Глава 5.2.

– Уверена, у тебя в шкафу есть то, что ты давно не носишь. Может что-то порвалось или просто перестало нравиться. Любая одежда подойдет. Кайл рылся в сундуке, перебирая вещи, а я стояла позади, заглядывая внутрь через его плечо. Снова потревожила покой брата и ворвалась в комнату ранним утром, едва он успел открыть глаза. На этот раз просьба была более проста в исполнении. Всего-навсего поделиться парой тряпок. Брат вытащил рубашку и хмуро рассмотрел ее, затем повесил на край сундука и так несколько раз, прежде чем выпрямиться. Он взял отложенные вещи и протянул их мне. – Это все, но если найдется что-то еще, я скажу тебе. Легко улыбнувшись и кивнув, приняла тряпье из его рук: – Спасибо, теперь один парень не будет ходить голым по лесу. – Голым? – Кайл удивленно поднял бровь и прикусил губу. – Парень, который тебе нравится дикарь какой-то? Подняв на него глаза, качнула головой и, развернувшись, пошла к двери. Почему ему надо было все испортить? С чего вдруг подумал, что я прошу у него одежду для того, в кого влюблена? Тогда он догадался, что не из простого любопытства я решила расспрашивать его о вкусах на девушек. Но мне казалось брат отпустил эти мысли, раз еще ни мать, ни отец не явились ко мне с криками и угрозами как можно скорее отдать меня замуж. Хотела уйти, ничего ему не ответив, хлопнуть дверью и показать, что я недовольна его словами. Но схватившись за ручку и тяжело выдохнув, глянула на Кайла через плечо и сказала: – Это для друга. Всю одежду сложила в простыни, туда же бросила пару книг и свечи с кресалом. Не знала, что может еще понадобиться Джошуа, но и тащить на себе много не смогла бы. Если что-то будет нужно – всегда можно принести. Я ведь не в последний раз к нему иду. К дому лесника добиралась через город, купив хлеба и молока. Вряд ли в лесу ему удавалось добыть что-то из нормальной еды, хотя выглядел он вполне упитанным. Хотя бы мясо он мог есть. Я тут же скривилась, представив его вгрызающимся в плоть кабана зубами. Возможно, его действительно можно назвать дикарем, если жизнь Джошуа похожа на те образы, что нарисовались в моем воображении. Проходя мимо знакомого переулка, я не решилась даже бросить взгляд в его сторону. Наоборот, ускорила шаг и прошла как можно быстрее, боясь встретить знакомые лица. Я вымоталась настолько, что едва волокла ноги по лесу, а домик все никак не появлялся на горизонте. Опустив мешок с вещами и пакет с продуктами на землю, уперлась ладонями в колени и громко вздохнула. Когда на плечах есть груз, дорога удлиняется раза два, если не больше. Хотелось все бросить, дойти до дома и заставить Джошуа идти искать принесенные мной дары. Подняв голову, оглянулась по сторонам и цокнула. В голову пришла мысль, что мной пройдена большая часть пути, дом уже не так далеко. И тогда созрел план, который мог оказаться провальным, но попробовать стоило. – Джошуа! – Крикнула я, сложив ладони у рта. – Джошуа-а-а! Прежде чем расстроиться, я выждала пару минут, но не получила никакого ответа и снова подняла вещи с земли, решив продолжить путь. И в этот же миг я почувствовала то странное ощущение, что не один раз преследовало меня в этом лесу. Словно кто-то наблюдает. Обернувшись, как обычно, никого не увидела, но как только пошла дальше, сразу же врезалась лбом в теплую преграду. Ему не удалось меня напугать, скорее удивить тем, как внезапно он оказался рядом. Подняв голову и отступив назад, я встретилась с ним взглядом и недовольно скривилась. – Ну наконец-то! Знал бы ты, сколько сил я потратила, чтобы сюда дойти! Скинув с плеча мешок, тут же вручила его парню и облегченно вздохнув, пошла дальше, массируя уставшую шею рукой. – Что это? – Спросил Джошуа. Он, пусть и задавался вопросом, все же послушно нес отданные ему мной вещи. Я искоса посмотрела на его обнаженную грудь и качнула головой: – Немного одежды и всяких мелочей. Больше он ничего не спрашивал. Всю дорогу шел молча чудь позади и прожигал мой затылок взглядом. Думалось мне, вовсе не вампирши были теми, кто все это время вызывал неприятное ощущение чьего-то присутствия рядом. Мог ли именно Джошуа следить за мной? Тогда почему не помог в день похищения вампиршами? Хотелось поскорее надеть на него рубашку и наказать никогда ее не снимать. Повезло, что в его гардеробе нашлись хотя бы штаны, иначе я точно не смогла бы с ним говорить. Посчитала ненормальным и сбежала не выслушав. Внешний вид многое может сказать о человеке. Ну и наличие хотя бы какой-нибудь одежды. Домик действительно оказался недалеко. Я, не дожидаясь приглашения, распахнула дверь и вошла внутрь, словно к себе домой. Поставила пакет с едой на стол и повернулась. Джошуа вошел следом, встал посреди комнаты, не зная, куда пристроить мешок. – Давай его мне. – Сказала я, выхватив из рук парня вещи. Села на кровать и начала развязывать узел. Хозяин дома присел на пол напротив меня, внимательно заглядывая в мешок. Джошуа напоминал котенка, которого я, будучи ребенком, однажды принесла домой. Он был озорным и любопытным. Часто залезал в шкаф и переворачивал там все вверх дном, а когда я по вечерам садилась читать, запрыгивал на колени и смотрел в книгу. Тогда мне казалось, что мы проведем с ним вместе много прекрасных дней. Но вернувшись однажды после прогулки домой, я не смогла найти его. Дворецкий сказал, что отец приказал вышвырнуть “блохастое отродье” на улицу, где ему самое место. В тот день во мне зародилась необъятная ненависть к этому монстру. “Монстр” – мысленно проговорила я и посмотрела на Джошуа. Он выжидающе положил голову на край кровати и неотрывно смотрел на мои руки. И мной овладело странное желание – погладить его по голове, как когда-то я гладила того котенка. Но позволять себе этого не стала и, наконец, развязала узел, который все никак не хотел поддаваться. Выложила книги, свечи, старый шерстяной платок – по вечерам в лесу холодно, а затем достала одну из рубашек и расправила ее перед носом у Джошуа. Он тут же выпрямился и, наклонив голову вбок, посмотрел на меня: – Рубашка? – Да, заметила, что у тебя нет своей. Возьми примерь. Когда Джошуа надел рубашку Кайла, мне пришлось по-новому на него посмотреть. Во-первых, он больше, чем кажется на вид. Пуговицы удалось застегнуть, но сама ткань обтянула его со всех сторон. Не думала, что мой брат такой тощий. Во-вторых – в рубашке он смущал меня еще больше, чем без нее. – Что думаешь? – Спросил он, а я лишь криво усмехнулась и отвернулась, пока он крутился из стороны в сторону, показывая мне, как сидела на нем рубашка. – Чем ты тут питаешься, раз таким большим вырос? – Ягодами, грибами, иногда фруктами. Еще птиц и зверей ловлю. – Ешь их сырыми? – Я резко повернулась и подняла на него взгляд, ожидая, что он подтвердит мои кровавые фантазии. Джошуа усмехнулся и отрицательно качнул головой: – Готовлю на огне и вялю мясо. Губы сами собой скривились, и я закатила глаза. Мне пора прекращать летать в облаках, выдумывая то, чего нет на самом деле. Поднявшись с кровати, поправила задравшийся подол платья и оглянулась по сторонам. Совсем скоро начнется служба, идти от домика до церкви не так долго, но опоздать не хотелось. – Принесла хлеб и молоко. Не знаю, любишь ли, но если не нравится такая еда, в следующий раз могу купить что-нибудь другое. – Подняв голову, встретилась с его поникшим взглядом. Понимает, что мне нужно идти и расстроен? – Зайду к тебе завтра. Джошуа молча кивнул и тихонько вздохнул. Тяжело, наверное, живется, когда все эмоции отражаются на лице. Только вот и прятать их даже не от кого, он в этом лесу только с белками да кабанами пообщаться сможет. Этот его щенячий взгляд затуманил мой разум, и я совершила глупость. Подняв руку, осторожно скользнула пальцами в его волосы и осторожно погладила. Они оказались такими мягкими, словно мне довелось вновь к моему потерянному пушистому другу. – Мне нравится. – Сказал Джошуа. И его слова вмиг развеяли весь туман. Я отдернула руку и широко распахнула глаза. Щеки и уши загорелись от стыда. Обойдя его, быстро рванула к двери и бросив на прощание: – До завтра! – Захлопнула за собой скрипучую дверь. Всю дорогу до церкви я шла так быстро, что ноги начали гудеть от напряжения. Мне хотелось провалиться под землю. Как можно было взять и погладить едва знакомого мужчину по голове. Еще и думая о котенке. Он хоть и бывает временами похож на зверя, все же человек. На этот раз я пришла одной из первых, но все равно заняла полюбившееся место вдали от остальных. Все приветливо мне улыбались, и даже Карла посмела поприветствовать меня. Тихо цокнув себе под нос, я больно прикусила губу и посмотрела на Эдгара, который успел подойти к статуе ангела. Мы встретились глазами, и он коротко кивнул. Этого жеста хватило, чтобы звук моего сердца громким эхом раздался в ушах. Всю мессу я смотрела на него. На то, как движутся его губы, когда он читает молитвы, как дрожат длинные ресницы. Казалось, мне под силу уловить ритм его сердца, бьющегося во вздымающейся груди. Его голос очаровывал настолько, что время, проведенное в церкви, проносилось за секунды, хотя шли часы. И как после всего, что со мной происходило при одном взгляде в его сторону, он мог говорить, что его чары на меня не действовали? Ведь я давно была в их власти. С самой первой нашей встречи. Мне удалось прийти в себя только после того, как послышались счастливые возгласы прихожан, выходящих за дверь церкви. Позади всех шел Эдгар, с легкой улыбкой на устах и смотрел на меня, ожидая чего-то. Я поднялась со скамьи и, сомкнув руки за спиной, натянуто улыбнулась ему в ответ. – У меня для тебя сюрприз. – Сказал мужчина, подойдя ближе, и протянул мне свою руку. Разве могла я ее не принять? Будь то сюрприз или предложение отправиться вместе на погибель. С ним я была готова пойти куда угодно. Ему достаточно лишь пригласить, поманить за собой, чтобы я без раздумий сорвалась с места. Ладонь Эдгара оказалась невыносимо теплой, мягкой, и наше невесомое прикосновение вызвало волну мурашек, пробежавших по позвоночнику. Гул сердца оглушал, еще немного и оно разорвет мне грудь, и выпрыгнет наружу. В его руки, туда, где ему самое место. Уверена, Эдгару под силу о нем позаботиться. Он вывел меня на порог церкви и с легкой улыбкой сказал: – Подумал, что пора провести приветственный вечер для тебя. О нем я слышала от прихожан, когда впервые пришла в это место. Думала, что недостойна стать частью церкви, ведь Эдгар сказал – мне здесь не место. Неужели что-то изменилось? Смеркалось. Стоять на месте и смотреть на то, как остальные готовятся к назначенному празднику, не могла. Вызвалась помочь. Мы вынесли из жилого крыла столы, зажгли фонари, мужчины выволокли большие бутыли с ягодным вином, а женщины расставили закуски из того, что нашлось в закромах. Хлеб, фрукты и немного сыра. Я узнала о том, что кто-то живет при церкви в том самом жилом крыле, где мне удалось побывать впервые. Прихожан, кто уже давно считал это место домом, было немного. И каждый из них отзывался об этом месте, как о рае на земле. Никто не хотел возвращаться к своей обыденной жизни. Там было все серое, унылое и с ворохом проблем, о которых приходилось думать ежечасно. А это место – глоток свежего воздуха, каждый день здесь по-особенному прекрасен. Все земные заботы исчезали, а им на смену пришел покой. Эдгара приравнивали к богу. Для меня это было очевидно с самого начала, но услышав то, как о нем отзывались остальные, я подкрепила свои догадки. Все как один твердили: он способен очистить души от грязи, даровать желанное и избавить от несчастий. Кто-то настаивал на том, что Эдгар может излечить от смертельных болезней, а кто-то кричал, как благодаря ему нашел путь к истине. Вот только все они застряли в этом месте. Но сами этого не замечали. Даже если Эдгар и правда сотворил для них чудо, почему же они не возвращаются к своей прошлой жизни? А некоторые и вовсе напрочь отказываются даже думать о том, чтобы вернуться к брошенной семье или детям. Всему виной чары Эдгара? Он привязал своих прихожан к себе невидимыми нитями и не желает отпускать, требуя восхвалять его бесконечными молитвами? Но для чего ему все это? Меня переодели в белое просторное платье с красной строчкой по шву и подвели к Эдгару, который стоял позади церкви у небольшого монумента. Прихожане выстроились в круг с фонарями в руках, а он вытянул ко мне руку, и я, улыбнувшись, вложила в нее свою ладонь. Подойдя ближе, смогла разглядеть крылья ангела, которые держали открытую книгу, а в центре сложенный словно из стрел знак, похожий на звезду. Около причудливой каменной статуи и должен состояться ритуал вступления в ряды последователей церкви. Эдгар отпустил руку и положил ладонь мне на талию, легко подтолкнув подойти ближе. Свободной рукой коснулся одного из наконечников стрелы на звезде и сжал ее. На книгу хлынула кровь, и я широко распахнула глаза, а когда попыталась что-то сказать, мужчина перебил меня заговорив: – Прими в себя кровь сына божьего и поклянись служить ему и его замыслу. Встань рядом и иди рука об руку на пути к свету. И верность твоя будет вознаграждена. Он посмотрел на меня, и на мгновение показалось, его светлые глаза заволокла тьма. Я едва поняла, что происходит, когда окровавленная ладонь Эдгара коснулась моих губ. Они сами разомкнулись, и соленая жидкость потекла в рот. У меня была надежда, что кровь его, оказавшаяся во мне, действительно сотворит чудо. Соединит наши души и подтолкнет мужчину увидеть меня. Ту, что без лишних слов и мыслей готова верно служить. Готова отдать в его руки свою никчемную жизнь, если она ему будет нужна. Накрыв его запястье своей рукой, я заглянула ему в глаза и крепче припала губами к ране, слизывая остатки крови, чтобы не упустить ни капли. И готова поклясться, в этот момент на лице Эдгара расцвела широкая улыбка. Когда ритуал закончился, вечер стал похож на обычный светский прием. Все разбрелись по территории у церкви, пили вино и громко что-то обсуждали. Один мужчина вынес лютню и запел, кто-то присоединился к нему, подпевая, а остальные ринулись танцевать. Я стояла у одного из столов, вертела в руках бокал с вином, зная, как бывает от него плохо, и смотрела на веселье вокруг. Миссис Эмерсон говорила, что все люди, что ходили в церковь Эдгара – теряли рассудок. Я же видела тех, кто когда-то отчаялся и, надеясь изменить жизнь, пришел сюда за помощью. И если Эдгар действительно позволил им обрести покой, имело ли значение, к каким методам он прибегает? – Скучаешь? Он подошел незаметно и своим появлением вынудил меня легко улыбнуться: – Нет, на самом деле развлекаюсь. – Рад, что смогли тебе угодить. – Эдгар встал так близко, что я могла чувствовать, как его локоть касается моего плеча. Он опрокинул бокал, допив остатки вина, и поставил бокал на стол. – Помнишь, я сказал, что тебе здесь не место? – Такое сложно забыть. – Недовольно пробубнила я Эдгар усмехнулся и, склонив голову, заговорил шепотом у самого уха: – Думаю, я ошибался. Возможно, именно тебя мне и не хватало. Резко развернувшись и посмотрев Эдгару в глаза, я едва не стукнулась о его лоб своим. Его лицо оказалось невыносимо близко. Чувствовала тепло от его вздоха и видела, как медленно ползут вверх уголки его губ. Дыхание сбилось, я была готова решиться и накрыть губы Эдгара своими. Добиться крупицы того, чего жаждала так долго. – Идемте танцевать! – Крикнула девушка и, бесцеремонно схватив Эдгара за руку, потащила за собой. Момент, принадлежащий лишь мне, был испорчен. Звуки вокруг стихли, словно я лишилась слуха. Перед глазами все помутнело и остались лишь они. Та девушка, что отобрала у меня мужчину – Долорес, и улыбающийся ей Эдгар, сжимая ее талию в своей руке. Они двигались невыносимо медленно, и миг растянулся в вечность. Бокал в моей ладони хрустнул, и осколки посыпались к ногам. Посмотрев на израненную руку, улыбнулась и, качнув головой, твердым шагом пошла прочь от этого места. Нырнула в густые заросли леса и перешла на бег. Бежала, петляя меж деревьев. Пелена из слез туманила взгляд, и в какой-то момент я вовсе перестала видеть. Остановилась и рухнула на колени, ударив кулаками по влажной листве. С губ сорвался сдавленный крик, и слезы хлынули с новой силой, медленными каплями падая на мои руки. Грудь сдавило так больно, что казалось еще немного и задохнусь. В ушах зазвенело, и я опустилась на землю, уткнувшись лбом в ладони. Не слышала, как рядом появился Джошуа. Почувствовала его тяжелую лапу на своей спине и тут же поняла, что он явился ко мне. Подняла голову и, посмотрев в его желтые глаза, криво улыбнулась и кинулась ему на шею. Джошуа не растерялся, тихо прорычал и крепко прижал меня к себе, а я уткнулась носом в его плечо и всхлипнула. – Он был со мной! Со мной! А она посмела…посмела забрать его у меня. Ненавижу… Знала, Джошуа не сможет мне ответить. В обличии монстра он способен лишь мычать и рычать, но этого было мало. Я хотела поговорить, хотела рассказать ему о том, как больно любить Эдгара. О своих чувствах. О том, как девушки крутятся вокруг моего возлюбленного и пытаются отобрать его. Рассказать, о чем никому не говорила. Потому что знала, Джошуа выслушает и не станет трепаться кому-то еще. – Я хочу поговорить… Поговорить с тобой, а не с твоим звериным нутром. – Ударила кулаком по его плечу и подняла голову, заглянув ему в глаза. Обхватила ладонями морщинистое лицо и процедила сквозь зубы: – Ты мне нужен, Джошуа. Я не хочу в одиночку погибать от этой боли. Повлияли сказанные мной слова или же что-то другое для меня это может остаться тайной. Но Джошуа преобразился в одно мгновение. Морщинки разгладились, а шерсть исчезла. Устрашающая челюсть сменилась губами, а лапы, которые все еще крепко прижимали меня к нему, стали крепкими руками. Я оказалась сидящей у него между ног, замерев, держа его лицо в руках. Только яркий желтый свет не исчез из глаз. На время мне удалось позабыть о своей проблеме. Сложно было думать о чем-то, когда на моих глазах произошло нечто необъяснимое. Монстр явился мне в момент отчаяния и обратился человеком. Я хотела отстраниться, подняться с земли, но Джошуа держал меня так крепко, что я едва могла шевельнуться. – Почему не отпустишь? Он отвел взгляд в сторону и еще сильнее прижал к себе: – На мне нет одежды.