Глава 2. Истинные планы.

Несколько секунд в холле стояла идеальная тишина, а потом из пустоты заговорил Анорран: — Делимся так: я слежу за ним на вышке, ты обыскиваешь комнату. Если что-то пойдёт не по плану, я дам тебе знать. Он не видел, как Миднрил кивнула, но знал, что она это сделала. Они постояли ещё какое-то время, разводя руками и ногами, поворачивая голову, чтобы привыкнуть к своей невидимости. Полезная руна, но, когда ты не видишь самого себя, может стать опасной. — Вперёд. Окно открылось само по себе, а потом закрылось обратно. Второе, к чему пришлось несколько секунд привыкать старшим ученикам Воинской школы – это изменение положения мира. Только герои на иллюстрациях книг красиво сражаются, прыгая со стен на потолок, а на самом деле это очень сложно. Небо – впереди, земля – сзади, над головой горизонт, а под ногами – выложенная камнями округлая стена. Когда хочешь пройти куда-то незамеченным, никогда не используй лестницу. На ней ты можешь встретить любителей прогуляться ночью, а по стенам никто не ходит даже днём. Миднрил больше не знала, где Анорран, потому что не видела и не слышала его благодаря рунам. Подступило волнение, но она обещала держать себя в руках. Цель – приоткрытое окно привратника. Миднрил метнулась к нему. Она подобралась к подоконнику, ухватилась за него и перекувыркнулась, врезавшись ногами в пол, прошлась, привыкая к перевороту. В комнате ещё горел свет, хотя привратник должен всю ночь оставаться на вышке. Собирался ещё зайти? Это плохо. Это всё испортит. Надо быть начеку. Руна и так давала полную бесшумность, но Миднрил зачем-то едва дышала и ходила на цыпочках. С чего начать? С ящиков? Ученица склонилась над тем, что стоял ближе всего к окну – он оказался не заперт. А привратник вообще что-нибудь запирает, кроме Врат? Первым, что она обнаружила, было письмо из школы. Оно... как будто смотрело. Смотрело тяжёлым и суровым взглядом главы, повторяющим о своих надеждах и своей уверенности в выборе учеников. Миднрил не могла держать конверт долго и отложила его в сторону. Начала перебирать все бумаги, предусмотрительно складывая их в ровную стопку так, как лежали в ящике. Ничего. Деловые переписки. Приказы и отчёты перед школой. Миднрил успела проглядеть их только мельком, не было времени на большее. Но из того, что она успела прочитать, никаких зацепок. Если в общении с ней и братом Анорраном привратник был достаточно открыт, то на письме его слог представлял из себя совершенно сухие и короткие предложения. Так, пожалуй, и полагается писать воину. Следующий ящик. Миднрил переместилась к нему, не задевая стопку из предыдущего. Он тоже оказался не заперт, а там... Почти ничего не было. Пустота сыграла злую шутку – Миднрил дёрнула слишком сильно, не отягчённый содержимым ящик выскочил и с громким стуком ударился об пол. Вес и так ушёл в стопы благодаря руне, но Миднрил перестала чувствовать себя совсем, когда полную тишину нарушил этот стук. Только не это. Она не могла... Не могла так глупо провалиться! А в упавшем ящике, добавляя холода к противному чувству, лежала книга, знакомая любому ученику Воинской школы, со змеином на обложке.

***

Анорран достиг вышки достаточно быстро, и даже жуткое ощущение, что ты бежишь в небо, никак не сказалось на нём. Девять колонн огибали идеально ровную и чистую площадку, держа над ней конусообразную крышу. Анорран ухватился за одну из колонн, чтобы сделать переворот и оказаться на полу, в нормальном для человека положении. Потяжелевшие после руны стопы бесшумно столкнулись с камнем, и Анорран поднялся. Хорошо, что он не чувствовал веса. Одно такое чувство, будто ты бутыль с болтающейся вверх-вниз водой, сводило бы с ума даже самых привыкших. Шайро сидел посередине вышки, обернув хвостом поджатые по себя ноги. Судя по сложенным к лицу рукам, он медитировал. На последней стадии. Анорран не мог не обратить на это внимание: зачем черпать из мира магию, если твоё тело в ней не нуждается? Если ты и так сильнее любого человека. Обойдя учителя, Анорран переместился ближе к лестнице, чтобы в случае чего оказаться в комнате раньше него и предупредить Миднрил. Пока всё идёт хорошо, но расслабляться нельзя. Анорран примерился и встал так, чтобы соскочить через проём сразу на пол, и стал смотреть на Шайро. Будущий Пятый страж не отличался развитыми чувствами. Так же, как и мыслями. Хотя он не был чёрствым: без лишних просьб (и без просьб вообще) помогал людям и умел думать, анализировать очень хорошо. Но он никогда не понимал Миднрил, которая... Делала это как-то острее. Острее чувствовала, острее думала. Её душе как будто всегда и до всего было дело, всегда надо было всё понять самой, а Анорран без оговорок принимал понятия от тех, кто не давал ему повод к недоверию. Больше всех он доверял главе школы. И отношения к брату и сестре по оружию в оттенках было разное. Учителя строги и суровы со всеми, но на Аноррана смотрели так, будто знали, что никогда не подведёт, а на Миднрил – так, будто ей нужна крохотная, но дополнительная проверка. И несмотря на то, что развитыми чувствами Пятый страж не отличался, он ощутил их довольно ясно, когда смотрел на безмятежное, словно мраморное лицо своего нового учителя. Эти чувства были – негодование и сдержанная злость. Такой искусный хитрец и обманщик, о чём он думает сейчас? О том, как спустя пару месяцев, а может, и дней, откроет эти Врата перед толпой голодных собратьев? О том, как будет наслаждаться с этой вышки охваченным паникой городом? «Не дождёшься, змеин. В чём бы ни была твоя причина прийти сюда, мы её узнаем. Мы выведем тебя на чистую воду. Ты глуп, если думаешь, что люди наивны и поверят в твои добрые намерения. У таких, как ты, их не бывает». Лицо Шайро дрогнуло, и он открыл глаза – медитация закончена. Медленно и плавно расправил руки, выдохнул. А потом потянулся. Обёрнутый вокруг ног хвост распрямился и шлёпнул землю. Анорран смотрел, как складываются и расправляются пластинки, чертит по земле острый, как на стрелке часов, кончик. Таким можно в один удар достать до сердца, а как назло именно этот хвост больше всего мешает в поединке. Если в Воинской школе ты научился следить за руками и ногами своего соперника, то тут добавился этот хво... Мысль оборвал глухой деревянный стук внизу, такой отчётливый в тишине полупустой вышки. Анорран задохнулся. Проклятье. Миднрил. Шайро вскинул голову, и было ясно, что меньше, чем через минуту, он будет стоять у двери. Анорран среагировал так быстро, как только мог. Спрыгнул в проём, метнулся к порогу, но понял, что не успеет предупредить Миднрил – если он посмеет сказать хоть слово, Шайро его услышит. Он слышал каждых шорох на сегодняшнем поединке. Тень учителя уже упала на последние ступени, когда Анорран сжал зубы и решился: прошептал почти одними губами все три руны задом наперёд. Когда Шайро вышел из-за поворота округлой стены, Анорран уже стоял перед дверью с совершенно непроницаемым лицом. Хвост змеина сильно дёрнулся, едва не поцарапав перила. — Анорран? — Шайро явно торопился, потому что шум в его комнате не мог означать ничего такого, ради чего торопиться не следует. — Что-то случилось? Анорран шестым чувством ощутил, как от этого голоса очнулась за дверью Миднрил. Надо дать ей время выбраться. — Учитель, — Анорран старался говорить достаточно громко, чтобы его слышала сестра, и достаточно тихо, чтобы себя не выдать, — я хотел кое о чём спросить вас. Паузы между словами оказались почти незаметными. Анорран соображал с потрясающей скоростью. — Среди ночи? — уточнил Шайро, нервно дёргая хвостом – как бы хорошо ни держал себя змеин, хвост был тем, что выдавало его нетерпение. И будет выдавать. — Да, — бесстрастно ответил Анорран. — В Воинской школе я привык вставать раньше подъёма и тренироваться без рун на площадке. Я могу позволить себе подобное здесь? В виде прогулки по Стене? Вопрос, придуманный только, чтобы потянуть время, оказался не совсем бесполезным и вполне правдоподобным. Всё бы ничего, если бы он, действительно, не был задан посреди ночи. Да в этом парне есть романтика! Шайро точно бы так подумал, если бы его не ждала дверь. Он явно разрывался между двумя необходимостями: зайти наконец в комнату и понять, почему ученик не додумался спросить про прогулки раньше. — Можешь, — первая необходимость оказалась в приоритете. — Только при условии: возвращаешься по первому же моему призыву. А теперь иди спать. Последнее он сказал, уже нажимая на ручку. Анорран не смел задерживаться – он и так уже вызвал пусть и бытовые, но подозрения. — Слушаюсь, учитель. Только когда ученик благополучно ушёл на боковую, Шайро мог позволить себе закрыть дверь хвостом. Времени он не терял и к этому моменту уже успел осмотреть комнату: ничего необычного. Да и что могло здесь произойти необычного? Привратник Восточной Стены не боялся воров (и любых других незваных гостей) и в первую очередь потому, что брать у него было фактически нечего. Все важные для своей должности вещи он носил при себе или держал на вышке в потайных уголках между облицовочным камнем. И всё-таки что могло упасть? Шайро понял это, когда зацепился взглядом за окно. Ничего и не упало – одно из цветных пересечённых узором стёкол у самой рамы треснуло. А створка покачивалась от ветра. Шайро не открывал окно так широко, но это означает разве что то, что его распахнуло порывом. И ударило об стену. Привратник подошёл к створкам, закрыл их и провёл пальцами по трещине. И единственная мысль, которая пронеслась в его голове, гласила: придётся попросить об услуге мастера стекла. Миднрил смотрела в раскрашенное разноцветными стеклами лицо, едва сдерживая частое дыхание. Руны забрали магию уже до уровня ощутимости, но главное – с такой скоростью, как в этот раз, она не передвигалась никогда. Спасибо Аноррану, что задержал привратника этим разговором про прогулку на Стене: девушка успела разложить по местам стопки, закрыть ящики и оставить трещину на стекле, которая гениально и без лишних подозрений отвечала хозяину комнаты на вопрос, откуда взялся стук. Правда, без силы руны она никогда бы не сделала этого без единого звука. Учитель растворился в темноте, и Миднрил очнулась: окно погасло, хозяин потушил подставки с маслом. У них в школе пользовались такими же. Девушка не стала дожидаться, когда скрипнет дверь, руны и так обеспечивали незаметность. Обратный путь до своего окна Миднрил проделала спокойно, затем перекувыркнулась на потолок, сначала встала на руки, чтобы коснуться ногами стены, а со стены совершила такой же переворот на пол. И вот теперь голова немного закружилась, но не от переворотов, а от пережитого испуга. Миднрил произнесла наоборот руны и появилась в холле. Тело вернулось к своему естественному самоощущению, и девушке понадобилась минута, чтобы побороть неприятные ощущения. Оказывается, Анорран всё это время ждал сзади. И подошёл только тогда, когда Миднрил его заметила. — Прости, — первым делом сказала сестра, не обращая внимание на его ободряющее прикосновение к плечу. — Я так глупо нас выдала... — У нас ещё много ночей впереди, — успокоил её Анорран, и это означало, что для первой попытки они справились отлично. А разве кто-то надеялся, что всё получится с первого же раза? — Он ничего не заподозрил, — уловив поддержку, подвела итоги Миднрил. — Я в этом уверена. Анорран опустился на пол и предложил сестре сделать то же самое, постучав перед собой ладонью. — Что ты нашла? Миднрил села. — Ничего. Письмо из школы, отчёты привратника, поручения... Я успела осмотреть только два ящика. Но... Девушка помедлила, решая, стоит ли внимания следующее. — Во втором было школьное писание. Из младших кругов. Анорран нахмурился. — История Воинской школы и её... врагов? Да. Враги в мыслях Миднрил определённо были главным. — Как ты думаешь, зачем он её держит? — спустя молчание, начала рассуждать Миднрил. — Там написано, какими люди представляют змеинов. Представляй из себя противоположность – и сможешь понравиться всем. Думаю, в его голове это звучало так. Миднрил кивнула. Она сама подумала о том же. — Сейчас не о чем рассуждать, — твёрдо изрёк Анорран. — Мы толком ничего не видели. Книжка не открывает нам совершенно ничего о планах. Давай ложится спать. Когда будем завтракать, осторожно обсудим новый план. — Мне нужно ещё помедитировать, — согласилась Миднрил. — И тебе бы не мешало. — Я почти ничего не потратил. Мне руны послужили меньше, чем тебе. И оба встали, ещё пару секунд подумав. — Спокойной ночи, брат. — Спокойной ночи, сестра. И разошлись по своим комнатами. А пока они готовились, Анорран – ко сну, Миднрил – к медитации, в голове обоих звучал надтреснутый, серьёзный голос. Он будет звучать теперь каждую ночь: «Шесть лет назад наш город потерпел серьёзную атаку змеинов. После которой пришёл он. В битве принял нашу сторону, прогнал своих, рассказал, как разочаровался в собратьях и захотел жить среди людей. Он попросился стать привратником на пустой после нападения Восточной Стене и обещал защищать её без единого поражения в одиночку. Город был вынужден принять это предложение. Мы годы пытались понять, что же он задумал на самом деле, зачем ушёл от своих и добился должности привратника. Но издалека такую тайну не разгадать. Я направляю вас в его дом, чтобы вы выведали планы змеина: расспросами, поисками, слежкой. Вы разгадаете тайну злодея. Но будьте осторожны: если всё раскроется, вам придётся сразиться с ним. Поэтому будьте внимательны на каждом уроке, замечайте все его уловки. Я рассчитываю на вас... Ученики».

***

Утро началось раньше всех для Аноррана (хотя для Шайро оно, по сути, не заканчивалось): ученик, дабы не отказывать привычке и не наслать тучу лишних вопросов по поводу ночной встречи у лестницы, ушёл на Стену, как только встало солнце. Шайро издалека наблюдал, как он бегает, перескакивает с края на край, машет руками и встаёт на них, отрабатывает атаки. Занятие на самом деле похвальное: тело воина должно оставаться сильным и без использования рун. Правда, на площадках школы наверняка было бы безопаснее: если окажется, что Пятый страж плохо выспался, он промахнётся мимо края и придётся каким-то чудом его ловить. Миднрил... не разделяла занятие брата по оружию и считала вредным спать меньше положенного времени. Однако иногда, когда Анорран ненароком будил её своим утренним уходом и заснуть не получалось, Миднрил занималась упражнениями. В боевой или исцеляющей магии, пока была младше – заучиванием рун. Сегодня она благополучно спала: медитация отняла пару лишних минут от и так не слишком длинной ночи. Разумно было потратить их на восстановление сил. Все ученики Воинской школы приучаются спать чутко, поэтому когда в холл вошёл Шайро и объявил: — Подъём! ...Миднрил за две секунды оказалась в холле – плечом к плечу с вернувшимся Анорраном. — Доброе утро, учитель! Шайро хмыкнул. — Я впечатлён, — за исключением усмешки лицо снова было непроницаемым, а вот хвост метнулся кончиком вверх. Если не врёт, это означает что-то положительное. — Две минуты на то, чтобы привести себя в порядок. Завтрак получите, если будете хорошо вести себя в зале. Лица этих серьёзных детей даже не дёрнулись. Шайро вздохнул. — Если будете вести себя плохо – тоже получите. Ваше расписание сводится к следующему: первая тренировка до еды, мы разминаемся и немного болтаем. Затем завтрак, время на отдых, к полудню я снова жду вас в зале. На второй тренировке будем учиться новому. Когда закончим – а это будет зависеть от вас – самостоятельная работа, затем долгожданная свобода, ужин и отбой. Есть вопросы? — Нет, учитель, — предсказуемо ответили ученики. Шайро хотел уже уйти, но почему-то передумал. — Вы всегда будете такими покорными? — хвост змеина незаметно ушёл за спины и пихнул сначала Аноррана, потом Миднрил. — Так вас воспитывают в вашей Воинской школе? Ответом стало недоумённое молчание. И успешная попытка проигнорировать хвост. — Мы что-то делаем не так, учитель? — растерянно спросила Миднрил. — Нет. Просто обычные люди ведут себя немного более... — Шайро не нашёл подходящего слова. — Две минуты. И он вышел из холла, так и не объяснив, как же ведут себя обычные люди. Миднрил и Анорран переглянулись, ничего друг другу не сказали и разошлись по комнатам – «приводить себя в порядок».