Глава 52

...Приветственный пир окончился тем, что Тайвин оказался приглашён в храм бога и богини любви, где его встретила одна из старших жриц - женщина с чёрной кожей, из-за ароматических масел блестящей в тусклом свете свечей. Она была высокой, подтянутой и гибкой, словно пантера, а ещё - очень выносливой и удивительно чуткой, благодаря чему без слов угадывала желания партнёра даже раньше, нежели он сам их осознавал. Несмотря на силу и выносливость, даруемые тренировками и магией, первые лучи рассвета Никто встретил лёжа на тростниковом полу без сил, ощущая приятное опустошение и растекающееся по телу блаженство. Вслушиваясь в крики пёстрых птиц, приветствующих новый день сидя на ветвях деревьев, подступающих к стенам храма, впервые за всю эту жизнь он не чувствовал напряжения и тревоги, никуда не спешил и не планировал дальнейших шагов. Иронично, но даже в Чёрно-Белом доме ему не удавалось достичь подобного умиротворения, сопровождающегося абсолютной тишиной в голове. Любуясь плавными изгибами прижимающегося к нему тела, сильного, но при этом остающегося женственным, безликий позволил себе замечтаться о том, чтобы остаться здесь. Всё, что ему требовалось сделать - это отказаться от собственных амбиций, дальнейшего поиска силы, ну и переложить миссию по убийству Короля Ночи на чужие плечи (тот же Трёхглазый Ворон, наверняка, справился бы и сам). ...Только вот - Тайвин не мог так поступить. Не то, чтобы он боялся мести Многоликого, так как вряд ли для божества подобного уровня судьба одного последователя критично важна, чтобы специально за ним гоняться в мире живых, а не дождаться душу после завершения смертного пути, как и нельзя сказать, что он проникся ответственностью перед союзниками и подданными Ланнистеров. Причина была гораздо проще, но в то же время и сложнее: мужчина знал, что рано или поздно жизнь с фигуристой летнийкой потеряет для него яркие краски, став бессмысленной и бесцельной. Безликий слишком сильно жаждал прикоснуться к чему-то великому, увидеть больше, нежели дано человеку, познать скрытые таинства и обрести могущество. И пусть сейчас ему было хорошо, но он прекрасно знал то, что если постоянно есть самый сладкий фрукт - однажды он начнёт вызывать искреннее отвращение. "А возможно - я просто безумец, который видит перед собой путь, но даже не представляет того, куда он приведёт в итоге. Однако же пока я иду по этой дороге и преодолеваю препятствия, то чувствую себя полноценным и по-настоящему живым. Не хочу даже думать о том, что будет в случае, если мне придётся остановиться", - в голове мужчины промелькнули образы художественной картины, в которой герой рассуждал о том, что такое безумие и что представляет из себя его жизнь, но усилием воли удалось подавить эти философские рассуждения, дабы ещё немного насладиться приятной передышкой. ... На второй день принц Ксандар устроил фестиваль в честь гостей из Закатных Королевств: фрукты и жаренная рыба, мясо со специями, фруктовое вино и сладкий сироп заставляли столы ломиться, в то время как воины демонстрировали мастерство в стрельбе из длинных луков, метании копий, рукопашных поединках. В то же время девушки и юноши услаждали взоры зрителей танцами под музыку флейт и барабанов, лир и более экзотичных инструментов. - Друг Тайвин, что тревожит твою светлую голову? - обратился к сидящему на соседнем кресле Никто владетель портового города, лучезарно улыбающийся очередному удачному выстрелу своего телохранителя. - Неужели тебе не по вкусу наши забавы и угощения? Или... ты бы предпочёл вернуться в общество доброй Элады? - Твои увеселения выше всяких похвал, друг Ксандар, - отозвался безликий ровным голосом, предпочитая не демонстрировать слишком большую эмоциональность. - Но я не привык к долгим развлечениям. В ваш славный город же мы прибыли по двум основным причинам. - Поделись своим грузом: вместе его будет легче нести, - добродушно предложил принц, жестом отсылая слуг, подносивших новые напитки и яства. - Наш путь лежит на Соториос, где я намерен найти некоторых животных, - выдал первую, наименее важную сейчас цель Тайвин, тщательно подбирая слова для того, чтобы не оскорбить и не разозлить гостеприимного хозяина. - О... - изобразил удивление чернокожий мужчина. - Не мне учить жизни взрослых мужчин, но всё же я рекомендовал бы тебе, друг Тайвин, передумать плыть в это гиблое место. Много раз и мои предки, и люди с белыми волосами пытались построить там города, но тамошняя природа слишком агрессивна для нас. Мне будет искренне грустно в случае, если и ты пропадёшь в зубах очередного монстра из бесконечных джунглей. - Уверяю, я осознаю риски и собираюсь проявить всю возможную осторожность, - констатировал Никто, не чувствуя в словах собеседника и капли лжи (создавалось впечатление, что летниец и вправду считает его другом). - Тогда, друг Тайвин, мне остаётся лишь пожелать тебе удачи и пригляда богов, в которых ты веруешь: надеюсь, после твоего путешествия вы ещё вернётесь для того, чтобы поведать о своих приключениях, - принц сделал паузу и подмигнул: - И не только я буду ждать твоего возвращения. Уверен, богам любви и плодородия придётся услышать немало молитв в эти дни. Какова же вторая цель? - Я бы хотел научиться делать тотемы, ну или же обрести хотя бы одного духовного защитника, - ответил никто, после чего вопросительно уточнил: - Возможно ли это? Взор вестеросца снова скользнул к призрачной рыси, что не отводила от него любопытного, но лишённого агрессии взгляда. Едва же отзвучали его слова - улыбка собеседника стала менее лучезарной, а в душе промелькнула тень досады. - Друг Тайвин, разве ты не веруешь в Семерых, которые один? - после непродолжительной паузы спросил хозяин города. - У меня... несколько иной покровитель, более лояльно относящийся к иным верованиям и использованию мистических сил, - ответил безликий, переведя своё внимание на крышу дома, где сидел один из его воронов. - В будущем меня ожидает встреча, во время которой никакое подспорье не будет лишним. - Мы не используем духовных хранителей, друг Тайвин, - с едва заметной снисходительностью заявил Ксандар. - Они - не дрессированные собаки, которым можно бросить кость... Но - это не важно. Тебе, как своему другу, я могу предложить сделку: валирийский меч в обмен на одну попытку призвать духовного хранителя. Однако же должен предупредить, что у девяти из десяти искателей это не получается, а иногда они и вовсе умирают из-за того, что пожелали слишком многого. - И никаких гарантий, разумеется, нет? - просто ради приличия уточнил вестеросец, изначально подозревавший, что придётся искать местного жреца-шамана, чтобы склонить его к сотрудничеству тем или иным способом (в конце концов, он мог послужить и как маска, пусть это было опасно из-за неизвестных способностей). - Увы, друг Тайвин, но - никаких гарантий, - виновато развёл руками принц, тут же вновь повеселевший и продолживший говорить бодрым тоном: - Однако, если ты научишь нас чему-нибудь интересному, чего никто из моих людей не умеет, то я лично буду просить о том, чтобы тебя взяли в ученики к одному из говорящих. Уговор? "Чему я могу научить? Варговать? Менять лица?.. Второе, в особенности - если создавать неполноценные маски, не позволяющие получать память и рефлексы убитых - проще первого. Пожалуй, за возможность менять внешность можно было бы купить многое... Только вот не станет ли раскрытие секретов безликих причиной, из-за которой на меня смертельно обидятся люди из Чёрно-Белого дома? Скорее всего - да. Но это случится только тогда, когда об этом станет известно. И всё равно - разбрасываться козырями нельзя. Да и демонстрировать столь... специфичный навык принцу - глупо. Хм... А ведь есть кое-что, чему я могу научить абсолютно безболезненно для себя", - вспыхнувшая в голове идея была остроумной и дерзкой настолько, что даже притуплённая эмоциональность не помогла скрыть улыбку. - Уговор, - протянул раскрытую ладонь хозяину города вестеросец, собирающийся продать стеклянные бусы за золотые самородки. ... Затребовав площадку с ровной землёй, шесть досок, две рыболовные сети и кожаный бурдюк, Тайвин отобрал одиннадцать мужчин из числа западников, а затем попросил привести одиннадцать молодых летнийцев. Добившись того, чтобы импровизированный мяч был более или менее круглым, он объяснил как устанавливать ворота, а затем - рассказал правила игры в ногомяч. Сперва взрослые мужи, опытные воины и вообще - смелые искатели приключений не понимали того, зачем им бегать по полю, пиная надутую воздухом штуковину. Однако, когда чернокожие парни и девушки повели в счёте с отрывом в пять очков - к мотивации в виде приказа и награды в серебряного оленя каждому прибавилась уязвлённая гордость. С этого момента игра стала активнее, жёстче и веселее для зрителей, громко подбадривающих своих соотечественников. Принц Ксандар, тоже смотревший за противостоянием Вестероса и Летних Островов похвалил Никто, восхитился его выдумкой, но всё же заметил, что этого недостаточно для обучения созданию татемов. Безликий, разумеется, мог бы возмутиться и указать на то, что выполнил условие договора, но прекрасно понимая то, что контракт можно исполнять как по духу, так и по букве - решил повременить. Второй забавой стал ручной мяч: на этот раз сетку натянули между двумя столбами, которые разделили поле на равные части. По шесть игроков с каждой из сторон поочерёдно отправляли снаряд к противнику ударами ладоней, заставляя их при помощи трёх касаний возвращать мяч обратно. В этот раз вестеросцы отнеслись к игре серьёзно с самого начала, так что противостояние, которое шло до двадцати одного очка затянулось более чем на час. В процессе борьбы игроки успели сорвать голоса от криков, чуть было не подрались, но в итоге - вместе пошли праздновать победу дружбы фруктовым вином. В этот раз принц всё ещё улыбался, но повторил слова о том, что подобного недостаточно для изучения тайного искусства. Впрочем, в его взгляде уже поселилось подозрение, только окрепшее когда Тайвин не расстроился и продолжил "изобретать" новые развлечения. Для третьей игры пришлось привлечь плотников и кузнецов, которые достаточно оперативно сколотили деревянные щиты, тут же раскрашенные при помощи золы. К ним были приделаны железные кольца с дырявыми сетками, куда свободно проваливался мяч, окончательно получивший круглую форму благодаря летнийским умельцам. В третий раз подходить к принцу с вопросом Тайвин не стал, а сразу же принялся за новую забаву: из тонкой верёвки он смотал мяч, отлично ложащийся в ладонь, после чего попросил сделать деревянную палку с утолщением на одной стороне, ну и удобной ручкой с другого конца. Несмотря на то, что для очередной игровой площадки вестеросец затребовал ещё одно ровное поле - местные жители восприняли это с искренним восторгом, буквально горящими интересом глазами следя за вычерчиваемой на земле фигурой. - Сдаюсь, друг Тайвин, - после того как первый игровой снаряд улетел за крышу ближайшего дома, провожаемый возгласами и свистом зрителей, Ксандар подошёл к Никто с улыбкой капитуляции. - Боюсь, если я вновь откажу тебе в твоей просьбе - меня не поймут собственные люди. Сегодня же мной будет отправлено послание твоему возможному учителю. Так что готовься: уже завтра мы отправляемся в путь...