Часть 36

Докурив, Алла повернулась к Филиппу. Она словно хотела что-то сказать, но замолчала, посмотрев на него. Он делал глубокие затяжки, задумчиво смотря вдаль. Взгляд был отстранён, Филипп погрузился в свои мысли, уйдя в себя. Но думал он на самом деле о ней. И о них. Pov Филипп Что же с ней произошло за все это время, что мы не общались?.. Как же она изменилась.. Я никогда прежде ее такой не видел, такой зажатой, замкнутой, закомплексованной. Даже тогда, 30 лет назад, когда мы только начали сближаться, когда я только начинал её узнавать. Сейчас же она вообще по поведению не похожа по сути на себя. Я просто её не узнаю и поэтому не знаю, как себя с ней вести, это ещё помимо того, что мне все время вспоминаются болезненные моменты из прошлого. Но я волнуюсь за неё и за её состояние. Когда такое вообще было, чтобы она боялась что-то сказать или сделать, тем более в отношении меня? Для неё это же что-то совсем из ряда вон выходящее. Да буквально все в ней сейчас заставляет меня удивляться.. Алла тем временем молча наблюдала за ним, стараясь это делать как можно более незаметно, пока он наконец не докурил и не повернулся к ней. - Я наверное пойду пока. Приду на завтрак обязательно. - Хорошо.. А дети как?.. - робко спросила Алла, подумав о том, что спрашивает лишнее, что может вообще ей не нужно в это вмешиваться. - Спят ещё, воскресенье же. Как проснутся, позавтракают. А пока мы с тобой вдвоём посидим, ты не возражаешь? - Нет.. Хорошо, я поняла.. Филипп вышел из её комнаты, оставив её одну. Алла, вздохнув, зашла в ванную и все-таки первым делом посмотрела на себя в зеркало, а потом с отвращением отвернулась. - И как на это можно спокойно смотреть?.. - тихо проговорила она, начав умываться. Спустившись на кухню, Алла начала готовить завтрак, стараясь, чтобы ничего не пригорело. Она очень хотела хоть что-то сделать для него хорошее, ей хотелось, чтобы хотя бы приготовленная ею еда понравилась Филиппу. Она полностью ушла от реальности в свои мысли, следя только за тем, как готовится завтрак. Так её и застал Филипп. Алла в свободной закрытой пижаме, с растрепавшимися после сна волосами стояла у плиты и переворачивала блинчики, едва слышно что-то напевая себе под нос. Он застыл в дверях, наблюдая за ней, словно боясь спугнуть эту чудесную картину. До боли непривычную ему картину уюта, тепла и.. Любви, чувствовать которую он давно отвык. У него за эти годы словно атрофировались рецепторы, воспринимавшие раньше любовь. Её любовь.. Почувствовав на себе его взгляд, Алла обернулась и почему-то виновато улыбнулась. - Филечка.. Почти все готово.. Я сейчас.. - она начала суетиться, наливая ему кофе и накладывая в тарелку уже готовую яичницу. - Аллочка, не торопись.. Я просто пришёл. Если тебе некомфортно, я уйду. - Не надо.. - набравшись смелости, тихо сказала Алла. - Если не хочешь.. Извини, пожалуйста, я тут.. Пыталась петь зачем-то.. - Пой на здоровье, Аллусь, ты чего? - Да как можно этот хрип слушать.. - невольно вырвалось у неё. Филипп вздохнул. - Пой, если тебе хочется, хорошо? Я был рад послушать твой голос поющим хоть немного. Алла недоверчиво посмотрела на него и быстро отвела взгляд. Она никак не могла ему поверить, даже если ей в глубине души и хотелось. Но Алла слишком была убеждена в обратном, поэтому сказанные Филиппом слова ей не могли восприниматься как правда. Она ведь знает.. Знает, что голоса у неё, можно сказать, нет, и слушать её хрипы невозможно. Просто почему-то вдруг захотелось ей что-то напеть, она надеялась только, что никто этого не услышит. - Приятного аппетита.. - Алла поставила на стол еще тарелку с блинчиками. - Мне уйти?.. - Аллусь, мы ведь договорились с тобой вдвоём позавтракать. - Может, ты не хочешь со мной.. Хочешь один.. А я тут тебе мешать буду.. - Не будешь, - спокойно возразил Филипп. - Алла, пожалуйста, садись и позавтракай. Алла робко присела на соседний стул, так и не положив ничего себе, только слабо улыбнулась, поймав его взгляд. Он же, вздохнув, подошёл к плите и положил ей в тарелку часть яичницы, несколько блинчиков, поставил её на стол. - Позавтракай, пожалуйста. - Прости, пожалуйста.. Что я вынуждаю тебя злиться.. - для Аллы эта его просьба прозвучала практически в приказном тоне, и она, словно испугавшись, что он разозлится и уйдёт, поспешила извиниться. - Аллочка.. Это ты меня извини, я резко сказал, - произнёс Филипп, заварив ей зелёный чай и присев рядом с ней. - Ничего страшного.. Ты все правильно сказал.. Алла не произнесла больше ни слова, послушно начав есть. Но внутри у неё крутилось множество мыслей, и к уже имеющимся присоединилось ещё несколько негативных. Она, получается, раздражает и его просто своим присутствием? После всего, что она сделала, это неудивительно, да и для Аллы такое ощущение не было чем-то непривычным. Но Филиппа ей раздражать очень не хотелось, так же, как и вызывать в нем какие-то негативные реакции. Но если его может разозлить что-то обычное, что она делает, значит, ей лучше опять же не мозолить ему глаза лишний раз и не раздражать его? Снова все сводилось к тому, что уехать ей из его дома и не попадаться ему на глаза, не бередить одним своим видом его многочисленные раны - единственный правильный вариант.