Часть 30 «Сильнее их»

      Красные глаза не дают мне покоя. Вчера, сегодня, завтра я буду их видеть. Изо дня в день. Кирилл обеспокоен моим самочувствием, поэтому записал меня к психиатру. Себя тоже записал, чему я очень рада. Я безумно рада, что мы начали лечение, и считаю, что давно пора. У Кирилла сложный, неопределенный характер, но в любом случае, у нашей истории будет счастливый конец.       Я вижу не только глаза, но и странные силуэты. Мне снятся страшные сны, я слышу их, голоса. Они хотят, чтобы мою голову разорвало от вечных мыслей. К слову, плачу я тоже часто, могу даже без повода. К лезвию не притрагиваюсь, ведь обещала Кириллу. Я сильнее их.       — «Слышишь?» — слышу.       Я постоянно вас слышу, прошу, уйдите.       Кирилл заходит ко мне в комнату не говоря ни слова. Голоса пропали. Стало безумно тихо, и лишь шаги парня, приближающиеся ко мне, разбавляли тишину.       — Малышка, я снова... — присел рядом со мной. Не успел он закончить, как я закрыла рот руками. Внутри летает только одно слово «нет». Это сон?       Тот вздыхает, а после кладет руку мне на голову, поглаживает. Его большие зрачки пугают меня. Одинокая слеза скатилась с щеки. Нет.       — Прости. — грустно улыбается.       — Зачем извинятся, если ты все равно продолжаешь? — вырвалось из меня, когда руки перестали закрывать рот.       Он молчит, ничего не отвечает. Это пугает. Зачем снова принял? Настолько больно?       — Ну малышка, — прижимает к себе. — как я брошу, если мне это помогает? — мои зрачки, вероятно, сузились от шока.       — Нет, не помогает. — агрессия подступает к горлу. — Кирилл, ты заблуждаешься. — говорю то, что считаю нужным и розумным на данный момент, но его руки все равно оказываются на моей шее.       — Анют, ты что, забыла? В этом доме ты живешь по моим правилам. — слезы покатились из глаз. Я хватаюсь за его руки, пытаюсь убрать их с шеи, но все напрасно.       Последним моим хриплым криком будет:       — Ты законченный наркоман! — но нет, сознание я не потеряла, потеряла дар речи, ведь Кирилл отпустил меня и встав с кровати куда-то ушел.       Пытаюсь отдышаться и внушить себе, что все хорошо, хоть это и кажется мне невозможным. Встаю с кровати и выхожу в коридор. Парень вновь подходит ко мне, плотно зжимая одну руку в кулак. Когда он оказывается совсем близко, открывает ладонь и я замечаю таблетки. Эти самые таблетки он протягивает мне, всего их три. Я беру их в дрожащую руку, рассматриваю. Красные.       — Это что? — перевожу взгляд на его пустые глаза, которые пугают меня до потери сознания.       — Не видишь? — улыбается, смотря на содержимое моей дрожащей ладони.       — Вижу, но Кирилл, — смотрю в упор, пытаюсь разглядеть хоть что-то в больших стеклянных зрачках, в отражении которых вижу лишь себя. — это неправильно.       Он несколько секунд стоит в замешательстве, а после смеется, закрывая рукой лицо.       — А ты думаешь меня это волнует?       — Меня волнует. — вздыхаю, переворачивая ладонь, тем самым кидая таблетки на пол.       Парень резко изменился в лице, стоит шатаясь и смотря на меня. Теперь его глаза не пусты, они наполнены агрессией. Некоторое время продолжаю смотреть на него, а после ощущаю звонкую пощечину.       — Ты совсем дура? — агрессия не выходит из него, она только усиливается, начинает править им.       Хватаюсь рукой за горящую щеку.       — Заткнись, ты несешь бред! — кричу я, отходя назад. — Я не собираюсь играть по твоим глупым правилам. — голоса усиливаются. Нет, нет, нет. Уйдите.       — Так ты, — подходит ближе. Все тело анимело, и все, чего-бы я сейчас хотела, это спокойствие и тепла, о котором сейчас и речи идти не может. — не любишь меня?       Долгое молчание, неприятное, пожирающее изнутри. Мой голос сейчас, вероятно, будет дрожать, но все же...       — Люблю. — слезы сильнее. Они текут из глаз, будто водопад.       Он продолжает молча смотреть на меня, а я осознала, что мне нужно сделать. Падаю перед ним на колени и начинаю искать на полу таблетки. Нахожу только две. Встаю на ноги, держа в ладони красную смерть.       — Умница. — проговаривает, улыбаясь.       Мне всего-лишь стоило принять наркотики. Кладу таблетки в рот, глотаю. Слезы не прекращают лится, они стекают из глаз ручьем прямо на одежду.       Обнимаю его, как в последний раз. Всхлипы громче неровного дыхания, они смешиваются с голосами. Руки дрожат.       — «Слышишь?»       — Пошли спать. — умоляющим тоном прошу я. Плевать на то, что глаз сомкнуть не могу.       — Нет. — прижимая меня к себе сильнее, говорит тот.       Я вздыхаю, кладя голову ему на плече. Холодно. Я отстраняюсь от него, а после прохожу в его комнату. Он так же заходит в нее за мной, закрывая за собой дверь. Разноцветные узоры гуляют по белым стенам и зеленым волосам. Эти самые зеленые волосы начали приближаться, от чего я интуитивно отхожу назад, пока не падаю спиной на пол, о что-то зацепившись.       — Дура. — боли я не чувствую, лишь слышу его приятный голос, двоящийся в голове.       Он помогает мне поднятся на ноги, но вместо того, чтобы меня отпустить, тот берет мое тело на руки и кидает на кровать, нависая сверху. Нет, только не снова. Кусает шею. Больно.       — Кирилл, — отталкиваю его от себя. — не надо.       Тот, на удивление, послушно падает на кровать рядом со мной, вздыхая.       — Почему ты такая? — смотрит на меня. Лунный свет падает на его черные глаза, зеленые волосы.       — Какая? — с интересом смотрю в ответ, натягивая улыбку.       — Дура. — видимо, сегодня это его любимое прозвище. Он обнимает меня, утыкаясь холодным носом мне в шею.       — А ты... — не в состоянии ничего придумать, я укутываюсь в тяжёлое одеяло и закрываю глаза.       Уйдите. Странная улыбка. Они смотрят на меня странно улыбаясь. Я бегу по темному коридору, подальше от них, подальше от Кирилла.       — Ну куда ты? — спрашивает тот. В руках его нож.       Я не отвечу. Я сильнее их.