Глава 11. Carnarium

мы думаем о каждом ресурсе.

но так беспощадно забываем о времени.

Ночная мгла сгущалась, но на востоке уже виднелась светлеющая полоса рассвета на фоне неба, разрезанного синими и темно-зелеными всполохами. Звезды лениво гасли одна за другой, встречая приближающееся туманное утро. Терпко пахнущая трава блестела, залитая прохладной росой. Машины мчались так быстро, словно их подгонял сам ветер. Рёв моторов разрезал утренние сумерки, а визг колёс на трассе вдоль тракта, ведущего прочь из Талио, распугивал лесную живность. Звери врассыпную мчались в долину, пытаясь скрыться от кортежа, который несся черной стрелой сквозь ледяной осенний воздух, в лесной глуши, далеко от мирно спящего городка. Юнхо отправил сообщение Хосоку со старой, изжившей своё «нокии», поскольку власти Талио глушили связь. Но компьютерный гений Чон Хосок сумел и здесь опередить их. — У вас будет не больше десяти минут. Действуйте быстро и слаженно, — вслух прочёл Юнхо ответ Хосока, оправляя кожаную куртку и черную маску. На лице юноши залегли тени от недосыпа и выпитого накануне алкоголя. Никто не знал, что вечеринка оборвётся так стремительно. Сан и Чонхо, сидевшие на капоте дряхлого пикапа, найденного в безразмерном гараже Юнги, переглянулись и как по команде перезарядили выданное им Хонджуном оружие, две винтовки М-16. Уён и Сонхва, получившие сигнал через старую рацию, вышли из укрытия и стали медленно продвигаться в сторону будки охраны, выстроенной специально для защиты Талио после перестрелки прокуроров. Строение напоминало железный вагончик, вокруг которого то и дело сновали военные в форме и с оружием наперевес. Молодые люди дождались, пока все военные скроются в будке и начнут смену караула. Уён медленно и осторожно выудил дымовую шашку из походной сумки, а Сонхва в это время, натянув на лицо маску, поджёг её. Чон быстро распахнул дверь будки и закинул туда шипящую, как недовольный зверь, и бьющую искрами шашку. Охрана в будке была обезврежена и дезориентирована, но караул около шлагбаума действовал слаженно и профессионально. Если бы не ядовитое снадобье Юнги, парням было бы не выжить. Но четверо рослых военных упали перед ними, сраженные глубоким сном в облаке синего дыма. — Эта штука работает, — нервно рассмеялся Сонхва, опуская маску. Уён недовольно фыркнул и также стянул со своего лица черную удушающую ткань. В его голове все еще звенели последние слова Мии, которые та сказала ему в доме Юнги. Он снова пожалел, что не обнял ее на прощание. Вдруг, они больше не увидятся. — Главное, чтобы Мана и Ёсан были в одном кортеже, — выдохнул он и рывком снял кожаную куртку, не давая самому себе шанса зарыться глубоко в печальные мысли. — Давай переодеваться. Сонхва и Уён быстро натянули на себя военную форму, снятую с охраны, передали сигнал кортежу, что время прибытия не изменилось, и принялись перетаскивать тяжёлых мужчин в большой военный фургон, припаркованный рядом с будкой. Чонхо и Сан подоспели вовремя. Как раз в момент, когда от натуги силы Сонхва и Уёна были на исходе. — Быстрее давайте, — бурчал Уён, перетаскивая особо тучного боевика. — И помогайте нам, иначе не успеем, — подхватил Сонхва, которому военная форма была особенно к лицу. — Юнхо караулит кортеж на развилке, — объявил Чонхо, быстро натягивая на себя военную форму. Сан, затягивая портупею с оружием, кивнул. — Десять минут на осмотр всех машин. Маловато, — заключил Уён, когда, наконец, все охранники были заперты в фургоне. Сан утёр пот со лба ладонью, осматривая пустынную трассу, на которой вот-вот должен был появиться кортеж. Но вместо него на горизонте возникли две тёмные мужские фигуры. Уён тут же направил оружие в сторону незнакомцев, но Чонхо предостерегающе вздёрнул руку. — Стой ты, — шикнул Чонхо. — Натяните маски. Незнакомцы двигались медленно и очень разваленной походкой. На их спинах болтались винтовки, и в них Чонхо угадал знакомую гравировку. — Свои похоже, — прошептал Чонхо. Сонхва кинул в юношу вопросительный взгляд. Незнакомцы вышли в небольшое кольцо света от фонарей поста охраны, и парни узнали в них Минги и Чонгука, который помогал первому ступать ровно. Но лишь по взглядам, поскольку на юношах были чёрные военные маски. — Вот же… дьявол, — прорычал Сан. Сонхва встревоженно вышел вперёд, а Чонхо придержал раздраженного Уёна за локоть.

Тремя часами ранее

Хосок велел всем пройти в дом, но Минги пришлось туда затаскивать, поскольку юноша едва стоял на ногах. Сан, выскочивший в коридор, опешил, увидев друга. — Что происходит? — выдохнул Чхве, видя, в каком состоянии находился Минги. — Он нас сдал, — брезгливо произнёс Уён, опуская Минги на диван и сурово возвышаясь над ним. Сон опустил голову и смотрел пустым взглядом в пол, словно пребывал не здесь, а в каком-то наркотическом тумане. — Чем ты думал?! Почему не предупредил сразу? — накинулся на него Уён, но Мия, считав состояние своего возлюбленного, встряла между ним и Минги. — Уйди, прошу тебя, — горячо прошептал Уён, глядя на девушку искрящимся гневом взглядом. — Ему плохо. Ты же видишь, — возмутилась Мия, не желая поддаваться эмоциям Уёна. Их битву взглядами едва ли кто-либо смог бы остановить, но тут к ним подоспел и Сан, замерев рядом с братом и его девушкой. — О чём ты говоришь? — растерянно произнёс Чхве, переводя взгляд с Уёна на Минги и обратно. — Как думаешь, почему они будут тут так скоро? — спросил Уён, обращая к брату мечущий молнии взгляд. Мия в это время, победив в битве взглядов, принялась помогать Минги обработать раны. Благо, в последнее время девушка постоянно держала аптечку рядом с собой. Руки её затряслись от ужасающего вида глубоких порезов и больших, налитых кровью синяков. — Не только из-за него, — объявил Юнги, неожиданно возникнув в гостиной. Маг успел сменить праздничный костюм на косуху и рваные джинсы и выглядел даже моложе подростков, кочующих в его доме. — Ёсан тоже постарался. — Он сделал это из-за Маны, — возразил Чонгук, гуськом следующий за Юнги. Костюм Сонхва на нём был безнадёжно изорван порталом и вымазан в грязи. — Умолкните все, — фыркнул Хосок, проводя дрожащей ладонью по волосам. — Юнги, говори ты. Маг многозначительно взглянул на взъерошенного Чона и усмехнулся. — Благодарю, господин Чон, — произнёс Юнги и, протянув Минги лечебный отвар, уселся во главе появившегося буквально из воздуха круглого стола. — Мия, птенчик, помоги нашему раненному, а мы пока обсудим дальнейшие действия. Мие такая идея явно пришлось не по вкусу, и она, быстро закончив перевязку и накладывание компрессов, показательно села рядом с магом и внимательно слушала, что он скажет. Уён бросил на неё недовольный взгляд, который она проигнорировала. Юнги вкратце с подсказками Чонгука передал собравшимся слова Анастасии. Каждый присутствующий мрачнел все сильнее и сильнее с каждой фразой, которая вылетала из уст мага и ворона. Все испуганно переглядывались и тяжело дышали. Над их круглым столом зависло напряжение и тревога, поглощающие людей все больше и больше, захватывая сердца в тиски. Спокоен оставался лишь маг. — Ночь заканчивается. Как нам вызволить их?! — вскричал Сан, сжимая кулаки. Он должен был быть рядом с Исыль, но судьба трех его близких друзей заботила его столь же сильно. Юнги мрачно взглянул на юношу, оскорбленный тем, что его неуважительно перебили. — План есть, — громко объявил Хонджун, выкладывая на стол кипу оружия и специальной униформы. Подростки ахнули, удивлённо смотря на прокурора Кима. С его лица полностью сошла краска, и он был невероятно суров. Мия подумала о том, что впервые видит своего названного оппу таким собранным и злым одновременно. А ещё её пугала бледность его уставшего лица. — На этот раз мы вынуждены использовать то, что у вас шило в одном месте. Покажете, чему научились в ваших стрелковых лагерях. — Что делать с предателем? — угрожающе спокойно произнёс Уён. Минги, с трудом доковыляв до стола, затравленно оглядел лица друзей. Лишь Сонхва с жалостью взглянул на него. Сан кинул на Минги озлобленный взгляд и опустил голову, сжимая кулаки под столом. Уён же напрочь игнорировал присутствие Сона. Мия взглянула на него предостерегающе. — Уён, пожалуйста… — тихо произнесла девушка, силясь дотянуться до рук Уёна. Он лишь бегло взглянул на неё. Но все же с теплотой, а не с вызовом. — Я помогу вам, — перебил Мию Минги. Он ощущал, как весь его мир окончательно раскололся и собрать воедино жалкие, острые куски сил не хватало. С горечью он отметил внутри себя, что очень сильно рассчитывал на прощение и понимание друзей, на их поддержку и защиту. — Я хочу помочь… — Это не значит, что мы тебя простим, — дополнил Сан, презрительно посмотрев на Минги. Мия шикнула на Чхве, но он и бровью не повел. — Похвально, что ты хочешь помочь, — спокойно произнес Хонджун, хотя был зол на Минги не меньше, чем на Ёсана, из-за которых Анастасия и уехала с Монкутом. — Но от тебя не будет толку. Ты ранен. — Плевать, — рыкнул Минги, теряя терпение. — Я не встану с ним плечом к плечу, — сухо произнес Уён и пристально посмотрел на Минги. От этого холодного взгляда даже Хонджуну стало не по себе. — Кто знает, вдруг ты до сих пор с ними заодно. — Уён! — вскричала Мия, в шоке уставившись на юношу. — Если бы он был с ними, не пошёл бы сюда, — аккуратно возразил Чонгук. Все собравшиеся обратили к нему выжидающие взгляды. — Анастасия ясно дала понять, что все мы будем подвергнуты зачистке на рассвете. ВСЕ, кто находится в доме. Чонхо задумчиво глянул на часы. — У нас четыре часа, — произнёс юноша, ощущая, как страх пробирался к сердцу своими колючими лапами. Он посмотрел на Юнхо, и братья обменялись немыми поддерживающими фразами. — Действуем быстро, — кивнул Хонджун, затягивая экипировку на своей груди. — Тэхён и Кюрин ухаживают за Исыль, надо предупредить их. Пока парни готовились к атаке на кортеж и пункт охраны, Мия и Кюрин собирали припасы по указке Юнги. Обе девушки фыркали, недовольные тем, что им дали такую скучную, но необходимую работу. Тэхён долго спорил с братом о том, что ему было нельзя пойти на операцию вместе со всеми. Хонджун с трудом, и не без помощи Кюрин и Юнги, сумел отговорить младшего от поездки в пункт охраны. — Юнги впадет в транс. Мне нужно обеспечить защиту всем, кто останется в доме Джонса, пойми ты. Я без тебя не справлюсь, Тэ, — сурово, но с нежностью старшего произнес Хонджун. Тэхён тяжело дышал, недовольно косясь на умоляющую его остаться Кюрин. — Ладно. Ваша взяла, — зло сдался Тэхён. Последняя фраза старшего брата убедила его окончательно. Так же как Кюрин и состояние младшей сестры. Пока Кюрин и Тэхён тихо переговаривались в гостиной, а Хонджун и Юнги наставляли парней перед операцией, Уён, дослушав речь хёнов, скользнул в спальню. Ему хотелось поговорить с Мией наедине. И он знал, что она последует за ним. Слишком много суровых взглядов девушка кидала на него последний час. Мия вихрем залетела вслед за Уёном и тихо прикрыла дверь. Юноша стоял к ней спиной, сжимая оружие, висевшее на груди и рассматривая лес, распластавшийся за окном спальни. В комнате было так тихо, что девушка сумела расслышать тяжелое дыхание Уёна. — Что это было, Уён? — жестко спросила Мия. Металл в её голосе заставил юношу развернуться и удивленно взглянуть на неё. Нет. Ему показалось. Взгляд ее все еще полнился любовью и заботой. Уён понимающе кивнул, но гнев продолжал распирать его изнутри. Кто знает, как бы он поступил на месте Минги. Но ему все же отчаянно хотелось верить, что он предпочел бы смерть, но не предательство. Мия восприняла молчание Уёна как нежелание идти на контакт с ней даже сейчас, когда они одни в спальне. И это сильно взбесило её. — Не проецируй предательство отца на своего друга, Уён, — строго произнесла девушка. Уён ощутил, как земля качнулась у него под ногами. Он поднял на девушку неверящий взгляд. Мия тут же кивнул, понимая, что попала в точку. — Я не хочу делать тебе больно. Я знаю, что не это ты хочешь от меня услышать, но… Мия осеклась. Черт подери, она пожалеет о том, что скажет, но так будет лучше для Уёна. Она любила его и, поэтому должна была рискнуть. — Минги тебя не предавал. Он был измучен. И он пришел сюда, потому что любит и верит в вас. Он хочет исправить то, что натворил. А твоему отцу плевать на твою судьбу и судьбу твоих близких. Шанс уйти — это шанс предать всех, кого ты и Сан бы оставили здесь. Вот, какой подарок сделал тебе отец. Это предательство, Уён. И справедливо злиться на него. Но Минги — не предатель. Он — ваш друг. И вы не должны дать вашим отцам сделать из вас таких же ублюдков, как они сами. Я прошу тебя подумать об этом, Уён. Уён едва дышал, слушая и улавливая каждое слово Мии. Он ощущал, как ее голос больно бил ему по вискам. Каждая фраза причиняла муку и вызывала тошноту, но душой он знал лишь одно. Мия говорила чистую правду. Юноша подошел к девушке вплотную, не сводя с нее пристального взгляда. Ему хотелось снова наполниться от ее сияющих зеленых глаз. — Ты права, — с трудом произнес Уён. — Я не это хотел от тебя услышать. С этими словами Уён вышел из спальни и прикрыл за собой дверь, оставив Мию одну в тёмной спальне, наполненной их общей болью. Девушка ощутила слезы на своих щеках и лишь окрик Юнги из гостиной вырвал ее из оцепенения. Когда старый пикап Юнги отъехал от дома, маг, сидя в минивэне Намджуна, прибывшего по сигналу Хонджуна, впал в транс, дабы помочь подросткам освободить Ману и Ёсана. В ладони Юнги сжимал странное устройство, напоминающее сенсор и часто, сквозь речь на незнакомом всем языке, произносил имя «Чимин», словно призывал кого-то на помощь. — Кто такой Чимин? — поинтересовалась Мия, загружая лекарства в машину. Хосок бросил на неё короткий взгляд. Он заметил, что глаза девушки слегка опухли, но вопросов задавать не стал. — Судя по рассказам этого старика, его давний друг. Тоже маг. Они вроде как из одного ордена, — ответил Хосок, кивнув головой в сторону Юнги, и тут же сморщился, словно унюхал нечто ужасное. — Господи, что я несу… Ни в жизнь бы не поверил во всё это. Хосок встревоженно обернулся на Юнги, чьи глаза подёрнулись белой пеленой. Компьютер старой марки мирно покоился на коленях старшего Чона. Хонджун осторожно уложил Исыль на заднее сиденье. Мия положила её голову себе на колени, и прокурор уловил мелкую дрожь, бьющую девушку. Хонджун понимал её, как никто другой. Он осторожно пожал ладонь девушки, и Мия вздрогнула. — С ним всё будет хорошо, — прошептал Хонджун. — Я отправил к ним Минги и Чонгука. Глаза Мии в удивлении расширились. Она едва не вскрикнула. — Но ведь… — Им следует быть всем вместе, — перебил ее Хонджун с тёплой улыбкой, которая, видит Бог, далась ему с огромным трудом. Он до сих пор размышлял, отправил ли он Чонгука и Минги за тем, чтобы перестраховаться. Или же он боялся сам навредить Сону за то, что тот сдал Анастасию. — Когда Юнги проснётся, он же тебя убьёт, — прошептала Мия, с опаской покосившись на мага, пребывающего в трансе. Хонджун усмехнулся. — Я уверен, что он это предвидел. — Давайте скорее, — тяжело вздохнул Намджун, загружая оставшиеся вещи в багажник. Ему помогали Тэхён и Кюрин. — Времени же мало. — Ты предупредил Сокджина? — спросил Хонджун. И в его тоне Мия сразу же узнала знакомого всему Талио прокурора Кима. Намджун кивнул, нервно оправляя толстовку. — Во что ж мы все впутались, — тяжело вздохнул мужчина и покачал головой.

Настоящее время

— Заканчивайте эту хрень! — взревел Юнхо по рации. От его крика даже Сан немного вздрогнул. — Потом разберётесь со своими личными проблемами. Кортеж приближается. Чонхо скомандовал всем живо надеть маски и встать на условленные посты. Минги послали в будку и велели в случае неудачи отстреливаться оттуда. Сонхва и Сан заняли позиции главной охраны у шлагбаума. Чонхо, натасканный Хонджуном и Юнги, вызвался быть начальником отряда и вести переговоры. Уёну и Чонгуку было вверено быстро обыскать кортеж. — Я чувствую её запах, — прошептал Чонгук, натягивая маску. Уён сморщился. — Давай ты не будешь делиться этим со мной, умоляю, — простонал юноша, и в глаза ему ударил яркий свет фар. Кортеж из десяти внушительных минивэнов абсолютно одинакового внешнего вида нёсся на большой скорости по трассе. Его черная стрела угрожающе приближалась к шлагбауму. Сан ладонью дал знак, чтобы они притормаживали около него. Флагман кортежа остановился около парней, и каждый ощутил внутри пронзительную дрожь и адреналин, но оставался внешне спокоен. Сан и Сонхва переглянулись. Чонхо подошёл к тонированному водительскому стеклу и постучал. Окно опустилось. Рядом с молодым водителем европейской внешности сидел мужчина средних лет в маске, лишь его холодные глаза пристально рассматривали Чонхо. — Командир семьдесят пятого отряда внутренней разведки Хан Сонён, — представился Чонхо и предъявил фальшивое удостоверение, доведенное до идеала магией Юнги. — Согласно коду 10 операции «МК114», нам велено обыскать кортеж перед его выездом из города. — Генерал отряда «Феникс» О Хёнджин, — представился в ответ с кивком головы мужчина на пассажирском кресле. — Сигнал был? — скучающе поинтересовался О у человека, сидевшего прямо за ним. — Получили пятнадцать минут назад, — ответил тот. Чонхо мысленно поблагодарил Хосока. — Обыскивайте. У вас десять минут, — сурово произнёс генерал О. — Обыскать, — скомандовал Чонхо Уёну и Чонгуку. Те кивнули и принялись выполнять приказ. В первой машине ожидаемо никого, кроме шестерых элитных военных не оказалось. Те даже не взглянули на юношу, сурово глядя перед собой и сжимая винтовки наготове. Словно роботы. Уён сразу же перешёл к третьей машине. Каждый шаг стоил Уёну титанических усилий. Он был слишком озабочен тревогой за своих близких и предательски не мог собраться. Но что-то, какой-то внутренний резерв помогал ему действовать четко и быстро. В такие моменты он был благодарен отцу за строгое воспитание и солдатскую выправку, к которой его приучали с детства. Уён нашёл Ёсана в седьмой машине. Сердце юноши ушло в пятки, когда он поймал измученный взгляд друга. Ёсана сильно избили, и он явно потерял надежду, скучающе взглянув на того, кто нарушил тишину и мрак автомобиля. Уён кивнул Чонгуку, и тот, переходя к восьмой машине, незаметно всучил Чону в ладонь синий камень. Тот сильно жег ладони и пульсировал, словно живой зверек. Уён без раздумий вытянул ладонь, и сквозь его пальцы разлилось синеватое свечение. Охрана тут же дёрнулась за оружием, но не успела. Каждый из присутствующих в машине застыл на месте, словно время замерло. В совершенно неудобных позах мужчины замерли, подобные восковым фигурам из музея мадам Тюссо. Все, кроме Ёсана. — Быстро вылезай и прячься под тачкой, — прошипел Уён. Ёсан удивлённо глянул на него, дабы понять, не послышалось ли ему. — Ли, мать твою, давай уже! — Чон, — выдохнул Ёсан с улыбкой помилованного. — Как же я рад тебя видеть. — Пока не отъедут, не вставай, — предупредил Уён, когда Ёсан пробирался через замерших охранников. Страх дотронуться до них был слишком велик. — А охрана? Они же… — Забудут, что ты был именно в их машине, — ответил Уён словами, которые передал ему Юнги. — Разберутся только на месте, куда тебя выслал отец. А к этому времени ты и Мана будете в безопасности. Когда Уён отошёл от машины, Чонгук уже нёсся к нему навстречу, и глаза ворона сияли недобрым светом. Уён тут же понял, что предприятие их накрылось. — Маны нет, — зло прошептал Чонгук. Уён ощутил, как сердце пропустило нервный удар, а дыхание замерло. — Ты внимательно осмотрел? Может, на ней была маска? — Нет её здесь, — прошипел Чонгук, нервно дыша, словно хищник, готовящийся к нападению. — Я бы чувствовал. Видимо, она была в одной из машин, когда они только отъезжали, но потом ее высадили. Поэтому мой нюх подвел меня. — Дьявол, — прорычал Уён и схватил Чонгука за локоть, веля ему следовать к посту. — Не вздумай ничего выкинуть. Когда отъедут, решим, что делать. — Что мы решим? — едва не взревел Чонгук. — Заткнись. Умоляю, — прошептал Уён. Уён и Чонгук быстро вернулись к посту и кивнули Чонхо, давая понять, что закончили осмотр. — Всё чисто, — объявил Чонхо Сану и Сонхва и взмахом ладони велел пропустить кортеж. Те послушно открыли шлагбаум, не веря в собственный успех. Минги в это время нервно сжимал оружие, готовый в любой момент им воспользоваться. Взгляд его был сосредоточен на друзьях, за которыми он следил сквозь запыленное окно будки. — Успейте выбраться до того, как вас заразят, коллега, — неожиданно произнёс генерал О. Чонхо напряжённо взглянул на него. — У нас есть договорённость с господином Чоном, — встрял Уён. Чонхо аж задохнулся, мрачно глянув на юношу. — Доброй дороги, генерал. С кивком головы, генерал О закрыл окно. Кортеж медленно набрал скорость и скрылся за пределами Талио. — Зачем выпендриваешься? Мог бы всё испортить, — фыркнул Сан, треснув Уёна по голове. Тот лишь отмахнулся, игнорируя злую речь брата и Чонхо. На дороге показался Юнхо, который по пути помог Ёсану подняться с земли. Оба поспешили к шлагбауму. Минги тяжело вышел из будки, опираясь на плечо Чонхо. — Где Мана? — спросил Сонхва. Чонгук едва держался, чтобы не разразиться гневом. — Они посадили её в другой кортеж, — ответил Ёсан, в нетерпении сжимая кулаки. — Где ещё есть дороги из города? Их же не должно быть много. — Их две, — ответил Минги. Уён и Сан тут же недовольно замотали головами. — Кроме главной есть только тропа через лес. — Оттуда мы с Исыль выезжали из Талио, — против воли кивнул Сан. Уён тут же нахмуренно посмотрел на него. — Где эта дорога? — встрял Чонгук. — Где она? — Успокойся, — холодно произнёс Юнхо. — Она на другом конце города. Как нам успеть? Юнги запретил ввязываться в погоню… — Я не брошу её там, — произнёс Ёсан, игнорируя спор Юнхо и Чонгука. Юноша направился в сторону машины. Близнецы пытались его остановить, но он не слушал. Загорелся жаркий спор, и Чонгук ощутил, как виски сдавило ледяными тисками. Юноша чуть оступился, едва не рухнув на промёрзлую землю. Его сердцебиение начинало стремительно набирать темп, а кожа покрылась испариной. — Не может быть, — прошептал Чонгук, ощущая знакомые волны огня в крови. Это было похоже на горячий ручей в теле, словно всё его существо вдруг объяло пламя. Боль пронзила спину Чонгука, но он не кричал. Он сжал губы, стараясь не отрывать парней от спора, в котором они не обращали на него ни единого внимания. Чонгук подумал о том, что это его судьба, и это правильно. Он втянул в это Ману, пускай, и находясь под контролем других людей. Он и должен спасти её. В момент, когда испуганный Минги обернулся к Чонгуку, тот уже расправлял крылья. Глаза его светились зелёным огнём, и он взмыл в небо, рассекая воздух. — Дьявол! Чонгук! — орали с земли юноши, но было поздно. Ворон скрылся в предрассветном тумане на сумасшедшей скорости. — Юнги нас убьёт, — прошептал Уён, шокированный увиденным зрелищем. — Надо убираться отсюда, — неожиданно встрял Сан, подхватывая Минги. Вместе с Сонхва они повели друга к машине. — Давайте живо в тачку, — согласился Юнхо. — У Анастасии тоже не так много времени в запасе. В темноте леса мелькнула тень, и Юнхо нахмурился. Юноша замер, пристально вглядываясь в темноту. Уён пихнул его в плечо. — Чего застыл? — недовольно спросил юноша. — Рассветом полюбуемся? Юнхо фыркнул, сбрасывая наваждение. Пожалуй, показалось. Анастасия почувствовала жесткий толчок в спину и едва удержалась на ногах, чтобы не рухнуть оземь. Девушка шикнула и отошла от решетки камеры на безопасное расстояние. Один из охранников прожигал ее горящим гневом взглядом. — Ты, тварь, убила моего начальника. И сегодня заплатишь за это, — грубо произнёс мужчина. Анастасия понимающе кивнула головой. — Ты настолько предан династиям, друг? — тихо спросила девушка. Охранник с грохотом захлопнул решетку. — Здесь нет ни одного не верного, — ответил мужчина. — Кого-то верным делают деньги, кого-то угрозы, а кого-то искренняя вера в то, что Талио будет строить новый мир, где больше не будут притиснять тех, у кого нет высокого статуса, миллиардов или прочего. Последнее явно намекало на того, к кому Анастасия обращалась в данный момент. Девушка едва сдержалась, чтобы не усмехнуться. Вот какую чушь, оказывается, династии вешали на уши своим бойцам. Девушка попросила воды, но ей грубо отказали и исчезли в мрачном коридоре поместья Ли. «Тем лучше», — подумалось Анастасии. — «Очевидно, до отправки в Вирмизер никто меня не тронет». Анастасия устроилась на жестких нарах и выудила из трусов кулон с гранатом, который ей стоило огромных трудов скрыть от охраны. Те отдали ей один из своих военных комплектов одежды, который постоянно сползал с хрупкого женского тела. «Чонгук?» Ответа не последовало. «Чонгук! Ответь же». В голове Анастасии звучала тишина и отголоски собственных тревожных мыслей. Девушка ощутила, как мороз пробрал её изнутри. Неужели камень больше не действовал? «Чонгук, чёрт бы тебя подрал, что у вас там происходит?! Вы вызволили Ману и Ёсана? Скоро ведь рассвет.» Снова тишина. От злости Анастасия едва не откинула гранат в сторону, но вовремя сдержалась. Прокурор пыталась каким-нибудь магическим способом выйти на связь с Юнги. Она насильно засыпала в надежде, что маг снова подаст ей знак, как раньше. Но ничего не работало. Казалось, что ее сознание опустело ещё больше. Вот теперь она по-настоящему ощущала себя пустой куклой в чужих руках. Ее просто передавали из одних рук в другие и ждали, пока она придет в негодность. Тогда ее можно будет просто выкинуть. Звук открывающейся решетки заставил Анастасию вскочить с нар и, щурясь, уставиться на фигуру в темноте. Девушка приняла боевую позу. Выжить это не поможет, но уж сопротивление она окажет жаркое. — Оставьте нас, — велел низкий мужской голос. Анастасия узнала его моментально. Девушка отошла к дальней стене. Не от страха, а от желания иметь как можно больше места для нанесения удара в случае чего. Мужчина, одетый в свой фирменный костюм, закурил сигарету. Он жестом предложил покурить и Анастасии, но она отказалась. — Господин Чон, с какой целью вы пришли сюда? — в нетерпении спросила Анастасия. Бенг Мин усмехнулся и осторожно присел на нары. — Не буду ходить вокруг да около, мисс Биттерман, — тихо произнёс Бенг Мин, глядя куда-то мимо Анастасии, на уголок дневного света под потолком, луч которого струился из маленькой дырки. Анастасия пыталась расковырять её, но тщетно. Бетонные стены не выпускали её на волю. — Я хочу знать, что с моим сыном. — С каким именно? — театрально вздёрнув бровь, уточнила Анастасия. Отсутствие эмоций не помогало ей аккуратнее подбирать слова. Бенг Мин обратил к лицу девушки задумчивый взгляд, и холодная улыбка тронула его губы. Но в глазах мужчины девушка различила едва уловимую грусть. — Вы правы, Анастасия-ши. Сан стал мне так же близок, как родной сын, — тихо произнёс господин Чон. Анастасия едва не фыркнула в ответ, сжав кулаки. — Тогда почему вы пытались убить Уёна? — прошептала девушка. — Почему лишили Сана его родных родителей? Это не похоже на любовь, господин Чон. — Это… Анастасия опешила. Бенг Мин впервые запнулся, и это казалось ей сюрреалистичным. Как такой кусок льда мог запнуться? Он ведь непробиваем. На секунду девушка даже ощутила нечто подобное жалости внутри своего существа. Где-то очень глубоко внутри. — Я люблю их обоих, — членораздельно произнёс Бенг Мин, затягиваясь сигаретой. Ему словно хотелось, чтобы Анастасия поверила его словам. Пустые глаза мужчины блестели в полумраке камеры. — Поэтому я дал им шанс уйти. Надеюсь, они ушли, Анастасия-ши? Девушка молчала. Кто знает, успели ли они уйти до рассвета. От одной мысли, что дом Юнги сейчас полнился трупами после зачистки боевиков, у Анастасии начинало учащаться сердцебиение. И она не могла себе позволить такое. Не сейчас. — В момент, когда меня забрал господин Сон, оба находились в доме, — со всей холодностью, на которую была способна, произнесла Анастасия. Она услышала, как Бенг Мин втянул воздух сквозь зубы. — У них был бал. Мы сами устроили торжество, чтобы детям стало чуть легче. Они были счастливы, господин Чон. В свои последние часы, так уж точно. Голос Анастасии дрогнул, и она опешила, ощутив влагу на своих щеках. В сознании полыхнули самые ужасные картины: как Сан закрывает собой Исыль, и пуля попадает ему в лоб, как Уён пытается удержать рвущуюся на защиту Тэхёна Мию и принимает пулю в грудь, как белые цветы окрашиваются в алый, а ночь начинает беззвучно рыдать дождём. Хонджун, отстреливаясь, выводит на себя боевиков, и его превращают в решето, напичканное свинцом. Это ведь не произошло? Не могло. Она же вовремя их предупредила. Бенг Мин, помолчав несколько минут, поднялся с нар и оправил костюм. Его идеальная осанка ссутулилась, а плечи слегка сжались, хотя мужчина всё равно оставался холоден. Но Анастасия уловила что-то в его взгляде. Что-то, за что можно было зацепиться. — Остановитесь, — горячо выдохнула Анастасия. — Пожалуйста, пока не поздно, остановитесь, господин Чон. Это всё не стоит того. — Одному Богу ведомо, что стоит того, а что нет, милая Анастасия-ши, — прошептал в ответ Бенг Мин и двинулся к выходу. Перед решеткой он замер и обернулся к девушке через плечо. — Надеюсь, что в следующей жизни у вас всё сложится гораздо лучше, чем в этой, мисс Биттерман. С этими словами Бенг Мин вышел, а Анастасия ощутила леденящий холод. Близился закат. Близилась её смерть. А Чонгук всё так же не выходил на связь. Мана сидела в машине, зажатая между двумя тучными охранниками, глядя в пол пустым взглядом. Запястья её были скованы за спиной наручниками, и спина ужасно затекла в таком положении. Вдобавок ровный асфальт сменился луговыми ухабами, и девушку постоянно качало из стороны в сторону. Мана ощущала дурноту, но упорно продолжала бороться с нею. Хотя, перспектива оставить свой маломальский завтрак на охране казалась ей ужасно заманчивой. Неожиданно Мана ощутила странное чувство внутри. Ей казалось, что это плод рос в животе и начал ворочаться, но нет. Это напомнило чувство, посетившее её в Магготе. Чонгук был рядом. Девушка даже обернулась, думая, что сходит с ума. Но в машине кроме охраны никого не было. И около неё проносились лишь густые леса, на пропускающие свет. Раздалось тихое пищание неизвестного прибора, и Мана нахмурилась. — Что за дьявол, Сону? — басовым голосом спросил один из охраны. Человек, сидевший на пассажирском сиденье, задумчиво рассматривал сенсор у себя в руках. — Не пойму, — пожал плечами Сону. — Радар улавливает какое-то инородное движение с воздуха. — Может, ракеты запустили, — предположил один их боевиков, сидевший рядом с девушкой. — Чтобы прикрыть нас. Или кортеж на главной дороге. — Не похоже на ракету, — вздохнул Сону и передал по рации сигнал о полной боевой готовности. Мана откинулась на сиденье, стараясь дышать глубоко и размеренно. Но это было невозможно. Ее всю трясло от напряжения и страха. Неожиданно рация на груди у одного из мужчин рядом с Маной захрустела, и оттуда донеслись слова, которые одновременно подарили девушке надежду и заставили её похолодеть от тревоги. — Чёрт бы подрал эту Биттерман и всех, кто с ней в связке! Это ворон! Не ракета! Мана испуганно воззрилась на охранника. Он был сбит с толку и быстро глянул в окно. Тут же его рука легла на голову девушки, и Ману буквально сунули под кресло, верещащую и кусающуюся словно загнанный зверь. — Убейте его! Быстро! — проорал Сону. — Джек, дави на газ, мать твою! Мана ничего не понимала. Лишь кричала и больно билась о кресла головой из-за того, что машина ускорилась, мчась по полуразрушенной дороге. Но девушка знала, что Чонгук рядом. Он спасёт её. Он не может иначе, и она его не подведёт. Только бы выкрутиться. Посыпался град выстрелов из винтовок и огнемёта. Мана закричала, представляя, как Чонгук уворачивается от такого залпа огня и металла. Охранник рядом с ней открыл люк в машине и наставил в небо винтовку. Мана извернулась, чтобы увидеть кусочек розового рассветного полотна, в котором чёрной точкой виднелся ворон. Чонгук снижался, и девушке хотелось рявкнуть ему, чтобы он не приближался так близко, ведь его пристрелят. Но он бы не услышал её. Мана начала судорожно соображать. Пока все охранники отвлеклись, она могла что-то сделать. Только вот наручники мешали. Девушка хмыкнула. Терять ей было нечего. — Чонгук! — завопила она и подползла под приклад оружия. Охранник дёрнулся и случайно приложил Ману по голове. Не настолько сильно, чтобы навредить, но девушка, отдавшая несколько лет театральному кружку, органично притворилась потерявшей сознание. — Вот чертовка, — прорычал охранник. — Хрен с ней, — рыкнул Сону. — Так даже лучше. Пускай, валяется. Мана едва сдержалась, чтобы не нахамить. Между прочим, отец велел доставить её на Чеджу невредимой. Мана осторожно приоткрыла один глаз. Больше ни один из охраны не смотрел на неё. Водитель был занят дорогой, Сону переговаривался по рации, а все остальные отстреливались через окна и люк. У неё было слишком мало времени и не было права на ошибку. Девушка осторожно, как мышка, выгнула до боли запястья и, сжав язык до крови, уцепилась за щелчок, закрывающий дверь машины. Тот с трудом, но поддался. От боли в выгнутых конечностях на коже Маны выступил пот. Но, услышав щелчок двери, она едва не расплакалась от облегчения. Оставалось только открыть машину и выпрыгнуть из неё. Но она неслась на внушительной скорости. Если Мана и сумеет выбраться, то бежать она точно не сможет — переломает себе кости к чертовой матери. «Как будто у тебя есть выбор», — послышался в голове голос Мии. Девушка очень яростно хотела выиграть в настольную игру у Тэхёна и Ёсана. Тогда Мане пришлось поставить все свои деньги на кон, чтобы обыграть противников. И они с Мией всё же победили. Не давая себе время на раздумья, девушка открыла дверь машины и буквально выкатилась из неё. Тут же боль пронзила конечности. Девушку завертело так, словно она уселась на жёсткую карусель. Мана приложилась к холодной земле каждой своей конечностью, не имея шанса группироваться из-за связанных рук. Лицо горело от боли, а запястья, кажется, были вывихнуты. Мана остановилась, откатившись в мокрую от расы траву. В ушах звенело от боли и оглушающих выстрелов. В глазах запеклись слёзы и пыль, поэтому девушка не сразу осознала, что к ней тут же ринулись охранники из следующих позади машин кортежа. Ничего не вышло. Ну, конечно. Она, глупая, не подумала о том, что за её машиной следовало ещё несколько. Неожиданно до её уха долетел знакомый шелест крыльев. Мана испуганно подняла взгляд, силясь сесть. Но она не успела. Колючие цапки осторожно и быстро подхватили её с земли. — Не стрелять! — Нельзя попасть в девчонку! — Отставить, чёрт бы вас подрал! Выстрелы всё ещё раздавались, но тише и где-то вдали. Мана, чувствуя, как тело её ослабло в когтях Чонгука, осторожно взглянула на его горящие зелёным светом глаза. Он украдкой глянул на неё, и она тепло улыбнулась. Девушка почувствовала, как наручники спали, разодранные его когтями. Чонгук кивком головы велел ей взобраться к нему на спину, и Мана с трудом, опасаясь головокружительной высоты, хватаясь за жесткие чёрные перья, влезла на ворона, держась за его загривок. — Я знала, что ты меня спасёшь, — прошептала Мана, поглаживая Чонгука по крыльям. Он осторожно набирал высоту, боясь навредить ей. Машина с визгом остановилась у полуразвалившегося дачного домика. Тэхён и Намджун тут же вышли навстречу парням, глубоко в душе надеясь, что никто не ранен. — Как прошло? — выдохнул Тэхён, крепко обнимая Ёсана. Тот молчал, понурившись. — Что такое? — Мы не нашли Ману, — с тяжёлым сердцем ответил Уён, провожая взглядом Сана, который тут же ломанулся в дом к Исыль. — И мы упустили Чонгука, — дополнил Сонхва, давая понять Намджуну, что с ними всё хорошо. Чонхо в это время отогнал машину в лес, а Юнхо придерживал за талию слабеющего Минги. Тэхён шокировано посмотрел на Сонхва и покачал головой. — Юнги всё ещё не пришёл в себя. Что нам делать? — прошептал Тэхён, потерянно опустив голову. В знак поддержки его по плечу похлопал Намджун. Уён, скрипя сердце, помог Юнхо довести Минги до дома. В это время Сонхва рассказал, как прошла операция по спасению Ёсана. На тропинке показался одетый в военную экипировку Хонджун, которому такой наряд был очень к лицу. Глаза прокурора были сосредоточены. Он выглядел собраннее других. — Что с Чонгуком? — на ходу спросил Хонджун. Сонхва вкратце объяснил ему, что произошло. Пак видел, как лицо прокурора побелело еще больше, и он болезненно поднял взгляд к солнцу, чудовищно и предательски быстро взмывшему к зениту. — У нас так мало времени, — сказал Хонджун скорее самому себе, чем другим. Он тяжело сглотнул и выдохнул. Намджун не мог спокойно смотреть на младшего брата, зная, какой страх за любимую внутри себя нёс Хонджун. Он незаметно для других погладил Джуна по напряженный спине, зная, как прокурор не любил проявления эмоций на глазах других людей. — Почему Юнги не приходит в себя? — горячо выдохнул Намджун. И тут на тропинке, ведущей из леса, показался Чонхо в сопровождении фигуры, облаченной в тёмный блестящий плащ. Капюшон плаща напрочь скрывал лицо. Фигура была чуть ниже Чонхо ростом, более худощавой, но двигалась с бодростью воина и грацией танцора. — Что за… — начал Хонджун, потянувшись к пистолету, заткнутому за пояс. Чонхо, радостный словно ребёнок, велел прокурору не трогать оружие. Фигура молча проследовала в дом мимо ошарашенных мужчин. Их взгляды медленно обернулись к улыбающемуся Чонхо. — Кто это был? — спросил Сонхва. — Наше спасение прибыло прямиком из Пусана, — ответил Чонхо и облегчённо выдохнул. Его радость волнами передалась всем, кроме Хонджуна. Мия сидела подле Юнги, сжав до боли карандаш. Она понимала, что бесполезна как никогда прежде. И единственное спасение для её тяжелых мыслей — это попытка расшифровать дневник отца. Перевод Чонгука не внес ни капли ясности. Лишь какие-то скомканные и высокопарные фразы про единство крови и явление спасителя в виде гостя. Какой гость? Чья кровь? Сплошная несусветица. Мия использовала уже все возможные шифры, которыми они с Джоном обменивались в её детстве: нумерация букв и цифр, зашифровка с помощью древних скриптов племени майя, использование индейских вед, чтобы шифровать слова в цитатах, наскальные рисунки древних людей, простые цифровые коды, начальные программистские коды, всё, что когда-либо использовал Джон Хьюз, чтобы тренировать смекалку Мии, она уже перепробовала. Последняя страница дневника, в которой, Мия чувствовала, скрывался способ снять проклятие с ворона, оставалась не понятной. Поверх искусно прорисованного ворона были нагромождены в хаотичном порядке множественные круги, по краям которых вились надписи на старо-монгольском языке вперемешку с римскими и арабскими цифрами. «Вот бы картинки были», — подумалось Мие. — «Сюжетно это бы было более понятно». — Чёрт возьми, папа, ну почему нужно было придумывать такую сложную загадку, — выдохнула Мия, устало опуская голову на ладонь. Девушка подняла взгляд на бледное лицо Юнги и осторожно пожала его холодную руку. — Оппа, как мне помочь друзьям? Я не могу справиться с этим чёртовым дневником. — Ты справишься, милая, — раздался над головой Мии незнакомый голос, от которого по коже девушки пробежали мурашки. Такой нежности и перелива птиц она не слышала ни разу в жизни. Девушка подняла испуганный взгляд на фигуру в чёрном плаще и едва не рухнула со стула. — Не бойся. В спальню тут же влетели испуганный Уён и Юнхо. При виде первого Мия ощутила облегчение. У нее даже выступили слезы на глазах. Он жив и здоров. — Отойди от неё, — угрожающе произнёс Уён, поднимая оружие. Юнхо тут же шикнул на него. Мия сдавленно сглотнула, поднимаясь. Фигура отступила чуть назад. — Кто вы? — спросила девушка, сжимая дневник, словно самое драгоценное, что у неё есть. — Старый отшельник, — послышался хриплый шёпот Юнги. Мия удивлённо посмотрела на мага. Он всё ещё пребывал в забытии, но губы его тронула лёгкая ухмылка. Незнакомец хмыкнул и осторожно снял капюшон с головы. Мия тут же подумала, что он не такой уж и старый. Выглядел не старше, чем она сама. Хотя Юнги тоже на вид казался ее ровесником, хотя это было далеко не так. Светлые волосы слегка блестели сединой в нескольких местах, но фарфоровая кожа лица была молода и свежа. Добрые зелёные глаза смотрели на неё с улыбкой, а пухлые губы были серьёзно сжаты. — Меня зовут Чимин, — произнёс юноша и с ухмылкой взглянул на Юнги. — Старый маг и я состоим в одном магическом ордене, и это всё, что вам стоит знать. Я на вашей стороне и пришёл с миром. Чимин присел на стул перед Юнги, вздергивая полу плаща, и положил ладонь на его лоб. — А вы умеете сажать магическую батарейку, молодёжь, — усмехнулся Чимин, прикрывая глаза. Меж его пальцев полился зелёный свет. Мия не удивилась. Она лишь вспомнила, что магия Юнги имела синий цвет. Через некоторое время Юнги приоткрыл глаза и нисколько не удивился Чимину. Лишь ухмыльнулся, похлопывая того по колену. — Долго же мы тебя ждали. Поезда из Пусана поломались что ли? — хриплым голосом произнёс Юнги. Чимин заливисто рассмеялся. Мия удивлённо смотрела то на Уёна с Юнхо, то на магов, не зная, куда себя деть. — Стражи надеялись, что вы сами справитесь, — уклончиво ответил Чимин, боясь оскорбить искусство Юнги. Но тому, кажется, было наплевать. Он посмотрел на Юнхо и тут же понял, что произошло. — Помоги нашей девочке Исыль, — попросил Юнги со всей серьёзностью. — Я не останусь в долгу, Чимин. — Ты уже догадываешься, что вылечит её, Юнги, — недовольно произнёс Чимин, вставая и сбрасывая с себя плащ. Под ним оказались простая белая рубашка и чёрные брюки. Мия удивилась, как маг не мёрз. — Не стоило так беспечно отпускать ворона. С этими словами Чимин подошёл к Мие. — Веди меня к своей подруге, — произнёс маг, и девушка молча кивнула. Отчего-то желание задавать вопросы и перечить у нее отпало. — А кто это отпустил ворона? — серьёзно спросил Юнги, смотря на Уёна и Юнхо. Те закашлялись, растерянно глядя друг на друга. — Ну, Ким у меня получит, — прошептал маг, устало проводя ладонью по лбу. Чонгук опустил Ману на берегу озера, не долетев до дома Джонса жалкие метры. Девушка испуганно глядела на дрожащего ворона, который клювом утыкался ей в плечо, едва не валясь на землю. — Что такое? Ты ранен? — шептала Мана, роняя горячие слёзы на песок. Сил сдерживать наплыв эмоций у нее не осталось. Глаза ворона, из которых, Мана могла поклясться, сочилась влага смотрели на неё с облегчением и грустью. Солнце взошло и приятно грело кожу, но Ману все равно бил озноб. Девушка увидела чудовищные раны, зияющие на крыльях ворона и на его груди. Она ощутила, как сердце пропустило испуганный удар. Мана отрицательно замотала головой, поглаживая перья трясущейся ладонью. — Нет. Нам срочно нужно к Юнги. Ты же не можешь умереть, Чонгук, — сквозь слёзы улыбнулась Мана. — Ты не можешь… Девушка крепко прижалась к ворону, и он тут же обнял её своими широкими крыльями, защищая от окружающего мира. Мана горячо плакала, и слёзы её падали на чёрные крылья, словно капли утренней росы. Они сидели, обнявшись, долгие, бесконечные минуты. Мана ощущала, как сердце её, наконец, обрело спокойствие. Если бы не друзья и Ёсан, которых нужно было спасти, девушка бы совершенно точно не отказалась умереть прямо здесь, на песке, рядом с ним, чтобы весь кошмар мира наконец закончился. В какой-то момент, когда надрывные рыдания начали стихать, Мана удивлённо осознала, что обнимала вовсе не ворона, а человека. Чонгук обратился обратно и поглаживал девушку по волосам широкой ладонью. Но что было ещё удивительнее, так это то, что раны Чонгука затянулись. Он был измазан в крови, и его одежда была порвана в нескольких местах, но он был цел и здоров. — Ты… — удивлённо прошептала Мана, не веря собственным глазам. Чонгук сам не до конца верил, но знал, что это её любовь и её сила исцелила его. — Видимо, это ребёнок, — ответил Чонгук. — Юнги упоминал об этом. Упоминал, что возможны изменения. Мана улыбнулась сквозь слёзы и горячо поцеловала Чонгука, наконец, ощутив его рядом с собой. Юноша ответил на поцелуй с такой же сильной отдачей, едва ли не до боли сжимая талию девушки, гладя ее по волосам и рукам. Он целовал ее, жадно впиваясь губами, дыша с ней одним воздухом, словно это был их последний раз. Только сейчас он осознал цену их разлуки. И, видит Бог, ради таких моментов, как этот, он бы стерпел еще больше десятилетий взаперти. — Нам нужно идти, — прошептала Мана, с трудом отрываясь от Чонгука. И вновь горячо поцеловала его, едва не опрокинув на песок. Но Чонгук смог справиться с собой и, оторвавшись от девушки, согласно кивнул и помог ей подняться. Юноша придерживал Ману за талию, но, ощутив ее слабость, легко подхватил на руки. — Мы не далеко от дома, в котором подготовлено последнее укрытие, — отозвался юноша, сжимая талию девушки. Мана кивнула, обнимая его за шею и утыкаясь головой в мощную грудь. Наконец, они дошли до дома мистера Джонса по узкой тропинке в пролеске. Все это время Мана отвечала на вопросы Чонгука о своем пребывании в плену у отца. Девушка старалась рассказать как можно меньше, чтобы юноша не впал в злобу. — Помнишь наскальные рисунки в поместье? — спросил Чонгук, одержимый этой мыслью последние часы. Когда его обстреливали, он неожиданно вспомнил сцену их побега из Маггота, и то, с какой придирчивостью и надеждой Мана разглядывала сюжеты на воротах поместья. — Да, — задумчиво ответила Мана, с трудом понимая, к чему ведет юноша. — Надо, чтобы ты рассказала об увиденном Мие, — отозвался Чонгук. Мана закивала головой. — Расскажу Исыль. Она сможет их воспроизвести, — внезапно вспомнила девушка. Во дворе караулили Тэхён и Намджун. Оба были в шоке, увидев Ману и Чонгука. На их лицах отразилась недоуменная радость. Тэхён тут же кинулся к подруге с объятиями, а Намджун к ворону с вопросами. — Как ты? Ты в порядке? Хочешь что-нибудь? — тараторил Тэхён, осматривая раненную Ману. Та улыбнулся, ткнув юношу в плечо. — Только обнять тебя хочу, дурак. Нормально всё, — засмеялась девушка, крепко прижимая к себе юношу. На порог выскочила Кюрин, увидевшая Ману и Чонгука из окна кухни. Девушка была одета в лёгкий ситцевый костюм, но не обращала внимания на холод, выбежав из дома босиком. — Мана! — крикнула Кюрин, глаза которой тут же наполнились слезами. Мана улыбнулась и бросилась девушке навстречу. Обе столкнулись, едва не травмировав друг друга, но смеясь и крепко обнимая. — Господи, слава Богу, — шептала Кюрин, крепко прижимая к себе Ману и поглаживая ее по волосам. — Я так переживала. Я… Прости, что отпустила тебя в ту ночь. Мне так жаль… — Перестань, — произнесла Мана сквозь слезы, беря Кюрин за лицо и целуя её в щёку. — Ты ни в чём не виновата. В любом случае, если бы ты меня тогда не отпустила, я бы не встретила Чонгука. Кюрин пожевала губами, сглатывая слёзы. И в ее ухмылке Мана узнала ту самую Кюрин, королеву школы. — Ну да. Неплохой вариант, подруга, — подмигнула Пак. Мана заливисто засмеялась, впервые за долгое время ощущая мир и покой внутри себя. И этот смех услышал Ёсан, бродивший тенью по тёмным коридорам дома. Ему даже сначала показалось, что он сходит с ума. Неужели ему настолько тяжело без сестры, что она начала мерещиться ему? Юноша испуганно вышел на порог и застыл, увидев сестру. Девушка столкнулась взглядом с братом и едва не упала от нахлынувших чувств. Это было похоже на цунами, которое вмиг от твоей гибели, все же уходит в сторону. И ты чувствуешь, что ты живой. Мана тут же бросилась к замершему, словно изваяние Ёсану, но застыла так же как он. Девушка не до конца верила, что это правда, что он действительно стоит перед ней живой и здоровый. Его не увезли от нее. Им все же не удалось их разлучить. — Оппа, — прошептала Мана, трясущейся ладонью прикасаясь к щеке брата. Ёсан неотрывно глядел на сестру, стараясь свыкнуться с реальностью. Он боялся, что его жестоко обманывают. Что сейчас снова кто-то заберёт её у него. — Долго же ты гуляла, сестра, — усмехнулся Ёсан и со всей силы прижал к себе Ману, дав волю слезам. — А Анастасия? — испуганно спросила Кюрин, смущённо отвернувшись от обнимающихся близнецов и утирая слезы умиления. Чонгук тут же спохватился. — Чёрт подери! — воскликнул он и отвернулся, силясь наладить связь с Анастасией. «Анастасия!» — позвал Чонгук. Послышался треск, а затем дикий крик Анастасии, от которого ворон здорово вздрогнул. Намджун и Тэхён удивлённо переглянулись. «Я тебя убью! Где ты был, чёрт бы тебя подрал?!» «Прости. У нас тут всё прошло не по плану.» «Это я уже сама поняла, гений!». Даже в мыслях Чонгук различал язвительную интонацию прокурора, и от этого ему стало легче. Значит, Анастасия точно в порядке. «Вы все живы? Мана и Ёсан…» «Мы их вызволили. Всё хорошо». В мыслях Чонгук услышал подобие облегчённого вздоха. «Сегодня занятия в Вирмизере отменены. Они соберут старшие классы для смотра спектакля. Потом туда будет не попасть. Эти ублюдки хотят заминировать периметр, чтобы ни один не помешал их тесту. Повсюду будет лазерная защита и куча боевиков в лесополосе для подстраховки. Я понятия не имею, как вам туда пробираться. Без магии Юнги нам не обойтись». После визита к Исыль Чимин долго жаловался на хамство Сана, который едва не сломал магу руку, когда тот потянулся к девушке. Но как только Чонхо объяснил Чхве, кто есть Чимин, Сан успокоился. Хотя, далеко от Исыль всё равно не отходил. — С таким защитником она не пропадёт, уж точно, — недовольно фыркал Чимин, делясь впечатлениями с Юнги. Второй заливисто хохотал, сидя в своём кабинете, собранном с помощью магии. — Ты бы видел его злющие глаза. Волчица, охраняющая детёнышей, более мила на вид. — Он просто переживает за неё, — не без улыбки ответил Мия. Чимин бросил на девушку короткий взгляд. — Между прочим, правая рука — моя самая любимая. А он мне её едва не оттяпал, — пробурчал Чимин. — Бухчишь похлеще Юнги-хёна, — возмутился Сан, который едва мог усидеть на месте. — Когда уже можно её навестить? Мана с Кюрин закончат свои женские сплетни когда-нибудь? — Дай им пообщаться, — сказала Мия с улыбкой. Она бы сама была не прочь поговорить с Маной подольше, но дневник не ждал. — Они не виделись несколько месяцев. Сан насупился, но остался сидеть в кресле. Сонхва с ухмылкой посмотрел на друга, потрепав того по волосам. Чонгук и Хонджун изучали планы школы Вирмизера, пытаясь найти в них удобное место для незаметного проникновения. Хосок в огромных наушниках рядом с ними контролировал каналы связи местных спецслужб, на случай неожиданных изменений в планах властей. — Если бы Чонгук не ломанулся спасать Ману самостоятельно, то усиления бы не было, — заметил Хосок не без негодования. — Они в бешенстве. Исчезновение Ёсана тоже заметили. И бегство Минги. Удивительно, как они не начали шантажировать нас Анастасией. Хонджун при упоминании женского имени вздрогнул. — Свяжись с ней, — велел прокурор. Чонгук кивнул. «Анастасия?» «Что такое?» «Ты в порядке? Изменений нет?» «Если бы были, я бы сообщила, Чонгук. У вас там что?» «Не радужно. Исчезновение Маны и Ёсана засекли». Анастасия смачно выругалась, и Чонгук неловко откашлялся. — Что она говорит? — в нетерпении спросил Хонджун. Чонгук кинул на него взгляд. — Я не буду это повторять. За такое детям рот с мылом промывают, — ответил Чонгук. Юнги прыснул со смеху. — Очевидно, что с ней всё хорошо, птенчик, — произнёс маг. Хонджун закатил глаза. — Вы можете хотя бы иногда говорить серьёзно? — устало спросил прокурор. — С ней правда всё хорошо, — поспешил успокоить его Чонгук. — Она говорит, что изменений нет. — Они изначально планировали использовать Анастасию с этой целью, — задумчиво произнёс Чимин, потирая подбородок. — Они не будут идти у вас на поводу и менять свои планы. Это будет означать, что они проиграют. Такая же логика была у их предков. Те не особо далеко ушли от нынешних династий Талио. Бьюсь об заклад, что сейчас каждый уголок города обыскивают с дичайшей дотошностью. Им от вас нужна только Мана. — И она в безопасности под вашим волшебным куполом, — дополнила Мия. — Мы пока выигрываем. — У нас Мана, а у них Анастасия, — не сдержался Хонджун, вновь нагибаясь над картой. — Ни черта мы не выигрываем. Мия сжалась, и Сонхва поддержал её братским прикосновением к плечу. Девушка благодарно улыбнулась юноше. — Что у тебя по зельям, Мин? — вдруг спросил Чимин и уткнулся в шкаф с флакончиками и травами. Юноша начал их осторожно перебирать, придирчиво рассматривая каждый. Юнги недовольно посмотрел на мага, но смолчал. — Может, нам сделать их невидимыми? — предложил Чимин, заговорщически улыбаясь. Все присутствующие посмотрели на него как на идиота. Но Юнги задумался. — Такое только ты можешь провернуть. Мне эти знания неведомы, — серьёзно ответил маг. — А может у вас ещё мантия невидимка найдётся? — спросил Сан не без грубости. Это уже было чересчур. — И бузинная палочка в придачу, — добавил Сонхва. Чимин зло посмотрел на юношей, нахмурившись. Нахлобученный зельями, маг выглядел очень комично. Словно ребенок, набравший кучу игрушек в руки, который не смог бы донести их до игровой без помощи взрослых. — Можно я их в дворняг превращу? — поинтересовался Чимин, обернувшись к Юнги через плечо. — Будут потом блох вычёсывать до конца жизни. Сан и Сонхва заметно напряглись. Юнги же в свою очередь закатил глаза. — Кухня прямо по коридору, птенчик, — сказал Юнги. Чимин театрально поклонился, ещё раз недовольно взглянул на Сана и Сонхва и исчез в коридоре. — Он что серьёзно говорил? — скептически спросила Мия. — Занимайся дневником, — велел Юнги. И девушка цокнула. — И чем это нам поможет? — без тени юмора спросил Хонджун. — Мы и Анастасию зельем будем отпаивать? — Мои крылья им не пробить, — неожиданно заявил Чонгук. Все собравшиеся обратили к нему взгляды. — Я могу забрать её. — Тогда нужно, чтобы кто-то изнутри обесточил их защиту, — задумчиво произнёс Хосок. Теперь все взгляды обратились к нему. — Для этого, кстати, судя по тому, что мне известно, достаточно просто вырубить свет. — Городская станция подойдёт? Ну, это слишком просто будет, — усмехнулся Сонхва. Хосок серьёзно посмотрел на своего ученика. — Сонсэнним, вы серьёзно? — Более чем, — кивнул Хосок. — Тогда проблемой остаётся только вирус, — кивнул Юнги. — С этим и я с Чимином справимся. Не придётся зелье на вас переводить, птенчики. — Внутри нужна будет хоть какая-то подстраховка, — засомневался Хонджун. — Отправишься со мной, хён, — сказал Чонгук. — Ты сможешь себя контролировать? — спросил Юнги и наклонился над столом. Взгляд мага стал предельно серьезным. Чонгук даже подумал, что таким серьезным Юнги он никогда прежде не видел. — Чонгук, ты в полном превращении контролируешь себя только с Маной. Но ты её любишь. И у неё под сердцем твой ребёнок. А как ворон будет реагировать на Анастасию и Хонджуна? Анастасия с тобой хотя бы связана из-за граната. А Хонджун тебе никто. Чонгук тяжело сглотнул под тяжёлым взглядом мага и под пристальными глазами Хонджуна. — Я готов рискнуть, — тихо произнёс Хонджун.