13. Темнота

      Он почувствовал волну паники, которая определенно была не его. Однако она была мощной, поскольку Анакин откатился от взрыва, используя Силу, чтобы, по возможности, защитить себя и всех, кто был рядом с ним.               Эти идиоты взорвали генератор. Генератор, работающий на ядерной энергии.               Сила.               И они ужасно плохо рассчитали время. Это было хорошо для республиканских сил, поскольку означало, что они были достаточно далеко, чтобы не испариться. А с радиационным облучением смогут справиться их медицинские группы.               Несчастный случай? — задумался Анакин. Несмотря на это, имело место захватывающее дух количество некомпетентности.               — Сэр! — крикнул один из мужчин, когда все неуверенно поднялись. — Сэр, наши команды были ближе, и из-за радиационных сбоев мы не можем связаться.               Еще больше паники, и ощущение было знакомым, но ни Люка, ни Леи рядом не было, они были на задании возле Кашиика.               Так кого же он мог почувствовать, как?..               Пиетт. Группа адмирала находилась дальше.               — Вы можете связаться с кораблем? — спросил он, снимая аптечку с пояса испуганного солдата.               — Да, сэр.               — Тогда пусть они доставят сюда медиков с защитным снаряжением. И я хочу, чтобы Вирс полностью развернул «Стадо». Сейчас же.               AT-ATы уже были бы защищены и могли бы войти, чтобы разобраться с остатками врагов.               — Эм, сэр, куда вы направляетесь? — спросил сбитый с толку коммандер.               — Проверить команды, которые были ближе, — ответил он, шагая вперед со световым мечом в руке.               Он потянулся Силой. Там. Эта группа была примерно в миле к западу. Он ввел их координаты и отправил их коммандеру. Следующая была почти прямо перед ним, менее чем в миле. Он отправил и их координаты.               Команда адмирала находилась на северо-западе. Он сосредоточился на Пиетте и столкнулся с необычным количеством замешательства со стороны этого человека. Пиетт был очень хорош под давлением, бывал и в гораздо более тяжелых обстоятельствах. Эта паника и помутнение в его голове были очень странными и вызывали беспокойство. Анакин был осторожен, когда пытался связаться со своим адмиралом.               — ...адмирал?               Пауза, а затем он почувствовал, как разум Пиетта зацепился за его ментальное прикосновение, как за маяк самонаведения.               — Милорд.               Облегчение, но все еще сильное огорчение.               — С вашей командой все в порядке?               — Я... Я не уверен, милорд.               — Вы разделились?               — Да. По крайней мере... связь не работает, и я их не слышу.               — Я направляюсь к вам, Пиетт. Вы ранены?              — Не совсем, я не думаю, просто...               Опять это доблестное подавление паники.               — Адмирал.               — Я не вижу.               Ох.               Это могло означать многое, и Анакин старался не слишком волноваться. Пиетту в данный момент это не было нужно.               — Оставайтесь на месте. Я найду вас первым.               Он чувствовал, что офицер воспрянул из-за этого духом, и надеялся, что тот не излишне ему доверяет.               Наконец, Анакин смог увидеть место, к которому его подталкивала Сила. И да, теперь он понял, как Пиетт был отделен от своей команды. Из-за взрыва в земле произошел крупный разлом, открывший миниатюрный каньон с крошечными водопадами. Анакину показалось, что он видит с другой стороны какие-то движущиеся фигуры, и предположил, что это — остальная часть команды адмирала. В данный момент он не мог им помочь. Он должен найти Пиетта.               Там.               И, крифф, это было опасным положением. Адмирал был в разломе — стоял на небольшом выступе примерно в двадцати футах под Анакином. Его спина была прижата к стене каньона, и Анакин мог чувствовать силу хватки мужчины за корень, торчащий рядом с его левой рукой.               Анакину не нравилось исходившее от Пиетта ощущение беспомощности. Он мог просто использовать Силу, чтобы вытащить того в безопасное место, но его адмиралу прямо сейчас также нужно было знать, что, зрение или нет, он все еще был компетентным человеком, которому Анакин доверял. Он осмотрел утес и принял решение о своем курсе действий.               — Адмирал, — крикнул он вниз, и Пиетт поднял голову вверх. Он потерял кепи, а его форма была покрыта грязью. И Анакин даже отсюда мог видеть, что Пиетт действительно не мог его видеть — эти большие глаза метались вокруг, пытаясь найти хоть что-нибудь, за что можно зацепиться.               — Вы ударились головой, Пиетт, или это из-за вспышки? — спросил он, потому что, если у Пиетта сотрясение мозга, то, возможно, его следует просто вытащить.               — Ээ… Я думаю, это из-за вспышки, милорд.               — Очень хорошо, адмирал. Я посмотрю, когда вы выберетесь. Мне нужно, чтобы вы очень внимательно слушали мои инструкции. Если вы повернетесь лицом к утесу, над вашей головой будет еще один корень. Протяните к нему левую руку.               Адмирал подчинился, найдя и схватив его: — Милорд, я не знаю...               — Вы сможете это сделать, Пиетт. На уровне глаз есть камень для вашей правой руки. Подтянитесь и поместите колено в щель, которую вы почувствуете.               Пиетт так и сделал, его сердце бешено колотилось.               — Хорошо. Это всего около двадцати футов, адмирал. Недалеко. Протяните правую руку вверх, и вы должны почувствовать еще один захват. Ухватитесь и переместите ногу к тому корню, который у вас только что был.               Он рассказывал Пиетту о каждом захвате и выступе, пока, наконец, мужчина не оказался примерно в трех футах под ним. Анакин протянул руку.               — Отличная работа, Пиетт. Теперь моя рука прямо перед вашим лицом. Левой рукой обхватите мою руку, а правой ухватитесь за выступ.               Рука адмирала сжала его руку, и через несколько секунд Пиетт оказался в безопасности. Теперь он был еще более дезориентирован, не имея утеса, за который можно было бы ухватиться, и Анакин взял его за локоть, чтобы осторожно подвести к большому валуну.               — Садитесь сюда. Это было хорошо сделано, адмирал. Вы в точности выполнили мои инструкции.               Пиетту нужно было знать, что даже если его зрение было... необратимо повреждено, он все равно мог что-то делать — даже сложное и требующее особого подхода.               — Благодарю вас, милорд. Моя команда?..               Естественно, он все еще беспокоился за других.               Анакин снова посмотрел через пропасть и увидел фигуры, встречающиеся с их войсками на спидерах.               — Похоже, что они находятся в процессе извлечения, пока мы говорим.               Адмирал кивнул, пытаясь выровнять дыхание, его карие глаза по-прежнему оставались тревожно невидящими.               — Пиетт... — Анакин замолчал. Он был просто безнадежен в плане комфорта. Люк сказал ему, что он совершенствуется, но... это был Люк. С сыном было легко. Тогда стоит придерживаться практических вещей.               — Если бы я завязал вам глаза, это, возможно, помогло бы справиться с когнитивным диссонансом, который вы испытываете. Если я объясню вашему мозгу, почему вы ничего не видите?..               Он почувствовал признательность Пиетта за это предложение: — Благодарю вас, милорд. Да.               Анакин порылся в аптечке в поисках бинтов и аккуратно намотал их на глаза Пиетта и вокруг его головы. Адмирал нерешительно до них дотронулся.               — Это... ну. Полагаю, мне не следует ни о чем гадать, пока я не увижу Хенли... то есть...               Анакин понимал его страх. Сам был в таком же положении.               — Можно сделать многое, чтобы восстановить ваше зрение, Пиетт, — сказал он, садясь рядом с мужчиной, позволяя их плечам соприкоснуться, чтобы адмиралу было на что ориентироваться.               Пиетт отрывисто кивнул, и его мысли были громкими.               Леди... как сможет командовать слепой адмирал?.. Я не смогу... моя семья там…               Анакин хотел, чтобы здесь была Лея.               — Ну, ее здесь нет, — сказал голос в его голове, тот, который всегда звучал, как Оби-Ван. — Так что помоги ему сам.               — Я в этом не силен.               — Потерял все свои способности к Силе? Твое понимание фактов? Пиетту прямо сейчас нужна уверенность. Дай ему ее.               — Адмирал, никто из нас не позволит вам потерять Леди. Включая, я думаю, и саму Леди.               Пиетт слегка напрягся: — Пожалуйста, не слушайте мои нынешние мысли, милорд. Я... они — путаница, и это сложно...               — Да. И я не пытаюсь этого делать, адмирал. В данный момент они, по понятным причинам, громкие. Но у меня появилась идея. Я не целитель, которым является моя дочь, как мы установили. Но... если вы мне позволите, я могу использовать Силу, чтобы определить, насколько глубоки повреждения. Только если вы хотите знать...               Пиетт набрал в грудь воздуха, но затем склонил голову: — Да, спасибо. Я предпочел бы как можно раньше встретиться лицом к лицу с тем, что должно произойти.               Анакин похлопал Пиетта по предплечью: — Прежде чем я это сделаю, должен вам напомнить, что оптические протезы также существуют, адмирал. Не идеально, но это позволило бы вам видеть.               — Да, сэр, — спокойно ответил офицер.               Анакин расслабился в Силе и очень осторожно потянулся к голове Пиетта. Ему пришлось потрудиться, чтобы отбросить эмоциональное смятение и сосредоточиться исключительно на физическом повреждении. Зрительный нерв, по его ощущениям, был совершенно невредим. Это обнадеживало. И сами глаза не были серьезно повреждены. Похоже, это выглядело, как поверхностное повреждение. И Хенли был более чем подготовлен, чтобы с ним справиться.               Он отстранился и вернул свое физическое зрение к адмиралу, сидящему рядом с ним так прямо и напряженно.               — Имейте в виду, что я не врач, но, Пиетт, насколько я могу судить, повреждена поверхность ваших глаз. Ваши нервы функционируют должным образом. Я думаю, мы можем положиться на Хенли и его команду в исправлении этого.               Пиетт склонил голову, и его плечи заметно расслабились.               — Это... спасибо, милорд. За все, что вы сделали. За то, что э-э... были здесь.               Анакин коротко положил руку на спину адмирала.               — Это очень мало по сравнению с тем, как часто вы были рядом ради меня, Пиетт.               Он поднял глаза, когда приблизилась группа спидеров, и знакомая рыжеволосая фигура бегом направилась к ним.               — Ваш мальчик уже в пути. Уверен, он будет весьма обеспокоен.               Анакин наблюдал, как Пиетт снова выпрямился, облачаясь в свое звание, готовый успокоить подчиненных. Хотя, конечно, офицер во главе был для адмирала кем-то большим.               То, что сказал Анакин, должно быть, до него тоже только что дошло, потому что адмирал повернул к нему свои завязанные глаза.               — Мой мальчик? Сэр...               — О, очень хорошо. Ваш руководитель службы безопасности. Но вы же знаете, что я прав, — Анакин усмехнулся многострадальному вздоху Пиетта, когда до них дошел Скрэпс, на его юном лице которого было написано страдание.               И именно адмирал утешал своего офицера, пока они ждали медицинский шаттл и возвращались к Леди.               ***********               Анакин был очень тронут, когда Пиетт попросил, чтобы он и только он присутствовал при снятии Хенли повязок через несколько дней после того, что он назвал «простой» операцией.               — Я... я понимаю, что веду себя немного трусливо, сэр, но я бы предпочел, чтобы, на всякий случай, людей было немного… Я не хочу, чтобы они видели меня, если...               Анакин положил руку ему на плечо, пока Хенли снимал последнюю повязку.               — Это не трусость, адмирал. И я польщен тем, что вы мне доверяете.               — Вы были там, сэр, я просто...               — Ладно, адмирал, — вмешался Хенли. — Я проводил операцию, поэтому постараюсь не обижаться на то, что вы так мало верите в мои способности. Теперь откройте глаза.               Он немного приглушил свет, чтобы было легче, когда веки Пиетта осторожно приоткрылись, и он поморщился.               Хенли улыбнулся: — Отлично. Немедленная реакция. Вам нужно, чтобы я еще убавил свет?               Пиетт заставил себя прищуриться: — Нет, просто дайте мне минутку. — Затем он быстро моргнул и посмотрел на Анакина.               И двое мужчин улыбнулись, когда их глаза снова встретились.               — Теперь остальные могут войти? — сухо спросил доктор. — Они загромождают внешнюю комнату.               Пиетт кивнул: — Спасибо. Я весьма благодарен.               Хенли фыркнул: — Да, приятно, когда тебя ценят.               Но Анакин мог сказать, что он был доволен, когда выходил из комнаты.               Пиетт протянул руку: — Я также благодарю вас, милорд. За то, что удержали меня от паники.               Человек, который вызвал панику в триллионах людей, был благодарен, что смог помочь предотвратить ее в одном человеке.               И он пожал руку своему другу.