41. Маленькая надежда

      После не самого приятного разговора с бригадой Кулыгина, я все же вышла с подстанции и отправилась к ближайшей станции метро. Полупустой поезд довольно быстро доставил меня в нужный район и вот я уже медленно брела по аллее, погруженная в собственные мысли. Кое-где уже начал сходить снег, указывая на скорое приближение весны, но грязь на дорожке придется обходить еще долго, чтобы не запачкать сапоги. Я старательно огибала лужи, где-то даже приходилось перепрыгивать, чтобы не угодить в это вязкое болото, которое так отчетливо меня сейчас напоминало. Я усмехнулась своей же аналогии и сжала пальцы в кармане пальто.       В кабинете психотерапевта было тепло и даже уютно, пахло сандалом и отдаленно кофе, словно его заваривали пару часов назад. Я устроилась в мягком бежевом кресле, нервно крутя шарик на цепочке, подаренный Пашей. Говорить не было не о чем и в то же самое время голова разрывалась от переизбытка событий, которыми хотелось сиюсекундно поделиться. - Ольга - мягко позвала меня врач - Что вы чувствуете сейчас? - Ничего - я только пожала плечами, сказав чистую правду - Попробуйте… просто описать, как будто рассказываете кому-то, кто не был на вашем месте. - я отвела взгляд, задержавшись на выкрашенных в бежевый стенах, облизала слегка подсохшие губы и начала говорить. Тихо, даже хрипло, так, что сама едва узнавала собственный голос: - Понимаете, я будто стеклянная. Как будто все эмоции идут мимо. Я вижу смерть — и ничего. Я вижу живого ребёнка — и тоже ничего. Я могу вспомнить, что я должна чувствовать… но не чувствую. - Это страшно? - осторожно спросила она и я немного задумалась: - Это хуже. Это как будто сидишь за рулём машины, но кто-то отключил тормоза, фары и даже радио. Ты просто едешь вперёд — и даже не знаешь, зачем и куда. - она что-то записала в блокноте. Я увидела, как она сжала губы — сочувствие? Или просто привычка не показать удивление? На самом деле, даже и знать не хочется, я пришла сюда не за тем, чтобы рассматривать врача и оценивать ее реакцию на мои слова. Мне не сколько нужна поддержка, сколько нужно решение. - Когда вы заметили за собой потерю чувствительности? - Здесь, наверное, неправильно будет назвать какой-то определенный день, это происходило постепенно и едва заметно даже для самой меня. Я вообще последний год живу на эмоциональных качелях, как будто это американские горки... - я заправила мешающую прядку за ухо и сцепила руки в замок, чтобы унять проступающую дрожь. - Расскажете, что было год назад? - Мы тогда с мужем только расписались...В тихую, в тайне от всех коллег. Служебный роман, знаете, начальница и подчиненный. Хоть и все были в курсе наших отношений, все свои, друзья, говорить я не захотела. Даже кольцо не носила - я пожала плечами, слегка усмехнулась тем проблемам, которые тогда казались мне настоящей катастрофой. Вот дурная... - Через месяц ехали на свадьбу к коллегам, я тогда за рулем была и разговаривала по телефону по поводу нового торта для молодых. Первый развалился, потому что Пашка на доставке решил сэкономить, а я пообещала ему зарплату поднять. Боже, словно и не со мной это было... Я тогда поворот проехала и решила срезать через две сплошные, потому что мы очень опаздывали. Где были мои мозги тогда? Каждый раз задаюсь этим вопросом и никак не могу найти на него ответа... Дальше, все как в кино - яркий свет фар встречной машины и темнота. Очнулась в больнице, после трех месяцев комы с повышенной чувствительностью. Я даже сначала не поняла, через прикосновения эмоции людей словно перетекали в меня по крови, проникали в голову и распространялись до кончиков пальцев. Потом я стала просто ощущать витающие в комнате эмоции. Как будто это было что-то осязаемое. Сильнее всех чувствовала Пашу, потому что он мне самый близкий, ну, и маму его, потому что родственники по крови. От Паши я очень долго скрывала, потому что он долгое время считал это галлюцинациями и норовил запереть дома на все замки, но я все-таки вырвалась на работу в ноябре, тянуть было некуда. Там нашу подстанцию пытались к рукам прибрать, пришлось отстаивать, но чувствовала я себя, конечно, истощенной. Только представьте, что считываете эмоции всех на подстанции разом! Голову помогала освободить йога, ну, и Паша, когда я ему призналась. А потом... потом застрелили мою сотрудницу прямо на подстанции. Она была женой моего лучшего друга, прекрасным фельдшером, молодой мамой... И никакие охранники, полиция и даже спецназ не смогли остановить человека, который это сделал. Да, он потерял дочь, а жена в критическом состоянии, он в трауре, я его понимаю, но оправдать не могу, потому что он беспочвенно винил врачей и не давал возможности оказать жене медпомощь. Как раз в тот день спустили приказ об объединении двух подстанций, во главе которого встала я и пришлось экстренно выходить на работу буквально на следующий день, чтобы закрыть дыры в расписании и разобраться со свалившимися на меня документами и проверками. Я фактически жила на работе, едва появляясь дома, запрещала себе чувствовать, потому что любая эмоция могла привести к выходу моего организма из строя. - я выдохнула, отпила воды из стакана и замолчала, в ожидании реакции врача, которая пока что задумчиво крутила ручку меж пальцев и смотрела на свои записи, периодически делая там пометки. На душе стало значительно легче, словно упал тяжелый груз, который я долго несла на своих плечах. - Скажите, Ольга, как ваш муж относился к такой загруженности на работе? - Ну, Паша тоже врач скорой, мой подчиненный, он прекрасно понимал мою загруженность, потому что сам загружен не меньше, но часто пытался меня увести домой чуть ли не силой - я слегка улыбнулась, вспомнив Пашкину заботу и визиты в кабинет без предупреждения - И вы - поддавались? - Скорее нет, чем да. Работа с документами требовала моего постоянного присутствия, особенно, когда ее так много, а проверяющие шныряли по подстанции и не давали сотрудникам нормально работать. - Как вы думаете, почему он все-таки ушел? Что вы чувствуете? - что я чувствую... Странная... Ничего! - В записке, которую он оставил на столе, очень четко написал, что взял тайм-аут в отношениях и попросил его не искать. Он так уже пропадал, только не из моей жизни, а из жизни матери, лет на двадцать, пока ее случайно не встретил на работе в лице проверяющей из минздрава. Мне кажется, он просто устал меня ждать и просто ушел, оставив после себя этот чертов листик - Но вам ведь не по двадцать лет - резонно заметила врач и я согласно кивнула: - Вот именно, не двадцать. И даже не тридцать. И не сорок. У нас не так много времени, а я... Видимо, он понял, что я ему "такая" не нужна... - Такая, это какая? Что вы имеете ввиду? - я слегка задумалась в попытке сформулировать то, что во мне сидело слишком долго: - На самом деле, мне кажется, что дело далеко не в работе, с нее и уволиться можно. Моя карьера уже пару раз висела на волоске... - я сглотнула комок боли, который подкатывал к горлу, прикусила губу едва и не до крови - Понимаете, Паша хотел семью, ребенка, своего... А я... Я не могу подарить ему это счастье, понимаете? У меня в прошлом браке была замершая беременность и... Паша не знает, а я просто не хочу проходить через это снова. - Скажите, Ольга, а у вас были проблемы в интимной жизни? - врач сделала еще одну пометку в блокноте и снова подняла на меня пытливый взгляд - В общем, нет, не было. Паша в этом плане всегда был очень активным. Я впервые за много лет поняла, что это такое, когда с любимым мужчиной, всю ночь без остановки, до дрожи в коленках и звезд в глазах. Особенно, после комы очень сказалась моя гиперчувствительность, когда срывало голову до потери пульса. Но последнее время, да, были проблемы, из-за меня, вернее, из-за работы. Близости стало меньше, реже и как-то мне было... Некомфортно, что-ли, даже не знаю... Я просто ничего не чувствовала и это угнетало нас обоих... - Спасибо, что поделились, Ольга, теперь мне очень многое стало ясно... Понимаете, у вас произошло замещение защитных механизмов. Излишняя эмоциональность после комы могла быть обусловлена тем, что ваш организм постоянно нуждался в подпитке, но вы стали принимать события, происходящие в жизни, слишком близко и за этим последовали эмоциональное истощение, апатия, нежелание что-либо делать, отсутствие понимания и так далее. Потом случилось следующее травматичное для вас событие: смерть коллеги, за которую вы чувствовали вину. Понимаете, смерть близкого человека очень трудно пережить и каждый человек с этим справляется по-разному. Ввиду вашей должности и той ответственности, которую вы несете за остальных, ваш мозг посчитал, что эмоции вам будут мешать работать, поэтому он их просто отключил. Это не значит, что их теперь нет, что вы теперь бездушная, ни в коем случае, просто эмоции теперь заблокированы. Вы не можете определить, что вы чувствуете, потому что как только вы пытаетесь это понять, мозг выдает ошибку и блокирует потенциальную угрозу. - я немного задумалась над сказанным. А ведь это действительно похоже на правду! - Хорошо, а как мне вернуть чувствительность? Пусть не повышенную, хоть какую-нибудь, самую малость каких-то ощущений. Я живу, как в вакууме! - отчаянно воскликнула я. Надоело, правда, надоело так жить! - В таком случае, я обычно не назначаю какие-то препараты, мы будем встречаться на сеансах, разговаривать, выполнять некоторые упражнения и задания... - врач стала мне перечислять стандартную процедуру, с которой я знакома не хуже неё самой, но я пришла к ней далеко не за этим: - Да, конечно, но это все безумно долго, а с моей работой, сами понимаете, какой там график... Есть какой-то более быстрый способ, может? - Я не знаю наверняка, такие механизмы до конца не изучены, да и вас я вижу только первый раз, поэтому точно гарантировать ничего не могу - Юлия прикусила губу и задумчиво посмотрела в зашторенное окно, словно решаясь, говорить или нет - Но я же вижу, что у вас появилась какая-то идея... - вкрадчиво поинтересовалась я - Да, но очень ненадежная и я, как профессионал, не стала бы вам это советовать - врач, конечно же, попыталась уклониться от ответа, но я пришла к ней, потому что именно её мне посоветовали, как ту, которая может подобрать нестандартный способ лечения. Кажется, я уже готова на все, только бы вернуть жизнь на круги своя: - Но вы уже начали, да и я сама врач, прекрасно осознаю все риски. Тем более, я пришла к вам именно за чем-то нестандартным - Ну, в общем, если в вашей жизни произойдет еще одно травматическое событие той же силы, что и два предыдущих, то может произойти откат в начальную точку. То есть, в тот момент, когда вы очнулись. То состояние может вернуться. А может, и нет, я не знаю и гарантировать вам не могу. Может произойти все, что угодно, может, чувства заблокируются еще сильнее и тогда... - Да, я поняла, спасибо! - в душе зародилась маленькая, даже крошечная надежда на "чудесное исцеление" ещё каким-нибудь событием. Одной травмой больше, одной меньше... Я уже как-то перестала считать... - Ольга, но, это для этого нужно время, вы же понимаете - я поспешно кивнула и принялась собираться, ведь время сеанса подходило к концу - Конечно, понимаю. Спасибо вам большое, мне правда стало более-менее ясно, что со мной происходит. Как говорится: осведомлён - значит, вооружён! - я впервые за долгое время позволила себе искреннюю улыбку и вышла за пределы кабинета - До свидания!