Часть 52 «Это временно»

      На удивление, да. Верю.       Аккуратно положив меня на кровать, тот навис сверху, как любил это делать когда-то.       Я продолжаю улыбаться. Мне хорошо?       — Ты хочешь? — спрашивает перед тем, как начать снимать с меня одежду. За это я его тоже люблю.       Почему же все произошло так быстро? Эмоции сменились за один миг только потому, что мы больны. И кажется, друг другом.       — Да. — кратко отвечаю я, прикрывая глаза.       Он начал снимать с меня футболку. Решив ему помочь, я начинаю снимать так же футболку и с него. Кинув вещи на пол одновременно, мы вновь утонули в поцелуе.       Языки сплетаются в танце, который понятен только нам. Кажется, этот самый «танец» я узнаю из тысячи.       Отстранившись, начинаю снимать с него ремень, на что тот ехидно улыбнулся.       Без лишних слов я кидаю на пол так же и кожанный, тяжёлый ремень. Парень на секунду остановился.       — Ты точно не против? — уверенна, что до меня он мог перетрахаться с кем угодно, даже не спросив разрешения, но, видимо, я исключение. Это тоже вызывает улыбку на лице.       А может, он спрашивает лишь потому, что было насилие? Может, боиться, что и вовсе потеряет меня? Как ни странно, меня это тоже радует.       — Точно. — уверенным тоном отвечаю ему я, кивая будто сама себе.       Он приспустил мои спортивки, от чего стало видно чёрные кружевные трусы. Покраснела.       — Откуда они у тебя? — с усмешкой проговорил тот, снимая спортивки полностью.       — Купила, давно ещё. — будто бы отчитываясь, отвечаю ему я, нервно сглатывая слюну.       Между нашими лицами сантиметров пять. Я ощущаю его неровное, обрывистое и такое тяжелое дыхание на себе. Внизу неимоверно мокро, бабочки не утихают.       — Хорошо. — спокойным тоном говорит он, касаясь моего лифчика.       Прийдя в себя, я стягиваю с него джинсы дрожащими от предвкушения руками. Холодные пальцы касаются его живота, пока его руки снимают с меня лифчик.       Оголив мою грудь, он особенно резко кидает вехнюю есть белья на все тот же пол. Чувств много. Они смешиваются между собой, прилипают к коже, заседают в лёгких. Мне хорошо.       Я запрокидываю голову назад, когда парень убирает мои руки с себя и начинает целовать грудь, спускаясь ниже. Бабочки запорхали с новой силой, голоса размножились.       — «Забери мои чувства.»       Парень начинает целовать ниже пупка, задевая пальцами краешек мокрых трусов.       — Точно любишь? — вырвалось из меня. Чувствую себя настолько глупо, что хочется сквозь землю провалится. Эйфория накрыла мое тело тяжёлым одеялом.       — Точно. — на секунду останавливается, снимает свои штаны до конца и, повторюсь, кидает на пол.       Хочется избавиться от ненужной ткани, ведь становится до безумия жарко. Как от его слов, так и от действий.       Все эти дешевые драмы, что происходили с нами — сейчас не значат ничего. Мы будто бы забылись, и в этом даже не помогли наркотики.       Боксеры серого цвета на парне выглядели сексуально. Мои волосы, разлетевшиеся по всей подушке, вероятно, выглядят так же. Тот медленно начал снимать с меня трусы. Оргазм.       Вновь начинает целовать, и снова ниже пупка. Чуть ли не извиваясь от всех этих прикосновений, я издаю тихий вздох. Все тело напряжено, голова все еще приподнята, мышцы натянуты, как и последние нервы. Уже не хватает терпения дождаться того самого момента. Момента, когда нам обоим будет лучше.       — Я ведь ещё даже не начал. — посмеявшись, тот снимает с меня трусы одним рывком, конечно, не без моей помощи, и чёрная ткань повторила судьбу предыдущей одежды.       — Если бы ты знал, как мне похуй, Кирюша. — видимо, я стала смелее. Поддавшись вперед, я вновь целую его в губы, стараясь забыть о голосах.       Сладкий привкус во рту не дает спокойно вздохнуть. Стало до безумия жарко и неловко, и я отстраняюсь первая.       Кирилл вновь усмехнулся, осмотрел меня всю. Этот жадный взгляд я не забуду никогда. Серые глаза скользили по моему телу, пока мое лицо заливалось краской вновь.       Наконец, тот начинает снимать боксёры. Кинув их туда же, куда и мои трусы, тот достал из тумбочки презерватив, и открыв его зубами, надел на член. Это тоже выглядело до безумия сексуально.       В горле пересохло от одной только мысли, что мы сейчас займемся этим. Что я буду стонать его имя, закатывать глаза и выть от наслаждения.       Кирилл переворачивает меня на живот, притягивая к себе за ягодицы. Начинает аккуратно входить.       Боль я почувствовала сразу, от чего зжала в руках простынь и стиснула зубы. Это временно.       Парень входит полностью, пока я закатывают глаза все от той же боли.       — Спасибо. — хриплое слово парня удивило меня. За что «спасибо»?       Не став ничего отвечать, я поддаюсь назад, дабы начать движения. Я не вижу его лица, но уверенна, что он начал улыбаться.       Втянув живот, я громко дышу. Мне хорошо, и ему, надеюсь, тоже.       Он начинает медленные движения. Кровать под нами тихо поскрипывает, но и это нам не помешает.       Все тело горит, бабочки все так же не утихают, а в голове крутится лишь одно: «Как же я его люблю».       Тот касается ладонями моей пятой точки, начинает пошлепывать, ускоряя темп. Боль потихоньку проходит, но не до конца.       И только когда парень вновь ускоряется, я издаю тихий стон.       — Не сдерживайся. — усмешка слышна в его голосе.       Я снова краснею, закрывая глаза. Именно сейчас мы и забываемся. Забываемся самими собой.       Наши тела горячие, а в номере довольно прохладно. Контраст температур вызывает мурашки по моему телу, на что я так же не обращаю внимания.       Темп становится быстрым, я снова и снова издаю стоны наслаждения, стараясь не закричать его имя.       — «Не сдерживайся.»