Сто дрейков свободы

Острый привкус ржавого металла на языке, холодная сырость въелась в кости. Желудок сводило от непрекращающейся качки. Айдан спал тревожно, тело вздрагивало от невидимых образов ночного кошмара. Тревога, словно камень на шее, давила на него с того самого дня, как его забрали из тюрьмы. Месяц в трюме, без объяснения причин. Амнистия? Каторга? Или отработка повинной? Сквозь муть кошмара, где он видел чужие земли и ощущал мерзкий колючий дождь, растекающийся по ровной глади воды, донесся голос: — Проснись! Почему ты дрожишь? Проснись… Айдан резко открыл глаза. Рядом на куче соломы сидел его сосед, данмер Джиуб. Старый разбойник с серьгой в ухе выглядел задумчивым. — Опять эти сны? — Джиуб задал вопрос скорее самому себе. Высокий эльф выдавил лишь усталую улыбку, его плечи поникли. — Может, они что-то значат... — медленно прошептал тёмный эльф хриплым голосом. Айдан лишь промолчал. Он слишком устал. От качки, от жёсткой соломы вместо нар, от вонючей похлёбки, где редко попадались даже кости от рыбы. А особенно он устал от этих глупых снов, в которых Джиуб, старый дурак, упорно видел какой-то смысл и «избранность». — Знаешь, — продолжал разбойник, — та земля из твоих снов очень похожа на мою родину. Кстати, угадай, куда мы едем. Айдан сел на копну, разминая затекшие мышцы. По хитрой улыбке товарища, похожую на улыбку довольного кота, он догадался: — В Морровинд? Джиуб умиротворённо кивнул. Айдан же был насторожен. Данмеры, как он знал, были нетерпимы к чужакам. То, что Джиуб к нему хорошо относился, было, вероятно, отпечатком его жизни в Империи, где расы уживались терпимее. — А ещё я узнал от кока, что нас выпустят. Это точно! Мы прибываем сегодня! — глаза Джиуба радостно блеснули. — Одной проблемой меньше — слава богам! — Айдан с облегчением выдохнул. Он вскочил на ноги, чувствуя прилив крови. — Что, дядя? Небось уже не можешь так подняться! — Айдан поддел старого друга. Данмер зло улыбнулся, его единственный зрячий глаз зло сверкнул: — Опасно так шутить, Айдан! — Сидишь, значит не можешь! — юнец не унимался. Джиуб степенно поднялся, и взгляд его единственного глаза вспыхнул озорством. Кулак разбойника молниеносно метнулся в живот шутника, но Айдан уже уворачивался, отбивая атаки в челюсть и рёбра. Ловкость, отточенная годами воровства, спасала его, но противник, несмотря на свою старость, был сильнее. Резкий толчок, подсечка — и Айдан, потеряв равновесие, рухнул на солому. Они оба расхохотались. — Никак тебе не даётся подсечка, постоянно на ней проигрываешь! Данмер протянул руку товарищу и помог ему встать. Послышались шаги за дверью каюты. — Тихо! Стражник идёт! — прошептал Джиуб, мгновенно затихнув и аккуратно, даже грациозно, сел на свой стог, демонстративно рассматривая свои пожелтевшие ногти. Когда стражник зашёл к заключённым, Айдан всё ещё стоял в растерянности. Охранник кивком показал ему следовать за собой. Джиуба он остановил: — Только высокий эльф. Айдана снова охватило беспокойство. Что, даэдра, происходит? — Будь паинькой! — по-доброму усмехнулся товарищ и помахал жилистой рукой. В его жесте и кривой улыбке было нечто такое, от чего щемило в груди. Наверно, так бы помахал отец. Дверь в каюту закрылась с противным скрипом. "Как листок, оторванный от дерева" — с ужасом подумал про себя эльф. Он остался один... От волнения вор шёл неуверенно, его шаги скрипели половицами, будто он никогда и не умел ступать бесшумно. Шаги давались с трудом, будто его лишили опоры. Теперь нет Джиуба, старшего друга, с которым всегда спокойно идти на кухню "на дело", чтобы украсть хлеб у богатеев. Корабль остановился. Айдан встал, как вкопанный, прямо перед лестницей на выход. Стражник толкнул эльфа в спину и насмешливо прохрипел: — Поднимайся на палубу и постарайся вести себя прилично! Альтмер поднялся наверх, чувствуя, как сердце стучит в груди. Палуба встретила его ярким, но непривычно жёлтым светом солнца и лазурным небом. Воздух был тяжёлым, пахнул солью, водорослями и чем-то острым. "Пряности?" - подумал Айдан и радостно улыбнулся. Эльф любил острую еду... Он стоял, жмурясь, пока глаза привыкали. Внизу, под причалом, раскинулся не столько город, сколько разрозненное поселение из странных, гигантских грибов-башен и грубых деревянных хижин. Имперский форт тут торчал как навязчивая чужеродная заноза. «Наверно, здесь все жители сплочены и помогают друг другу в радости и в горе», — мелькнула в голове наивная мысль, тут же отдаваясь горечью. Мысль была лишь мечтой о том, чего он никогда не знал. В Имперской Гильдии Воров, где он вырос, каждый был сам за себя. Если и было что-то общее между братьями по делу — так это деньги и выгода. Айдан, в сопровождении стражи, минул причал и направился в канцелярию. — Там вам выдадут документы, прежде чем освободят, — пояснил солдат. Внутри было тепло и уютно. Жёлтый свет свечей озарял узорчатые ковры на стенах. Айдан невольно присвистнул: какое убранство комнаты! Сиродильская роскошь! Мысль о быстрой наживе кольнула, но тут же отступила. Слишком много стражи. Он попытался отогнать эту мысль: здесь нечего украсть. За столом величественно сидел пожилой человек, имперец в дорогой мантии, неспешно потягивающий чай из изящной фарфоровой кружки. Помимо документов, пера и чернил, на его столе красовались заварочный чайник, чересчур утончённый и вычурный. — Итак, мы ожидали вас, — пробасил он, его голос был глубоким, спокойным и немного вальяжным. Он не поднял головы, но в его интонации сквозило искреннее недовольство тем, что его драгоценный утренний ритуал прерван. — Садитесь. Айдан смутился. Он не мог понять: чиновник говорил с пренебрежением или с вежливостью? Он сел, чувствуя на себе тяжёлый взгляд, которым имперец как будто измерял, сколько времени тот украдет у его чаепития. Когда эльф закончил заполнять бумаги, старик медленно и степенно поставил кружку. Взглянул на документы и тихо прочитал вслух: — Айдан Перезий, мужчина, высокий эльф, род занятий: «акробат», знак рождения: «тень»… Арест: третичный, задержан при попытке грабежа поместья в городе… Признаёт вину… Амнистирован по приказу… Та-а-ак… Прибыл в Морровинд шестнадцатого числа месяца Урожая. — Итак, — продолжал он, не поднимая глаз, — нужно подписать справку об освобождении и новое удостоверение личности. Отлично. Вам осталось пройти по коридору налево в кабинет лекаря. Осмотр обязателен для всех прибывших. После этого подойдите к капитану Селлусу Гравиусу, чтобы получить пособие. Он находится в следующем здании. Выход будет напротив лекаря. Хорошего вам дня. Чиновник налил себе нового чая и вернулся к своему покою, будто Айдана никогда не существовало. «Бюрократия…» — устало подумал Айдан, но противиться не стал. Вор, по привычке, легко и бесшумно, как тень, скользнул рукой по столу. Пальцы нащупали рядом с документами пару золотых монет, которые тут же исчезли в кармане. Мало ли каким будет это “пособие”? Никто и не заметил… Каждый раз после кражи у него неприятно зудели руки, будто они в грязи. Идя по коридору, он незаметно их расчёзывал ногтями. "Первым делом — приму ванну" — подумал эльф. Кабинет лекаря был прост и стерилен, не считая грязных тряпок на подоконнике. Здесь пахло травами и уксусом. Утомлённый тощий имперец с большим носом в потёртом халате молча, с видом человека, видевшего всё на свете, осмотрел его глаза, заставил высунуть язык, прослушал грудь и спину деревянной трубкой. — Кашель? Одышка? Необычные наросты на коже? Галлюцинации? — монотонно перечислял лекарь. — Нет, только клеймо на груди, — буркнул Айдан. Лекарь наконец поднял на него усталый взгляд. — Покажите. Айдан поднял робу. Врач мельком глянул на клеймо, брезгливо поморщился и ткнул холодными пальцами ему под челюсть, ощупывая лимфоузлы. — Для протокола здоров, — пробормотал он, ставя жирную печать. Выходя, Айдан услышал, как лекарь сказал травнице: «Все чистые. Но кто их знает, что через месяц проявится. Мор, даэдра бы его побрал». «Мор?» — эльф молча вытаращил глаза. Из пустоты, будто в ответ на это слово, стал прорисовываться образ золотой маски из его сна. В горле пересохло. Вопрос лекаря о галлюцинациях висел в воздухе ядовитым туманом. Айдан резко тряхнул головой, отгоняя видение. Нет, это просто усталость. Просто нервы. Он шмыгнул носом и, не оглядываясь на противно пахнущий кабинет, почти побежал дальше по коридору. Он наткнулся на нужную дверь только через несколько поворотов, уже начав задыхаться от сжавшей горло тревоги. Остановившись, чтобы перевести дух, Айдан уставился на резную ручку одного из многочисленных кабинетов. Он должен прийти к какому-то капитану. Реальность, простая и понятная, постепенно возвращалась, вытесняя призраков. Деньги, еда и ванна: мысли закрутились по накатанной колее. Его пальцы сами по себе потянулись к двери, но она была заперта. В соседнюю же, приоткрытую, вёл слабый луч света. Оттуда веяло запахом дорогого дерева и пергамента. Старый инстинкт сработал быстрее страха. Нужно разведать. Мозг, ухватился за конкретное, понятное дело. В комнате Айдан не смог снова не заметить её богатства, хоть и более скромного, чем в канцелярии. Он напряжённо огляделся. Вокруг никого. Искушение было слишком сильным. Старая воровская школа сделало своё дело: ловкие пальцы стали "искать", что в комнате "плохо лежит". Ложки и вилки исчезали в сапогах, книги — под рубашкой, создавая забавное подобие пуза. Всё это он продаст в каком-нибудь другом городе. Всё, кроме позаимствованного кинжала, воткнутого в стол, и магического кольца, восстанавливающего здоровье. Они ещё пригодятся. Набитый «добром», Айдан вышел во внутренний двор, откуда попал в кабинет Селлуса Гравиуса. Этот имперский капитан должен был, по словам чиновника из канцелярии, дать ему некое поручение, выполнив которое эльф мог быть свободен. Кабинет капитана был скромен. За простым столом сидел дородный и сильный рыжеволосый человек, одетый в имперские доспехи. Он поднял взгляд от бумаг, и его глаза, цвета мёда, скользнули по Айдану, оценивая его слишком внимательно. — Эх, Перезий, здорово! — Голос капитана был громким и простым, как у фермера. — Я думал, в тюрьме кормят похуже. Слушай, ты прям упитанный для того, кто токшто пытался украсть младенца. От усмешки капитана по спине вора тут же пробежал холодок, сердце бешено заколотилось. Он был раскрыт? Мир на секунду дрогнул, замер, будто желая стереть его из бытия. Контуры его собственных пальцев, впившихся в край стола, стали чуть прозрачнее, размытее. Айдан моргнул — и всё встало на свои места. Лишь холодная испарина на лбу напоминала о секундном провале. Альтмер выпрямился, стараясь выглядеть как можно более угрожающе и внушительно. — Не заглядывайте в чужие тарелки, капитан! — резко выкрикнул он. — Или это у вас тут так принято, подсматривать за каждым, кто проглотил лишний кусок? Это у вас тут так принято — обсуждать преступников? Мне кажется, Имперская стража в Имперском Городе была куда более деликатной! Выражение лица капитана стало более напряжённым. Его брови слегка приподнялись. — Кхм… Да уж, простите. Бывает, сболтнешь чего не того, как на рынке, — он махнул рукой, пытаясь замять неловкую ситуацию. — Моя шутка, видимо, была неуместна, я не имел в виду ничего дурного. Я лишь… ладно, забудьте. — Он торопливо протянул амнистируемому несколько бумаг и немного золота. — Вот ваши документы и пособие. Вы теперь свободный гражданин, но только после выполнения поручения... Да что вы в самом деле, успокойтесь! Айдана пробирала крупная дрожь. Он стоял посреди кабинета, трясясь, как лихорадочный, и чувствуя, как вещи под рубашкой давят на тело. Гравиус, видя его состояние, усадил альтмера за стол и предложил чаю. Теперь имперец видел лишь измученного, сломленного эльфа. Вор никак не отвечал на действия капитана. Он послушно сел и машинально взял всунутую в руку кружку с чаем. Она дрожала в руках и чай расплёскивался, поэтому Айдан поставил её двумя руками на стол, но не отпустил. Капитан тяжело вздохнул и уселся напротив. — Значит так, слушай меня внимательно, парень, — сказал он тихим, сосредоточенным голосом. — У Империи к тебе только одна просьба: доставить пакет Каю Косадесу, главе Клинков в Балморе. Он ждет тебя. Но не спеши. Успокойся, выпей чаю... Сахару надо? Местный напиток оказался слишком горьким, и Айдан поморщился, когда решил отхлебнуть. Он резко и испуганно замотал головой, ставя кружку в сторону. — Так вот... Не спеши в Балмору. Отдохни-ка, в нашем городке, Сейда-Нине, есть таверна, там, — он кашлянул в кулак, так как хотел сказать "там ты поешь и вымоешься после тяжёлой дороги", — там хорошенько выспишься... Поезжай в Балмору на силт-страйдере... — ...огромной блохе, которая воет? — перебил Айдан. Его снова начало трясти. — Милая животина, — капитан успокаивающе погладил эльфа по плечу, как ребёнка, — В Морровинде ещё и не такое... Эх, ладно, ты и так дрожишь, как листок... — ...оторванный от дерева, — тихо и бессмысленно сказал эльф сам себе, глядя в сторону. Селлус Гравиус снова тяжело вздохнул. Ему было действительно жаль гостя, но не мог же капитан утешать его весь рабочий день! — Право, Перезий, можешь отдохнуть в таверне! У меня тут бумаги... Айдан резко подскочил и быстро направился к двери. Но остановился. Что-то его не пускало. Он посмотрел на всё ещё бледного имперца. Молчание. — Чапай! — показывал широкой ладонью на дверь удивлённый и растерянный капитан. Через несколько секунд на столе лежало то, что было так хорошо спрятано: вилки, ложки, ножи, книги, канделябр... Даже украденные деньги, не входящие в пособие. Капитан от неожиданности открыл рот и схватился за голову. Он даже привстал со стула. — П-простите... — пролепетал вор. — До свидания. Айдан выбежал за дверь, словно молния. В кабинете остался только окончательно сбитый с толку Селлус Гравиус. Он закрыл ладонью лицо и издал самый тяжёлый вздох из всех предыдущих. ...Айдан, получив бумаги, поспешил выйти из кабинета. "Простите... — сказал он сам себе. — какое странное слово..." Эльф отмахнулся от этих мыслей и вдохнул полной грудью непривычный, терпкий воздух новой страны. Он наконец-то был свободен. Свободен! Айдан прижал к груди документы, закрыл глаза и, опираясь на холодную каменную стену форта, стал тяжело и жадно вдыхать этот воздух, будто его осталось не так много. В конце концов он, шумно дыша, стал сползать вниз по стене и сел на землю, накрыв документами голову. "Припадошный!" — услышал он где-то вдалеке голос, сквозь шум в голове. Прошло только пару минут, прежде чем восстановилось дыхание. Он открыл глаза. Эльф почувствовал, что у него перестали чесаться руки. "Дуррак!" — крикнул он себе и быстро достал из кармана пособие. Он судорожно пересчитал монеты: сто дрейков... Внутри него была буря ярости. Он злился не на имперцев. Чего ещё ожидать от этих скряг? Сто дрейков не хватит даже на неделю! Он злился на себя. "Простите?" Из каких древних манускриптов он достал это слово?! Айдан больше ничего не сказал. Внешне он был абсолютно спокоен. Он молча убрал деньги обратно в карман. "Что-нибудь придумаю", — подумал он. Вокруг него шумел Сейда Нин, маленький, но живой, городок. Но эльф брёл по улице молча. Жители сторонились странного приезжего. А его взгляд скользил по причудливым, похожим на гигантские грибы-башни строениям, по красной пыли под ногами, по странным, но мирным букашкам, снующим по своим делам. Данмеры, с их суровыми лицами и красными глазами, казались недоверчивыми, но рядом с ними сновали имперцы и другие эльфы, Айдан даже видел таких же как он, альтмеров, — все, кто нашёл приют на чужой, но странной земле. В воздухе витал запах тёплого хлеба, рыбы и специй. Эльф снова улыбнулся. На душе стало спокойнее. Очнувшись от своих мыслей, он понял, что стоит на базаре. Живот неприятно заболел, как будто альтмера сейчас могло стошнить от голода. Но теперь, можно есть, что захочешь? Он быстро пробежался внимательным взглядом по прилавкам. Сушёная, вяленая и копчёная рыба, необычные, но налитые соком овощи, и... Огромные жареные насекомые? Вид такой еды не мог вызывать ничего, кроме отвращения, однако, как бы это ни было странно, именно насекомые пахли таким вкусным острым перцем. Он подошёл к прилавку. За ним стояла пожилая данмерка, разделывающая личинку размером в локоть. Она удивлённо посмотрела на приезжего. — А не похоже на то, что у тебя деньги есть, — сказала она Айдану, осматривая его с головы до ног. Альтмер покраснел и неловко улыбнулся. Денег у него, действительно, почти не было. — Сколько стоит этот... — он неуверенно потянул за ногу какого-то жука размером с голову торговки. — Двадцать дрейков! — отрезала женщина и начала дальше возиться с личинкой. Айдан посмотрел на неё из-подлобья. — Сколько? — Двадцать пять! Ну? Покупать будешь или ты посмотреть пришёл? В эльфе закипела злоба. Он внезапно нащупал кинжал на поясе и зло улыбнулся: хватило же ума не вернуть его тому клерку! Он сделал вид, что ушёл от прилавка грубиянки и скрылся в толпе. А потом подкрался к ней, как тень, и пока она разделывалась с этой мерзкой гусеницей, срезал висящую на ниточке на прилавке такую же, но готовую. Айдан ухмыльнулся. Он спрятал еду под рубашку и сделал вид, что просто проходил мимо. Альтмер вернулся на берег моря. Он сел на нагретый солнцем песок и облокотился спиной на трухлявый пень. Красное заходящее солнце бликовало на спокойной глади воды. Вокруг ругались рыбаки, вытаскивая из моря снасти, полные рыбы. И только корабля, на котором они приплыли вместе с Джиубом, уже не было. Айдан достал краденое из-под рубашки. Насекомому поленились отрубать голову, и оно посмотрело на эльфа множеством высохших запёкшихся глаз. Он, с отвращением, отбросил её. Эльфа стошнило. Несколько минут альтмера мучили сомнения, но в итоге победил голод. Он осторожно, с закрытыми глазами, взял странную еду кончиками пальцев. Вор поднёс её к лицу и почувствовал запах пряного жареного мяса. Откусил. После этого он с радостным удивлением открыл глаза, и чуть не подавился от неожиданности: он стал самым счастливым эльфом на земле! Кто бы мог подумать, что эта мерзкая тварь, с которой по мерзости может посоревноваться только та торговка, окажется такой вкусной! Мясо личинки было очень нежным, в меру жирным, а сверху оно покрыто хрустящей корочкой, натёртой жгучем перцем. Эта вкуснятина была фарширована зеленью и жареными грибами. Айдану захотелось съесть всё за один миг! Но он взял себя в руки и стал есть медленно и аккуратно. Быстро едят только крысы. Сидя на песке и глядя на багровеющее море, Айдан впервые за долгие годы позволил себе мысли, которые раньше казались слишком наивными. Он закрыл глаза, и представил, как тратит все свои нищенские деньги на первый попутный корабль обратно в Сиродил, чтобы начать поиски. Найти тех, кто когда-то потерял рыжеволосого альтмерского младенца. Найти своё настоящее имя. Своё прошлое. Себя. Как? Он не знал. И тут же, как удар хлыста, в памяти всплыло: «доставить пакет Каю Косадесу в Балмору». Эльф устало замычал сквозь сомкнутые губы. Он достал документ из-под рубахи и бросил на него беглый взгляд. «Нужно узнать, кому можно выгодно продать эти бумаги» — подумал вор и спрятал пакет обратно. Багровое солнце почти коснулось воды. Рыбаки начинали своё вечернее представление. Мечта о поисках угасла, не успев разгореться. Её место заняла простая, ясная задача: выжить. Он стряхнул с рук крошки хитинового панциря. Свобода пахла жареным перцем и солёным ветром. И пока что этого было достаточно.