Часть 26 - Неудачи и смерть естественны

— Сдохни! — зарычала Селестия, обрушивая новую волну пламени на голову единорога. Десятки огненных торнадо вырвались из мостовой, окружая Сомбру, который изо всех сил старался не попасть под удар. В следующую секунду все торнадо сжались до тоненьких струек пламени, толщиной с нить, и метнулись к Сомбре. Тот мгновенно телепортировался, разрывая дистанцию, но огненные нити последовали за ним, словно голодные змеи. Не успел он использовать заклинание, как перед ним замерцало множество серебристых звёзд, и все пространственные перемещения были заблокированы — Луна была здесь не просто так. Догнав Сомбру, огненные нити впились в него, и раздался оглушительный взрыв, который эхом отразился от стен разрушенного города. Взрыв был настолько мощным, что земля задрожала, а небо окрасилось в багряные и золотые тона. Облако огня и дыма поднялось ввысь, осветив всё вокруг ярким светом. Однако, взрыв вызвал не так много разрушений, как можно было подумать. К этому моменту весь восточный район Кристальной Империи уже был превращён в руины. Больше всего вклада в это внесла Селестия, хотя и Луна не отставала — лёд в некоторых местах вряд ли оттает в ближайшие несколько лет. Дымящееся тело единорога вылетело из взрыва и ударилось о стену замка, к которому они успели подобраться в ходе битвы. Зашипев, Сомбра поднялся, пока с его тела осыпалась обугленная плоть, и, превратившись в тень, бросился внутрь замка. — Давай, добьём его! — раздался в голове Луны возбуждённый голос Селестии. — Он явно ослаблен после использования способностей Древа. Другого шанса не будет! Кивнув, Луна бросилась в замок вслед за сестрой. Обе, естественно, понимали, что это почти гарантированно будет ловушкой, но риск стоил того. К тому же, у них обеих были методы самовоскрешения, так что Сомбра может только мечтать убить их. Даже Луна, ослабленная из-за действий Найтмер Мун с её памятью, уже успела восстановить свои силы более чем наполовину. Магия Грёз действительно была очень удобной, когда дело касалось обучения, и методы для защиты собственной жизни были воссозданы в первую очередь. Хуже всего будет, если они дадут Сомбре время на восстановление. Его способность использовать Древо уже напугала их, и им пришлось заплатить некоторую цену, чтобы избавиться от печатей. Но самое главное: Сомбра явно готовил что-то крупное и ему нельзя было позволить завершить это. Селестия не стала заморачиваться с поиском входа, а просто ударила лучом по стене замка, создав огромную обугленную дыру. Каменная стена треснула и осыпалась, оставляя после себя обгорелые обломки. Аликорны, словно два сверкающих метеора, ворвались в замок. Селестия и Луна мчались по коридорам, разрушая всё вокруг. Их магия освещала тёмные, мрачные залы, превращая их в обители света и огня. С потолков падали люстры, а картины старинных героев превращались в пепел. Сомбра, в облике тени, скользил по стенам, ускользая от разрушительной силы сестёр. Он выглядел жалким и измождённым, его тёмная форма дрожала и расплывалась, словно остатки дыма. Несколько раз сестры попадали по нему заклинаниями, каждое из которых отбросило его, словно куклу, и оставляло на стенах и полу зловещие следы. Много раз он едва успевал избежать их магических атак, каждое уклонение сопровождалось глухим стоном боли и усилием. Он бежал изо всех сил, спасая свою жизнь, и каждое его движение становилось всё более отчаянным. Сомбра влетел в узкий коридор, резко свернул и открыл одну из боковых дверей, надеясь на моментальное укрытие. Сёстры рванули за ним, а Селестия, по привычке, зарядила по двери лучом. К её удивлению, ничего не произошло. Мощный взрыв разнёс всё в коридоре — разрушенные статуи превратились в груды камней, изящные вазы рассыпались в прах, обломки мебели разлетелись во все стороны. Но дверь осталась целой. Селестия прищурилась, и её рог запылал. С потолка начали падать огненные песчинки. — Блядь, — чертыхнулась Луна, превращаясь в светящееся облако серебристой пыли. В следующий миг весь коридор заполонило белое пламя, испаряющее всё, чего касалось. Пламя бушевало, его жар был настолько сильным, что воздух в коридоре казался живым. Оно ревело и вращалось, пожирая всё на своём пути, словно ненасытное чудовище. Пламя исчезло так же внезапно, как появилось, открывая фигуру Селестии и серебристое облако, которое через мгновение обернулось Луной. В другой ситуации Луна бросила бы пару тяжёлых взглядов на сестру — она действительно могла бы предупредить, прежде чем превращать всё вокруг в пепел. Но сейчас их внимание было занято другим: весь коридор был абсолютно цел. От ковров и прочего декора не осталось даже пепла, но пол, потолок и стены были абсолютно невредимы. Как и злосчастная дверь, куда сбежал Сомбра. Аликорны недоумённо моргнули — атака Селестии вполне могла бы снести половину замка. Да, замки подобного уровня явно были укреплены магически, но… вообще никакого урона? В следующую секунду стены коридора внезапно рассыпались в прах, открывая огромный зал. Но самое странное было в том, что на месте стен и потолка теперь были белые решётки, напоминающие кости. За решетками возвышался Сомбра, его глаза горели жутким красным светом, словно огни преисподней. Он слегка поморщился от боли, причиняемой отваливающейся обгорелой плотью, затем зажёг рог, и по его телу пробежала рябь. Через мгновение все его раны исчезли, как будто их никогда не было. В глазах аликорнов мелькнул шок — они действительно серьёзно его ранили, и это касалось не только плоти. Даже его ядро было повреждено. Это был не тот урон, который можно было так легко и быстро исцелить. И тем не менее, Сомбра это сделал. Попали ли они в какую-то иллюзию? — Они были реальны, — улыбнулся Сомбра, словно прочитав их мысли. — Теперь мы можем поговорить? Вы так и не ответили на мой предыдущий вопрос. Те, кто думали, что магия теней ограничивалась лишь скрытностью и другими подобными вещами, были полными дураками. Тени — это нечто между светом и тьмой, правдой и ложью, реальностью и иллюзией. И Сомбра достиг пика в этой магии. Сёстры ответили залпом атакующих заклинаний, но ни одно из них не смогло пройти через решётки. Рог Селестии запылал ослепляющей энергией, и по решёткам пробежал луч света, несущий огромное количество энергии. На решётках не осталось ни царапинки. Всё это время Сомбра терпеливо стоял, дожидаясь, пока аликорны сдадутся. Он никуда не спешил — для ритуала было немного рано, дерево ещё не завершило свою трансформацию. Селестия и Луна перепробовали множество методов: от атакующих до пространственных заклинаний, но результат был одним и тем же — они не могли нанести и царапины этим решёткам, а любая попытка бегства заканчивалась провалом. Селестия даже чувствовала, что её воскрешение на солнце не сработает здесь. — Разве ты не слышала про Несовершенств? — спросил Сомбра, его расслабленный вид лишь вызвал яростный взгляд Селестии. — В этой эпохе их называют как-то иначе? Луна должна помнить… К сожалению, Луна не помнила. Как и Сомбра, она в своё время вовсю исследовала Глубины, но, встретившись с одной тварью, чуть не лишилась рассудка и вскоре напала на Селестию. К несчастью для Сомбры, воздействие той твари активировало и исказило ментальный якорь, что он заложил в Луну, и его планы пошли прахом. — Видимо, нет, — подытожил Сомбра, наблюдая за реакцией Луны. — Ну, мне не трудно объяснить. С самого начала он почувствовал, что ментальный якорь, заложенный им в Луну, был сильно искажён и разрушен. У него было много предположений и теорий: от предательства Дискорда до какой-то неизвестной силы, но, как теперь оказалось, всё было гораздо проще. — Несовершенства являются воплощением правил, условий и последовательностей, вокруг которых и построены их способности, — продолжил Сомбра, неторопливо прохаживаясь взад и вперёд за решётками. — Эти решётки сделаны как раз из такой твари. Правила очень просты: вы не можете покинуть клетку, пока не пройдёт определённое время. После этого она сама откроется, и вы сможете выйти. Судя по убийственному взгляду Луны и пылающей яростью Селестии, эта информация не произвела на них расслабляющего эффекта. — Я вижу в ваших глазах нотки недоверия, — рассмеялся Сомбра, изучая лица сестёр. — Но всё, что я сказал — правда. Даже Дискорду пришлось бы выложиться на полную, чтобы выбраться отсюда раньше времени. Итак, мы можем поговорить? Признаться честно, за эти годы я немного соскучился по общению… — Не можешь удержаться от злорадства? — холодно спросила Луна, её голос дрожал от сдерживаемой ярости. — Ты изменился, Сомбра. — Я ничуть не изменился, Луна, — покачал головой единорог, и его глаза, казалось, потемнели ещё больше. — И я искренне хочу поговорить. Зачем нам сражаться друг с другом, если у нас общий враг? — Ты ебаный псих, — зарычала Селестия, больше не в силах сдерживать эмоции. — Ты превратил Кристальную Империю в… это! Вся земля здесь насквозь пропитана твоей мерзкой магией. Ты и есть враг самой природы. — Всегда приходится чем-то жертвовать, — равнодушно пожал плечами Сомбра, ничуть не раскаивающийся в содеянном. — Хоть всё и началось с моего эгоистичного желания, это ради общего блага. Иначе нам не победить. — О чём ты, блядь, вообще говоришь? — спросила Селестия, её гнев всё сильнее захлёстывал её. — Ты просто грёбаный… — Прошу прощения, — прервал ее Сомбра с непринужденной вежливостью, пристально глядя в сторону площади. — Появились неотложные дела, не скучайте. Превратившись в тень, Сомбра скользнул в коридор. Неожиданно из-за угла появилась двуногая фигура, высокое и причудливое создание с несоразмерными частями тела — дух хаоса Дискорд, собственной персоной. — Что за спешка? — спросил он, приподняв бровь и наклонив голову. — Дерево уже переварило мои подарки? Все четыре случая, когда культисты пытались вызволить Найтмер Мун из заточения, но в итоге открывались порталы в другие миры, были спродюсированы именно им. Дискорд не мог вытащить кого-то напрямую из другого мира. Он даже не мог выбрать мир, где появится портал. Всё, что он мог, — заставить портал появиться в обитаемом мире. Появится ли портал где-то в населённом районе и войдёт ли вообще кто-то в него, — всё зависело от удачи. К сожалению, сам он не мог пройти через портал и поймать тех, кто был ему нужен. Даже создание портала в другой мир потребовало невероятных вложений, помощи Элементов Гармонии и луны — таковы уж были ограничения изолированного Эквуса. К счастью, удача была на его стороне — через три портала на Эквус пришло несколько весьма сильных существ, видимо, желавших порезвиться в новом мире. Теперь их тела стали питательными веществами для дерева. Что касается последнего, четвёртого портала, это был явный провал. У этого существа не было ни магической энергии, ни души, ни каких-либо особых способностей. Какой-то мясной голем, движимый электрическими импульсами — мерзость по местным меркам. Оно даже не заслуживало стать кормом. Дискорд потерял интерес сразу же, как только увидел это существо в лесу недалеко от границы Эквестрии. Единороги с фестралами проводили ритуал довольно близко к Эквестрии, чтобы последовавший пространственный взрыв скрыл от Селестии появление портала где-то в другой части Эквуса. Как назло, портал появился ещё ближе к Эквестрии, и его засекли. Так что Дискорд не стал взаимодействовать с этим существом, чтобы не оставлять ни малейших следов. Пони Селестии через какое-то время всё же нашли место появления портала, но не обнаружили никаких следов потусторонних сущностей. Изначально этого не было в плане — они собирались использовать демонов, запечатанных под землёй, в качестве последней порции для дерева. Однако план Сомбры по контролю Луны провалился, так что Дискорд решил воспользоваться шансом и добыть несколько существ из других миров. Это было даже лучше демонов. Ну, про демонов он тоже не забыл. Древо Гармонии, а точнее существо, спящее внутри, было тесно связано с Эквусом и являлось его хранителем, оставленным двумя сущностями, создавшими этот мир. Никто не знал его имени, если оно вообще у него было. Те немногие, кто знал о его существовании, называли его просто Древним или Хранителем. Несведущие же называли его Древом Гармонии, не осознавая, что это одно и то же существо. Магия всех рас, населяющих Эквус, происходила как раз от тех сущностей, часть силы которых унаследовал Древний. Как мог Сомбра, с помощью магии, победить существо, являющееся источником этой самой магии? Это напоминало попытку вытащить себя из болота за волосы. Даже если он обладал магией теней, не принадлежащей этому миру, Сомбра родился единорогом, и вся его плоть и душа были пропитаны магией, которой владело Древо. Жизнь, сила и сама судьба Сомбры появились благодаря Древу. Идти против Древа было то же самое, что идти против своей судьбы. Это была настоящая безысходность. Давным-давно, достигнув предела силы этого мира, Сомбра по случайности узнал некоторую закулисную правду об Эквусе. Отчаяние, которое он тогда испытал, было сложно описать словами. Он узнал, что Древо ограничивало их и изолировало Эквус, запрещая путешествия между мирами. Всегда стремившийся познать все секреты магии и найти истину, Сомбра почувствовал себя запертым в клетке. Узнав это, он испытал невероятное отчаяние, осознав, что его стремление к познанию и свободе было тщетным. Но именно это отчаяние сделало его сильнее. Его ментальный возраст давно перевалил за несколько тысяч лет — он был даже старше Селестии, но с упорством безумца продолжал идти к своей цели. Аликорны считали его сумасшедшим, то ли мечтавшим разрушить весь мир, то ли тираном, желающим всех поработить. У Сомбры никогда не было подобных желаний. Он просто хотел быть свободным. Именно для этого и нужны были существа из других миров и демоны. Для их плана им нужны были существа, владеющие магией, не подвластной Древу. Существа из Глубин и других миров, демоны — все они должны были стать ядом, способным разъесть Древо Гармонии. Иначе у них ничего не получится. Древнего, тесно связанного с Эквусом, невозможно было убить. Пока существует эта планета, он продолжит возрождаться, сколько бы его ни уничтожали. — Какая-то мелкая крыса пробралась к дереву, — покачал головой Сомбра, отвечая Дискорду. — Ты пойдёшь со мной. Дискорд только пожал плечами — безопасность дерева его нисколько не беспокоила. Не потому что ему было плевать на план, на который они потратили тысячи лет, а потому что это дерево уже выросло и пустило корни, став частью этого мира. Уничтожить его было не так-то просто. Аликорны пытались, ещё в самом начале боя с Сомброй, и у них ничего не вышло. Чем сильнее они атаковали дерево, тем сильнее оно било в ответ. В какой-то момент им пришлось бежать оттуда, иначе они могли бы и умереть. Сомбра считал примерно так же, но всё же решил проверить. На самом деле, безопасность Дискорда его волновала куда больше, чем защита дерева. Ведь это был лишь клон духа хаоса, не обладающий и тысячной доли силы своего настоящего тела. Тем не менее, его роль в предстоящем ритуале была крайне важна. Настоящий Дискорд всё ещё спал где-то в недрах Вечнозелёного леса, пытаясь разрушить печать Селестии. Сомбра, конечно, мог бы найти его и освободить, приложив некоторые усилия, но это было ни к чему. По их изначальному плану настоящее тело Дискорда всё ещё должно было быть запечатано Элементами Гармонии. Вторжение Кризалис несколько переломало их планы, но печать Селестии тоже отлично подходила. Если бы у Сомбры были слуги, он, конечно, мог бы отправить их выяснить, что происходит у дерева, но все они уже давно умерли или сошли с ума от порчи. Сомбра тоже не был защищён от её воздействия, а искажённое месиво внутри него уже сложно было назвать душой. Время в Глубинах течёт намного быстрее, чем на Эквусе, ведь само понятие пространства-времени там весьма расплывчато. Ещё задолго до того как Кристальная Империя исчезла с Эквуса, он провёл почти тысячу лет, исследуя Глубины слой за слоем. Ассимилирующее и вызывающее безумие воздействие Глубин на душу было куда ужаснее, чем то, на что была способна порча, производимая миазмами. Единственная причина, почему он всё ещё был в здравом рассудке — Луна была не единственной, в кого он внедрил ментальный якорь. Сомбра промыл мозги и самому себе, закрепив в своей голове единственную и крайне простую мысль: уничтожить Древо Гармонии. Тени затрепетали в коридоре, словно живые, и в следующее мгновение Сомбра вместе с Дискордом исчезли, появившись на поляне перед деревом. Их телепортация была быстрой, почти незаметной, и казалась лишь игрой света и мрака. Взгляд Сомбры сразу же сфокусировался на двуногой фигуре, стоящей у дерева. Он не чувствовал никакой угрозы от этого существа, так что ему просто было любопытно, как оно здесь оказалось. Он никогда не видел ничего подобного на Эквусе. Немного напоминало обезьяну, но это было лишь поверхностное сходство. Может, какая-то тварь из Глубин? Из того, что он знал, Глубины можно было условно разделить на три уровня: верхний, средний и нижний. И в каждом из этих уровней были миллионы слоёв, каждый из которых не уступал по размерам Эквусу. Это место было действительно гигантским, и каких существ там только не было. Не говоря уже о том, что Сомбра не знал, есть ли что-то ещё помимо этих трёх уровней. Самому ему удалось лишь приблизиться к нижнему уровню — дальше ему просто не хватило сил пройти. — Ты ещё кто такой? — задумчиво протянул Сомбра, делая несколько шагов вперёд. Фигура, давно услышавшая его появление, наконец повернулась, и Сомбра смог лучше её разглядеть. Существо было явно самцом, но на этом ответы заканчивались — на Эквусе точно не было таких существ. — Можешь не отвечать, — равнодушно сказал Сомбра, зажигая рог. — Я привык сам добывать информацию. Множество теней оплели Алексея, и его тело рвануло к Сомбре, остановившись в воздухе в метре от него. Алексей не мог ни пошевелиться, ни издать звука, и не было похоже, чтобы Сомбра делал это специально. Просто частички той ауры, что он неосознанно испустил во время заклинания, хватило, чтобы полностью подавить тело человека. Разум Алексея метался, на максимальной скорости анализируя ситуацию. Ранее он уже мысленно подготовил себя к тому, что может столкнуться с Сомброй. Он всегда готовился к самому худшему, но реальность и тут сумела его удивить. Ситуация была не просто плохой — она была вдвойне плохой. Сомбра! Дискорд! Каждое из этих существ можно было считать финальным боссом этого мира, и он умудрился наткнуться на двух сразу. С его удачей действительно было что-то не так. Может, его сглазил тот шаман из племени зебр? Или это было какое-то предсмертное проклятие Саады? И откуда здесь вообще взялся Дискорд? Согласно историческим книгам Эквестрии, аликорны давным-давно победили и уничтожили Духа Хаоса с помощью Элементов Гармонии. Какого хуя он разгуливает здесь под ручку с Сомброй? В следующий миг Алексей почувствовал, как у него закололо в затылке, когда Сомбра ворвался в его разум, быстро просматривая воспоминания. — Ну и ну, — рассмеялся Сомбра, переводя взгляд на скучающего Дискорда. — Существо, вышедшее из четвертого портала, пришло сюда по своей воле. — Портал? — удивлённо спросил Дискорд и внимательно оглядел человека. — Ну, я понимаю, почему другой я не заинтересовался им. За убийство и сбор тел существ, прибывших из портала, отвечал другой клон, так что этот Дискорд видел человека впервые. Его задачей было доставить тела Сомбре, как только Кристальная Империя вернётся на Эквус, и помочь с ритуалом. Сомбра, тем временем, крутил человека в воздухе, как плюшевую игрушку, рассматривая его со всех сторон. Тени рассыпались на множество нитей и проникли внутрь головы Алексея, вытаскивая наружу кошмар — чёрную фигуру в форме человека. — Немного интересно, — пробормотал Сомбра, изучая кошмар. У него была похожая идея, когда он экспериментировал с созданием искусственной души, но все эти кошмары были просто детскими играми. Если по словам Саады, призраки были отбросами души, то кошмары были отбросами существ, населяющих Глубины. Зачем Сомбре кошмары, если он мог экспериментировать с первоисточником? Потеряв интерес к человеку, Сомбра заглянул в его сумку и вытащил томик в потрёпанной обложке — трактат по тёмной магии. На мгновение во взгляде Сомбры мелькнула ностальгия — этот труд был написан им самим. Это был дневник с его записями, который он когда-то подарил Луне, желая показать, как сильно она ошибалась в отношении тёмной магии. Убрав книгу, Сомбра достал из сумки флакон, наполненный соком дерева, и задумчиво посмотрел на фигуру в своей хватке. Его взгляд блуждал по телу человека, несколько раз останавливаясь на артефакте на его голове. Из воспоминаний существа, Сомбра знал, что этот Алексей украл несколько артефактов у перевёртышей, которые, в свою очередь, разграбили Кантерлот. Дряхлый артефакт, которым он проткнул дерево, не выдержал нагрузки и рассыпался в прах. В общем-то, кору этого дерева можно было пронзить даже обычным ножом — она ничем не отличалась от коры любого другого дерева. Чем глубже внутрь, тем прочнее была защита дерева, но это было не главным — его защитные способности фокусировались на бесконечном воскрешении и обращении магии против заклинателя. Мотивы существа были также ясны Сомбре: алхимик явно не смог устоять перед соблазном таких редких ингредиентов. Сомбра ничего не имел против — он уважал тягу к познанию. Сомбру немного удивило, что это существо смогло выдержать давление дерева, но и этому было объяснение: у Алексея не было души, и он был существом из другого мира, как и те, чьи силы сейчас впитывало дерево. Так что, пусть и небольшое, но у Алексея было некоторое сопротивление против воздействия дерева. Сомбра также не сбрасывал со счетов силу воли этого существа — он действительно был впечатлён. На самом деле, было очень удивительно, что он вообще дожил до этого момента. Сомбра слегка усмехнулся, вспомнив, как это существо умудрилось больше месяца прятаться от аликорнов прямо у них под носом. У аликорнов вообще не было опыта взаимодействия с существами из других миров — Сомбра бы нашёл этого человека за несколько секунд. Ну, у обеих явно были свои широкомасштабные методы, но обе были сдержаны дворянами, которые устроили бы дикий вой по поводу вторжения в частную жизнь. Сомбра задавался вопросом: в чём вообще смысл такой власти? Он бы уже давно превратил все это дворянство в послушных марионеток. Если Селестию, возможно, беспокоило то, что со временем она может стать монстром и выйти за все допустимые рамки, то Сомбру это явно не волновало. Он бы никогда не стал создавать такой искусственный противовес, играя со всем этим дворянским мусором в политические игры. Сомбра быстро проанализировал всю эту ситуацию, и оставался только один вопрос: что, собственно, делать с этим существом? В качестве корма для дерева он не годился, да и дереву уже хватало питания. Исследовательского интереса для нынешнего Сомбры он не представлял. Врагом он также не являлся — Сомбра уже видел конфликт с Древом Гармонии в его воспоминаниях. Ну, это было сложно назвать конфликтом: спящее Древо просто на уровне инстинктов пыталось его подавить, но существу каким-то чудом удалось одержать верх. И всё же, главным был результат. Быстро пробежавшись по воспоминаниям Алексея, Сомбра даже проникся к нему некоторой симпатией. Амбиции, борьба с ограничениями и собственной судьбой, предательства, жертвы — всё это было ему знакомо. Учитывая всё это, Сомбра мог бы просто… отпустить его. Несмотря на то, что о нём думали принцессы, Сомбра не был каким-то мясником. На самом деле, ему было искренне жаль всех существ Эквуса, так же как и он лишённых свободы и запертых в этой клетке. Эта жалость не помешала ему превратить Кристальную Империю в скотобойню, но с этим ничего было не поделать — других способов не было. Он не тешил себя какими-то оправданиями, что делает это ради общего блага — он делал всё это исключительно ради себя. Тем не менее, он верил, что его действия действительно сделают мир лучше. Тем не менее, он придумал другой способ извлечь выгоду из этого существа. Разве этот Алексей не был другом Луны? Да, их отношения были сложными и запутанными: много обоюдной лжи и односторонней обиды. Но Луна всё же могла бы его простить. Так почему бы не подарить ей Алексея? Но сначала ему придётся потрудиться на благо Сомбры. — Есть кое-что, с чем бы ты мог мне помочь, — Сомбра улыбнулся, скрывая свою энергию, чтобы человек мог нормально двигаться. — Ты ведь не откажешь? Считай это платой за твоё вторжение в мой дом. — Аликорны скрыли и исказили твою историю, — ровным голосом ответил Алексей, осторожно подбирая слова. — Если бы я только знал… я бы не посмел вот так вторгаться. Спасибо, что сохранил мне жизнь. Что я должен сделать? Сомбра лишь усмехнулся, посмотрев на человека. Все мысли этого существа были перед ним как на ладони — человек не испытывал к нему ни капли уважения и даже не пытался это скрыть. Не потому что он был дерзким, а потому что знал, что его мысли читают. Так что он решил обойтись без ложного уважения и лести, ограничившись коротким и сухим ответом. По его мнению, быть честным и не тратить время Сомбры было наилучшим вариантом, но он не был полностью уверен. Сейчас этот Алексей пытался прочитать реакцию Сомбры, чтобы понять, сделал ли он правильный выбор. Может быть, он должен был обратиться более вежливо и использовать какой-то титул? Сомбру это немного забавляло. Но человек действительно сделал правильные выводы — все эти мелочи и формальности его не волновали. — Всё очень просто, — сказал Сомбра, ставя человека на землю и убирая магическую хватку. — Убеди Луну присоединиться ко мне. Если сможешь перетащить и Селестию — я придумаю, чем тебя наградить. О вечной жизни даже я не мечтаю, но магию единорогов я тебе могу даровать. О, да, тебе понадобится некоторая информация для удачного убеждения. Прежде чем Алексей успел как-то среагировать на эту безумную просьбу, полоска, сотканная из тени, скользнула в его голову, наполняя его разум множеством информации. Алексей не смог сдержать своих эмоций и его глаза расширились от шока. Что он только что узнал?! Если информация Сомбры была правдой, тогда… — Этот мир… обречён? — пробормотал Алексей, чувствуя, как по спине пробежал холодок. — Мы все станем кормом? — Верно, — кивнул Сомбра, его глаза сверкнули холодным блеском. — Но эти упёртые кобылы отказываются взглянуть реальности в лицо. Моргнув, Алексей отодвинул всю эту шокирующую информацию на задний план — он не мог подтвердить, правда ли это или просто безумие Сомбры. Сейчас нужно было сконцентрироваться на задаче, поставленной этим единорогом. Убедить аликорнов присоединиться к своему заклятому врагу и восстать против местного бога? На что Сомбра вообще рассчитывал, ставя перед ним такую задачу? Почему бы сразу не отправить его к Древу, чтобы он убедил его убить себя? Если Сомбра был достаточно сильным, чтобы победить аликорнов, то почему бы ему не промыть им мозги или ещё что? Что Алексей вообще мог сделать в этой ситуации? — Так-то оно так, — снисходительно улыбнулся Сомбра, читающий мысли человека. — Но тогда зачем мне ты? Грустно улыбнувшись, Алексей кивнул, принимая задачу — намек Сомбры был достаточно прозрачен. — Кажется, ты не особо уверен в успехе, — покачал головой Сомбра, оценивая настрой человека. — Давай я добавлю тебе мотивации. Рог Сомбры зажёгся, и он направил его на фигуру из чёрного дыма в форме человека. Раздался тихий хлопок, по поверхности кошмара пошли трещины, а сам он начал показывать всё больше признаков нестабильности. Алексей задохнулся, словно из него выбили весь воздух, а резкая боль пронзила его голову — всё же он был связан с кошмаром. — Через два часа он полностью разрушится, — равнодушно прокомментировал Сомбра. — Поторопись и используй всё своё красноречие, если он тебе ещё нужен. На самом деле, Сомбра и сам не верил в успех этой затеи. Ну и что? Успех или неудача человека никак не влияли на его планы. Если он сможет посеять хотя бы зерно сомнений в разуме Луны, это будет уже неплохо. Смог же этот человек как-то одурачить ее ранее. После окончания ритуала он станет намного сильнее аликорнов, но разбираться с ними всё ещё потребует сил, которые он предпочёл бы направить на борьбу с Древом. Ещё лучше, если бы аликорны добровольно присоединились к нему и помогли в битве. Сомбра не был наивен. Даже если он заберёт часть авторитета Древа и объединится с Дискордом, они всё ещё не были ровней этому существу. Ему нужна была поддержка как всех аликорнов, так и Кризалис, и вообще всех существ на пике силы этого мира. Даже в этом случае успех был под вопросом. — Есть ещё вопрос доверия, — сказал Сомбра, наблюдая за сжимающим виски человеком. — Знаю, ты не веришь мне, но посуди сам: если Луна встанет на мою сторону, то она станет лучшим гарантом твоей безопасности и выполнения моих обещаний. Ваши отношения ещё можно восстановить. Как будто у Алексея был какой-то выбор в этом вопросе. Сомбра зажёг рог, и их окутали тени. В следующую секунду они вдвоём появились в зале, рядом с клеткой аликорнов. Дискорда он телепортировал в другое место — тот не особо хотел встречаться с принцессами. Рог Сомбры вновь зажёгся, и из пола начали вырастать чёрные кристаллы, быстро формируя новую клетку. Ещё одна вспышка — и человек оказался внутри неё. Всё произошло настолько быстро, что тяжело дышащие аликорны, явно пытавшиеся вырваться из своей клетки, не успели ничего понять. Они шокированно уставились на новое лицо в зале — откуда здесь появилась ещё и их головная боль? — Итак, на чём мы остановились? — непринуждённо продолжил Сомбра, словно ничего не произошло. — Кто наш общий враг? Древо Гармонии, конечно же. Именно его я и собираюсь уничтожить. Это заявление прозвучало как ведро холодной воды, вылитой на голову аликорнов. Они полностью забыли про существование человека и, шокированные, даже с некоторым ужасом уставились на Сомбру. — Ты… — прошептала ошеломлённая Селестия, не в силах подобрать слова. — Убить того, кто защищает наш мир? Ты сумасшедший! — Ты всё ещё веришь в эту чушь? — презрительно спросил Сомбра, его голос был полон сарказма. — Мы знаем, что сейчас идёт четвёртая эра, так почему же почти не осталось следов первых трёх? — Потому что вторжение дьяволов чуть не уничтожило весь мир! — зарычала Селестия, её глаза сверкали гневом. — Все мы, включая тебя, живём благодаря жертве Древа Гармонии. Оно защищало этот мир, не щадя своей жизни. Так ты ему отплачиваешь? — Вторжение дьяволов — лучшее, что произошло с этим миром, — маниакально рассмеялся Сомбра, его смех был наполнен безумной радостью. — Если бы не дьяволы, эта тварь никогда бы не получила таких повреждений и не впала бы в спячку. Судьба первой и второй эр не повторилась только благодаря им. — Что, по-твоему, произошло? — спросила Луна, игнорируя предупреждающий взгляд Селестии. — Оно сожрало всю жизнь на планете, конечно же, — ответил Сомбра, его слова прозвучали как смертный приговор. — Ты всё ещё не видишь клетки, в которой нас заперли? Думаешь, путешествия между мирами закрыты, чтобы защитить нас от дьяволов? Тогда почему мы не можем уйти, но в наш мир всё ещё могут прийти другие? Да потому что ему нужно разнообразие, свежая кровь! Вы всё ещё думаете, что он Хранитель и Защитник? Создатели давно покинули нас, и, как любое другое живое существо, оно хочет развиваться. Именно поэтому Сомбра с таким остервенением исследовал Глубины. Он перепробовал множество способов, но так и не смог сбежать с Эквуса. Он думал, что сможет найти выход через Глубины, но и это оказалось тщетным. Это напоминало заводь: Мир Грёз простирался через всю вселенную, а у каждой планеты была отдельная «заводь», соединённая с остальной частью Мира Грёз. Сомбра пытался найти этот проход, но у него ничего не вышло. Скорее всего, проход в основную часть Мира Грёз находился где-то на самом дне Глубин. Однако Сомбра даже не смог приблизиться к нижним уровням, не говоря уже о продвижении дальше. На самом деле, большую часть Мира Грёз занимали именно Глубины. Тот самый верхний слой, наполненный снами существ, населяющих Эквус, который пони привыкли называть Миром Грёз, был лишь туманом над морской гладью. Глубины же представляли собой безграничный океан под этим туманом. Аликорны не знали кое-чего ещё, о чём было известно лишь Дискорду, Сомбре и самому Древу Гармонии: истинная природа духа хаоса. Принцессы думали, что он был злейшим врагом Древа Гармонии, но могли ли они представить, что Дискорд был его же проектом? Древо Гармонии само создало Дискорда как ручной и контролируемый источник хаоса. Без щепотки хаоса этот мир давно бы стагнировал, чего уж точно не хотело Древо. Дискорд был уже третьим духом хаоса и пережил третью эру из-за дьяволов, вторгшихся в этот мир и нарушивших привычный распорядок питания Древа. Естественно, Дискорд не обрадовался, выяснив судьбу своих предшественников. Кем он был? Воплощением хаоса этого мира! Древо действительно думало, что сможет так легко контролировать хаос? Даже если оно могло контролировать его судьбу, жизнь и смерть, оно не могло контролировать его мысли. Оно не могло контролировать его желание быть свободным, иначе он уже не был бы духом хаоса. С этого всё и началось. — У тебя есть доказательства твоих слов? — спросила Луна, её глаза сузились от недоверия. — История занятная, но звучит как бредни сумасшедшего. — Да, у меня есть доказательства, — грустно улыбнулся Сомбра, его голос наполнился неожиданной нежностью. — Только вот поверите ли вы в них?

◄♦►◄♦►◄♦►

— Дэш! — Я… он… — невнятно пробормотала Дэш, остекленевшим взглядом смотря на капающую кровь. — Я просто… он выскочил и… К стене здания было прибито копьём тело кристального пони. Его взгляд, казалось, ещё мерцал последними отблесками жизни, а тело дергалось в агонии. Этот пони внезапно выскочил из-за угла и попытался вцепиться в Флаттершай. Дэш первой заметила угрозу и инстинктивно среагировала, метнув копьё. Она просто хотела защитить свою подругу, и её действия были мгновенны и решительны. — Дэш! Внезапно Дэш получила сильный удар копытом по щеке, выбивший её из ступора. Ошеломлённо переведя взгляд, она увидела перед собой Твайлайт, обхватившую её голову передними копытами и прижавшуюся лбом к её лбу. В глазах Твайлайт светилась решимость и поддержка. — Ты всё сделала правильно, — сказала Твайлайт с твёрдой уверенностью. — Ты ни в чём не виновата. Подошли остальные пони. Их поддержка была сдержанной, но искренней. Эпплджек положила копыто на плечо Дэш, слегка сжав его, чтобы дать почувствовать своё присутствие. Рэрити кивнула, встретившись с ней глазами, выражая понимание. Их поддержка была серьёзной и по-взрослому спокойной, без излишних эмоций и обнимашек. Даже Пинки Пай, обычно такая жизнерадостная, серьёзно кивнула, передавая свою поддержку взглядом. Внезапно их прервало напряжение, заставившее воздух гудеть. Невидимая, но мощная магия словно пробежала по их телам, заставляя шерсть встать дыбом. Атмосфера становилась всё более плотной и зловещей. Тем временем на площади перед чёрным древом стоял Сомбра. Его тёмный облик вырисовывался на фоне жуткого дерева. — Готов? — коротко спросил Сомбра у Дискорда, его голос был холодным и безэмоциональным. Дискорд, ответив лёгким кивком, взмыл высоко вверх, зависнув над кроной дерева. Лицо его расплылось в широкой улыбке — наконец-то, после стольких лет, они собирались сделать это. Подняв лапу, он равнодушно посмотрел на острый, как бритва, коготь и без колебаний полоснул себя по горлу. Кровь быстро начала покидать его тело, шипя и пузырясь, капая на дерево, которое жадно поглощало каждую каплю. Вскоре перед глазами Дискорда всё начало плыть от потери крови — всё-таки, он был лишь слабым клоном. Но многого от него и не требовалось — для ритуала нужна была лишь его кровь, плоть и капелька силы. Потеряв сознание, Дискорд рухнул на ветки дерева, которое сразу же начало поглощать его тело, высасывая все соки. Сомбра удовлетворённо кивнул, его глаза сверкнули мрачным светом. Он начал ритуал, его рог засиял тёмной энергией, от которой воздух вокруг него будто загустел и начал вибрировать. С каждым мгновением вибрации становились всё сильнее, и вскоре даже пони, стоящие вдалеке, почувствовали, как дрожит воздух. Твайлайт и её друзья заметили, что миазмы высоко в небе начали сгущаться, скрывая от мира происходящее. Невидимая сила начала давить и разгонять миазмы вокруг них, устремлявшиеся вверх. Твайлайт вдруг увидела нечто невероятное: в воздухе начал проявляться гигантский белый светящийся силуэт древа, который медленно притягивался к чёрному дереву на земле. Этот сияющий силуэт был огромен и величественен, его свет слепил глаза и заставлял сердце биться быстрее. Пони чувствовали, как их сердца переполняются смесью ужаса и благоговения при виде этой грандиозной картины. В воздухе рядом с деревом стоял Сомбра, окружённый вихрями тьмы и силы. Его фигура выглядела зловещей и величественной одновременно, как тёмный повелитель, держащий в своих руках судьбу мира. Твайлайт, несмотря на давление момента, быстро сообразила, что сейчас идеальный момент для атаки на Сомбру. К счастью, они уже воспользовались соком дерева и смогли удачно снять все печати, которые сковывали их и Элементы Гармонии. Она повернулась к друзьям, и те сразу поняли её намерения. Пони встали в круг, сконцентрировавшись, их тела начали сиять магическими потоками. Магия Элементов Гармонии начала собираться и переплетаться, готовая выплеснуться и уничтожить зло. Когда они завершили активацию, мощный радужный луч выстрелил в сторону Сомбры, разрезая воздух. Сомбра даже не обернулся, когда к нему стремительно приближалась сияющая атака Элементов Гармонии, способная уничтожить любое существо на Эквусе. Он просто лягнул задней ногой, ударив по приблизившемуся лучу, который тут же разлетелся разноцветным облачком и растворился в воздухе. Твайлайт стояла с отвисшей челюстью, не веря своим глазам: Элементы Гармонии были остановлены… простым ударом копыта? Шок и неверие сковали её разум, её сердце забилось быстрее от ужаса. Сомбра слегка повернул голову, его взгляд впился в Твайлайт, которая застыла от шока. В этот момент она почувствовала невыносимый ужас и приближение смерти. Её мысли закружились, и она поняла, что сейчас они действительно могут погибнуть. Но через секунду Сомбра отвёл взгляд, как будто ему было плевать на эту мелюзгу. Даже без помощи дерева он мог справиться с Элементами Гармонии, а сейчас они вообще не представляли никакой угрозы. Все равно они скоро умрут. Давление в воздухе становилось всё невыносимее. Здания вокруг начали трещать и рушиться, обломки с грохотом падали на землю. Твайлайт и её подруги ощущали такое мощное давление, что казалось, их вот-вот расплющит. Они не могли ни использовать магию, ни даже пошевелиться. Твайлайт почувствовала, как по её лицу потекло что-то тёплое — её глаза, уши и нос кровоточили. Силы покидали её, и вскоре её ноги подогнулись, и она рухнула на землю. Она взглянула вверх и снова увидела сияющий силуэт белого дерева, сверкающий в воздухе. Его ветви, окутанные ослепительным светом, тянулись к небу, а каждый лист искрился, словно бриллиант, излучая потоки энергии. Дерево пульсировало, каждая его часть казалась живой и дышащей, словно весь мир сосредоточился в этом одном магическом создании. Это дерево казалось воплощением самой жизни и силы, источником бесконечной энергии и гармонии. — Это… сила бога? — обреченно прошептала Твайлайт, переводя взгляд на своих подруг. Их лица были полны ужаса и слёз. Каждая из них, Рарити, Флаттершай, Эпплджек, Пинки Пай и Рейнбоу Дэш, смотрела вперёд с немой мольбой, словно пытаясь найти спасение в этом апокалиптическом кошмаре. Они не хотели умирать, но, похоже, это был конец.

◄♦►◄♦►◄♦►

Зал был окутан мрачной тишиной, нарушаемой лишь редкими вздохами и стуком копыт. Селестия и Луна сидели в белоснежной клетке из костей, их ауры сияли даже в этом мрачном месте. Алексей же находился в своей клетке из чёрных кристаллов. Взгляды принцесс, полные осуждения и скрытой тревоги, иногда скользили по нему, но никто не произносил ни слова. Каждый из них был поглощен своими мыслями в попытках выбраться из заключения. Принцессы через телепатию обсуждали планы, иногда чертя сложные схемы на полу, надеясь найти слабость в своей тюрьме. Алексей же мерил шагами клетку, размышляя о своём положении, которое было откровенно плачевным. На его левой руке вновь отсутствовало несколько пальцев — плата за использование магии крови. Однако на решетках не осталось и царапинки. Он понимал, что даже если пожертвует всеми конечностями, результат будет тем же. Сомбра не был дураком и оставил ему магию, зная, что ничего из арсенала Алексея не способно разрушить клетку. Ситуация была крайне хреновой. Внезапно Алексей почувствовал резкую боль в шее. Зашипев, он схватился за неё, не понимая, что происходит. Скосив взгляд, он увидел как из его плоти вырвался то ли красный червь, то ли пиявка. Глаза Алексея расширились от удивления — он не мог понять, что это значило, но среагировал мгновенно, пытаясь схватить червя. Тот, однако, оказался быстрее. Раскрыв пасть, червь выплюнул сгусток чёрной энергии, который мгновенно вошёл в голову человека. Алексей заморгал, а затем начал дико хохотать, привлекая внимание аликорнов. Вот оно что — оказывается, он забыл про столько вещей! Ранее, столкнувшись с Сомброй, он стёр себе множество воспоминаний: встречу с Элементами, спрятанный сок дерева, существование этих червей и множество других вещей. Также он подкорректировал некоторые свои воспоминания: какой ещё артефакт, полученный в Кантерлоте? Он ушёл оттуда с пустыми руками. Алексей приложил руку к животу, и через мгновение из его плоти вылез толстый кровавый червь. Тот раскрыл пасть и изверг наружу небольшую пробирку с мутной жидкостью — сок дерева. Взяв её, Алексей задумчиво покрутил пробирку в руках. Ну, это мало что меняло. Открыв пробирку, он капнул на решетку, и, как и ожидалось, не было никакого эффекта. Ситуация всё ещё была крайне плачевной. Сомбра что-то сделал с его кошмаром, что напоминало радиационное облучение — вся структура кошмара была разрушена, и он буквально разваливался на части. Сколько бы Алексей не заменял энергию, кошмар продолжал показывать признаки скорого коллапса. Алексей всё ещё, пусть и с трудом, мог использовать заклинания, но скоро он всего этого лишится. Конечно, он мог бы выполнить задание, поставленное Сомброй, и тот, возможно, излечит его кошмар. Но он не собирался этого делать. Дело было даже не в том, что он не доверял Сомбре — если Алексей последует этим путём, то его судьба вновь окажется в чьих-то руках. Чем бы ни закончилась битва в Кристальной Империи, его будущее будут решать другие. Попадёт ли он в лапы аликорнов или станет слугой Сомбры — всё одно, его будущее будет крайне блеклым. Если Сомбра проиграет, Алексей мог бы стереть себе память и лично уничтожить кошмар, выдав всё так, будто он был жертвой контроля разума Сомбры — в конце концов, сюда его притащил Дискорд, работавший с Сомброй. В таком случае он мог бы сохранить свою жизнь и остаться с принцессами, но это означало бы конец его амбиций. Он будет под наблюдением до конца своих дней. Он не хотел так жить. Алексей безуспешно пытался найти выход из своей затруднительной ситуации, пока медленно ходил по камере из чёрных кристаллов. Его магия была бесполезна, кошмар разрушался, а сумку, которая, вероятно, и так бы не помогла, отобрал Сомбра. У него ничего не осталось. Прошло какое-то время, и Алексей, погружённый в свои мысли, продолжал метаться по камере. Принцессы, видимо, заинтересованные содержимым пробирки, которую он достал из своего тела, и его неожиданным приступом смеха, наконец заговорили. Но он не слышал их вопросов, полностью сосредоточенный на своих мыслях. Внезапно в зале возникла мощная сила, воздух стал тяжелее, и Алексей услышал гул, исходивший отовсюду. Энергия наполнила помещение, стены начали вибрировать, а свет в комнате стал мрачным и приглушённым. По всей комнате яростно задёргались белые нити, состоящие из энергии, такие же, какие он видел на улицах Кристальной Империи. Это привлекло внимание всех в комнате. Принцессы не могли почувствовать энергию из-за характеристик клетки, в которой они были заперты, но звук они прекрасно слышали. Их лица наполнились тревогой — происходило что-то грандиозное. Алексей нервно покусывал губу, понимая, что происходит. Сомбра так и не смог убедить принцесс присоединиться к нему, и всё это закончилось ничем. После жарких дискуссий он ушел, и теперь, видимо, начался ритуал. Алексей почувствовал, как его сердце начало стучать быстрее — сейчас был самый лучший момент, чтобы что-то сделать. Позже у него уже может и не быть шансов. Но что именно? Что он вообще мог сделать? Нужно было решать быстрее. В его глазах мелькнуло прозрение, и он задумчиво посмотрел на пробирку с соком в своих руках. «А ведь я мог бы…» — мелькнула мысль в голове Алексея, но он лишь покачал головой. Безумие! Это просто безумие! А были ли у него другие варианты? Алексей сел на пол, прислонившись спиной к решеткам, и несколько секунд пустым взглядом смотрел на суетящихся аликорнов, глубоко погруженный в свои мысли. Наконец, он помассировал лицо ладонями, сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, а затем внезапно рассмеялся и встретился взглядом с Луной, привлечённой очередной вспышкой смеха. — Знаешь, я действительно наслаждался нашими ночными разговорами, — искренне улыбнувшись, сказал Алексей. — Было весело. Глаза Луны расширились от удивления — это было первое, что сказал человек за всё это время. — Ты… — неуверенно пробормотала Луна, и тут до нее дошло. — Подожди! Что ты… Ей слишком хорошо был знаком этот взгляд — человек готовился к смерти. Она что-то кричала и пыталась привлечь его внимание, но Алексей уже не слушал — он сказал всё, что хотел сказать. Поднявшись на ноги, он закрыл глаза и глубоко вздохнул — настал тот самый момент. Пришло время использовать седьмое заклинание. Прокрутив в голове формулу, Алексей активировал её, и через мгновение почувствовал, как его брюшная полость опустела — вот и цена заклинания. Тело Алексея дернулось, и он застыл с открытым ртом, не в силах вдохнуть — у него больше не было легких, его сердце не билось — оно также отсутствовало. Благо, всё это длилось лишь мгновение, и вскоре вокруг его живота заблестели алые точки, копошащиеся словно жуки. Они быстро проникали внутрь сквозь плоть и сливались друг с другом, принимая форму недостающих органов. Через пару мгновений Алексей вдохнул — у него снова были легкие и все остальные органы, но лишь временно, всего на пять минут. «Более чем достаточно», — хмыкнул Алексей, открывая пробирку и выпивая содержимое. Алексей почувствовал дикую боль в пищеводе, словно ему влили одновременно лаву и жидкий азот. Голову пронзило странное чувство и он ощутил присутствие дерева где-то вдалеке. Дерево также почувствовало Алексея и обратило на него свой взор. Почти сразу оно попыталось ворваться в его разум, стремясь взять под контроль. Алексей лишь хмыкнул, подняв руки, и притянул к себе все светящиеся белые нити, парившие в зале. Нити, подчиняясь его воле, обвились вокруг него, наполняя пространство гудящей энергией, словно электрическими разрядами, пронизывающими каждую клетку его существа. В следующий миг Алексей моргнул и обнаружил себя на полу. Под ним расползалась лужа крови, пропитывая холодный камень. Он только что потерял сознание от дикого перенапряжения, когда схватился за эти нити. Его мозг мгновенно перегорел от непомерной нагрузки, но регенерация, дарованная седьмым заклинанием, была просто запредельной. Дерево больше не пыталось вторгнуться в его разум, получив мощный отпор. Алексей собрался с мыслями и из его тела повалил дым, который начал собираться в фигуру его кошмара. Алексей вытянул вперёд руку с согнутыми, словно когти ястреба, пальцами и резко сжал их. Кошмар в ту же секунду разрушился и распался на дым, который слился с его телом. Он только что уничтожил источник своей ментальной энергии. Теперь ему предстояло либо самому стать кошмаром, либо умереть, пытаясь. Алексей начал жадно поглощать энергию, текущую через нити. Он чувствовал, как чистая мощь пронизывает его тело, проникая в каждую клетку. С каждым вдохом он впитывал всё больше, его организм словно трансформировался, превращаясь в живой фильтр. Он очищал энергию, устраняя из неё примеси и негативные флюиды, и перенаправлял её, ловко манипулируя потоками. Энергия струилась по его венам, переплеталась с его жизненной силой, и он сплавлял её со своим телом, усиливая свои способности. Это и была его изначальная идея — использовать своё мгновенно регенерирующее тело как очищающий фильтр. Без этой регенерации напряжение энергии разорвало бы его изнутри. Стиснув зубы, Алексей продолжал манипулировать энергией. Всё вокруг начало затягивать паром — кровь, струившаяся из всех его отверстий, буквально испускала густые клубы пара. Ему казалось, что его тело находится в состоянии постоянного кипения. Кровь, если бы не его регенерация, давно бы свернулась, забивая сосуды и превращая его внутренности в камень. Его кожа покрывалась ожогами и волдырями, которые мгновенно восстанавливались, оставляя за собой обугленные следы. Ощущения были невыносимыми — он чувствовал себя как в аду, где каждый вдох приносил новую волну агонии, но он продолжал держаться. Внезапно количество энергии резко возросло, словно огромная волна накатила на него, и он почувствовал, как его тело наполняется до предела. Глаза Алексея расширились от удивления и ужаса. В следующий миг раздался взрыв, сопровождаемый диким треском и шипением. Едкий запах горелой плоти мгновенно распространился по залу. Все внутренние органы Алексея превратились в кашу, а остатки ментальной энергии вместе с его «Я», сплавленным с ней, были сметены в тот же миг. Тело человека рухнуло на пол, словно кукла с подрезанными нитями. Алексей был мёртв.