Часть 33

- Извините, а курица есть?.. - все-таки спросила Алла у Светы, когда она зашла в столовую. - Да, есть, Алла Борисовна. И филе, и грудка, и голень. Хотите приготовить? - Светлана отвечала ей спокойно, скрывая удивление - совсем не такое поведение от Пугачевой она ожидала. Ожидала властность с присущим ей юмором, ожидала каких-то замечаний, подколок и даже боялась их. А получилось все совсем наоборот, девушке казалось, что домработница не она, а Алла, несмело спрашивающая у неё о чем-то, как у хозяйки. - Хочу, да.. Скажите, пожалуйста.. Вы случайно не знаете, какое блюдо с курицей Алла-Виктория любит? - Ну, куриный беф-строганов, например, тушёную картошку с курицей.. Да разное, в принципе. Ужин Вы готовить будете, получается? - Хотела бы.. - скромно ответила Алла - так хозяйничать на кухне Филиппа ей было неудобно, ей казалось, что она перебарщивает с этим, с той же готовкой - может быть, эта её готовка и правда лишнее, а её ужин придётся Алла-Виктории не по вкусу.. - А Мартин курицу как?.. - Да тоже любит. Он не особо прихотлив в еде, не волнуйтесь, ему понравится, - Светлана доброжелательно улыбнулась, словно почувствовав некую скованность в Алле. - Надеюсь.. Спасибо.. - Вам помочь чем-нибудь? - Не нужно, спасибо.. - снова поблагодарила Алла. - Я сама.. - Ну хорошо. Я тут до вечера буду, зовите, если что. Алла первым делом встала к раковине, начав вручную перемывать посуду и свою, и детей - она сама не разобралась, как здесь работает посудомоечная машина, а ещё о чем-то спрашивать Свету ей не хотелось, а ещё больше не хотелось ей что-нибудь тут случайно сломать. Да и ей не впервой было по-простому мыть посуду. Потом она зашла в свою комнату за телефоном - рецепт наизусть она не помнила, поэтому зашла в интернет, чтобы его найти. Едва начав свой кулинарный процесс, Алла поняла, что чего-то ей не хватает - ей очень хотелось услышать голос Филиппа, хотя бы в песне. В этот момент она пожалела, что у неё нет наушников - так бы она могла включить его песни и слушать их, никому не мешая. Но она все же рискнула - прикрыла дверь на кухню и негромко включила его альбом "Романы", положив телефон на подоконник. Его голос одновременно и успокаивал её, словно придавал ей сил, но одновременно и заставлял её сердце сжиматься внутри, особенно в пронзительных песнях, где Филипп был до слез искренен и будто выплескивал в музыке свою боль. Алла горько улыбалась со слезами на глазах, но все равно продолжала слушать. При этом она себя не заставляла, а наоборот сама тянулась к его голосу, к его песням, пусть они были где-то выражением его боли (причиненной ею) и переживаний. С ужином Алла провозилась довольно долго, больше трех с половиной часов. То долго искала какой-то продукт - на это ушло в разы больше времени, чем на саму готовку, - то садилась отдохнуть и полистать телефон в поисках новостей о Филиппе, то отходила к себе в комнату покурить.. Алла все же решилась обратиться с просьбой к Светлане, когда ужин уже был готов - позвать детей к столу сама она бы ни за что не решилась. Да и как бы это выглядело, если бы она стучалась к ним в комнаты или заходила даже туда? Нет, Алла ни за что бы так не сделала. - Да, Алла Борисовна, хорошо, сейчас я их приглашу. Но они попозже придут, наверное, только с кружков вернулись вот недавно. Вы себе-то тоже положите, поужинайте. - Да я потом.. - Алла Борисовна.. - Что?.. - Алла напряжённо улыбнулась, повернувшись к девушке, хотя уже думала уходить к себе. Она словно даже сейчас подсознательно ждала какого-то подвоха. Что ей сейчас скажут, что она что-то неправильно сделала или трогала то, что нельзя, или что-то ещё не так.. - Вы так приготовили вкусно.. Запах аж до второго этажа дошёл. У меня аж слюнки потекли. - Вы тоже поешьте.. Там хватит.. Если понравится, - тихо ответила она, заметно удивившись про себя. А внешне показать эмоции не получилось - словно она разучилась это делать, да и не хотела. Почему-то сейчас ей вспомнились слова Макса: "Ну что ты опять вздыхаешь? Ничего же не случилось, чего вздыхать". Казалось бы, всего одна ни о чем не говорящая фраза, но таких фраз было немало, и каждое подобное слово будто невольно закрывало Аллу в себе все больше. У неё словно отпечатывалось в подсознании: "вздыхать нельзя", "мои мысли неважны и неинтересны", "воспоминания - это прошлое, зачем постоянно вспоминать и рассказывать то, что было давно?", "мои эмоции неправильные и неуместные". И много чего ещё.. Это собиралось по крупицам долгие годы и оказывало немалое влияние на Аллу, пусть она сама пока это не осознавала. Алла совсем не ожидала какой-то похвалы в свой адрес. Она давно её не слышала и отвыкла от неё. Давно не слышала, что она делает что-то хорошее и полезное, что кому-то нравится что-то в ней, не считая, конечно, недавних комплиментов Филиппа - и они для неё были непривычны, непонятны, хоть Алла и чувствовала в них искренность. Поэтому теперь она с удивлением слушала, как девушка искренне восхищается её блюдами, без какого-то подтекста или лести. - Спасибо, Алла Борисовна, я попробую обязательно! - как-то даже, как показалось Алле, слишком восторженно ответила Светлана. Алле даже стало не по себе от такой непривычной ей эмоциональности. - Я хотела Вас попросить.. Вы не могли бы мне потом показать, как Вы готовили, пожалуйста? - Конечно.. Но ничего такого я не делала.. Просто как в рецепте.. - Но Вы просто волшебница! У Вас такие блюда выходят каждый раз. - Да ладно Вам.. Обычные.. - Алла Борисовна, не скромничайте, Вы просто прекрасно готовите! - Спасибо.. - Алла слабо улыбнулась, посмотрев на девушку. - Я покажу Вам как-нибудь.. Может быть, завтра или послезавтра?.. Я просто.. - она запнулась. - Наверное, потом уеду.. - Хорошо. Спасибо Вам ещё раз! - Света довольно улыбнулась и побежала на второй этаж приглашать детей на ужин. Остаток вечера Алла провела в своей комнате, никуда не выходя. Снова много курила, одну сигарету за другой, и не выпускала из рук телефон. Она, грустно улыбаясь, просматривала недавние видео и фотографии с Филиппом, которые выкладывали фан-аккаунты и он сам. Несмотря на его улыбку и смех, Алла постоянно замечала этот его полный пережитой боли отчаянный взгляд карих глаз, которые словно погасли и стали ещё темнее, чем были прежде. Огонек, который до последнего горел в его глазах, наверное, аж до той их роковой ссоры уже почти четыре года назад, потух. Алла в глубине души лишь надеялась, что погас он не окончательно. Хоть и понимала, что такие раны остаются на всю жизнь. Два видео она пересматривала почему-то уже не первый раз. На первом из них Филипп с Сергеем Лазаревым дурачились в перерыве между съёмками "Маски" - Сергей примерял на себя его корону, а Филипп называл его в шутку принцем и обещал короновать. За кадром слышался весёлый смех, да и в целом чувствовалась непринуждённая атмосфера. Второе - отрывок из посвящённой его юбилею "Маски", где Филипп разыгрывает Даву и потом смеётся от души, когда его розыгрыш становится явным. Алла с затаенной грустью наблюдала за Филиппом, когда он был с друзьями, как он вёдет себя с ними, с коллегами по сцене.. Ей в глубине души невероятно хотелось, чтобы и между ними была уютная атмосфера без какого-либо напряжения, которое витало в воздухе и ощущалось чуть ли не физически, без скованности.. Чтобы Филипп был с ней расслаблен, не зажат.. Но это Алла назвала про себя недостижимыми мечтами, даже глупыми и капризными, и тут же начала себя ругать ещё больше: о чем она думает?! Чего ей ещё захотелось, расслабленного и весёлого Филиппа рядом с ней? Она же сделала все, чтобы он таким не был, а теперь, видите ли, захотелось ей обратного. Так не бывает, чтобы по её хотению все исполнялось и Филипп менялся, становясь таким, каким она в данный момент хотела бы его видеть. Перед сном Алла ещё раз приняла душ - ощущение "грязи" на себе и, главное, в себе, никуда и не думало уходить.. Перед тем, как выйти из ванной, она все-таки бросила взгляд на свое отражение: из зеркала на неё смотрела бледная пожилая женщина с растрепанными влажными волосами. - Ну и страшилище старое, - с ненавистью пробормотала она, резко отвернувшись, и быстро вышла из ванной, закрыв за собой дверь. После душа её стало клонить в сон, и она устала, больше скорее от самой себя. Она надоела самой себе, настолько она себя ненавидела, что самой себе была противна. Ей хотелось, помимо физического отдыха, хотя бы ненадолго уйти из реальности, уйти от себя. Алла, выкурив последнюю за день сигарету, выключила в комнате свет и прилегла на кровать, как ребёнок обняв подушку и завернувшись в одеяло, тщетно пытаясь согреться, - несмотря на то, что в доме было тепло, Алла порой, как сейчас, чувствовала холод. Холод этот шёл у неё изнутри, ведь в душе она замёрзла.. Через несколько минут Алла уже спала, но беспокойно, иногда дергаясь во сне. Про крестик, оставленный на столике, она забыла.. Филипп приехал домой ближе к полуночи, когда все уже спали. День был долгий, а съёмки, которые длились толком без перерыва, измотали его - два интервью для разных программ, съемка для дизайнерского бренда его подруги и уже под конец - репетиция номеров для новогодних передач. Филипп как на автомате разулся, снял верхнюю одежду и поднялся к себе в комнату, почему-то втайне надеясь, что Алла ляжет спать там, хоть и понимал, что она так не сделает. И оказался прав - его спальня была пуста, лишь её одеяло с подушкой лежали на кресле, как напоминание о предыдущей ночи, их совместной. "Интересно, это она так все сложила?" - подумалось Филиппу, и он невольно почему-то улыбнулся, будто представив эту картину, как Алла складывает это огромное одеяло. Но тут же помрачнел, подумав о том, как она это нелёгкое одеяло перетаскивала с кровати на кресло. Он принял душ, переоделся в домашнюю одежду и.. Захватив с собой телефон, повербанк и бутылку воды, спустился к Алле. Тихо зашёл к ней в комнату, стараясь не шуметь. Поставил бутылку на её столик и тут заметил на нем какое-то украшение. Филипп взял его и обнаружил, что это крестик.. Это её крестик, он узнал его. Он помнил, что Алла всегда не снимая носила его. А сейчас сняла? Что он вообще делает на столике? Если сняла, то почему? Филипп посмотрел на спящую Аллу и понял, что будить её, чтобы спросить о крестике, он не будет. Спросит утром. Алла все ещё беспокойно спала, хмурилась во сне и иногда вздрагивала. - Аллочка.. - вздохнув, Филипп присел рядом на кровать, взяв её руку в свою, поглаживая. Мысли о её крестике никак не покидали его и волновали, как и её сон. Только предыдущей ночью Алла спала спокойно, почти не ворочалась. А сейчас спит так тревожно.. Филипп прилег рядом с ней, словно даже не думая о том, что будет завтра. Не думая о том, как она, возможно, будет ругаться и возмущаться, что он у неё в комнате забыл. Но подсознательно он понимал, что вполне может от неё схлопотать, но это его не остановило. Здравый смысл же подсказывал ему, что теперь Алла вряд ли будет скандалить и прогонять его. Снова повторив про себя фразу "Будь что будет", Филипп устроился у неё на кровати, поправил ей одеяло, укрывая плечо, и бережно приобнял её со спины, накрыв её ладонь своей и поцеловав в макушку.