Самый вкусный пирог

Пробуждение было резким и болезненным. Едва открыв глаза, Айдан почувствовал, как всё тело ломит от перенапряжения. Он лежал на тёплой, но жёсткой шкуре. Кабина ритмично покачивалась. Клоповый запах силт-страйдера уже казался невыносимым и отвратительным. Внезапно кабина неистово затряслась: — Эй, альтмер! Проснись! — Голос погонщика, шатавшего кабину, был груб и нетерпелив. Он вырвал Айдана из остатков дремоты. — Прибыли в Балмору. Преодолевая мышечное оцепенение, боль от ранений, укусов и ссадин, он поднялся. Альтмер выбрался из кабины, и погонщик помог незадачливому путешественнику спуститься на землю. Солнце уже заходило, заливая город багровым светом, они ехали целый день. — Балмора… — тупо пробормотал Айдан, оглядываясь. Город оказался гораздо больше Сейда-Нина. Балмора была крупным городом, где данмеры сохранили свою причудливую культуру. Гигантские грибы-башни здесь были выше и многочисленнее, перемежаясь с более скромными, но не менее необычными, данмерскими постройками из вулканического камня. В воздухе витал запах серы, минералов и чего-то сладковатого — видимо, местных соцветий. Но к этому букету запахов добавлялось нечто инородное. Кисловато-горький запах, напоминающий гниющие коренья, плесень и разлагающуюся землю. Вокруг кипела жизнь: деловитые данмеры, которых в городе большинство, несколько имперцев, грузчики-орки, спешащие куда-то, крикливые каджиты-торговцы. Всё это было слишком много и шумно после тишины болот. — Большой город, да? — погонщик сплюнул. Он наблюдал за Айданом с отстранённым любопытством. — А грязи здесь ничуть не меньше, чем в Сейда-Нине, только по-другому пахнет. Ну? Куда теперь? Высокий эльф выдавил из себя грустную улыбку. Куда теперь? — Если бы я знал… — пробормотал он. — Что? — не расслышал данмер. — Говорю, где тут можно отдохнуть? — альтмер это сказал нарочито громко и чётко. Повозчик почесал затылок. — Тут есть трактир, «Южная Стена». Там гонят хорошую суджамму… — Спасибо, не пью! Айдан испуганно вытаращил глаза. Данмер же посмотрел на альтмера, как на идиота. — Ну, и баня там хорошая. Извини, мне пора кормить Тэльзу. Добро пожаловать в Балмору. С этими словами погонщик отвернулся к ездовой блохе, стал её ласково расчёсывать и разговаривать с ней. Айдан оставил данмера с силт-страйдером и спустился по ступенькам с платформы, где они остановились, в город. Толпа вокруг него бурлила, словно горный поток. Люди спешили, торговцы громко расхваливали свой товар, грузчики-орки тащили тюки, их низкие голоса сливались в гул. Иногда в этом шуме проскальзывали обрывки тревожных разговоров: «…снова в Кальдее карантин, говорят…», «…эта чёрная хворь не щадит ни старых, ни молодых…». Айдан ловил эти фразы краем уха, однако усталость и боль мешали вникнуть. Он пытался узнать про ближайший трактир у жителей, но это было бесполезно: люди брезгливо отмахивались, либо просто проходили мимо. У эльфа не было сил, чтобы догонять их. Народ «прищёлкивал языком» из-за того, что грязный, побитый чужак, от которого несло болотом и потом, слишком медленно шёл и мешал городскому потоку. От альтмера шарахались, как от чумного. Айдан остался один на пыльной площади Балморы. Он с грустью думал о куда-то спешащем потоке людей и эльфов, которым есть куда спешить и которых кто-то ждёт. Смеркалось. Эльф решил немного передохнуть прежде, чем продолжит поиски. Он сел на брусчатку и прислонился к стене дома из вулканического камня. Буквально в десяти шагах напротив стоял такой же. Его стены отсвечивали свет восходящих лун мелкими жёлтыми блёстками. На деревянной двери дома был выжжен цветочный орнамент, его дополняли каллиграфические даэдрические символы: местная письменность, которую альтмер не понимал. Сквозь гул городской толпы послышался звонкий смех. Из-за угла выбежала ватага данмерских детей — несколько мальчишек и одна девочка. Заметив неподвижно сидящую на земле грязную фигуру, прислонившуюся к стене, они остановились. Озорники стали перешёптываться, показывая на Айдана маленькими пальчиками. Самый бойкий из мальчишек, с озорными красными глазами, вышел вперёд остальных, подобрал с земли маленький камешек и с улюлюканьем метнул его в сторону эльфа. Камешек безвредно отскочил от стены рядом с его ногой. Поначалу Айдан рассердился и думал, как бы отчитать сорванца. Но внезапно на его губах появилась тень усталой улыбки. Он подобрал камешек, подбросил его в воздух и снова поймал. «И мне прилетело, — тихо улыбнулся эльф. — А я не верил в карму». Альтмер вспомнил себя в их возрасте. Сколько лично он кинул камушков в странных прохожих? Айдан вспомнил, как они с такой же компанией беспризорников окружали какого-нибудь несчастного взрослого, смеясь и подражая его походке. Эльф был на их месте. Поэтому он лишь медленно покачал головой, глядя на детей снисходительно, без злобы. — Прекратите! — раздался тонкий, но строгий голос. Девочка, державшая в руках плетёную корзинку, выступила вперёд и грозно посмотрела на своих друзей. — Разве не видите? Ему плохо! Мальчишки притихли, смущённые её напором. Девочка же, робко сделала к Айдану пару шагов. Она с искренним состраданием посмотрела на его рваную одежду, на запекшуюся кровь и грязь. Желая понять его историю, она задала вопрос с детской прямотой: — Дядя, а откуда ты такой… грязный? Её товарищи не выдержали и разразились хохотом. Щёки девочки залились краской от стыда. Она не хотела его обидеть! Чувствуя себя виноватой, она быстро достала из корзинки маленький кусочек сладкого пирога и, окончательно осмелев, подошла к незнакомцу и протянула угощение. Айдан с благодарностью принял подарок. Он откусил кусочек. Вкус был простым, но для него, голодного и измученного, он показался великолепным. — Спасибо, — его голос был хриплым, но тёплым. — Это самый вкусный пирог, что я ел за долгое время. И не переживай, — улыбнулся он, — всё хорошо. — Спасибо, дядя! — девочка ещё больше покраснела и отвернулась с застенчивой улыбкой на лице. — Я сама его готовила… — Тем более приятнее, — альтмер сидя сымитировал шутливый поклон. — Когда я был таким, как вы, — продолжил Айдан, обращаясь ко всем детям, — я тоже много путешествовал по городским захолустьям. Иногда это было страшно, но чаще — очень весело. Особенно когда ты с друзьями, на которых можно положиться. Заинтригованные, мальчишки перестали смеяться и подошли ближе, усаживаясь на землю вокруг него. Они смотрели на чужака уже не с насмешкой, а с любопытством. — А ты видел настоящих монстров? — спросил тот самый мальчишка, что кинул в него камень. — Видел, — серьёзно кивнул Айдан, вспоминая сегодняшнее утро. — Но даже самый страшный монстр боится, когда ты не боишься его. Девочка на мгновение замолчала, обдумывая его слова. Затем она посмотрела на него своими большими красивыми глазами, в которых читалось не любопытство, а глубокое сочувствие. Она спросила очень тихо, почти шёпотом: — А тебя никто не ждёт, дядя? Этот простой вопрос попал Айдану прямо в сердце. Мальчишки, которые только что спрашивали о монстрах, замолчали, почувствовав, что девочка коснулась чего-то важного. Айдан на мгновение опустил взгляд, а затем посмотрел на неё с тёплой, немного печальной улыбкой. — Знаешь, иногда твоя семья — это не только те, кто ждёт тебя дома. Иногда твоя семья — это те добрые люди, которых ты встречаешь в пути. Вот ты, например. Ты поделилась со мной пирогом. В этот момент ты стала для меня почти семьёй. Мальчишки, которые только что смеялись над ним, теперь смотрели на альтмера с широко раскрытыми глазами, обдумывая слова странного незнакомца. Дети смотрели на него с уважением. — Спасибо вам за компанию и за пирог, юные искатели приключений, — сказал Айдан, поднимаясь на ноги. — Но мне нужно найти место для отдыха. Вы не подскажете, как пройти в таверну “Южная Стена”? Дети наперебой закричали, наперегонки показывая ему дорогу. Айдан поблагодарил их ещё раз и, чувствуя, как в груди разлилось давно забытое тепло, похромал в указанном направлении.