Часть 29

Алла заснула уже около получаса назад, а Филипп так и лежал все это время с открытыми глазами, лишь изредка моргая. Он жадно вдыхал запах её волос и слушал её тихое сопение, не веря, что это происходит в реальности, что это ему не снится, как не раз бывало прежде, когда потом он резко просыпался один, возвращаясь в жестокую действительность, где Аллы не было рядом, где они давно уже не спали вместе. Филипп не ушёл сейчас снова в размышления, словно ненадолго отпустив себя и позволив себе не думать, а последовать древнему латинскому изречению - momento mori - лови момент. Лишь пара мыслей лениво гуляла у него в голове. Через некоторое время Алла заворочалась, перевернулась на другой бок, оказавшись лежащей к нему лицом, словно инстинктивно закинула на него руку. Одеяло сползло, запутавшись где-то у неё в ногах. Филипп замер, боясь пошевелиться и как-то спугнуть её. Она же не проснулась и продолжила спать, посапывая ему в грудь. Филипп вздохнул и укрыл её своим одеялом, начал медленно поглаживать её спину. Слушая её размеренное дыхание, Филипп и сам не заметил, как наконец провалился в долгожданный сон. Сон Филиппа. Весна 2001 года. Истра. Филиппа не было дома больше трех недель. Он едет из аэропорта в их загородное гнездышко. Он уже успел созвониться с Аллой сразу по прилёту, и жена облегчённо выдохнула, узнав, что самолёт благополучно приземлился. И тихо произнесла, когда они уже завершали разговор: "приезжай скорее".. Машина въезжает на территорию дома, и, едва она останавливается у входа, Филипп буквально выскакивает из неё. Алла уже стоит на пороге и счастливо улыбается. - Аллусечка! Маленькая моя.. - он тут же подходит к жене, крепко обнимая её после долгой разлуки. - Филиппчик.. Я так ждала тебя.. Я так соскучилась.. - шепчет Алла, прижимаясь к мужу всем телом, и едва сдерживает слезы счастья - он приехал, приехал! И ещё целую неделю будет в Москве. - И я безумно скучал.. Уже самолёт подгонял, лишь бы побыстрее к тебе.. - Мне казалось, я больше не смогу без тебя.. - тихо признается ему Алла. - Аллочка.. Ну что ты? - Филипп ласково проводит пальцами по её щекам. - Я ведь с тобой, рядом.. - Тебя так долго не было.. Я безумно, безумно скучала, - она так внимательно смотрит на него, словно изучая каждую черту его лица, что у него сердце сжимается в любви. - А ты там звездишь и тусуешься со всякими Джексонами.. - Я постоянно думаю о тебе, ты же знаешь.. И постоянно скучаю.. - Наконец-то ты дома.. - шепчет Алла. - Мои щёчки.. - она поглаживает его щеки своими тёплыми ладошками, и Филипп не может сдержать растроганной улыбки. - Родная моя.. Красавица.. Тебя как солнышко расцеловало, - он наклоняется к ней ещё ближе, целуя её веснушки на лице, которые с приходом весны стали более выраженными. Потом постепенно он приближается к ее губам и затягивает её в нежный поцелуй. Алла прикрывает глаза, наслаждаясь долгожданными прикосновениями мужа, отдаётся полностью этому поцелую. Они буквально растворяются в этой щемящей нежности, самозабвенно целуясь. - Аллусь, пойдём в дом, а то ты совсем раздетая вышла. - Идем.. - они так в обнимку и зашли домой, не желая отпускать друг друга даже на мгновение. - Я тут решила нам праздник желудка устроить, запечёная курица и жареная картошечка к Вашим услугам! - Ооо! - довольно протянул Филипп. - Вы совсем меня разбалуете, жена моя! - Ну, мне же хочется побаловать мужа, встретить его как полагается. У меня для тебя ещё кое-что есть, но это потом.. - А что же это? Интригуете Вы меня. - А вот придётся подождать. Я тебя сколько ждала.. - А я ведь не с пустыми руками, у меня для тебя подарочки есть. Амэриканские, - со смешным акцентом произносит Филипп, заставив Аллу улыбнуться. - Давай ты сначала поешь как нормальный человек, а потом расскажешь про свою Амэрику и покажешь все, идёт? - Так точно, слушаюсь, мой генерал! - он в шутку отдаёт честь, не переставая улыбаться. - Идем уже, чудо ты моё. За столом они едят словно между делом, еда почти сразу отходит на второй план - они никак не могут наговориться, словно наверстывают упущенное за эти недели. Все же никакие телефонные звонки никогда не смогут заменить живое общение с любимым человеком. То и дело из столовой слышится то заразительный смех, то короткие поцелуи. - А Люся уехала на три дня.. Подруга к ней какая-то школьная прилетела. Дени с Никиткой с Кристи на гастроли укатили, ну, я тебе говорила. Совсем одна тут кукую вчера и сегодня, - как бы между делом вдруг говорит Алла. - Да, я помню. То есть.. Мы вообще одни сейчас? - Филипп хитро улыбается, смотря на неё. - Ну, да.. - Ты знаешь, я не только по еде голоден.. - А по чему же ещё? - спрашивает Алла, догадываясь, о чем идёт речь. - Не по чему, а по кому.. По тебе.. Сколько я был на голодном пайке.. - Бедный мой мальчик.. Я как раз тебе на эту тематику подарок и подготовила.. - увидев, что Филипп закончил с обедом, она встаёт прямо перед ним и развязывает свой длинный шёлковый халат и сбрасывает его на пол, оставаясь в чёрном кружевном белье - не так давно ей его Филипп и подарил. - Видишь, твой подарок стал частью моего подарка,- хрипло шепчет Алла. Филипп сглатывает, увидев её почти обнажённой. Тут же чувствует, как в брюках ему становится тесно, не отрываясь наблюдает за женой. Она поворачивается, словно показывая ему себя. Несмотря на то, что она заметно поправилась в последнее время, Алла не стесняется своего тела. Знает, что мужу она нравится любой, пусть и похудеть бы не мешало.. Но сейчас ей на свой лишний вес все равно, как и на девочек-танцовщиц из его балета, к которым она его тайно все-таки ревновала. - Аллочка.. - зовёт её Филипп. - Иди ко мне.. - он притягивает её между своих ног и утыкается в ложбинку между ее грудей, опускает руки на ягодицы. - Моя девочка аппетитная.. Как же ты прекрасна.. Алла смеётся, начав перебирать его короткие волосы. Муж покрывает поцелуями её зону декольте, потом тянется руками за спину, расстегивая бюстгальтер, обнажая её полную грудь. Алла выдыхает, когда чувствует какое-то облегчение. - Мои ягодки сладкие.. - шепчет Филипп, осторожно сжимая грудь в своих руках, нежно касается пальцами сосков, которые тут же реагируют на его прикосновения и твердеют. Алла тихо стонет, прикрывая глаза, опирается на его плечи, чувствуя, как после долгого перерыва даже от таких ласк начинают подрагивать ноги. Он берет поочерёдно каждый сосок в рот, посасывая, обводит ореолы языком, заставляя её быстрее дышать. - Филечка.. Я хочу.. Тебя.. - прерывисто шепчет Алла. Голос уже дрожит от возбуждения и предвкушения удовольствия. - Не мучай меня.. - Садись на меня.. Алла присаживается к нему на колени и тут же начинает нетерпеливо расстегивать ширинку, освобождая его уже напряжённый член от брюк, следом стягивает и боксеры. - Мальчик мой.. - она берет его в руки, поглаживая, чувствуя, как между её ног становится влажно, как внизу живота начинает пульсировать от предвкушения наполнения. - Аллочка.. Алла.. - шепчет Филипп. - Приподнимись.. Алла ненадолго встаёт с его колен, он стягивает с неё трусики, оставляя её полностью обнажённой, и снова усаживает на себя. Тянется рукой к её промежности, касаясь пальцами лепестков, и ощущает её влажность. Словно удостоверившись, что Алла готова, он усаживает её на себя и подводит член к входу. Едва головка касается её, Алла не может сдержать стон. Она сама насаживается на него, помогая себе рукой, направляя его в себя. Ощутив долгожданное проникновение, Алла громко вскрикивает, запрокидывая голову. Рыжие волосы откидываются назад, грудь со стоящими сосками приподнимается, и это ещё больше возбуждает Филиппа. - Боже.. Да.. Да.. - стонет Алла, медленно двигаясь на нем. Он заполняет её всю без остатка, и это чувство сейчас перекрывает все остальные. - Аллочка.. - вторит ей Филипп, помогая двигаться, держа её за бедра. Он ласкает языком её грудь, доставляя ей дополнительное удовольствие. Вскоре её движения становятся более быстрыми и резкими, а стоны все более частыми. - Даа!! - Алла опускается на него до конца, содрогаясь в оргазме. Филипп с трудом сдерживается, прижимает её к себе и поглаживает по взмокшим волосам, давая ей время получить наслаждение и прийти в себя. От её пульсаций у него сносит крышу, но ему ещё рано получать свое наслаждение. Тем более ни с чем не сравнимое удовольствие он получает каждый раз, видя, как Алла кончает с ним, в его руках, как она сжимается внутри и сладко стонет от испытываемого кайфа. Заметив, что Алла приходит в себя, счастливо улыбаясь, смотрит на него, что понемногу стихает её дрожь, Филипп снова касается её губ нежным поцелуем. Она с удовольствием ему отвечает, их языки сплетаются в причудливом танце любви. - Как же я люблю это ощущение тебя внутри.. Ты даже не представляешь.. - после поцелуя шепчет Алла ему на ухо, целуя его, словно насаживаясь ещё глубже, хотя кажется, что глубже уже некуда. - Мне так тебя не хватало.. - несмотря на бурлящую страсть, эти её слова звучат искренне, грустно и как-то даже обречённо. - Аллусенька.. - трепетно отвечает ей Филипп, покрывая невесомыми поцелуями её лицо, - любимая моя.. Я очень скучал по тебе.. - Наконец-то ты приехал.. - Алла прикрывает глаза, прижимаясь своей щекой к его щеке. Муж обнимает её ещё крепче, кажется, между ними не остаётся ни миллиметра свободного места. - Аллусь, а ты не хочешь переместиться куда-нибудь? - через некоторое время тишины и полного единения душ и тел спрашивает он. - Скажем, на стол или вот на диван? - Может, лучше сразу на наш сексодром? - хитро улыбаясь, предлагает Алла. - А давай, - соглашается Филипп, коротким поцелуем касаясь её губ. - Разместимся с комфортом. Он помогает жене встать и придерживает её за талию - её ноги все ещё подрагивают. Когда Алла чувствует, как он покидает её, не может сдержать громкого вздоха. - Там все раскрыто и сжимается.. Я так хочу тебя снова внутри.. - шепчет она ему на ухо. - Скоро буду.. Немножко терпения, Аллусь, - Филипп довольно улыбается, пропуская её вперёд. Алла идёт к лестнице, спиной ощущая на себе его пристальный любящий взгляд, полный желания. А потом чувствует, как несильный шлепок обрушивается на её ягодицы. - Ай! Ты на гастролях не нашлепался ещё?! - в шутку ворчит она, заходя в спальню. - Не-а. Наоборот изголодался. По тебе, - специально выделяет Филипп голосом. - А мышка у меня ревнует, да? - Ревнует, есть такое.. - Алла поворачивается к нему лицом. - А как же? - Не нужно.. Я ведь только твой, - он раскидывает руки для объятий и одновременно показывает, что действительно вот он, весь для неё и только. - Ну ладно, - Алла сдаётся и прижимается к нему, обнимая за спину. Когда они добираются, наконец, до спальни, Филипп сразу просит жену: - Аллусь, ложись, пожалуйста, на спинку и устраивайся поудобнее. - Что ты задумал? - она видит эту хитринку в глазах мужа, которую он и не думает прятать. - Сейчас увидишь. Точнее, почувствуешь. - Филь, пока я вижу, что тебе с твоим младшим другом не очень комфортно. Чего он вот болтается у тебя? - Аллочка, - Филипп смеётся. - Мы прекрасно себя чувствуем. И сейчас будем продолжать доставлять мышке удовольствие. - Да? Ну, давайте. Он достаёт из ящика комода какую-то небольшую коробку, заготовленную заранее, и присаживается на кровать рядом с Аллой. - Что это там у тебя такое? Американский секс-шоп скупил что ли? - Мышка, чуть-чуть потерпи, - Филипп вытаскивает из коробки вибратор и включает его. - Это ещё что за штуковина? - Это, Аллочка, чтобы тебе ещё приятнее было. Он устраивается между её разведенных ног и наклоняется к лобку, касаясь его поцелуями, спускается ещё ниже, к самому сокровенному месту её удовольствия, и нежно касается его языком, проводя им вдоль щелочки. Алла вздрагивает, громко вздыхает, но не противится - для неё такие ласки от мужа постепенно стали нормой, ей было слишком приятно, хоть и все же неловко ощущать там его умелый язык. Она понимала, что так доставлять ей удовольствие мужу приятно самому, он не брезгует там её касаться.. Филипп облизывает её лепестки и начинает кружить языком вокруг клитора, не касаясь, стимулируя его ещё больше. Чуть позже он приставляет к нему вибратор, и Алла вскрикивает от неожиданной вибрации и новых ощущений. - Боже.. Мммм, - она ерзает на кровати, выгибается в спине, полностью раскрываясь перед ним. - Да, мышка. Чувствуй.. - он медленно вводит в неё два пальца, словно ощупывая стенки в поисках той самой заветной точки. - Ах!.. - Алла не выдерживает и вскоре кончает, полностью проваливаясь в свое удовольствие. Ноги сводит судорогой, и Филипп поглаживает её бедра, стараясь хоть как-то успокоить её дрожь. Он убирает вибратор и снова склоняется к её промежности языком, на этот раз лишь нежно касаясь ее, продлевая наслаждение. Подождав, пока жена придёт в себя, Филипп медленно входит в неё сам, ощущая её все ещё не прошедшие пульсации, и от этого едва не кончает сам, но еле заставляет себя сдержаться. От её страстных хриплых стонов он возбуждается ещё больше, толчки становятся более быстрыми, более резкими, но он не забывает и про вибратор, снова устроив его на её клиторе. - Да.. Да.. Я сейчас.. Ммм.. - её стоны переходят сначала в крик, а потом уже и в хрип - голос срывается, а сама Алла не сдерживает громкость своего голоса, страсть выплескивается через край. На этот раз они кончают вместе, и Филипп буквально ложится на неё, даже в таком состоянии не забывая про осторожность - ложится так, чтобы ей не было больно и слишком тяжело от его веса. Его тёплая сперма разливается внутри неё, словно согревая, и Алла, поглаживая мужа по волосам, приходя в себя, упорно старается не думать о том, что теперь это бесполезно.. Что им теперь можно спокойно не предохраняться - Марк ясно дал ей понять, что забеременеть вряд ли получится, а уж выносить тем более.. Алла вздыхает, отгоняя грустные мысли, и улыбается, глядя на мужа. Он приподнимается и снова глубоко её целует, медленно, наслаждаясь каждым мгновением. - Любимая моя.. Родная.. Моё солнышко.. - шепчет Филипп в перерывах между поцелуями, и Алла лишь улыбается сквозь выступившие слезы. Но в эту минуту она счастлива, как и он. И ничто не могло тогда омрачить их радужного настроения. Филипп просыпается раньше будильника, несмотря на то, что поспать получилось всего часа четыре от силы. Сон он помнит отчётливо, в деталях. До сих пор в нем сохраняется то ощущение тепла, уюта и их любви, которое настигло его во сне. Давно ему не снилось уже что-то подобное, из их счастливых времен. А сейчас вот приснилось неожиданно. С чего бы вдруг и для чего? Филипп уже подсознательно определил для себя ещё одну мысль, которая будет крутиться у него на фоновой загрузке в течение дня. В отличие от Аллы, он все ещё верил в знаки и придавал им немаловажное значение. Спать ему не хотелось, да и смысла засыпать максимум на час уже не было, все равно нужно было уже собираться и выезжать, чтобы не торопиться. Он посмотрел на Аллу. Она крепко спала у него на плече и как ребёнок жалась к нему, устроила руку у него на животе. Сон стёр границы, которые сдерживали её от тактильных проявлений чувств. Её волосы немного растрепались, и Филипп поправил их, бережно заправляя пряди за ухо, ласково провел ладонью по её бледной щеке. Удивительно, они так и проспали всю ночь в обнимку, не отпуская друг друга. Филипп продолжал обнимать её и во сне, и сейчас, когда уже проснулся. Он вдруг подумал о том, что Алла после приезда ни разу не улыбнулась, не считая буквально пары её вымученных улыбок для него. Она ни разу не улыбалась открыто, искренне, а её смеха он вообще не слышал. Ему захотелось как-то её порадовать, сделать для неё что-то приятное, чтобы она улыбнулась. Большое влияние оказал на возникновение этого желания и его сон, в котором Алла была такой живой, настоящей, искренней, у неё горели глаза.. Она любила его, она скучала и, когда он приезжал, буквально не могла им надышаться. А Филипп тогда радовался, конечно, её проявлениям чувств, но все же признался себе, что воспринимал это в то время как должное, как само собой разумеющееся. Как же давно он её такой не видел.. Даже хотя бы просто не такой отстраненной, не такой зажатой и подавленной.. Очень давно.. Ему показалось, что Алла словно запрятала себя настоящую куда-то глубоко, а на первое место в последнее время и вовсе вышли её самокопания, её ненависть к себе буквально перекрывала все остальное, даже запрятанное глубоко, но Филипп верил, что это обратимо. Он снова посмотрел на неё спящую. Её лоб нахмурился, словно она даже во сне о чем-то думала и переживала. Филипп вздохнул и, поцеловав её в щеку, поднялся с кровати, начав собираться. Перед тем, как уехать, он снова зашёл в спальню, положил на подушку розу и присел за столик. Ему захотелось написать ей записку, как раньше, несмотря на то, что подсознательно он допускал возможность того, что ей может не понравиться подобное проявление чувств, что ему может за это прилететь какая-нибудь подколка. Но гораздо свежее были воспоминания о том, как Алла вот только вечером искренне, со слезами на глазах признавалась ему в том, что все его записки она сохранила и более того, часто их теперь перечитывает. А перед глазами стояла та самая деревянная коробочка с узорами, где она хранила их. После фразы "Аллочка, доброе утро!", которая написалась сама собой, Филипп задумался, крутя ручку между пальцев. Что писать дальше? Впервые он почувствовал такой ступор во время того, как писал ей записку. Конечно, многое он хотел бы ей сказать, ему хотелось написать ей нежные слова, поддержать её. Но теперь у него в голове появился словно невидимый цензор, фильтрующий каждое слово, которое Филипп говорил Алле. Он останавливал его и сейчас. Но все же Филипп переубедил себя, точнее, мозг, который приводил разумные доводы и останавливал его от подобных проявлений чувств. И продолжил писать дальше. Постепенно слова начали подбираться сами собой, будто с них снялось какое-то ограничение. Аллочка, доброе утро! Ты так сладко спишь, что мне и в голову не приходит тебя разбудить. А лучи утреннего солнца удивительно отражаются на твоих волосах. Надеюсь, ты выспишься. Напиши мне, пожалуйста, как проснёшься. Напиши, как ты себя чувствуешь, чем хочешь заняться в течение дня. Я буду ждать. Солнышко, если ты вдруг захочешь помузицировать, на первом этаже в гостиной стоит рояль, он в твоём распоряжении. Похолодало на улице, одевайся теплее, если решишь прогуляться. Береги себя, кури по возможности поменьше, прошу тебя, и не голодай. Света сегодня приедет, можешь ей сказать ей, какие блюда хочешь, она приготовит. Помни, я тебя люблю. Уже скучаю. Надеюсь, этот мой маленький сюрприз поднимет тебе настроение. Я очень хочу, чтобы ты улыбнулась. Отличного тебе дня! Целую. Филипп ❤️ Положив записку на подушку рядом с розой, Филипп вышел из спальни, тихо прикрыв за собой дверь, и вскоре уехал по делам в Москву, мысленно ни на секунду не забывая об Алле.