Часть 39 «Курение убивает»

      Кирилл, похлопав меня по плечу, отстранился, а после пошел на кухню.       Встаю с кровати, иду за ним.       — Что сегодня на завтрак? — с улыбкой проговариваю я, садясь за стол.       Парень усмехается, открывает холодильник, в котором стояло лишь молоко, и отвечает:       — Хлопья.

***

      Наши тарелки наполовину пусты. Сил есть уже нет, ощущение такое, будто теперь неделю без еды проживу.       — Кирилл, — окликаю я парня. — можно покурить? — спрашиваю так, будто он до сих пор мне запрещает.       Тот улыбнулся такой детской, наигранной улыбкой, и посмотрел на меня, наконец, оторвав взгляд от телефона.       — А ты мне что? — чуть ли не подавившись его же словами, я смотрю с недоумением, но после слышу смешок. — Можно.       Киваю в знак благодарности и встаю со скрипучего стула.       — Где пачка? — с нескрываемым желанием закурить, выдала я.       — На подоконнике в комнате. — объясняет парень, а я, в свою очередь, направляюсь в спальню.       Делать медленные шаги по коридору — не лучший вариант, особенно, если вспоминать тот самый коридор из снов. Дойдя до комнаты, я ищу взглядом сигареты. Нахожу их там, где парень и сказал — подоконник.       Подхожу к нему, дрожащими руками беру пачку и осматриваю, будто в первый раз вижу что-то на подобии никотина. Бросается в глаза надпись «курение убивает», а после я открываю пачку.       Достаю оттуда две никотиновые палочки, зная, что Кирилл тоже будет не против покурить. Слишком хорошо его знаю.       На этом же подоконнике нахожу взглядом зажигалку. Иду к выходу из комнаты, с миллионами мыслей где-то в подсознании. Это серое вещество убивает меня сильнее этих самых сигарет. Выводит из себя.       Зайдя на кухню, я вижу Кирилла, все так же сидящего за столом. Видимо, аппетита у него тоже нет особо, ведь его тарелка все ещё полна наполовину. Подхожу к нему, протягивая сигарету. Тот, с улыбкой, берёт в руки никотиновое изделие и зажигалку, поджигает. Я повторяю за ним, и кухня заполняется густым дымом и сильным запахом.       Сажусь за стол, пока Кирилл наоборот встает и открывает окно. Подходит ко мне.       — Любишь меня? — игриво протягивает гласные, пафосно улыбаясь.       На моем лице проскользнула грустная ухмылка. Я посмотрела прямо ему в глаза. Чего он хочет? Чтобы я унижалась перед ним? Чтобы говорила, насколько сильно люблю? Зачем спрашивать, если ты и так уже знаешь ответ, Кирилл?       Тот будто нависает надо мной, кладет руки на стол, держа сигарету в зубах. Я выпускаю очередное облако дыма, сбрасываю пепел. Все же, не считаю, что курение убивает, ведь меня дым лечит. Может, у других по другому, но... Ладно, о чем это я?       — Нет, — вру, отводя взгляд. Парень рассмеялся.       — Да что ты? — берёт сигарету в руки, так же выпуская дым.       Мне сейчас абсолютно плевать, что он мне скажет. Плевать, если разобьет сердце ещё больше, ведь оно у меня и так потресканное. Звучит смешно, но на деле все не так. Совсем не так.       — Кирилл, — прерываю, когда зеленоволосый хочет что-то мне сказать. — зачем тебе все это? — вопросительно посмотрев на меня, Бледный подходит к стулу и садится на него, таким образом оказывается напротив.       — Ты о чем? — играет дурочка.       — Зачем тебе так меня мучать, скажи? — стою на своем. Я готова к этому «бою». На этот раз не отступлю.       Он посмотрел на меня так, будто я вовсе с ума сошла. Нахмурил брови, а после сделал тягу. Напряжение между нами растет, а он все никак не отвечает, тянет время.       — Ну? — подгоняю его, дабы поскорее получить ответ. Пусть он и будет колким, пусть и мне будет грустно от этого. Мне все равно, правда.       — Ань, — обращается серьёзным тоном. Чувствую, что сейчас он не соврет, как это бывает обычно, от чего и становится не по себе. — ты ведь знаешь. — вздыхает.       — Нет, не знаю. — зацепляюсь за него взглядом, стряхивая пепел в тарелку.       — Я не умею любить. — поднимает на меня взгляд. Такой пустой, будто потерянный.       — Но... — прерываюсь, когда вижу, как его трясет. — Что с тобой?       — Ломка, коть. — усмехается. — Скоро пройдет. — улыбка с его лица мигом пропадает, он отводит взгляд, а после встает со стула. — Собирайся, мы идем к ребятам. — вопросительно смотрю на него, когда он в очередной раз вздыхает. — Сегодня концерт.