29. список подозреваемых

      Когда Амору, наконец, выписали из больничного крыла, профессор Стебель провела ее через Общую комнату в спальню, без конца повторяя, что если она почувствует себя плохо, то ее кабинет не так уж далеко. Амора оценила слова пожилой женщины, вежливо улыбнулась и пообещала прийти к ней, если еще что-нибудь случится, но в то же время все, чего ей хотелось, — это просто лечь на удобную кровать.       Все остальные девочки были на первом уроке, поэтому она осталась предоставлена самой себе. Амора села на свою кровать и положила книгу Кэти и сладости Леона на столик рядом с собой. Она ощущала холод — с тех самых пор, как упала в ледяное озеро. Она схватила свой Пуффендуйский джемпер и натянула черно-золотой материал через голову, натянув рукава так, чтобы они прикрывали ладони.       Несмотря на то, что ей разрешили не посещать занятия в этот понедельник, Амора не захотела тратить свой день впустую и вместо этого отправилась в библиотеку. Мадам Пинс, прищурившись, посмотрела на девочку, когда та выбирала несколько книг по Гербологии, надеясь расширить свои знания и, возможно, поразить Невилла на следующем занятии какими-нибудь интересными фактами.       — Бакли, — хмыкнула Пэнси, усаживаясь на соседнее сиденье.       — Привет, Пэнси, — пробормотала Амора, поднимая взгляд от книг, разложенных перед ней. — У тебя утром нет занятий?       — Есть, просто не захотелось идти, — призналась она. — Как ты вообще себя чувствуешь? Они уже выяснили, кто это с тобой сделал? Люди только об этом и говорят… имя Малфоя всплывает все чаще.       Амора слегка нахмурилась:       — Это чепуха, — пробормотала она. — Не знаю, кто это сделал, но точно не Драко.       — Я думаю так же, — фыркнула Пэнси. — Он бы поручил Крэббу и Гойлу сделать за него грязную работу. Кроме того… Он был совершенно разбит, когда узнал, что произошло.       — Правда? — Глаза брюнетки слегка расширились.       — Да, — Девушка из Слизерина больше не говорила насмешливым тоном. — У него случилась паническая атака. Никогда не видела Малфоя таким испуганным.       Сердце Аморы сжалось. Было неприятно осознавать, что Драко был настолько напуган, что у него случилась паническая атака, но в то же время было лестно, что он настолько о ней беспокоился. Но теперь с ним все было нормально. Казалось, с ним все было в порядке, когда он пришел навестить ее прошлой ночью, и она знала, что он определенно вернулся в свою спальню в нормальном состоянии.       — Он пригласил меня на свидание, — выпалила девушка.       Пэнси не выглядела удивленной. А вот Аморе было приятно снять тяжесть с души. Она была настолько взволнована, что даже хотела рассказать об этом своей матери сегодня утром, или мадам Помфри, когда та ее выписывала, и даже профессору Стебель, когда кудрявая женщина провожала ее до общежития.       — Я так понимаю, ты сказала «да?»       — Сказала, — выпалила Амора, прежде чем ее улыбка исчезла, когда она посмотрела на свою новую Слизеринскую подруга. — А разве не должна была?       Пэнси подумала, что это почти мило, что Амора так близко к сердцу принимала ее советы и слова. Девчонка была похожа на потерявшегося щеночка, внимающего каждому слову Пэнси, как будто ее мнение об отношениях и Малфое были абсолютно объективными. Можно было подумать, что Паркинсон была самой умной в школе, судя по тому, как Амора к ней прислушивалась.       — Думаю, ты правильно ответила, — согласилась Пэнси, застав Амору врасплох. — Малфой был в ужасном состоянии. Могу тебя заверить, что он ни о ком в этом чертовом замке не заботится так, как о тебе. Кроме того, если он уж пригласил тебя на свидание, можешь быть уверена, что на этот раз он не шутит. На этот раз все серьезно.       — У него… когда-нибудь раньше была девушка? — Спросила Амора.       Она не думала, что была, но не была в этом уверена. Но еще она не знала, как об этом спросить напрямую.       — Нет, — невозмутимо ответила Пэнси. — Да я и не думала, что когда-то будет. Я почти уверена, что его первым поцелуем была ты. Он убьет меня за то, что я тебе это сказала.       Амора не понимала, почему Пэнси так сильно раздражала Драко. Она всего несколько раз сама общалась со Слизеринкой, но уже считала ее замечательной. Или, может быть, это просто потому, что она говорила все, что Амора хотела услышать. В любом случае, Пэнси была не так плоха, как она раньше думала.       Брюнетка покраснела и убрала прядь волос с лица:       — Никогда бы не подумала, глядя на то, как он расхаживает тут, будто весь мир принадлежит ему, — сказала Амора. — Я боялась, что ты заявишь, что он переспал с половиной девушек из Слизерина или что-то в этом роде.       — Малфой более сдержанный парень. Он терпеть не может, даже когда кто-то садится слишком близко к нему. Если только это не Забини или Нотт, — пожала плечами Пэнси.       Амора думала о словах Пэнси, даже когда тем вечером шла на ужин после того, как весь день просидела в библиотеке, стараясь не высовываться, чтобы не столкнуться с остальными учениками. Она чуть не споткнулась о собственные ноги, ее мозг был слишком поглощен мыслями о Драко, ее парне.        У нее снова закружилась голова. Она заняла свое обычное место за столом Пуффендуя, и легка улыбка исчезла с ее лица, когда Джастин бросил ей в голову то, что, по ее мнению, было сухариком.       Амора нахмурилась, подняла его и швырнула обратно. Джастин тут же издал такой звук, будто она не попала в него маленьким кусочком еды, а со всей силы влепила пощечину.       — Ай, ты в порядке, Амора? — Спросил Джастин. — Мы все слышали, что произошло.       Другие сидящие за столом сомтрели на нее, заставляя нервно улыбаться. Она не привыкла к такому вниманию. Помимо того, что Амора дружила с Гарри Поттером, она старалась держаться в тени. У нее никогда не было особых причин для того, чтобы стать предметом обсуждения в школе. Все болтали о ее брате, о ее маме и, конечно, о ее друзья, но никогда о ней самой.       — Я в порядке, — кивнула она. — Спасибо, что спросили.       — Это правда, что это сделал Малфой? — Поинтересовалась Сьюзен, сморщив нос и оглянувшись через плечо на Слизеринский стол, за которым рядами сидели студенты в мантиях цвета лесной зелени, занимаясь своими делами.       — Нет! — Возмущенно воскликнула Амора, схватила тарелку и налила в нее суп.       — Откуда ты знаешь? — Спросил Эрни. — Люди говорят, что ты не помнишь, кто это сделал.       — Я просто не думаю, что это был он, ясно? — Амора вздохнула, закатывая глаза.       Захария усмехнулся:       — Какие веские доводы, — саркастически заметил он. — Готов поспорить на все свои галеоны, что это сделал кто-то из Слизерина.       — Может быть, из Дурмстранга или Шармбатона! — Ахнул Джастин, как будто они просто играли в какую-то игру «Угадай, кто».       — Зачем им это делать? — Возразила Ханна.       — Чтобы сбить Седрика с толку! Чтобы победить!       — Или, может быть, Гриффиндорец — разозлились из-за того, что Пуффендуй наконец-то что-то выиграет, — предположил Эрни.       Ничто из того, что они говорили, не помогало справиться с легкой паранойей, которая преследовала ее весь день. Лицо Аморы исказилось, когда она почувствовала, как отвращение разливается по ее венам. Она не могла поверить, что они говорят о ней так, как будто ее там вообще не было или как будто она не перестала дышать и чуть не умерла.       Может быть, даже если бы она все-таки умерла, они все равно говорили бы об этом в таком тоне. Как будто это была какая-то игра с подсказками.       — Может, вы все заткнетесь? — Огрызнулась Амора. — По-моему, вы даже не понимаете, насколько жалко и по-идиотски сейчас звучите!       Все ее соседи по факультету удивленно подняли брови, осторожно отстраняясь от девочки-подростка, которая сжимала ложку сильно сильно. Кто-то что-то пробормотал себе под нос, но Амора не расслышала. Она была даже рада, что не услышала, иначе, скорее всего, откусила бы им головы. У нее больше не было настроения. В глубине души ей хотелось просто забрать свою тарелку с собой в комнату.       К счастью, Кэти и Леон присоединились к ней примерно через минуту. Леон протянул руку и небрежно положил ее на плечо Аморы, сжал, а затем отпустил. Девушка уловила знакомый аромат его одеколона и запах чистой школьной формы, похожий на детскую присыпку или что-то в этом роде. Это успокоило ее, и она слегка улыбнулась ему.       — Все в порядке, Амора? — Спросил он, протягивая руку к середине длинного стола и беря кувшин с тыквенным соком.       — Не спрашивай ее об этом, — фыркнул Захария, закатывая глаза. — Голову тебе за это отгрызет, приятель.       Слова парня с русыми волосами вывели Амору из себя. Она слишком резко отбросила ложку, и Леон подпрыгнул от звона. Он хмуро переводил взгляд с Аморы на захарию, когда брюнетка поднялась на ноги, глядя сверху вниз на Пуффендуйца, с которым Леон тоже часто конфликтовал. Он был довольно циничным, предпочитая держаться одиночкой, в отличие от остальных парней из Пуффендуя, которые всегда держались друг друга.       — Еще бы, черт возьми, отгрызу, — выплюнула она в ответ. — Но не его — твою, бесполезный придурок.       Леон подавился тыквенным соком, и Кэти тут же стала шлепать его по спине, широко раскрытыми глазами наблюдая, как Амора отошла от скамейки. Ханна окликнула ее по имени, но брюнетка уже выбежала из зала в фойе.       — Амора! — Гермиона невинно улыбнулась, когда девушка промчалась мимо Золотой Троицы, которая направлялась в Большой зал, но та не обратила на них внимания, стараясь как можно быстрее добраться до общежития Пуффендуя.       — Амора? — Обеспокоенно позвал Гарри. — Амора!       Брюнетка почувствовала, как кто-то схватил ее за руку, и повернулась лицом к Гарри. Гермиона и Рон ушли, оставив ее наедине с обеспокоенным зеленоглазым парнем. Он осторожно посмотрел на нее и отступил на шаг, его рука соскользнула с ее запястья, когда он оглядел ее с головы до ног, словно пытаясь понять причину такой ярости на ее лице.       — Ты в порядке? — Спросил он.       — Буду в порядке, — Амора не смогла скрыть горечи в голосе и тяжело вздохнула. — Просто хочу побыть одна сейчас, ладно?       — Что случилось? — Настаивал Гарри, хватая ее за руку. — Кто-то что-то сказал?       — Да ради Мерлина, Гарри! — Воскликнула Амора, вырывая свою руку из его слабой хватки. — Я же сказала, что хочу побыть одна! Какую часть этого ты не понял?       Гарри, казалось, был застигнут врасплох, даже обижен, и отступил на шаг. Он наблюдал, как Амора вздохнула, и на секунду показалось, что она хотела извиниться, но ее глаза наполнились слезами, и она побежала в ту сторону, где находилось желтое общежитие. Онн был ошеломлен, развернувшись и направившись в холл вслед за Роном и Гермионой.       Драко Малфой стоял у дверей, прислонившись к стене, скрестив руки на груди, со злобной ухмылкой на лице и сверкающими зелеными глазами. Гарри посмотрел, как Драко оттолкнулся от стены, засунул руки в караны своей зеленой мантии и слегка пожал плечами.       — Что же это сейчас было? — Поддразнил он.       Гарри ничего не ответил, лишь резко толкнул Драко плечом и быстрым шагом направился к Большому залу. Но, обернувшись, он увидел, что Драко не ухмыляется ему вслед, как он ожидал, — его уже и след простыл.

***

      — Амора?       Она отвернулась от стены с бочками, собираясь коснуться палочкой нужной в привычном ритме, но сердце тут же заколотилось при виде Драко. Он выглядел обеспокоенным, нахмурив брови, когда двинулся вперед. Амора встретила его на полпути по коридору, он схватил ее за подбородок и приподнял лицо, чтобы встретиться взглядом. Ее рука слабо сжала его запястье. Его прикосновение было ледяным и в то же время обжигающим.       — Что случилось? — Требовательно спросил он.       — Они все вывели меня из себя, — призналась Амора. — Болтают там, что это ты напал на меня.       — Они ни хрена не понимают, о чем говорят, — огрызнулся Драко, его большая ладонь скользнула вниз по ее подбородку к шее. — Но ты же знаешь, я бы никогда так не поступил.       Девушка почувствовала, как холодный металл его кольца прижался к ее коже, когда он осторожно провел пальцами по ее щеке, мягко прижимая ее к стене. Но в его поцелуе не было ничего грубого или требовательного. Его губы были теплыми и удивительно нежными. Казалось, он пытался вложить в этот поцелуй все слова, которые хотел произнести, но так и не смог. Амора лишь надеялась, что однажды он все-таки научится говорить с ней по-настоящему.       Его дыхание овеяло ее лицо, когда они отстранились. Рука Аморы погладила его мантию, и она потянула его за рукав, притягивая парня ближе, так что она оказалась еще теснее прижатой к стене, а его пьянящий аромат наполнил ее легкие. Это успокаивало ее совсем не так, как запах Леона. Теперь она чувствовала себя в безопасности, словно никто из ее друзей по Пуффендую не мог причинить ей боль. Не тогда, когда Драко был так близко.       Ее пугало то, как быстро и сильно она влюбилась в человека, которого всего несколько месяцев назад клялась ненавидеть.       — Пэнси сказала мне, что многие так считают и говорят, — сказала Амора, наблюдая, как посуровело лицо Драко. — Это правда?       — Так и есть, — фыркнул Драко, проводя пальцами по ее волосам, которые рассыпались перед лицом Аморы, заправляя их ей за ухо и поглаживая. — Святоша Поттер и твой дружок Холлоуэй обсуждали это вчера. Забини сказал мне, что они говорили Долгопупсу и всем остальным, что, вероятно, это был я.       Амора поймала себя на том, что хмурится. Она специально сказала им двоим, что знает, что это не Драко, что у нее не только есть предчувствие, но она уверена в этом, а они все равно распространяли ложные предположения. Драко разгладил пальцами морщинку на ее лбу, а другой рукой провел по волосам, отвлекая ее внимание от собственных мыслей.       — Прости, — выпалила Амора. — Я говорила им, что это был не ты, но они не послушали.       — Это не имеет значения, — проворчал Драко. — Ты же знаешь, что это был не я, а никакие другие мнения не имеют значения. До тех пор, пока этот слух не дойдет до Дамблдора и моему отцу не придется вмешаться.       Амора содрогнулась от этой мысли. Люциус Малфой был довольно устрашающим.       Они услышали, как из-за угла донесся смех, и Амора отпрянула от руки Драко. Он наклонился и поцеловал ее в лоб.       — Приятных снов, — сказал он, еще раз оглянувшись через плечо, и направился по коридору, натягивая капюшон на голову, чтобы скрыть свои платиновые волосы от второкурсниц Пуффендуя, возвращающихся в общую комнату.       — Привет, Амора, — мило поприветствовали они ее.       — Привет, девочки, — рассеянно ответила Амора, выдавив из себя легкую улыбку, наблюдая, как фигура Драко, наконец, исчезает за углом.       К такому Драко она опреденно могла привыкнуть.

***

      Прошла неделя с тех пор, как Амора набросилась на Захарию перед Пуффендуйцами, но из-за этого распространился слух, что Драко невиновен. На публике они вели себя так, как будто ничего не значили друг для друга, иногда обменивались короткими кивками и говорили только о работе на уроке Защиты от темных искусств, однако, как только темное звездное покрывало опускалось на Хогвартс, они бродили по коридорам, прячась в тени и целуясь на вершине Астрономическое башни.       Удивительно, как никто их до сих пор не заметил. Кэти была так поглощена Леоном, что едва заметила, как Амора прокрадывалась в спальню или выходила из нее. Большинство ее друзей больше беспокоились о том, чтобы найти того, кто на нее напал. Амора тоже была обеспокоена этим, но с течением времени беспокойство все больше отодвигалось на задний план.       Люди перестали так много болтать об этом. На самом деле это никого больше не волновало. Были более важные темы для обсуждения, например, тот факт, что тело Барти Крауча было найдено в Запретном Лесу. Амора вздрогнула, когда узнала об этом, особенно после того, как выяснилось, что Гарри, Рон и Гермиона наткнулись на него во время прогулки с Хагридом.       Вот почему она была так удивлена. услышав, как кто-то прошипел ее имя, пока она сидела в библиотеке, занимаясь своими делами. Она услышала девчачий шепот, когда встала из-за стола, подошла к одной из книжных полок и прижалась к ней ухом, чтобы подслушать, что говорят о ней студентки.       — Тшш! — Услышала она знакомое шипение. — Тебя могут услышать.       — Прости, Джинни, но мне нужно, чтобы ты пообещала мне. Ты должна поклясться, что не делала этого.       — Не делала! — Воскликнула Джинни, заставив Амору нахмуриться. — С чего мне причинять боль Аморе?       — Потому что завидуешь ей, — прошептала в ответ другая девушка. — Пару недель назад ты сказала мне, что ненавидишь ее за то, что она целовалась с Гарри под омелой, и ты считаешь, что он в нее влюблен!       — Не могу поверить, что ты обвиняешь меня в том, что я причинила ей боль, — ответила Джинни. — Я совсем не это имела в виду, когда говорила, что ненавижу ее! Я была зла и расстроена…       — Ладно, ладно, — оборвала ее другая девушка. — Я просто испугалась, что это правда могла быть ты.       — Подслушиваете, мисс Бакли?       Амора подпрыгнула, ее сердце и так громко колотилось от разговора Джинни, когда ее взгляд упал на профессора Грюма. Его волшебный глаз устремился куда-то назад, к затылку, когда студентки прошли за ним в другой проход. Амора смущенно уставилась на него, схватив ближайшую книгу справа от себя и покачав головой.       — Просто книгу искала, сэр, — солгала Амора, опустив взгляд и осознав, что выбрала книгу по Аритмантике — предмет, который она даже не посещала.       Грюм выводил ее из себя. С того самого вводного урока по Защите от темных искусств, на котором он применил все три Запрещенных заклинания. Она также ненавидела его магический глаз. Она никогда не понимала, куда он смотрит и что на самом деле может видеть.       Грюм поудобнее уперся в свою трость, его нос, на котором со временем его службы не хватало части, сморщился:       — Понятно, — пробормотал он. — Тогда это хорошо. Я бы забеспокоился, если бы вы подслушивали то, что вас не касается.       Сердце Аморы забилось сильнее, и она быстро кивнула, возвращая книгу на прежнее место:              — Верно. Мне нужно идти…       Когда она двинулась, чтобы пройти мимо него и вернуться к своим вещам, его рука легла ей на плечо, и она замерла, затаив дыхание.       — Удачи, — сказал он.       — Что? — Прошептала Амора в ужасе.       — С обучением Арифмантики, — ответил Грюм. — Слышал, скоро будет тест.       — О, верно, — Амора сглотнула и отошла с его пути. — Спасибо, профессор.       Амора убрала свои книги обратно и не оглядывалась, пока не оказалась в уютной гостиной. Что-то в этом мужчине было не так.