Часть 3

       Проснувшись, Пэй Мин не сразу понял, где находится. Даже моргнул пару раз и потёр глаза ладонью. После недовольно поморщился: всё тело ужасно ныло, как после затяжной битвы, а вот где — на кровати или на поле боя — неважно. Голова же болела так, будто он изрядно выпил грядущим вечером, и чуток кружилась, когда он попытался сесть. Картинка комнаты крутилась перед взором, отчего генерал всё же лёг обратно и ещё раз внимательно осмотрел половину кровати справа от себя.        Девушка, находившаяся в дрёме рядом с ним тихо вздохнула и перевернулась со своего правого бока на спину, раскинувшись как морская звёздочка, отчего левые нога и рука оказались на Пэй Мине. Он бы даже посмеялся этой забавной ситуации, но ему стало не до смеха, когда в полутьме комнаты удалось разглядеть спящую красавицу. Чёрные волосы чуть растрепались и выбились из двух аккуратных пучков, зелёная полоса ткани, закрывавшая ранее шею, лежала под плечами и головой, там же оказался и голубой платок с узором из облаков и лотосов. Розоватые губы чуть приоткрылись, а длинные ресницы изредка трепетали. Во сне черты лица девушки казались мягче, чем обычно. Неизменным оставалось лишь спокойствие. Казалось, что даже во сне оно её не покидало.        А вот Небожитель забеспокоился. Очень сильно.        Юйши Хуан мирно дремала в его постели, одетая, без каких-либо следов, намекавших хотя бы частично на жаркую ночь. Это ненадолго прогнало панику и тревогу Пэй Мина. Только нежно-зелёное ханьфу оказалось чуть открытым и почти обнажало плечи. Похоже Повелительница Дождя имела привычку ворочаться с боку на бок, пока спала, отчего одеяния её пребывали в беспорядке. Мингуан удержался от соблазна поглазеть на спящую девушку, потому, стараясь не разбудить, бережно укрыл её покрывалом по горло от греха подальше. Он всё-таки не железный, и даже не каменный. Перед такой красотой устоять почти невозможно.        Голова всё ещё ужасно болела после сна. А так же от разрывающих её вопросов. Как Её Превосходительство оказалась в его постели? Почему она здесь? Как вошла? А слуги знали? Наверняка уже успели разнести грязный слушок о Её Превосходительстве. Эта девушка, конечно, не была из тех, кто сильно заботился о своей репутации, но пятнать её своим именем Пэй Мин не имел большого желания.        Глазами он прошёлся по комнате. Непорядок был только на небольшом столике у кровати. Там стояли какие-то склянки, лежали травы и палочки благовоний. Такого у него ранее там никогда не было. Да что же, ради всего сущего, здесь произошло?! Неужели лекарства? Он был болен и не помнит этого?        Юйши Хуан тем временем снова заворочалась на кровати, скинула с себя покрывало и что-то прошептала. Пэй Мин не смог ничего расслышать.        Он вдруг представил на миг, каково будет каждое утро встречать с ней. Будет ли Юйши Хуан улыбаться ему или проснётся недовольной от того, что её разбудили? Позволит ли обнимать себя со спины и касаться губами своего плеча? Каково вообще это — обнимать её? Тяжело, как же это тяжело! Вот она — прямо перед ним спустя столько времени разлуки, а прикоснуться к ней нельзя. Даже смотреть в её сторону непозволительно! Не чувства, а проклятие!        Но… что же всё-таки здесь произошло за эту ночь? Отчего она пришла к нему и принесла с собой все эти вещи с его столика?        Ничего, пускай она поспит. Как проснётся — даст ответы на все волнующие его вопросы. Судя по всему, было раннее утро. Удивительно, что Повелительница Дождя так сладко спит в этот час. Обычно она ранняя пташка. Возможно, дело в том, что сегодня ей не нужно было спешить на свои поля, от того и позволила себе вздремнуть подольше. Небожителю, конечно, сон не нужен так, как обычному человеку, но его недостаток плохо влияет на самочувствие.       Голова всё ещё неприятно гудела, но стало чуть легче. Он повернулся на бок, лицом к спящей Юйши Хуан, позволяя себе хотя бы наглядеться на неё. Ведь она наверняка убежит, стоит ему только заговорить. Эта мысль сделала так больно, что Пэй Мин чуть не схватился за сердце. Кольнуло столь сильно, будто он собственной мыслью вонзил себе кинжал прямо в грудь. Неприятное ощущение поселилось в его теле, как холодная змея, оплело все внутренности и замерло. Неужели это расплата за то, какую боль он иногда причинял девушкам?        У Юйши Хуан под глазами залегли большие тёмные круги. Да всем своим видом она излучала усталость. Видимо, в этом году сбор урожая прошёл не так гладко, как хотелось бы. Она измоталась. От того будить девушку хотелось всё меньше. Пэй Мин рад был застыть в этой минуте. Чтобы смотреть на неё спящую, и находить эту картину самой прекрасной на свете. Обычно он всегда покидал женщину по утру, но тут была другая ситуация. Во-первых, это был его дворец, и уходить Мингуану из него некуда. Во-вторых, у него с Повелительницей Дождя ничего не было. В-третьих, это была его любимая женщина, а от неё ему убегать не хотелось. Лишь оставаться всегда рядом.        Она снова перевернулась, на этот раз на левый бок лицом к нему, по-детски сложив руки под щёку, и вздохнула. Мингуан едва не рассмеялся. Кто бы мог подумать, что эта девушка во сне окажется столь милой? Рука потянулась к лицу, чтобы убрать выбившиеся из причёски пряди — не хотелось, чтобы они закрывали её от его глаз, но тут Юйши Хуан вдруг приоткрыла глаза.        Сонно моргая, она глядела на застывшего напротив неё генерала Пэя. Видимо, тоже пыталась понять, где находится. Серые глаза обвели пространство вокруг, остановились на протянутой руке. Снова закрылись. Вдруг тёплые руки сжали мужскую ладонь, переплетая пальцы. Дыхание Пэй Мина сбилось. Юйши Хуан же улыбнулась, прикрыла глаза, а дыхание её слова стало тихим и размеренным.        Неужели она подумала, что это сон?        Небожитель не мог сдержать счастливой улыбки. Она сама взяла его за руку, сжала её и не отпускала даже во сне. Это вселяло в него надежду, заставляло сердце трепетать, а истерзанную безответными чувствами душу — петь. Он позволил себе надеяться. Чувство надежды ощущалось горько и сладко. Его свободная ладонь накрыла их переплетённые руки. Кожа под ней была чуть шершавой от трудов. Пальцы в мелких мозолях, местами подушечки загрубели. Кое-где оставались зажившие следы от порезов. Некоторые уже давно зажили и теперь белыми черточками украшали костяшки пальцев. Эти руки были красивы. По-настоящему красивы. В них не было мягкой нежности, но ощущалась сила.        Пэй Мин сообразил, что наделал потом — его губы коснулись тонкого указательного пальца и замерли. Юйши Хуан тихо вздохнула и снова заворочалась. Мужчина тут же отпрянул, но рук её не выпустил.        «Идиот! Идиот! Идиот!» — вопил его внутренний голос, пока сердце стучало от волнения в ушах. Он злился на себя — ведёт себя хуже влюблённого юнца! Сделать сны явью? Так же сказал Хуа Чэн? Что ж, хорошо. Он постарается. Не так резко, не так быстро. Даже если ему придётся потратить на это ближайшую тысячу лет! Говорят же, чем дольше вино стоит нетронутым, тем оно слаще. Так и с чувствами, что долго тлеют в его душе. Когда придёт время — они обратятся настоящим пламенем.        Сейчас она проснётся — увидит их скреплённые руки и наверняка смутится. Он хотел было их убрать, но не вышло. Юйши Хуан хоть и спала, но даже во сне хватка её была крепка.        «Что же вы со мной делаете?» — с долей обречённости подумал Пэй Мин и вздохнул.        Юйши Хуан снова открыла глаза. На этот раз она, судя по всему, окончательно проснулась, поскольку лицо её выражало крайнюю степень изумления. Она отвернулась, быстро поднялась, поправила свои одеяния и отошла в дальний угол комнаты, не поворачиваясь к генералу Пэю, словно чего-то ждала. А он в растерянности остался на своём ложе.        — Рада, что вы наконец-то очнулись, — успокоившись, заговорила она. Голос девушки дрожал и чуть хрипел после сна. — Как себя чувствуете?        — Благодарю, прекрасно. Весьма удивлён вашему появлению здесь. И очень рад, — честно ответил Пэй Мин.        Потом вдруг что-то понял и судорожно принялся надевать на себя верхние одежды. Не хотелось смущать Повелительницу Дождя своим полуголым видом. Когда он закончил, Юйши Хуан наконец-то обернулась.        — Вы очень напугали всех. Не делайте так больше, пожалуйста, — голос девушки звучал необычайно тихо.        — А что случилось? Я спокойно спал всё это время благодаря отвару… Ваше Превосходительство, почему же вы здесь?        — Потому что ваши слуги подняли панику, когда не смогли вас разбудить после двух суток сна. До меня слух дошёл спустя пару мгновений, вот я и пришла убедиться. Пришлось остаться, чтобы дождаться вашего пробуждения.        — Я проспал два дня?        — Две недели, — мягко поправила Повелительница Дождя и наконец-то приблизилась к Мингуану, но мягкость её голоса оказалась обманчивой, потом голос её будто стал чуть выше, она заговорила быстро и отрывисто. — Я же дала указания, сколько отвара нужно выпить перед сном! Нельзя употреблять его в таком количестве! Вы что — осушили разом почти всю склянку?!        Маска спокойствия спала с неё. Теперь Юйши Хуан отчитывала его, как маленького ребёнка. Губы её дрожали от волнения. Она заламывала руки и металась из стороны в сторону, иногда всплескивая руками. Временами она останавливалась, хватаясь рукой за горло, а потом снова продолжала его отчитывать. Говорить слишком быстро и громко у неё не очень получалось. Пэй Мин стоял, выслушивал поток высказываний, но улыбался глупой, счастливой улыбкой. Она волновалась за него — ради такого стоило выпить сколько угодно сонного отвара. Да что там отвар — из её рук Пэй Мин выпил бы даже яд змеи-скорпиона.        Девушка наконец-то подняла на него глаза, намереваясь ещё раз отчитать, но встретившись с ним взглядом, замерла. В её памяти генерал Пэй Мин всегда был ловеласом и самым обычным бабником, что на женщин смотрел, как на на красивую, но очень хрупкую вазу, которых у него миллион в запасе. Никогда ни на одну из них он не смотрел так, как в этот миг на неё. Она ругала его за безответственность, но больше потому, что испугалась за него, и никак уж не ожидала, что в ответ получит открытую улыбку.        — Чему вы улыбаетесь?        — Рад вас наконец-то видеть. Очень рад.        Юйши Хуан хотела что-то сказать ему в ответ, но передумала, заговорив вдруг весьма учтиво и спокойно:        — В таком случае, повторю: рада, что вы очнулись. Раз всё в порядке, то пойду. В моих владениях накопилось немало работы, — она двинулась к выходу из покоев, но оказалась остановлена.        Пэй Мин возник на её пути стеной, и не дал ходу. Он часто дышал, то краснел, то бледнел, трепал свои спутанные волосы, ни как не находя слов.        — В-вы… — он вдохнул и выдохнул, успокаиваясь. — Да что ж со мной такое?.. Государыня Юйши, пожалуйста, позвольте видеться с вами! Я не требую дать мне шанс, однако, скрывать не стану — в душе страстно этого желаю. Прошу — позвольте хотя бы иногда иметь счастье видеть вас и говорить с вами. Я выпил весь отвар. Да. Я тот ещё глупец. Причина того, что я выпил его заключается в том, что очень хотел вас увидеть. Думал, посплю, а потом приду к вам с пустой склянкой и подарком в качестве благодарности… Простите, я не должен был поступать именно так.        Юйши Хуан осталась на месте. Она уже не хотела никуда уходить. Теперь настала её очередь улыбаться. Пожалуй, она недооценила генерала Мингуана. Он действительно был весьма упрям и настойчив.        — Вы же могли просто вылить отвар, если уж так хотели меня увидеть.        — Не подумал об этом, если честно… И спасибо, что заботились обо мне, пока я спал.        Улыбка Её Превосходительства стала лишь ярче.        — Вы уже отблагодарили меня своим подарком. Мне он очень понравился. Прошу прощения, что взяла его просто так, однако, ночами в ваших покоях было холодновато, потому я позволила себе дерзость… — она потянулась руками за краями платка, но не обнаружила его на своих плечах.        — Что Вы! Это принадлежит вам, — Пэй Мин поднял с постели платок, встряхнул его, расправляя, и накинул на плечи девушки.        — Спасибо, — прошептала она. На секунду Мингуану показалось, что щёки её тронул нежный румянец и тут же пропал.        — Пожалуйста, оставайтесь на чай.        — Не смею отказать. Только вот…        — Что? Что такое?        Выражение лица генерала Пэя было настолько обеспокоенным, что Небожительница фыркнула от смеха, прикрыв рот ладонью. Беспокойство Пэй Мина сменилось недоумением. Она ещё никогда не была столь эмоциональной при нём, как в это удивительное утро. Чудеса следовали один за другим. Сначала они проснулись в одной кровати, потом она его отчитала, теперь смеялась над ним. Одно чудо за другим.        — Ничего-ничего! Только прежде чем разделить утренний чай, полагаю, нам надо бы привести себя в надлежащий вид, — девушка указала ладонью на свою голову. — Иначе это вызовет у некоторых личностей мысли абсолютно не того толка.        Теперь она его точно смутила. Лицо обдало жаром от её лукавой улыбки и едкого замечания. Повелительница Дождя, оказывается, умеет подкалывать!        Её пучки растрепались и едва держались на голове. Пэй Мин боялся представить, что творилось с его волосами все эти две недели. Однако, когда он подошёл к зеркалу, то увидел, что волосы его вместо тугого хвоста заплетены в одну косу, из которой уже выбилось несколько прядей. Никто из его слуг никогда не заплетал его. Неужели Юйши Хуан и волосы его расчёсывала?        — Просите мне эту маленькую дерзость — моя работа, — сразу же призналась она.        — Можете хоть всю жизнь меня заплетать, если вам хочется, — успокаивающе улыбнулся генерал. — Мне нравится. Только жаль, растрепалась.        — Присаживайтесь, я заплету вам снова.        Пэй Мин когда-то думал, что умрёт в бою от острия меча достойного противника, но никогда помыслить не мог о том, что его сердце будет останавливаться, когда короткие аккуратные ноготки задевают кожу. Юйши Хуан осторожно расчёсывала его волосы, перебирала длинные пряди, и это ощущалось куда приятнее, чем в его снах. Пожалуй, Собиратель цветов под Кровавым Дождём был прав — сны, претворяющиеся в реальность делали его воистину счастливым. Даже Повелительница Дождя будто бы пребывала в счастливом спокойствии. Будто с души девушки спал большой груз. Усталость ушла с её лица, а тёмные круги стали почти незаметны.        Когда Её Превосходительство отошла назад, придирчиво оглядывая свою работу, Пэй Мин поднялся и осторожно усадил Повелительницу Дождя в кресло, взял в руки расчёску и принялся распутывать её волосы. Длинные пряди казались черней ночи, они были почти шёлковые и пропускать их сквозь пальцы — одно удовольствие. Поначалу мужчина растерялся и не мог понять, как лучше расчесывать шикарную копну волос. Так уж получилось, что ранее он никогда не прикасался к женским волосам с такой целью. Обычно это было наматывание пряди на палец при лёгком флирте, либо наматывание на кулак уже после флирта. Потом он немного подумал, отбросил ненужные сейчас воспоминания, и решил сначала распутать кончики волос, а потом уже осторожно и постепенно принялся проводить расчёской по всей длине. Юйши Хуан под его касаниями заметно расслабилась и даже не шипела, если он случайно тянул слишком сильно.        — Вы не против, если я заплету ваши прекрасные волосы в хвост?        — Никогда его не носила, но почему бы и нет?        Пэй Мин бережно собрал волосы в высокий хвост — как делал себе обычно — и закрепил их крепко зелёной лентой. Обошёл кресло, встав лицом к Юйши Хуан. Потом отошёл к резному шкафу, выдвинул ящичек, достал что-то оттуда и вернулся к ней, вставляя это что-то в хвост. Девушка подняла на него взгляд и в своей манере чуть склонила голову на бок, будто спрашивала: «Ну, как получилось?»        — Превосходно… — ответил на её немой вопрос генерал.        Она выглядела не как мирный земледелец, а как воительница. Прямая осанка, упрямый взгляд и высокий хвост, закреплённый нефритовой заколкой и длинной зелёной лентой — если бы на ней были доспехи, то Повелительница Дождя сошла бы за женщину-генерала.        Пэй Мин открыто любовался.        Юйши Хуан поднялась с кресла и посмотрела на себя в зеркало, потом чуть нахмурилась и рассмеялась.        — Выгляжу очень уж сурово!        — Даже в своей суровости вы прекрасны. Но не скрою — ваша мягкость для глаз не меньшая услада.        — Любите же вы красивые речи, генерал Пэй, — улыбнулась она, повернувшись к нему. — Но иногда слова излишни.        — Коли прикажете — буду вечно молчать в вашем присутствии. Вы сейчас всецело владеете и моим сердцем, и моим умом.        — Ну зачем же вечно молчать? Этого не нужно, — девушка совсем поравнялась с генералом и смотрела на него почти снизу вверх. — Боюсь, я поступила слишком жестоко по отношению к вам. Заставила страдать так сильно. Простите меня за это.        — Не нужно извиняться. Я по своей глупости выпил отвар до дна. Не скажу, что очень уж страдал, будучи во сне.        — Вам снились кошмары. Я слышала. Если не знать меру, то так оно и бывает. Потому, чтобы впредь такого не повторялось, давайте условимся: хотя бы раз в месяц видеться и пить вместе чай. Как вам такая идея?        Пэй Мин взял ладонь Юйши Хуан в свою и на этот раз коснулся губами чуть грубых костяшек. На мгновение ему снова показалось, что краска залила её щёки, а рука под его касанием дрогнула.        — Я это очень высоко ценю, Ваше Превосходительство. Боюсь, что вашего великолепного чая у меня нет. Не откажитесь от простого зелёного?        — Буду только рада.        Они покинули покои Пэй Мина и последовали по просторному коридору. На пути им встретился слуга, который чуть не запищал от счастья, увидев своего господина здоровым. Ему в ту же минуту было наказано заварить самый вкусный зелёный чай и принести его в беседку в саду.        Пока слуга управлялся со своим поручением, два Небожителя почти рука об руку шли по залам дворца Мингуана. Тот вполне соответствовал его статусу Бога Войны. Обставлен был просто, но со вкусом и небольшим размахом. От тихой поступи разносилось эхо, отчего можно было подумать, что находишься в пещере. Наверное, сам Пэй Мин считал себя тем ещё диким зверем, что учуяв тепло очага, не хотел больше быть сам по себе.        — У вас красиво.        — Мне больше ваш дом по нраву. Тихо и уютно, а здесь много места, но как-то…        — Пусто?        — Пожалуй, — с тихим вздохом согласился генерал. — Единственные места, где нет такого эха — это моя спальня и оружейная. В спальне я в основном живу, а вот в оружейной вполне хватает всего, чтобы там не разгуливало эхо. К сожалению, большую часть коллекции уничтожил своими стараниями Цзюнь У.        — Жаль, сколько же вы её собирали?        — Не знаю… Лет восемьсот? — пожал плечами мужчина, отпирая дверь в свою оружейную. — Сколько же было чудесных клинков среди них ранее! Сейчас здесь лишь простое оружие. Магических артефактов не осталось.        В своём старом дворце Пэй Мин выделил целых три зала под оружейную. Теперь же едва ли набрался один. Эти клинки имели свою ценность, но с предыдущими не имели сравнения. Юйши Хуан зашла в залу и мигом нашла что-то среди выставленных мечей.        — Надо же, похож на мой клинок! — радостно отозвалась девушка, кивнула на него, спрашивая разрешения взять.        Дождавшись его, она с привычной лёгкостью взяла в руку меч, сделала пару выпадов и осторожно положила его на место.        Пэй Мин выдавил из себя улыбку, уже чуть пожалев, что привёл её сюда.        — Я не сильна в обращении с оружием настолько, насколько вы.        — Вам это не нужно. Ваши руки предназначены для жизни, а не для смерти.        — А ваши разве только для смерти?        — Отчасти да. Поверьте — крови на них было предостаточно. В том числе…        — Моя кровь лишь на моих руках. Я самолично приняла такое решение. Не нужно себя корить, — взгляд Юйши Хуан был ясен и мягок. — Нельзя же вечно жить в прошлом.        — Верно, но меня оно не отпускало довольно долгое время.        Пэй Мин снова ощутил, как по его лицу расползается счастливая улыбка. Он смотрел на Повелительницу дождя, тщательно запоминал всё, что она говорила, любую её эмоцию. Взгляд его скользнул на шею и заметил, что на ней нет привычного шарфика. Белый шрам на коже больше не блестел алыми каплями крови. Он просто был.        — Похоже, вы забыли в моих покоях свой шарф.        — У меня теперь есть ваш подарок, да и не хочу больше скрывать его. Ранее я носила шарф, дабы вам не напоминать каждый раз о причине моего вознесения.        — Что же изменилось сейчас?        — Вы не смотрите на него, как на проклятие, что преследует вас долгие-долгие годы.        Пэй Мин улыбнулся. Что ж, наверное та война была для него тем ещё проклятием. Ни одну битву от не помнил так хорошо, как ту, что проиграл. Ранее это вызывало у него злобу. Проиграть женщине! Теперь же генерал Мингуан был рад тому, что проиграл. Кто знает — сложись судьба государства Юйши иначе — стояли ли бы они в его оружейной?        Слуга тихо зашёл в зал, поклонился и сообщил, что наказ выполнен и чай уже ждёт их в саду.        Пэй Мин повёл Юйши Хуан ко входу в свой сад, припоминая один из своих похожих снов. Там они шли так же рядом — почти рука об руку. Повелительница Дождя с большим интересом спрашивала его о цветах и деревьях, на что генерал рассеянно отвечал что-то, порой невпопад, что заставляло всегда сдержанную девушку весело фыркать и чуть щуриться при лукавой улыбке.        Она перестала держать учтивую дистанцию, говорила с ним открыто и даже чуть спорила о всяких пустяках. Пэй Мин охотно отвечал ей. Внутри всё лишь радостно пело. Голова кружилась от такой близости. Её запах скошенной травы и ромашек будто впитался в кожу. Окружал его везде.        В мыслях своих Мингуан запутался, но он был так счастлив просто идти и говорить, что предпочёл собрать свои мысли в порядок намного позже. Когда Её Превосходительство отправится к себе домой.        А пока его окружал благоухающий сад, аромат чая и безмятежная атмосфера счастливого спокойствия и почти домашнего уюта.

⊹──⊱✠⊰──⊹

       Пэй Мин не приходил в себя уже неделю. Спал крайне неспокойно и всё время говорил. Юйши Хуан пыталась его напоить всевозможными настоями, чтобы он скорее очнулся, но не знала, сколько точно Мингуан выпил сонного отвара, от того попытки не увенчивались успехом. Пэй Мин крепко спал, не реагировал на шум, любое физическое воздействие, только отворачивался и бормотал что-то о проклятии.        За эту мысль Её Превосходительство и ухватилась, прошерстила все уцелевшие книги в Небесной библиотеке, но ничего не нашла. Даже Линвэнь развела руками и тяжело вздохнула, глядя на высившиеся кипы бумаг. В душе она, конечно, удивилась, что Повелительница Дождя так сильно переживает за её друга, но предпочла тактично промолчать. Не её дело.        После очередной попытки напоить генерала настоем Повелительница Дождя тихо вздохнула. Проверила температуру, прикоснувшись рукой ко лбу — жара не было.        Какой же он безрассудный! В том отваре были такие сильные травы, а он, не подумав о последствиях, выпил его почти целиком! Ну что за мужчина, который ведёт себя хуже мальчишки!        — Нельзя так пугать окружающих, генерал Пэй, — прошептала она. — В мире достаточно много людей, которые беспокоятся о вас.        Пэй Мин вдруг повернулся лицом к сидящей на краю кровати Юйши Хуан. Его рука бездумно шарила по простыни, пока на наткнулась на её пальцы, бережно сжав. Она тут же хотела вырвать руку, но раздавшийся сквозь сон голос остановил её:        — Пожалуйста… Юйши Хуан… останься, — бормотал Пэй Мин. — Останься…        — Я и не собираюсь уходить, — честно и спокойно ответила Повелительница Дождя. — Вы ведь ещё не очнулись.        Услышав её голос, мужчина будто бы расслабился, однако, руку так и не отпустил. Держал её бережно и крепко. Словно прикасался к чему-то драгоценному.        — Всегда… уходишь, — произнёс он на выдохе. — Уходишь… Недостойный тебя, знаю…        — Сейчас я здесь. Недостойным вы считаете себя сами. А я… — Пэй Мин всё равно не услышал бы, что она сказала, потому Её Превосходительство позволила себе маленькую капельку откровения. — Я боюсь за своё сердце.        — Люблю… пожалуйста, не уходи! — прокричал вдруг он, и грудь его стала быстро вздыматься от частого дыхания. — Пожалуйста! Пожалуйста!        — Тише-тише. Это лишь дурной сон, — Повелительница Дождя села поближе, не выпуская его ладонь, а второй рукой успокаивающе накрыла щеку, ведя большим пальцем по острой скуле. — Ничего страшного. Я здесь.        Дыхание Пэй Мина стало спокойнее, и он замолчал. Потом заговорил вновь. На этот раз почти шептал. Юйши Хуан наклонилась ближе, чтобы расслышать.        — Я люблю тебя… Верь, пожалуйста… От тебя только сердце жжёт…        Юйши Хуан вздохнула тихо. Она хотела бы верить ему, хотела бы довериться. Однако предпочла заглушить свою симпатию к нему, не хотелось боли и разочарования. Пусть большинство женщин после расставания с ним оставались вполне довольны, Юйши Хуан же не могла подобного гарантировать. Она точно знала, что любить может особенно сильно и пылко, поскольку её сердце было спокойно на протяжении многих веков. Никто не мог его тронуть. Лишь с той самой беседы у неё дома ночью оно вдруг зашлось. Повелительнице Дождя стоило немалых усилий успокоить его и не выдать себя. Особенно, когда Пэй Мин замер напротив её, а она держала свой маленький заварочный чайничек в руках так крепко, что боялась — раздавит.        Убедила в том, что не надо видеться. Кого? Его или себя? Или их обоих? Легче же не стало. Его измучила — он сильно похудел за тот месяц, что они не виделись. Среди Небожителей в столице и вовсе ходили слухи, что он впал в глубокое отчаяние или подхватил ужасную болезнь. Сама тоже извелась. Грузила себя работой, лишь бы о нём не думать. Не хотелось пасть очередной жертвой генерала Мингуана.        — Знал бы ты только, сколько стал для меня значить, — вздохнула Юйши Хуан. — А верить тебе я боюсь… Обидишь и оставишь.        — Не хочу, — отозвался вдруг Пэй Мин, рванул её за руку на себя, отчего девушка неловко плюхнулась ему на грудь. — Не оставлю… Рядом буду… Буду…        — Посмотрим, что будет, когда ты проснёшься, — Повелительница дождя стала медленно подниматься, но крепкие руки обхватили и прижали к себе, словно мягкую подушку или одеяло.        Она попыталась вырваться, но не вышло. Да и не очень-то хотелось выбираться из его тёплых объятий, когда в комнате было чуть прохладно. Она лишь переместилась, чтобы лечь на бок. Его руки обвили плечи, а дыхание чуть щекотало лоб. Похоже, спать придётся не сидя в кресле, а уткнувшись ему в грудь. Что ж, так даже приятнее и удобнее.        — Хорошо, буду здесь, раз тебе так спокойнее, — прошептала Юйши Хуан и обняла его в ответ. — Пожалуйста, просыпайся…        На удивление рядом с Пэй Мином ей спалось как-никогда хорошо.