне аптекарь. - Ты этот сначала заполни, потом дам новый! - я только фыркнула, но лист все же дала, а потом набрала помощницу по телефону - Лиза, ты всех новеньких обзвонила? Мгм, так, обзвони оставшихся, потом зайди ко мне и на сегодня можешь быть свободна - Ольга Кирилловна, вот, пожалуйста - спустя время Саша вернул мне оба листа исписанными с двух сторон крупным убористым почерком. Вот ведь дает! - И прошу обратить внимание на пункты пять, семь и двадцать. Я их вам специально подчеркнул, они самые важные! - Поняла, Сан Саныч, обязательно обращу - я усмехнулась, нашла глазами эти самые пункты и пробежалась глазами - Я пойду? - Иди, Сан Саныч - я кивнула ему на прощание и погрузилась в изучение трактатов, как напоследок услышала строгое: - Только обратите внимание, правда, это важно! - Иди уже, Саша! - воскликнула я и проводила его внимательным взглядом до двери. Всю душу мне вытряс! - Ольга Кирилловна, я всех обзвонила, все будут. Что-нибудь еще? - не успела дверь за аптекарем закрыться, как на пороге появилась Васильева - Спасибо, Лиз. Вот тебе лист бумаги, ручка, сядь и напиши мне быстро основные жалобы наших, чтобы я имела представление, о чем с ними разговаривать - конечно, ведь мой благоверный отказался мне сдавать семидесятников, а из предыдущего собрания я помню только жалобу Светы на диспетчера, который слишком громко разговаривает и грызет чипсы. Такое не забывается! И пока Лиза строчила мне все жалобы сотрудников, которые только могла вспомнить, я углубилась в чтение трактата Сан Саныча на другого аптекаря. Если опустить пункты про его систематические опоздания и то, что он на свой вкус переставляет лекарства, всё остальное сводилось к тому, что он не ведет учёность никаких препаратов, кроме наркотиков. И чтобы у проверяющих не было вопросов к подстанции, Сан Саныч лично провел инвентаризацию и посчитал кому, сколько и чего было выдано. Что ж, молодец! Прикрывает наши тылы! - Вот, Ольга Кирилловна, держите - я забрала у Васильевой лист, кивнула и отпустила порядком уставшую за ведь день женщину. Она благодарно мне улыбнулась, пожелала хорошего вечера и поспешила скрыться за дверью, пока я не передумала. А я не передумаю, хватит с нее на сегодня. А вот мне, прежде чем оказаться в теплой постели с супругом, предстоит разговор с новыми сотрудниками... - Добрый вечер, спасибо, что пришли. Кто-то на смене, кто-то уже после, поэтому, постараюсь долго вас не задерживать - я оглядела наполовину заполненный зал, кивнула и показала им жестом, чтобы садились. Большинство смотрели на меня то ли с испугом, то ли с раздражением, но настроены они были не очень доброжелательно. И я сейчас здесь, чтобы это исправить. - На подстанции, или вообще? - решил съязвить Хлынин - Ольга Кирилловна, не обращайте на доктора Хлынина внимание. Он у нас Баба Яга, всегда против всех - я даже не успела ответить на выпад, как вмешалась Золотарева и быстро треснула врача по плечу. Я невольно улыбнулась, наблюдая за ними. Уж чем-то они напомнили мне Райку с Костей... Так, стоп, что-то я отвлеклась... Прокашлявшись, решила не озвучивать все претензии и жалобы, а начать издалека: - За время моего заведования, на подстанции я старалась создать систему "горизонтальной власти", то есть, если в коллективе происходят разногласия, они решаются самостоятельно, не прибегая к руководству - А потом что-то пошло не так и во всем виноваты мы - Хлынин ухмыльнулся, развел руками. Сзади послышались шепот и смешки. Да уж, непросто нам с ними будет, все ершатся... - Да, действительно, что-то пошло не так, и виной всему... Я - я сделала небольшую паузу, обвела глазами аудиторию, по чьим лицам тут же поползли недоумение и даже какое-то неверие. Согласна, от меня это прозвучало крайне неожиданно, но я тоже умею признавать свои ошибки - Дело в том, что в последнее время на меня свалилось много бумажной работы и я хотела доказать Министерству, что хороший руководитель и совершенно забыла о том, что хороший руководитель всегда держит руку на пульсе коллектива. И если этот самый пульс начинает барахлить, то принимать меры. Угадайте, что у меня в руке - я потрясла красной папкой, в которую положила весь перечень жалоб, чтобы ничего не упустить и не запнуться - Жалобы от наших коллег? Кто-то хорошо постарался - фыркнули сотрудники - Если бы я рассматривала жалобы по мере их поступления, то этот список не был бы таким большим, но я все же хотела бы пройтись по нему - открыв папку, я еще рад пробежалась глазами по написанному Лизой. Все в голове не удержишь, тем более, когда нужно озвучивать то, что для тебя и так само собой разумеющееся - Извините, это, конечно, очень трогательно, что вы за нашими спинами собрались со своими сотрудниками и обсудили нас, даже в письменной форме, а теперь хотите штрафовать, увольнять. А вы не хотите нас тоже выслушать? - Валерий даже успел подскочить с места и повернуться к коллегам, но я все же прервала его пламенную речь: - Доктор Хлынин, если бы вы меня не перебивали, то вы бы услышали, что я ни штрафовать, ни увольнять вас не собираюсь - Да?! - по залу прокатилось одно большое удивление. Да уж, неприятно осозновать, что собственные сотрудники, пусть и новые, видят меня злобной мегерой... - Да, я просто хочу понять, что происходит и сделать так, чтобы бытовые проблемы не мешали нам работать друг с другом. Ну что, приступим? - я еще раз обвела глазами коллектив, но все по прежнему молчали - Я так понимаю, молчание - знак согласия. Так, значит, самые частые жалобы: разряженное оборудование - это было первым в Лизином списке - Можно я скажу? - я обратилась в слух, нашла глазами Эвелину и кивнула - Я не знаю, как так получается, но каждый раз, когда мы собираемся поставить оборудование на зарядку, приходят ваши и говорят: сдавайте смену. Мы просто чисто физически не успеваем заряжать - Значит так, у нас на подстанции есть правило: перед тем, как вы приезжаете, заполняете карты, моете машины и так далее, вы ставите все гаджеты на подзарядку. То есть, сначала гаджеты, потом - все остальное. Понятно? - Да, только нам об этом никто не говорил - недовольно пробубнила Эвелина. Понимаю, наши тоже хороши, могли бы и рассказать о негласных правилах подстанции, раз видели, что руководство совсем другими вещами занято! - То же самое с бензином - тут же добавила я, вспомнив про жалобы водителей на пустые баки - Да, но я как ни попрошу время на заправку и мойку, мне все время отказывают! - возмутился Борис, кажется, и я пояснила: - Время мойки и заправки у нас от полуночи до утра. Утром аврал, потому что один водитель передает машину другому, нельзя прекращать работу. Сможете заправляться ночью? - Ну, мы раньше вообще заправлялись, когда придется... Но если у вас такое правило, то это даже удобнее - да уж, с организацией у них на подстанции были явные проблемы... И как они только работали в таком хаосе?! - Вот и отлично! И самый длинный список жалоб, который сводится только к одному: нельзя врачам и фельдшерам разрешать самолично пополнять аптечку. Поймите, все-таки, это сильнодействующие лекарственные препараты! - господин, да кому я объясняю?! Должны же знать! - У нас на подстанции нужно было следить только за учетными препаратами - возразил мне аптекарь и мне оставалось только дивиться бардаку, который у них творился. Интересно, а проверки как проходили? - Это нарушение, Петр Иванович! Отныне придется учитывать все препараты от верапамила до морфина. Так, что еще... Мгм, раньше я не дробила ваши бригады, но поняла, что это пошло во вред. Вы даже имена друг друга до сих пор не выучили! - И все-таки, я попрошу оставить при мне моего фельдшера - опять влез Хлынин. - Доктор Хлынин, такого понятия, как "мой фельдшер" у нас на подстанции не существует - я все же позволила себе легкую улыбку, чтобы завершить собрание - Так, если кто-то хочет что-то сказать, мои двери открыты, милости прошу. Теперь мое внимание полностью обращено на вас и если раньше вы были не в курсе, то теперь все знаете и если такое повторится, то вас ждут дисциплинарные взыскания. Хорошего вечера!       Я первой покинула конференц зал и быстрым шагом добралась до кабинета. Наконец-то, этот день закончился! Теперь я могу одеться и спокойно вернуться домой к супругу. Накинув пальто, я взяла со стола сумку и заперла дверь кабинета. Часы показывали без пятнадцати десять... Оглядевшись, я с удивлением отметила, что иду по совершенно пустому коридору. На первом этаже ситуация была ровно такая же. Каблуки сапог громко отстукивали ритм моих шагов и я замедлилась, вслушиваясь в каждый шорох. Вроде только что был полный зал сотрудников, а тут раз, и я одна. На душе поселилось странное ощущение тревоги, будто грядет что-то очень страшное... Увидев перед собой закрытую диспетчерскую, я нахмурилась. Неужели никого нет...? Толкнув дверь, я увидела одиноко сидящую на столом Свету: - Ты здесь? Я думала, никого нет... - А что случилось, Ольга Кирилловна? - диспетчер подняла на меня серьезный взгляд и я честно пробормотала, зябко проведя ладонями по плечам: - Тишина такая... Аж страшно... - А почему страшно? - удивленно спросила Света, а я только смогла пожать плечами: - Не знаю, ощущение, как будто что-то должно произойти - Так на вызовах все. Все спокойно было, даже телефоны не звонят... Вам бы отдохнуть, Ольга Кирилловна - А что, плохо выгляжу? - я тут же придирчиво посмотрела в застекленную поверхность за диспетчером. Бледновата, конечно, но вроде не критично - Да нет, выглядите вы всегда хорошо, а вот то, что вам тишина подозрительной кажется, это нехороший симптом - со знанием дела ответила женщина и я все же признала, что она, пожалуй, права - Спасибо, Свет... Ладно, хорошей смены желать не буду, плохая примета. Доброй ночи - я махнула на прощание рукой и вышла из помещения, когда в след донеслось: - И вам, Ольга Кирилловна!