Глава 53

...Вопреки ожиданиям Никто, отряд, возглавляемый принцем Ксандаром, взявшим с собой дюжину помощников и телохранителей, а также разрешившему Тайвину взять шестерых западников для собственной безопасности не стал углубляться в лес по грунтовым дорогам. Вместо этого летнийцы повели своих гостей вдоль береговой линии к неприметной бухте, где имелись совсем невысокие причалы с плоскими лодками, предназначенными для плавания на мелководье и путешествиям по реке. - Твой возможный учитель, друг Тайвин, не слишком жалует гостей, а тем более - чужаков, - объяснял хозяин портового города, пока их люди грузились на транспортные средства. - Путь к нему тяжёл и опасен. Если же пытаться дойти по земле, то придётся встретиться с обезьянами и змеями. - А в воде ничего опасного не водится? - с сомнением уточнил безликий, заставляя всплыть из глубин памяти всё, что знал о тропических водоёмах Земли. - Пока ты не в воде - бояться нечего, - рассмеялся Ксандар, в эмоциях которого вспыхнуло искреннее веселье. ...Когда лодки отошли от причалов - летнийцы взялись за шесты, чтобы с завидными ловкостью и сноровкой вывести плавательные средства в устье реки. Благодаря тому, что русло было достаточно широким и мелким, а течение - медленным, они двигались вперёд весьма уверенно и без помощи вёсел. На обоих берегах водоёма густо зеленели кустарники, ветви деревьев тянулись над водой, но были не в состоянии сомкнуться над головами сплошным пологом, что позволяло солнечным лучам беспрепятственно отражаться от поднимаемых волн. Тайвин, вместе с Ксандаром сидящий на специальных скамьях, нацепив на голову пирамидальную шляпу с прозрачными занавесками, время от времени отправляя в рот кислые ягоды из небольшого ведёрка внимательно следил за округой, то и дело замечая мелькающих в тенях животных. Среди густых крон Никто замечал небольших обезьян, прыгающих с ветки на ветку и кажущихся безобидными, но воспоминания об историях, происходивших на Земле развеивали эту иллюзию. В конце концов даже если забыть о старом фильме, где космонавт умудрился попасть в будущее, в котором человечество деградировало до состояния животных, а другие приматы наоборот возвысились до средневекового общества, то оставался фактор более сильных мышц, пакостного характера и многочисленности. ...Нет, многие обезьяны вели себя достаточно сносно и даже мило: не даром их использовали как тестовых пилотов для первых космических кораблей. Только вот основную роль в их характере играли именно условия взросления (от дикого животного не стоит ожидать умения общаться языком жестов, а вот попытки стащить что-нибудь интересное ждать нужно). "Бог создал кошку для того, чтобы человек мог погладить маленького тигра. Маленькие обезьянки тоже милые, но вот какую-нибудь гориллу в своём доме я бы держать не стал ни при каких обстоятельствах... Разве что - она будет взята под контроль при помощи варгинга", - стоило последней мысли сформироваться в голове - безликий стал изучать лес с новым интересом, время от времени переключаясь на взгляд ворона, скользящего над кронами вслед за лодками. ...Наличие в свите зверя, который мог бы не только представлять собой дополнительную боевую единицу или разведчика, но и шпиона, обладающего конечностями для мелких манипуляций могло оказаться весьма полезным. Впрочем, полноценная маска для перевоплощения подошла бы даже лучше, так как при помощи переноса своего сознания в того же ворона, можно было бы заставить его временно сменить форму не только на человеческую. "Гоняться за этими животными я, разумеется, не стану, но вот купить их в городе Ксандара вполне возможно. Правда из-за того, что на корабле негде сделать мастерскую, чтобы об этом не узнали члены экипажа... Хм. А что если сделать вид, словно я делаю чучела? В таком случае никто не удивится ни крови, ни тому, что одну-две тушки я испорчу в процессе из-за малого опыта. Остаётся только вопрос помещения: не устраивать же мастерскую в собственной каюте", - покрутив эти мысли в голове, безликий временно отложил их в дальний уголок сознания, чтобы вернуться к ним как-нибудь потом. ...Порой между деревьями мелькали и другие звери: один раз к водопою вышла крупная пятнистая кошка, очень похожая на призрачную хранительницу летнийского принца. Она, окинув ленивым взглядом маленькую флотилию лодок и не найдя в ней ничего интересного, опустила голову к воде и стала мирно утолять жажду. Стоило же Тайвину на секунду отвлечься - рысь исчезла будто её никогда и не было. В реке тоже кипела своя жизнь: сверкая чешуёй у самого дна плавали рыбы, одни из которых лениво шевелили хвостами и плавниками, с по-настоящему королевским видом разрезая воду своими массивными телами, а другие мельтешили вокруг будто пчёлы или бабочки. В зарослях у самых берегов водились змеи, но хотя бы местных крокодилов и аллигаторов, называемых льваящерами, встретить можно было не опасаться. "Интересно, кем бы я стал попав в тело кого-нибудь из местных? Скорее всего даже и не понял бы, куда меня занесло и чего стоит опасаться. Смог бы стать прогрессором? Напросился бы в ученичество к какому-нибудь шаману? Изобрёл бы футбол и волейбол, сделав Летние Острова основателем чего-нибудь вроде Олимпийских Игр? Хотя, скорее всего у меня бы просто не получилось долго сидеть на одном месте: либо сам сколотил бы команду и приобрёл корабль, либо, если бы не имелось личных средств, напросился бы на чужое судно. Благо, с моими возможностями научиться стрелять из лука - задача вполне выполнимая", - рассуждая на отстранённые темы, благодаря связи с птицами безликий чётко ощутил момент, когда они пересекли незримую черту чужих владений. Нет, будь Тайвин обычным человеком, находящимся настороже из-за пребывания в опасном положении, то он бы отметил резкое снижение шума леса и задался вопросами "Кто виноват?" и "Что делать?". Впрочем, он мог себя и переоценивать, так как взятые с собой воины лишь через пять минут движения по реке насторожились и начали оглядываться с удвоенной подозрительностью. ...Теперь крики попугаев и других птиц доносились откуда-то издалека, преследовавшие флотилию лодок обезьянки отстали, а вместо них между стволами стали мелькать какие-то тени, и лишь ветер в листве, да рыбы в воде оставались прежними. "Мой ворон на этом фоне смотрится подозрительно", - успел подумать Никто, прежде чем они наконец-то добрались до поворота реки, от которого в сторону отходила заводь, окружённая высоким тростником. Прямо на берегу маленького водоёма возвышался бревенчатый дом с крышей из тростника, укрытого широкими листьями, перед которым находилась открытая терраса из распиленных пополам брёвен, опирающихся на столбы, нижние концы которых уходили в землю под водой. Несмотря на то, что в небе светило солнце - под козырьком перед закрывающей вход шкурой неизвестного животного горел фонарь, будто бы притягивающий к себе взгляд куда бы ни смотрел безликий. И всё же Тайвин смог рассмотреть и столбы, на которых были вырезаны морды гримасничающих обезьян, и гирлянды из каких-то шариков, из коих торчали пучки цветных перьев, и статую женщины с четырьмя парами грудей, вырезанную из цельного куска золотого дерева. Всё это располагалось на сравнительно небольшом пляже, окружённом высокими деревьями, отбрасывающими тень на одинокое жильё. - Помни, друг Тайвин, твой возможный учитель не любит гостей и чужаков, - понизив голос почти до шёпота, произнёс Ксандар. - Вчера я отправил ему послание и он сказал, что встретится с тобой, чтобы выслушать. Теперь - всё в твоих руках. "Очень обнадёживающее напутствие. Впрочем, если здешний хозяин настроен на диалог - значит, его можно попытаться убедить. Осталось подобрать нужную цену", - стараясь не засматриваться на подозрительный фонарь, безликий дождался пока лодка причалит к террасе и, пропустив вперёд принца, сам поднялся на настил. ... Как должен выглядеть старый, одинокий, а по словам принца - совсем негостеприимный шаман? Воображение сразу же рисует худощавого, горбатого и желчного старикашку с седой, а то и вовсе лысой головой, злобным взглядом и нахмуренными бровями. Реальность же оказалась несколько иной... - Будь как дома, путник, я ни в чём не откажу, - произнёс улыбчивый мужчина преклонных лет, с чёрной как уголь кожей, широкими плечами и бугрящимися мышцами, лучезарно улыбаясь белоснежными зубами, чётко выделяющимися на морщинистом лице. "Вспоминается фильм про двух культуристов, устроившихся присматривать за парочкой богатеньких мальчишек. Кажется... у них спросили "Почему у вас такие большие тела и маленькие головы?", на что они ответили, что голова - единственная часть тела, в которой нет мышц, которые можно накачать", - несмотря на всплывшее в голове сравнение - Тайвин совершенно не собирался считать представшего перед ним человека глупым. Вторая деталь после тела культуриста, которая привлекла внимание безликого во внешности хозяина небольшого дома - это глаза. Белые, словно бы в них вовсе не имелось зрачков и радужек, они явно были слепыми... в общепринятом понимании этого слова. В то же время служитель Многоликого почти физически ощущал, что прямо сейчас его сканируют и взвешивают решая, насколько он может оказаться опасен. Третьей деталью образа летнийца была обезьянка, похожая на духовного защитника принца Ксо, оставшегося в Вестеросе. Она сидела на голове у хозяина вцепившись в волосы и маленькими глазками щурилась на Тайвина, будто бы пыталась просверлить в нём отверстие. Обстановка в доме шамана напоминала магазин сувениров, совмещённый с мастерской и спальным местом: на балках под потолком висели изделия из перьев и глины, на стенах красовались полки, заставленные деревянными и глиняными фигурками зверей, а единственную комнату на две части разделяла высокая стойка, за которой более чем органично смотрелся бы трактирщик или торговец. В дальнем углу стояла укрытая шкурами кровать, а неподалёку от неё - сложенная из обмазанных глиной камней печь с дымоходом. Кроме того из мебели присутствовали плетёное кресло и невысокий, но длинный стол, покрытый множеством засечек и какими-то пятнами, подозрительно напоминающими кровь. - Дедушка, ты не заболел? - спросил обеспокоившийся Ксандар, лицо коего вытянулось в изумлении. - Ты ещё здесь, бездарь? - повернул лицо к, как оказалось - внуку монументальный старик. - Если в тебе вдруг не проснулось стремление освоить семейное мастерство - можешь проваливать.