Часть 53 «Не просто так»

      Шум в ушах, видимо, дождь.       Я приподнимаюсь на локтях. Всё тело болит. Вспомнилась вчерашняя ночь... мурашки.       Медленно поворачиваю голову, смотрю на Кирилла. Оголенный торс бросился мне в глаза первым делом, вторым же делом — лицо.       Зелёные волосы падали на закрытые глаза, сам парень посапывал, как маленький ребенок. Усмешка.       Я аккуратно скидываю с себя теплое одеяло, нехотя встаю с уютной кровати.       Ноги болят больше всего, оно и неудивительно. Смотрю в окно — ливень.       Я иду в ванную, закрываю за собой дверь и смотрю в зеркало.       Всю мою шею покрывали засосы и укусы. Они спускались ниже, какой же ужас.       Стараясь не придавать этому значения, я умываюсь холодной водой, дабы прийти в себя.       Интересно, а не был ли это просто напросто животный инстинкт? Любит ли он меня? Конечно, эти вопросы я не буду озвучивать парню, ведь не хочется ещё больше выебывать его и так изнасилованный мозг.       Почистив зубы, я выхожу из ванной комнаты и снова направляюсь в спальню. Надо бы одеться.       На мне сейчас лишь трусы и лифчик, даже не помню, когда я успела их надеть. Неважно. Сейчас главное — найти подходящую под погоду одежду.       Подхожу к чемодану, который так и остался не распакованным. Открываю и достаю из него штаныв в клетку, конечно же, Кирилла. Они на завязках, так что спокойно смогу ходить. Вытаскиваю так же и белую футболку от «levi's» и кладу все это дело на свою половину кровати.       Сначала натягиваю футболку, она оказалась на несколько размеров больше, но оно и неудивительно, ведь эта футболка Кирилла. Надеваю штаны, завязываю.       Внезапно мое дыхание участилось, сердце начало биться быстрее, а голова болеть. Мысли вернулись.       — «Умри.» — говорят мне они.       Не удивившись этому, я сажусь на кровать, дабы снять головокружение, но ничего не помогает. Тревога медленно, но верно, начала окутывать мое тело.       Громко дышу, стараясь успокоить пульс. Что не так? Что я сделала не так?       Руки дрожат. Я смотрю на них, будто впервые в жизни вижу. Слышу хриплый голос за моей спиной:       — Почему не спишь? — тон его холодный, такой, будто он не видит, в каком я сейчас состоянии. А может, так и есть? Черт.       Я кладу руки на простынь, сжимая её до побеления костяшек. Плохо.       — Ань? — его голос давит на меня, будто кирпич на голову кинули.       Глаза забегали по комнате. Что я сделала не так?       — «Это все просто так.» — посмеиваясь, отвечают мне голоса.       Эта вся ситуация кажется мне нереальной, хоть она и повторяется переодически. Но сейчас... сейчас я чувствую, будто мое сердце и вовсе выпрыгнет из груди и станет разговаривать со мной. Мое сердце — это мысли.       Парень взял меня за плечи и начал легонько трясти, дабы я пришла в себя.       — Отвали! — я и сама справлюсь.       Тот не отпускает. Лишь крепче сжимает мои ключицы, создавая дискомфорт.       И резко все пропало. Голоса затихли, будто их и не было никогда вовсе. Голова мигом перестала болеть, сердце уже не так быстро стучит...       — Аня! — мне стыдно, что я снова начинаю утро со своих очередных «приколов». Стыдно, что ему пришлось видеть это. Мне стыдно, что это я.       — Кирилл, не кричи... — на мои глаза наворачиваются слезы, говорю я тихо, ведь боюсь. Все еще боюсь его реакции? Может быть.       Мои мысли походят на что-то странное, не приемлемое для общества.       Почему? Почему я не могу быть нормальной? Разве Кирилл достоен этого всего? А может, я слишком себя накручиваю? Может, он и сам не сахар, а я просто все время хожу в, так называемых, «розовых очках»?       Плевать. Плевать, плевать, плевать. Мне, абсолютно, плевать.       — Блять, — обнимает меня, обжигая горячим дыханием шею.       Я не прижимаюсь к нему в ответ, как это делала раньше. Мне не похуй, просто... не знаю.       — Ты обижаешься на меня? — слеза скатывается по щеке. Она солёная, не приятная на вкус.       — Дура. — все так же холодно, но для меня это прозвучало с каким-то скрытым смыслом. Будто за этим его «дура» скрывается что-то тёплое. Будто никому не понять его прозвищ, кроме меня.       Я невольно улыбаюсь, поворачиваясь к нему и запуская руки в его волосы, как любила это делать когда-то. Сейчас я все еще люблю. Люблю его настолько, что сложно слов подобрать, но мне никак не понять, взаимны ли его чувства? Что между нами? Секс без чувств, или же что-то большее, чем просто отношения? Мне хочется слиться с ним. Стать с ним одним целым, жить его телом.       Но хочет ли он того же, что и я?       — Пошли. — отстраняясь от меня, тот встает с кровати.       Парень был в одних лишь чёрных спортивках. Выглядел, как обычно, ахуенно, но выгляжу ли я так же?       Это не зависть, это что-то большее, чем просто любовь. Я не знаю, как объяснить, и, наверное, будет звучать глупо, но я хочу, чтобы наша кровь смешалась. Чтобы наши внутренности были общими и... да, это звучит именно так, как я предполагала.       Мы идем на кухню. Проходя по довольно длинному коридору, я смотрю в затылок парню. Тот лениво садится за стол. Повторяя его действия, я решаюсь заговорить первой:       — Можно покурить? — о, да. Этот вопрос, наверное, терзал меня все утро.       Он молчит, после легко улыбается, глянув на меня.       — Можно. — впервые за утро его голос звучит мягко и тепло. Как будто он забыл о том, что происходило минутами ранее.       Хотя, чему я удивляюсь? В этом весь Кирилл.       Он достает из пачки две сигареты, протягивает мне одну.       — Травись на здоровье. — поджигая свою сигарету, говорит мне тот.       Я усмехаюсь, беру из его рук зажигалку и щелкаю несколько раз возле никотиновой палочки.       Подожглась она не сразу, скорее, из-за зажигалки.       Втягивая дым, мысли пропали окончательно. Стало так легко и хорошо, что я и напрочь забыла о таблетках, которые давным давно должна была принять.       Ладно, позже.       Выпускаю второе облако дыма. Парень встает из-за стола, затягиваясь и открывая окно. Холод тут же ударил по телу, вызывая неприятные мурашки.       — Кушать будешь? — спрашивает тот, вновь садясь за стол.       Качаю головой. Есть не хочу от слова совсем, и хуй его знает, почему. Может, Из-за стресса? Честно, не знаю. Могу только предполагать.       — Как хочешь. — парень сидит напротив меня. Мы часто сидим именно так, и я снова не знаю, почему.       Моя сигарета уже почти закончилась, сил курить больше нет, поэтому тушу бычок о подоконник и выкидываю бычок в окно, не вставая из-за стола, ведь сижу я, к слову, возле окна.       Кирилл докуривает до конца, и через несколько секунд, повторяет мои действия. Его растрепанные волосы развивает холодный ветер с улицы. Он закрывает окно, и его волосы упали, будто умерли.       Мне всегда нравилось наблюдать за ним. Нравилось, когда он с ухмылкой смотрел на меня, когда замечал, как я на него пялюсь. Именно это и происходит прямо сейчас. Он прожигает меня взглядом, но больше меня это не пугает. Будто с прошлой ночи что-то изменилось.       Я тоже ухмыляюсь своей самой измученной улыбкой, но главное, что искренней, и опускаю взгляд на стол. Деревянная поверхность с полосочками, износилованная жизнью и плохим к ней отношению.       Быть может, мы чем-то похожи с этой твёрдой, неживой поверхностью.       — Ты снова в моих вещах. — замечает тот, вновь улыбаясь. Я хмыкаю.       — Может потому, что мне носить нечего? — все так же с усмешкой отвечаю ему я, поднимая взгляд.       Он несколько секунд молчит, а после решительно говорит:       — Сегодня-же это исправим. — мои глаза расширились. Снова будет на меня тратиться?       Хотя, денег у него достаточно, поэтому мне нет смысла паниковать. Но, все же, безумно неловко будет ходить за ним по пятам в торговом центре и выберать себе одежду.       — Как же я тебя люблю. — да, может, я говорю это слишком часто, но мне нет смысла скрывать. Он навсегда останется моим самым любимым человеком, несмотря на все его выходки.       — И я тебя. — его улыбка сменилась на максимальное безразличие, а тон его стал холоднее айсберга. Что с тобой не так?       Все, что я не скажу — оборачивается против меня самой. Это такой вид манипуляций, или я снова себя накручиваю?       Мы сидим молча. Радость и комфорт заменились на пустоту. Будто бы кто-то вырезал из меня все чувства и эмоции. А если, Кирилл чувствует это каждый день? Если он и вправду врет мне все время, лишь бы получить мое тело? Но какой смысл, если у него и так в любой момент может появится другая? Боже, какая я глупая.       Закрываю лицо руками, тяжело вздыхая. Почему все так? Почему нельзя обойтись и без эмоциональных качель? Почему?       Тот встает на ноги, задвигая за собой стул. Слышу, как он ушёл в комнату и открыл чемодан.       Есть ли смысл сейчас идти за ним? Определенно — нет. Но и одной сидеть я боюсь, и, видимо, одиночество — самый мой большой страх.       Я достаю телефон из кармана штанов, который положила туда ещё когда одевалась и включила экран. Два новых сообщения от... Игоря?       Я уже и успела забыть об этом странном парне. Открываю чат, читаю сообщения:       «Привет, помнишь меня?»       «Как ты там? Как жизнь?»       Захожу в описание профиля, в котором был отмечен какой-то юз.       Стоит ли отвечать?

«Привет, нормально все.»

      Отправлено. Блять.       Мою голову посетила мысль... А что, если Кирилл увидит этот чат? Что он сделает? Интерес стал пожирать меня заживо, хоть я и знаю, что такого случиться не должно. Игорь уж точно не будет заменой Кириллу. Никто не будет заменой Кириллу.       И снова я осознаю, как сильно помешена на нём. Кирилл. Кирилл, Кирилл, Кирилл.       — «Киря.» — разные голоса разрывали мою черепную коробку, пока я морщилась от боли.       Одиночество. Наверное, самое ужасное, что может быть, и, черт, почему я снова об этом говорю?       Кирилл приходит ко мне уже в футболке «near». Должна признать, она ему к лицу.       — Выходим? — его волосы уложены, футболка, на удивление, не мятая, пахнет от парня чем-то приятным, похожим на сирень.       — Да. — кратко отвечаю я, окончательно выходя из плену мыслей и вставая на ноги.