Глава 3. Родственные связи

      Годы назад       Запахи пыли и гари резали легкие. Мальчик закашлялся и упал на землю, разбивая ладони и колени. Жидкость на губах отдавала металлом и сажей.       «Выживи. Ты должен».       И он поднимался, превозмогая свою слабость.       Крики стихли почти мгновенно, но хруст каменной крошки под ногами надолго стал его спутником.       Мрачный подземный тоннель то сужался так, что мальчик едва мог продолжить путь, то разветвлялся, и полукровка бродил по несколько часов, чтобы в итоге зайти в тупик и вернуться к началу.       «Должен выжить».       Только эти два слова все ещё не давали ему потерять сознание.       Мальчик не знал сколько времени прошло, прежде чем он смог вдохнуть полной грудью.       Зелёное длинное поле и солнце резко ударили в глаза своей яркостью, заставляя те слезиться. Но сил продолжить путь не было.       Мальчик улыбнулся: он добрался, смог.       Полукровку била крупная дрожь. Только сейчас все раны дали о себе знать.       Перед глазами всё чернело, кружилось: небо и земля смешивались в единое целое, а к горлу подступила тошнота.       Падение.       Но нечто удержало его. Вернее: некто.       — Эй, эй, — сквозь пелену раздался обеспокоенный юношеский голос. — Ты чего, а? Не смей отключаться! Ты должен оставаться в сознании, слышишь?!       «Должен».       — Я… я… — непонимающе сказал мальчик.       — Оставайся со мной, слышишь? — просил его незнакомец. — Давай. Как тебя зовут?       — Я… — мальчик на мгновение перестал дрожать, его взгляд устремился в яркое голубое небо. — Но…       «Но я не помню как», — хотел сказать он, но мысли путались, а язык не слушался.       — Но?       —… эль... — прошептал мальчик. Он больше не чувствовал своего тела, не испытывал сожалений и грусти. Никакой боли. Никаких обязательств. Это ли смерть? Волна покоя, освобождающая от тревог.       Наши дни       Грязная клетка: сверху, снизу. Её сделали маленькой специально. Шипы на её прутьях направлены внутрь, так, чтобы пленник, тесно прижатый к ним, распарывал кожу при любом неосторожном движении.       Ноги затекли из-за неудобного положения. Мужчина попробовал размять их так, чтобы не пораниться о клетку, но ожидаемо вспорол себе плечо.       Тишину нарушил стон боли.       — Зачем нам этот малец? Кто он вообще такой? — спросил один из тюремщиков.       — Говорят, наша страховка. Он вроде какой-то там советник, — мрачно ответил его собеседник.       — Вы… ошиблись, — прохрипел неизвестный. — Я — никто.       Пленник знал, что помощь не придет. Таким как он всегда приходится спасать себя самим.       — Да-да, — рассмеялся первый. — Может ты еще и отпустить тебя попросишь?       — Звучит, — парень закашлялся, сплевывая на пол кровь, — просто замечательно.       — Шутник, — полноватый тюремщик почти вплотную подошёл к клетке и постучал по её прутьям. — Смотри какие крепкие. Что? Думаешь выберешься?       — Не думаю. Знаю, — парень резко повернул голову, поморщившись от нового пореза. — Я готов рассказать лорду все, что он хочет знать. Мне держаться больше не за что.       — Ха. Так и поверили!       Худощавый стражник слегка стукнул друга в пластину брони.       — Эй, Эдард, может хотя бы спросить?       — Ты чего? Хочешь чтобы этот хмырь прирезал нашего лорда? Ты тут на чьей стороне вообще?       — Но... но... — заикнулся худой. — Лорд же приказал...       Эдард устало вздохнул.       — К чёрту, — выругался он и махнул рукой остальным. — Сообщите.       Пленник довольно улыбнулся: он найдет способ... принять свою смерть достойно. Пытки позади.       В то же время       Полукровка пытался унять беспокойные мысли, но присутствие Ларэтт его нервировало. Её идея использовать Ноэля как троянского коня раздражала. Очевидная ложь под маской беспомощности.       — Волнуешься?       — Нет, — отрезал Ноэль. — Волноваться стоит тебе.       — Ненавижу, когда ты шутишь… и когда ты серьезен, — пробурчала она. — Есть у тебя какое-нибудь промежуточное состояние, в котором ты не бесишь окружающих?       — Чтобы не беситься, достаточно меня не окружать, — заявил Ноэль. — Прости, но семейное тепло не для тебя.       — Делаешь наш путь только хуже.       — Меня устраивает путь, в котором ты молчишь, — ответил парень. — Не хочу, чтобы ядом забрызгало рубашку. Эта — моя любимая.       У границ Нейлингара       Скрипели тяжёлые доспехи. Близилась граница.       Незнакомец замер, вглядываясь в свои будущие владения. Всё это будет принадлежать ему. Вопрос времени.       Нахальная улыбка коснулась его губ.       «Скоро мы встретимся с вами, Ваше Высочество», — подумал он. — «Надеюсь, что вы осознаете чья сторона вам нужнее и не потратите свою жизнь зря».       Он вернулся в палатку. Его рука замерла над белым и гладким листом тонкой бумаги. Незнакомец всегда считал, что самое важное — это первое впечатление. Вот и сейчас он долго раздумывал над тем, как следует начать письмо, на которое не получит ответа.       Фейри хотел владеть миром, но когда дело касалось Её, у него были смешанные идеи. Иногда незнакомец представлял как задушит её и займет её место, иногда что он высечет кровавое айрэ на её груди, а иногда хотел овладеть ей, отринув любые формальности их первой встречи.       Так и сейчас, в этом письме, ему сложно было прийти к чему-то одному.       «Тебе не сбежать от меня. Я стану твоим последним пристанищем, погибелью или спасением. Начинай считать дни».       Незнакомец улыбнулся, довольный написанным.       «Эрис, считай дни и смотри на солнце, ведь скоро взойдет новое…».       Ноэль       Хруст битого стекла под ногами. Не этого он ожидал, возвращаясь к лорду. Неужели опоздал и все потеряно?       Из главного зала донесся крик.       — Это Риор! — воскликнула Ларэтт.       Они с Ноэлем ворвались в зал без лишнего официоза. Взгляд парня тут же впился в истекающую кровью фигуру в кандалах. Перед ней застыл лорд Таврил, а его клинок замер всего в сантиметре от шеи пленника. Это было не сражение, но казнь.       — Ноэль, ты вернулся, — с облегчением выдохнул лорд.       — Кто это? — спросил полукровка.       — Пока тебя не было, они решились подослать ко мне убийцу, — не опуская меча сказал лорд. — Мы посадили его в клетку, но даже под пытками он молчал. А потом решился поболтать. Повторюсь: я хочу услышать ответ только на один вопрос.       Лорд сильнее прижал клинок к шее убийцы.       — Зачем?! — выкрикнул Таврил.       Пленник неожиданно рассмеялся.       — Вы все равно не успеете ничего сделать. Ни грубой силой, ни хитростью... вам не остановить... новый мир.       Ноэль намеренно стоял спиной к Ларэтт, прикрывая собой лорда, ожидая очередного предательства.       — Он скоро будет здесь, — прошептал убийца. — Обороняйтесь или бегите: исход один.       — Кто будет? — прошипел лорд. — Назови чертово имя!       — К... — пленник поперхнулся кровью. Из его рта показалась пена, а тело его начало биться в страшных судорогах. И только затем: он завалился на спину, устремляя пустой взгляд в потолок.       Естественно это был не Риор. И не мог им быть с самого начала.       Ноэль выхватил кинжал, но холод лезвия уже замер у горла полукровки.       — Ожидаемо, Ларэтт.       — Прости, Ноэль, — девушка покачала головой. — У меня другие планы.       — Убить лорда Таврила и без боя прогуляться к Даларину через Морн? — уточнил парень. — И ты действительно думаешь, что я не знал, что Риор не стал советником? Мёртвые не оживают.       «Вот он. Мой шанс вывести тебя на эмоции».       — Мёртвые... о чем ты? — прошипела она, теряя самообладание хватая парня за грудки и прижимая его к стене. — О чем ты?!       — В отличие от тебя... он пытался спасти, а не убить! — выкрикнул полукровка. — Ты продала меня, когда узнала кто я... из-за страха, что я воспользуюсь силой против вас. Но твой же брат погиб, пытаясь спасти меня. Не знала об этом, так? Не знала. Ведь это я хоронил его.       На миг в глазах Ноэля промелькнула грусть.       — А где была ты? — спросил он, отталкивая девушку от себя. — Где была ты?!       — Я... но я же... — Ноэль увидел как Таврил подкрадывается к ним, но едва заметно покачал головой, давая понять, что справится сам. — Не знала...       — Резня не деяние Нейлингара, так? А голова сына лорда Таврила — не деяние Рентерона. Их стравили, теперь Рентерон лоялен, но чтобы он поглотил Нейлингар и открыл путь к подземным ходам... нужна либо война, либо смерть местного лорда. А навстречу к нему удобно попасть с тем, кто вхож в его крепость? Только в одном ты обсчиталась, милая моя.       — В чём?       — Ты думала, что я буду жалеть о твоей смерти, — тихо прошептал Ноэль. Только сейчас девушка заметила как тряслись её руки. Меч Ларэтт упал на пол, неожиданно став слишком тяжелым. — Думаешь, я действительно использовал свою силу тогда, в темнице, чтобы причинить боль на мгновение?       — Что ты сделал со мной, мразь?! — выругалась девушка. Её вены вздувались и чернели, а голос охрип.       — Угостил тебя. Не тем, конечно, что принял твой друг. Ты нужна была живой... раньше, — усмехнулся Ноэль и приблизился к лорду Таврилу. — Необходимо связаться с Киланисом и Претэной. Соглашения с ними ещё действуют?       Таврил кивнул.       Ларэтт внезапно рассмеялась.       — Что? — спросил Ноэль.       — Даже если вы отстоите Нейлингар… он найдет другой способ, — произнесла девушка.       — Верю, — ответил Ноэль. — Но пару неприятных проблем я создам.       — Отлично, — девушка откашлялась, сплюнув на пол чёрную кровь.       Ноэль опустился перед ней на корточки.       — Я не успел исполнить клятву, — признался полукровка. — Не помог ему. Опоздал, хотя должен был успеть. Он был достоин лучшей жизни…       Девушка смотрела на парня с издевкой, без особого энтузиазма ожидая завершения его речи.       Ноэль приблизился к Ларэтт и протянул ей круглую таблетку.       — Ешь, — приказал он, и она под действием его шёпота повиновалась. Вены светлели, а лицо почти мгновенно приняло здоровый оттенок.       Ноэль приблизился к девушке, приподнимая её за подбородок.       Заглядывая в её глаза, он знал, что его собственные меняют цвет на красный...       Парень проникал в её голову, срывая двери с петель, навеки уничтожая память о себе.       Его голос оглушал.       «Забудь кто я такой. Забудь все, что хоть когда-то нас связывало. Забудь мои имя и лицо».       Ларэтт так боялась этой силы, что когда-то Ноэль сможет использовать эту власть против неё и её брата. «Я никогда больше не желаю видеть тебя: ни в этой, ни в следующей жизни, если следующие жизни есть».       Искала способы избавиться от полукровки, чтобы себя обезопасить.       «Ты никогда не вспомнишь и не расскажешь никому о том, что здесь произошло и что я внушил тебе».       Ноэль был глуп что поверил ей также как и Риору, что доверился и рассказал о себе.       «Никогда не расскажешь никому что мы узнали от тебя или от убийцы...»       Ноэль был глуп, веря что сможет стать своим: шёпот-полукровка и два человека.       Всё вело к этому исходу. Заранее было обречено на провал.       «... уедешь как можно дальше и проживёшь там остатки своей жизни».       Ларэтт смотрела, не моргая до тех пор, пока Ноэль не отпустил её.       Девушка без чувств упала на пол, а полукровка не стал смягчать падение.       — Ты оставишь её в живых? Разве она не расскажет о том, что ты знаешь? Может следовало бы убить? — подал голос Таврил.       — Нет, — Ноэль покачал головой. — Больше она не вспомнит моего имени.       «Теперь у меня нет долгов».