Часть 3.

Иди сюда, давай. Так и показывал всем видом, какой разговор ожидает их. Не решаясь вмешиваться, Колик спустился ниже по сиденью, делая вид, что его нет. Прошептав, Энже сказала: — Ты тоже идешь! — Не пойду. — Перестань! Он на части меня там одну разорвет! — Я соберу, не переживай. Широко распахнув глаза, Энже прошипела: — Так ты меня отблагодарить собрался за спасение? — Спасибо. Закатив глаза, девушка вышла из машины, направляясь в сторону брата. И лицо его уже все само за себя сказало. Несколько минут простояли в тишине прежде, чем кто - то наконец - то решится заговорить: — Эти универсамовские совсем берегов не видят! Погляди, что с Коликом нашим сделали! Желтый плавно перевел взгляд с сестры на машину, где по - прежнему прятался Колик. Недовольно покачав головой и цокнув, ответил: — И кто виноват? Не решаясь ответить, Энже устало выдохнула, ожидая, что тот не станет читать ей очередные нотации. Почувствовав это, сказал: — Иди к себе, Энже. Ложись спать, поздно уже. Не долго думая, Энже побежала в свою комнату, сверкая пятками. Столкнувшись в проходе с кем - то из парней, нервно пробубнила: — Прочь с дороги! Бросила на него злобный взгляд, забегая в комнату. Устало плюхнулась на кровать, прожигая взглядом белый потолок. А мысли так и посещал Кощей. Хотелось вырвать с корнями себе мозг, лишь бы перестать думать о нем. Не могла, думала. И снова эти выходки сводили с ума, туманили трезвый рассудок. Прикусив губу, ощутила прикосновения его рук на своем теле, еще недавно крепко держащих ее длинные ноги. Млела, касаясь тех самых мест, прокручивая в голове последние моменты их взаимосвязи. Поймала себя на мысли: и хочется, и колется. Осознавала, что вместе им не быть, и район так глаголет, и их битва насмерть. В ушах эхом пронесся голос Кощея: посторонись, самая лучшая женщина в мире идет. И только она в ту секунду переживала о том, что скажут, и как отреагируют. Лидерство и тут приносило свои преимущества, потому многие смолчали, вероятно, сделали вид, что ничего не было. Следом за тем пришли и воспоминания прилюдного унижения этого лидера. Закрыла глаза, пытаясь отмахнуть тревожные мысли. Представила на месте Кощея своего брата, задумалась: какого это? И понимала: лишнего болтнула, но язык свой в узде держать никогда не могла. Представила, каких пиздюлей получит от брата, когда тот пойдет на переговоры с Кощеем, когда узнает правду. Мысли путались в клубок, будоража сознание. И сон, как рукой сняло, не знала, как повлиять на ситуацию, как уберечь всех, хотя бы попытаться. Ворочаясь, крутясь из стороны в сторону пыталась уснуть, а не могла. Взгляд сместился на тумбочку, где по - прежнему стояла бутылка водки. Зажмурилась, пытаясь не смотреть на нее. Хотелось боль свою заглушить, ослабить. Тем временем, на улице Желтый так же стоял на месте, не произнося ни слова, ожидая, когда Колик выйдет к нему сам. Прожигал его своим взглядом, не понимая, какую эмоцию ему на этот раз показать. И понимал: что бы не сделал, все равно Энже продолжит убегать к Кощею, а Колик в виду беспомощности поможет и поддержит. Голову посетила безумная идея, держать в тайне которую Желтому не хотелось. Направляясь медленными шагами в сторону машины, с интересом и загадочностью смотрел в глаза Колика. Наконец дверь машины открылась, и он едва слышно сказал: — Ты молодец, Колик. Тот от удивления приоткрыл рот, млея от неожиданности и довольной физиономии лидера. Подойдя ближе, похлопал его по плечу, плавно проходясь взглядом по внешнему виду парня. Думал о чем - то своем, и молчание его пугало. Решив прервать тишину, Колик произнес: — Что с тобой? Ты хорошо себя чувствуешь? — Ты мне вот лучше скажи, где была Энже, пока тебя били универсамовские? — С Кощеем, в подвале. — Сколько времени они там провели? — По ощущениям, целую вечность. Били, пока она не вышла. — А что было после? — ... Отвел взгляд, думая, как тактично сменить тему разговора или уйти. Казалось, своим молчанием он больше усугубил ситуацию, и Желтый сразу же все понял. Рывком схватив Колика за шиворот, подтянул к себе, так же едва слышно проговаривая: — Мало того, что вы снова поперлись к универсамовским на район, еще и ночью, еще и на машине, да еще и к Кощею, и к его голодным псам, так еще и под раздачу там попали. Ты мне вот скажи, К - о - л - и - к, что бы я с тобой сделал, если бы это была Энже, а не ты? Ты настолько глуп, что доверяешь этим странным отношениям между ними? Ладно Энже, дальше своих нелепых чувств ни черта не видит, готова в огонь броситься, но почему ты позволяешь ей прыгнуть в этот огонь? Разве не за этим ты рядом с ней? Не для того, чтобы не только присматривать, но и устранять ненужные проблемы? Ты плохо справляешься, Колик! Вы, вы все здесь только для этого, бараны бестолковые! Вам не приходится ничего делать, кроме как оберегать от беды мою Энже, мою единственную и самую любимую девочку. Основную часть вопросов решаю я, а не вы, и нет у меня свободного времени, чтобы еще за сестричкой своей бегать. И ты... ты ответственный за нее, в первую очередь, Колик. Это был последний раз, когда я спускаю тебе подобное с рук. Запомни мои слова, и больше доверие мое не подрывай, иначе останешься без головы. Нельзя, блять, нельзя с другими связываться, а уж тем более отношения какие - то иметь! Мне вас двоих связать, чтобы не убегали больше никуда? Что мне Кощею говорить? Позволить теперь ему кого - то из вас убить? Вознесся в воздухе сжатый кулак, Желтый злобно оскалился, готовый вот - вот ударить Колика, но до последнего сдерживался. Нервно сглотнув, тот ответил: — Она его любит, Желтый... Как ее от него оторвать? Это невозможно, ты ведь знаешь... Несколько лет они вот так друг с другом прячутся по углам. Скандала не избежать, если оборвать их связь... — Значит пусть полюбит кого - то другого, Колик! У нас достаточно парней, и нормальные есть, будет из чего выбрать. — Но это же Кощей... — Он, блять, папа римский по - твоему? Тоже к нему подобные чувства испытываешь поди, раз так защищаешь? — Всего лишь смотрю правде в глаза. Наклонившись к уху Колика, Желтый грубо и резко ответил: — Тогда самое время прозреть. Грубо оттолкнув парня к машине, главарь вновь бегло и оценивающе осмотрел его, после чего вдруг снова поймал себя на той же безумной мысли. Не выдержав, сказал: — Ты будешь с Энже, Колик. — Так я итак ведь с ней. — Ты меня не понял. Ты будешь с ней, Колик. И ездить никуда не придется, здесь будете. Снова оценивающе осмотрев парня, Желтый довольно улыбнулся, подтверждая мысли у себя в голове, касаемо их отношений. Для него было важно любым способом избежать конфликтов между группировками, и чтобы никто не узнал о их тайных и многолетних отношениях с Кощеем. Колик был единственным, кто несмотря на косяки был с Энже всегда рядом, и даже указания лидера группировки мимо пропускал, но всегда был рядом с ней. Такой союз не принес бы проблем, и только наоборот укрепил бы связи. С этими мыслями Желтый направился к себе в комнату. Колик облегченно выдохнул, прижимая ладони к коленям. Предложение лидера банды в миг искоренило все посторонние мысли из головы, это казалось каким - то абсурдом и неправдой. И только Рома знал, какая ответственность теперь легла на него. И дело было вовсе не в том, что нужно делать вид, а в чувствах, которые они питал долгие годы к Энже. И шанса не было у него никогда на что - то большее с ней, а сейчас ее родной брат сам предложил. Вопрос был в другом: как на это отреагирует сама девушка? Не хотелось ему лишаться ее и крепкой дружбы с ней, силой отбирать то, что она любит и кого. Мысли спутались, думать становилось все сложнее. Всю ночь прогуливался по улицам района, обдумывая дальнейшие действия. Облокотившись руками о стену, вновь позволил мыслям о ней заполонить свой рассудок. Различные чувства наполняли его: страх, вперемешку с желанием, и радовался, и боялся. Как поступить? Что сказать? Как отнесется? Испортятся ли их отношения? Пошлет его или напротив приласкает? Голова гудела, отсутствие сна сказывалось на душевном состоянии. И если раньше он бы впервую очередь поделился своими переживаниями с ней, то сейчас она была последней, к кому бы он обратился. Знал, что взаимности так и не дождется, от того и дурно было. Пока остальные довольствовались отношениями со своими любимыми, часто проводили время вместе и были счастливы, он страдал от себя и своих чувств к ней, о которых не мог сказать по ряду причин, одной из которых был Кощей, которого Энже любила, казалось, больше, чем себя. Устало выдохнув, парень поплелся в сторону обители, желая поскорее лечь в постель и избавить себя от навязчивых мыслей и идей. Хотелось прильнуть к кому - то, утонуть в женских объятиях, просто помолчать, чувствуя дыхание и биение сердец друг друга. И мысли его занимала только Энже. Пока шел, вспоминал их шуточки, которые понимают только они вдвоем, вспоминал их ругань и драки, которые сразу же плавно перетекали снова в шутки. Улыбался, проходясь по длинному коридору, где в разных комнатах жили остальные ребята. И сам не заметил, как дошел до самой дальней, до ее комнаты. Остановился, прожигая взглядом дверь. Тихо постучав в нее, услышал в ответ тишину, после чего решился ее открыть. Держа бутылку водки в руке, Энже сидела на кровати, смотря в одну точку на стене. Казалось, и внимания не обратила даже, что в комнату зашел он. Закрыв за собой дверь, Колик подошел к Энже и осторожно присел на корточки перед ней. Зеленые глаза покраснели, лицо слегка опухло, на щеках виднелись пара мокрых капель от слез. Едва слышно, он произнес: — Почему не спишь, Энни? Оставила этот вопрос без ответа, продолжая смотреть на стену. Некоторое время сидела, не двигаясь, после чего изменилась в лице и расстроилась, заливаясь слезами. Прикрыла рот рукой, чтобы слышно не было. — Нууу, что такое? Поднявшись на ноги, Колик крепко обнял Энже, гладя по волосам. Обомлел, впервые застал ее в таком состоянии, и поступить не знал как. Чувствовал, как трясется вся, а слова так сказать и не может.