Часть 19. Новые потери

— Я умерла, да? Это простое логическое заключение: если я вижу Клариссу и Рейчел, которые, как известно, мертвы, значит и я тоже. Какая бесславная кончина... Не об этом я мечтала, ох не об этом. С другой стороны, разве у мертвых так ноет поясница? — Мы живы, дурашка, не сходи с ума – Кларисса протягивает руку и почти силком ставит меня на ноги. – А вот хорошо это или плохо — ещё вопрос. Только сейчас до меня доходит, что они и правда живы. Рейчел держит в руках самодельный факел, видок у нее при этом кошмарный: вся пересказана какой-то красной жижей, и я наверно не буду спрашивать, что это за жижа, не хочу подтвердить свои догадки. Она долго молчит, но когда мы выдвигаемся в путь, все же решается спросить: — Видела кого-нибудь из наших? — Ник жив, – спешу я успокоить ее. — А Эрик? Неожиданный вопрос, я удивлённо приподнимаю брови. — Был в порядке. Не думала, что это будет волновать тебя. — Считаешь меня бессердечной? Так или иначе, он дорог мне. Он был хорошим мужем, хоть мы недолго были вместе. Наверно, это моя вина. — Он никогда по-настоящему не винил тебя в той аварии. — Как иронично, что ты знаешь моего мужа лучше, чем я. Но, наверно, мне не стоит удивляться, как выяснилось вы были более, чем близки. — Это неправда, – мне неловко говорить об этом, уши сразу начинают гореть. — Неужели? – она тихо усмехается. — То есть... Мы дружили, это так. Но мы не спали, кроме одного раза по пьяни. Я не оправдываюсь, это было неправильно, но и прошлого изменить не могу. Думаю, он тоже винил себя. — Я сразу поняла, что между вами что-то было. Эрик как открытая книга, у него всегда все на лице написано. Блин, это я одна, получается, такая слепая, что до последнего ничего не замечала? Кажется, мне стоит обращать больше внимания на то, что происходит вокруг. А то щелкаю клювом, а потом одни проблемы. — Я удивлена, что ты ничего не сказала ему, – вдруг добавляет Рейчел, – про меня и Ника. — Это не мое дело, – пожимаю я плечами. – Не знаю, правильно ли я поступила. К тому же, своих проблем выше крыши, у меня даже не было времени толком обдумать все. — Вы с Колчеком стоите друг друга. — Это уж точно, - вмешивается Кларисса. Ее голос кажется мне странным. Я оборачиваюсь и с тревогой отмечаю, что кожа у нее приобрела какой-то нездоровый, землистый цвет, а дыхание хриплое и частое. Она несколько отстала, и походка у нее стала тяжёлой и спотыкающейся. Конечно, она старается не подавать виду, что ей тяжело, поэтому ворчливо отвечает: — Пойдет. — Что-то я не уверена, – я замедляю шаг. — Сказала же, все нормально, – огрызается она, но тут же покачивается и хватается рукой за стену. — Предлагаю привал, – я решаю не спорить, но дать нам всем короткую передышку. На это она кивает и практически падает на пол, привалившись спиной к стене. В отблеске света факела я вижу, что лоб у нее покрыт испариной, а под глазами залегли глубокие, черные тени. На миг мне кажется, что кожа у нее на шее шевелится, но, вероятно, это просто пламя факела дрожит и отбрасывает мерцающие тени. Я усиленно моргаю, чтобы прогнать наваждение. Мы втроём сидим молча, и это гнетущее молчание. В какой-то момент я замечаю настороженный взгляд Рейчел, направленный прямо на Клариссу. Я тоже не могу отрицать очевидное: с Клариссой что-то не так. Конечно, в здешних коридорах сыро и гораздо прохладнее, чем было выше, но не могла же она так быстро простудиться? — Я пройду вперёд, посмотрю что там, – Рейчел поднимается на ноги и смело скрывается во тьме. Меня охватывает очень плохое предчувствие, какая-то догадка крутится на уме, но я никак не могу осознать ее. Как будто у меня в руках разрозненные части, которые никак не собрать воедино. Ладно, сейчас нужно сосредоточиться на том, чтобы как можно скорее найти остальных и выбраться на поверхность. Невольно задумываюсь, как там Джейсон, наверняка сходит с ума от беспокойства. Кларисса будто слышит мои мысли: — Как там Колчек? – с намеком спрашивает она, утирая лоб. — Если ты о нас с ним, то все хорошо. — Рада за вас. Правда. Вот только радоваться пока рано, мы все в слишком большой опасности. В этот момент меня накрывает приступ слабости: уши закладывает, меня бросает пот. Я подтягиваю колени к груди и прячу лицо в ладонях, резко выдохнув, чтобы унять дрожь, пробежавшую по телу. — Ты и сама не очень выглядишь, – замечает Кларисса. — Тут душно, – я стараюсь дышать глубже. Спустя пару минут я отнимаю ладони от лица, и мы пересекаемся взглядами. Она как-то странно меня разглядывает, будто пытается что-то вспоминает, а затем удивлённо распахивает глаза. Я не могу понять, о чем она думает, поэтому спрашиваю: — Что? — Джой, ты же... — Я кое-что нашла, – нас прерывает крик Рейчел. Больше тянуть нельзя, мы встаём и продолжаем путь. Судя по всему, мы уходим ещё глубже вниз, что не очень мне нравится. Расписные стены сменились грубыми, покрытыми слизью и потеками воды. Коридор быстро сужается и мысль, что мы придем к тупику, вгоняет меня в отчаяние. Однако, вместо этого потолок резко уходит вверх, и мы выходим в подобие пещеры. Я потрясенно смотрю по сторонам. Сколько ещё сюрпризов в этой черной бездне? Однако мои абстрактные размышления мигом вылетают из головы, стоит мне увидеть, что дальнейший путь преграждает большой разлом. И в этот раз никаких упавших колонн тут нет. Рейчел внимательно осматривает потолок, очертания которого едва видны в свете факела, и что-то обдумывает. Лично я вижу только один вариант: повернуть назад. Думаю, это очевидно всем. — Мне сложно об этом говорить, но мы все думаем об одном и том же: это фиаско? – озвучивает Кларисса мою мысль. — Нет, попробуем перебраться на ту сторону, – качает головой Рейчел. — И как же мы это сделаем? – я смотрю на нее как на умалишённую. Она молча отстегивает от пояса верёвку с крюком на конце и, приметившись, делает бросок. Крюк цепляется за выступ на потолке, а пара подергиваний за край, видимо, убеждают Рейчел в надёжности крепления. Я же смотрю на эту картину с ужасом и недоумением. — Только не говори, что ты предлагаешь прыгать. — У тебя все получится. —А если нет? — Там впереди, – Рейчел указывает рукой в нужном направлении, – идёт подъем, а значит мы выйдем обратно в храм. Нет смысла разворачиваться. На мой вопрос она так и не ответила, думаю, понятно почему. Я, наверно, уже закалилась за время, проведенное в этом чертовом храме, или как он называется, а может у меня просто нет сил спорить, я не знаю. Надо просто взять себя в руки и сделать это. Первая часть нашего плана проходит успешно, и Рейчел оказывается на той стороне. Ну ещё бы, ей такое как раз плюнуть, а вот мне стоило больше внимания уделять спорту, но теперь чего об этом говорить, одно расстройство. Как бы там ни было, Рейчел кидает мне верёвку и зачем-то говорит: — Джой, твоя очередь. Я издаю непонятный звук в знак согласия, что-то среднее между всхлипом и истерическим смешком. Вот он, момент истины: я крепко хватаюсь руками за верёвку, отхожу от края провала и, вдохнув полной грудью влажный, затхлый воздух, собираюсь с духом. — Не торопись, – подбадривает меня Кларисса. Я выравниваю дыхание и прикидываю в уме, с какого места мне нужно будет оттолкнуться. Права на ошибку у меня нет, ведь если я не дотянусь до того края, то повисну посередине, как груша. Руки рано или поздно разожмутся, и я даже не хочу думать, что тогда произойдет. Ладно, это не так сложно, подумаешь. Резко выдохнув, я срываюсь с места и у самого края изо всех сил толкаю себя вперед. Ладони немного съезжают вниз по верёвке, кожа под бинтами горит огнем, но сейчас я этого почти не чувствую. Вообще, я, похоже, немного потеряла сознание от страха, потому что спустя всего долю секунду я чувствую, как Рейчел ловит меня за талию и помогает приземлиться. По телу разливается такой адреналин, что, оказавшись на твердой поверхности, я подпрыгиваю на месте, издав радостный клич. Тело становится лёгким, меня переполняет энергия, хочется кричать и петь во весь во весь голос, но сейчас нельзя, поэтому я просто исполняю победную джигу, и разворачиваюсь к Клариссе. — Давай, это не так уж... Я не заканчиваю фразу, потому что вижу нечто странное: Рейчел держит верёвку в руках, и они с Клариссой, не отрываясь, смотрят друг на друга. — Вы чего? – спрашиваю я, хотя, конечно же, догадываюсь. — Ты же понимаешь, что с ней что-то не так? – спрашивает Рейчел, бросив на меня быстрый взгляд. — Нет, не понимаю. — Она права, Джой, – обречённо, но спокойно говорит Кларисса, – я тоже чувствую это. Время будто замедлилось, я медленно перевожу взгляд между ними, пытаясь поверить в то, что происходит: Рейчел предлагает бросить Клариссу здесь. В этот миг паззл у меня в голове окончательно складывается, и осознание страшной правды леденит мне кровь. Я с отчаянием смотрю на Клариссу, она понимающе улыбается мне, ни в чем не обвиняя, и незаметно смаргивает слезы на глазах. Я вдруг представляю, как страшно и одиноко ей сейчас, и насколько хуже будет, когда она останется совсем одна, один на один с приближающейся смертью. Сглотнув горький ком, я поворачиваюсь к Рейчел и произношу громко и четко: — Если ты сейчас же не бросишь ей эту гребаную верёвку, то сама полетишь вниз. В воздухе повисает тишина, мой взгляд ясно даёт понять, что я не шучу. Не хватало мне ещё так подло предавать друзей. Что бы ни случилось с Клариссой, пока это ещё она, а значит есть хотя бы призрачный шанс, что ей можно помочь. Эрик умный, придумает что-нибудь. Нужно хотя бы попытаться, или я это не я. — Я в тебе не сомневалась, – облегчённо выдыхает Кларисса. — Надеюсь мы не пожалеем об этом, – с этими словами Рейчел отправляет верёвку в полет. Я точно не пожалею, потому что поступаю правильно. Только вот состояние Клариссы очень меня беспокоит: она едва удерживает себя в вертикальном положении, а перед прыжком заходится громким, влажным кашлем, который явно вытягивает из нее последние силы. Тем не менее, она, вопреки всему, выпрямляет спину. Затаив дыхание, я наблюдаю как она разбегается и набирает скорость. Толчок, хороший и достаточный, скрип веревки и доля секунды... Кларисса почти касается носками ботинок противоположного края, как вдруг воздух прорезает тихий хлопок, и она исчезает из поля зрения. Меня будто ледяной водой окатывает, я судорожно вдыхаю, глядя на обрывок веревки, колышущийся в воздухе. От шока я впадаю в ступор, а Рейчел бросается к краю и заглядывает вниз, качая головой. Я бесцельно смотрю перед собой, не в силах поверить, что это вообще происходит Это ведь сон, правда? Все не может быть так. Почему я ничего не чувствую? — Потому что у тебя шок и истощение, – отвечает Рейчел. Черт, я это вслух сказала? Я и не заметила... Никак не могу собраться с мыслями. К моему удивлению, Рейчел мягко берет меня за плечи и уводит от провала. — Мы должны идти. Ей мы уже ничем не поможем. Умом я понимаю, что она права. Но мне страшно от того, что все... так. Десять минут назад мы с Клариссой разговаривали, она дышала и думала, а сейчас ее нет... Разве не должно все остановиться, хотя бы ненадолго? Но реальность безжалостна: мертвых мы будем оплакивать потом, если сами выживем. Как и предполагала Рейчел, вскоре мы выбираемся обратно в храм. То, что мы не встретили ни одну тварь уже можно считать удачей. Жаль, что на Клариссу этой удачи не хватило. Меня немного отпускает, к горлу подступает истерика, но я усилием воли подавляю ее, стиснув зубы. Коридор передо мной расплывается, но кое-что все же привлекает мое внимание. — Подожди... – я останавливаюсь и озираюсь по сторонам, – я знаю это место! Именно здесь нас с Салимом нашел Джейсон. Вот та самая трещина в стене, это точно она. Мы совсем близко к нашему импровизированному лагерю, только бы не ошибиться с направлением... — Сможешь понять, куда идти дальше? – в голосе Рейчел теплится надежда. — Ох... Я попробую. У меня ужасный топографический кретинизм, поэтому в прошлый раз я просто шла за Джейсоном, но я помню, что мы практически не сворачивали, даже я должна сориентироваться. Спустя десять долгих минут, к нашему величайшему облегчению, впереди показывается яркий свет и очертания палаток археологов, сейчас они выглядят почти родными. — Ого, глядите кто у нас тут, – Мервин замечает нас первым, и его лицо расплывается в улыбке. Добравшись до освещённого участка, я окончательно сдаюсь, ноги подкашиваются, и я оседаю на пол рядом с Мервином, захлебываясь слезами. Больше ни шагу не сделаю, хоть режьте меня на куски. Я жду, когда руки Джейсона стиснут меня и прижмут к груди, но этого не происходит, поэтому я, всхлипывая, оглядываюсь по сторонам и ищу его глазами, но вижу лишь Эрика, спешащего к нам. — А где?.. – я уже боюсь спрашивать. — Командир с Ником пошли тебя искать, – кряхтит Мервин, – но заплутали маленько. Этот сукин сын все тут заминировал. Тем временем Эрик уже включает свою рацию: — Главный ястреб 2-1, это Регбист, прием. Хорошие новости, Колчек, Джой здесь, и Рейчел с ней. Рация что-то бормочет в ответ, но мне не разобрать. Сквозь рыдания я рассказываю все, что произошло, а Рейчел дополняет мой рассказ от той точки, где мы пересеклись. Весть о гибели Клариссы расстроила Эрика, все же они довольно долго работали вместе. Я уверена, что это выбило его из колеи, он очень ранимый внутри, хоть и старается держать лицо в любых ситуациях. — Что же произошло с Клариссой? Я имею в виду до падения, – он задумчиво смотрит перед собой. — Есть у меня мысль, – я шмыгаю носом и осматриваю всех собравшихся, – я заметила, что у Джоуи вместо передних зубов были странные наросты. Такие же, как у этих крылатых тварей. Эрик поднимает взгляд на меня, догадавшись к чему я. — Постой... При исследовании трупа я отметил, что они выглядят чужеродно, будто появились уже после смерти. И на спине тоже есть подобные. А это значит... — Что твари заражены каким-то паразитом, – мрачно заканчиваю я его мысль. – А что ещё хуже, мы тоже можем заразиться. Это и произошло с Джоуи, а потом и Клариссой. Я видела, как он двигался у нее под кожей. Подумала, что показалось, но все сходится. Всех невольно передергивает от подобной мысли. У меня сразу все внутри зачесалось, хоть я понимаю, что вряд ли могла заразиться, ведь не контактировала с ними близко. Наш разговор прерывает грохот, доносящийся из прилегающего к залу коридора. Мы синхронно оборачиваемся, напряжённо прислушиваясь. Эрик бросается к небольшому монитору, на экране которого идёт трансляция с камер, которые мы с Джейсоном и Ником развешивали чуть ранее. — Черт, – он тихо ругается сквозь зубы. – Нет, нет, нет! — Что там? –Рейчел тут же оказывается рядом и вглядывается в экран. — Они близко. Нужно уходить. Я сейчас заору... Но вместо этого вскакиваю на ноги, готовясь ещё немножко побороться за жизнь. Если честно, я уже готова была бы сдаться, но не могу так подвести Джейсона. Эрик торопливо собирает все самое необходимое, пока Рейчел ищет путь к отступлению на мониторах. — Вот, нашла, – кричит она. – Уходим вниз. — Но нам надо наверх, – слабо протестую я. — Если только ты хочешь встретиться с парочкой тварей. Тут я застываю на месте, осознав кое-что... Поворачиваюсь к Мервину со страхом в глазах. Нам нужно как-то тащить его с собой, но даже я понимаю, что он не очень готов к транспортировке. Он ловит мой взгляд и качает головой: — Даже не думай. Хочешь лишить меня возможности повеселиться напоследок? — О чем это ты? – злюсь я. – Думаешь, я тебя брошу? В этот миг в одном из проемов в стене показывается страшная, серая рука с длиннющими когтями. Мы опоздали... Эрик в мгновение ока оказывается рядом и, кивнув мне, хватает Мервина за одно плечо, а я — за второе. Мы начинаем отступать к выходу, ведущему к катакомбам под храмом. Мервин сдавленно стонет от боли, за ним тянется широкий кровавый след. Я в отчаянии смотрю на это, понимая, что раны у него открылись и кровоточат очень сильно. Моя ладонь срывается, и я падаю на пол, тормозя нас нас ещё сильнее. — Он так долго не протянет, – вырывается у меня. — Руки убрали, – хрипит Мервин, сплевывая сгусток крови. – Я их задержу. —Заткнись, – шиплю я, стараясь не заплакать от боли в собственных ободранных руках. – Где Рейчел? — Там есть второй проход, видимо, ушла туда... – Эрик пытается взглядом найти ее. В этот момент в нескольких метрах от нас приземляется тварь и водит носом по воздуху. Это плохо, это очень плохо. В открытом противостоянии у нас нет ни единого шанса. Я вспоминаю про пистолет, который дал мне Джейсон и тянусь к нему, готовясь продать свою жизнь как можно дороже, но Мервин перехватывает мое запястье. — Уходите уже, мать вашу. Или вам пинком ускорение придать? — Я не могу... — Можешь, ты все можешь, – он широко улыбается, глядя мне прямо в глаза. – Вперёд, девчуля. И не оглядывайся. Эрик подхватывает меня и мягко, но настойчиво уводит прочь. Я безвольно следую за ним, понимая, что снова совершенно беспомощна, снова теряю друга, и я ненавижу это. За спиной раздаются выстрелы, визг тварей и голос Мервина, что-то выкрикивающего им. Мы с Эриком ускоряемся, коридор уводит нас вглубь храма, к подземной части, и одному богу известно, что ждет нас там. Вдруг Эрик резко останавливается. Я уже знаю, что это не сулит ничего хорошего, поэтому напрягаю зрение и слух, чтобы понять, где опасность. Впереди, в лучах тусклого, едва заметного света, падающего откуда-то сверху, стоит силуэт. Меня сбивает с толку тот факт, что он очень похож на человеческий, однако этот лабиринт научил меня тому, что нельзя терять бдительность. Бежать некуда, позади остались несколько тварей, встреча с которыми означает неминуемую смерть. Силуэт делает несколько шагов в нашу сторону, медленно и опасно. Эрик торопливо шарит рукой по поясу, прикрыв меня плечом, но это существо одним лёгким движением откидывает его в сторону, будто он вообще ничего не весит, и направляется ко мне. Я не могу сдержать вскрик, глядя на то, как Эрик ударяется об стену и затихает, видимо, потеряв сознание. Затем отступаю на пару шагов назад, со страхом рассматривая мертвенно-серую, иссохшую кожу и прозрачные глаза того, что раньше было человеком. Вместо передних зубов из-под обрывков губ торчат те самые наросты, которые указывают на заражение паразитом. И, судя по древней, истлевшей одежде, заражение произошло очень давно. В любом случае, для меня это уже не имеет никакого значения. Существо приближается ко мне, я упираюсь спиной в холодный камень, окончательно загнанная в угол. Из горла вырывается дрожащий всхлип, на секунду мне кажется, что оно разумно и будто присматривается ко мне, и это пугает меня куда больше чем все, что я видела ранее. Только сейчас замечаю в тонких, костлявых руках огромное копьё, с длинным ржавым наконечником. В голове сразу проносится картина, как это копье вспарывает мне живот, раздирая внутренние органы.... По щекам бегут слезы, я непроизвольно хватаюсь ладонями за стену позади себя, понимая, что моего врага невозможно разжалобить или уговорить. Оно перехватывает копьё поудобнее и замахивается, я отворачиваю голову в сторону, крепко зажмурившись. Слышится тихий свист, дуновение воздуха касается моей щеки .. Проходит секунда, затем вторая и третья, сердце больно трепыхается в груди, но больше ничего не происходит. Я выдыхаю и, набравшись смелости, осторожно кошусь на существо. Оно стоит неподвижно, будто глубоко задумавшись о чем-то, и осматривается меня с головы до ног. Затем с тихим хрустом ведёт головой, принюхиваясь к воздуху, после чего молча разворачивается и уходит. Дрожащие ноги подводят меня, и я грузно оседаю на пол, не в силах поверить, что жива. Что это было? Почему оно не тронуло меня? Что здесь вообще происходит? От этих вопросов меня отвлекает болезненный стон Эрика, который пришел в себя и пытается оглядеться по сторонам. Решив подумать обо все позже, я спешу к нему на помощь.